Непокорившиеся судьбе. Тёмный бандит или светлое начало

– Ты можешь это оставить на потом? – резко рыкнул Аарон, взглянув на Джоша.

– Ой, да пожалуйста! Я не собираюсь дальше выслушивать эти сопли, – откинув ручку, мужчина поднялся из-за стола и вышел из комнаты допроса. Внутренне обматерив напарника, Аарон вновь устремил взгляд на свою сестру, которая прикрывалась больше и больше курткой, которая скрывала кровавые пятна трупа на её белоснежной блузке. Парень, аккуратно встав из-за стола, передвинул стул на сторону сестры, и сел рядом, приобняв её, от чего она больше пустилась в слёзы.

– Всё хорошо, всё хорошо, Рэйчи… Это всё закончено, тише…

– Мне просто… Очень страшно, Рон… Я боюсь, что его друзья что-то сделают со мной, – ревела в его плечо девушка.

– Ну это же не ты убила, Рэйчел, – и после этой фразы девушка сразу замотала головой. – Вот, я это знаю.. Расскажи мне, что было дальше. Я не буду ругаться, ты знаешь.

– Я кричала… Я просила их остановиться… Но они лишь смеялись надо мной. Они лишь продолжали меня держать, а Элиот уже стал пристраиваться ко мне… Я заорала, а после последовал выстрел… И Элиот упал на меня. Был… Ещё один выстрел. Кто-то попал в плечо друга Элиота… Мм… В… Энтони.. И после этого парни убежали и оставили меня одну на этом пустыре с Элиотом.

– Но… Кто застрелил Элиота? Кто стрелял? – непонятливо произнёс Аарон.

– Я… Я не знаю…»

– Господи, мама! Какой кошмар! – пугаюсь я от услышанной истории.

– Не знал, что тебя пытались изнасиловать. Тем более, в старшей школе, – ошарашенно произнёс Сэм.

– А что было дальше? – быстро с любопытством проговаривает Нейт.

– Меня отпусти домой. И потом родители перевели меня на домашнее обучение. Аарон занялся вместе с Джошем раскрытием этого дела, которое затянулось у них о-очень надолго, – спокойно произносит мама, даже с какой-то ноткой ностальгии в голосе.

– Но… Кто тогда стрелял? – произношу я, взглянув на маму, не понимая до конца ещё. Я вижу, как мама хитро улыбается и поднимает взгляд на папу.

– Я… Соврала тогда полиции, что не знаю, кто стрелял. На самом же деле, я видела своего спасителя.

– Что? – говорит Сэм, подойдя даже ближе к койке отца.

– После того, как те парни убежали, я услышала звук неторопливых шагов в мою сторону. Я и сама вся тряслась от страха в тот момент. Ко мне… Подошёл парень, одетый в какую-то старую одежду. Его лицо закрывала маска от холода, а голова укрыта была капюшоном куртки. Я видела, как он убирал пистолет в карман куртки и говорил с такой хрипотцой: «Не переживай. Они тебя больше не тронут»… Его голос звучал так бездушно, словно передо мной даже и не человек. Этот парень снял с меня Элиота и бросил его чуть подальше, так как он был очень тяжёлым и придавил меня к земле. Сама же я смогла немного укрыться и более-менее прийти в себя после того, что произошло. Парень тот… Помог мне вызвать полицию, а после мы условились, чтобы я молчала о том, что его видела. Он словно… Скрывался от всего этого мира. Он был каким-то другим. Опасным и загадочным. Как только мы услышали вдалеке сирены машин, он ушёл и оставил меня. А через минуты три появилась полиция. И всё время, что мы добирались до департамента, из моей головы не исчезал образ того парня. Он засел в моих мыслях надолго. А особенно… Его холодные… Синие глаза.

– Как у нашего па… – начал Нейт, и тут же осёкся. Мы все поняли моментально, о ком она говорит.

– Так это отец его застрелил? – быстро как-то произнёс Сэм, переглянувшись после с нами всеми. И ответ мамы был положительный.

– Но… Как? – ошарашенно проговариваю, глядя на отца.

– Жизнь… Вашего отца. Она не так проста, как вам кажется. Он начинал её, выкарабкиваясь с самого дна, а уже только потом ваш папа перешёл на путь истины.

– Но что с ним было? – говорит Нейтан.

– Вы уже не маленькие дети. И вам можно открыть завесу тайн, – произносит загадочно мама, а после, переведя взгляд на нас, проговаривает:

– Он был бандитом.

Глава 2. Мечтательница, верно?

– В данный момент, абонент не может ответить на ваш звонок. Оставьте сообщение после сигнала, – раздаётся противный голос автоответчика телефона Шона, и вновь я слышу этот писк сигнала.

– Ох… Шон, прости, что названиваю тебе сейчас. Понимаю, ты на работе… Просто… Мне не хватает тебя сейчас. Как будешь дома, позвони, прошу, – проговариваю я уже как-то обречённо, понимая, что Шон не ответит, а мой порыв ему названивать вызван нуждой в нём. Может это и глупо звонить человеку, когда он занят, лишь бы услышать его голос, чтобы просто успокоиться и не накручивать себе мысли обо всём, но сейчас мне без Шона очень тяжело.

Я помню, как он не хотел меня отпускать сюда, в Нью-Джерси. Он недолюбливает моего отца из-за нашей с ним глобальной ссоры, когда тот осмелился на меня поднять руку. Ну, что можно сказать – человек не знает меры, перебрал с алкоголем. Но и я не аленький цветочек, тоже резка на слово была. Но факт остаётся фактом – мне не хватает моего мужа, моей опоры… Моего сильного мужского плеча.

– Дочка, ты, наверное, своими звонками заставишь Шона побелеть, – усмехается мама, принеся стаканчик кофе из автомата.

– Хаха, возможно… Но мне просто тяжело, мам… Не могу до конца понять свои чувства, касательно всего этого. За последние дни столько всего приключилось, – устало произношу, утерев свои полусонные глаза.

– Тебе бы отдохнуть, Бэлль. Ты даже от перелёта нормально не оправилась, как сразу согласилась на дежурство в больнице.

– Возможно… Но я не могу отойти от него, мам… А вдруг он проснётся? – и смотрю измождённо на маму, на что она лишь поджимает губки.

– Я понимаю, милая. Тебе хочется, чтобы он был здоров… Но возраст и его работа сказались на нём… Как видишь… Вот до чего всё это его довело, – грустно произносит мама, и смотрит вновь на отца, аппарат которого всё также мучительно пищит, показывая стабильность.

– Ох… Я не могу на него такого смотреть, – отворачиваюсь я, опуская взгляд. – Он всегда был таким сильным в моих глазах. А сейчас я вижу его таким беззащитным. И я понимаю, что я ничего не могу поделать, мам, – шепчу уже с болью.

– Дочка, тише, тише… Всё хорошо. Папа проснётся, вот увидишь, – пытается меня успокоить мама.

– А если нет? Что тогда?! – вырывается из меня эта фраза, что заставляет замереть мою маму. Она в смятении смотрит на меня и лишь выдавливает:

– Я… Я не знаю…

И вот мы сидим в тишине. Я понимаю, что взорвалась из-за своего состояния, и тем самым вогнала мать в тоску. Мне тяжело сказать ей, что всё наладится, ведь сама из-за своего состояния в это не верю. Мои дрожащие губы касаются аккуратно стаканчика и отпиваю кофе. Горячий напиток меня чуть расслабляет и тем самым успокаивает. Мама всё ещё поглаживает меня, но взгляд её закреплён за папой, а в её глазах читается озадаченность моим вопросом.

В палату влетает быстро Нейтан, что принёс нам с мамой перекусить что-нибудь на поздний завтрак. Да, с учётом моей нервозности и усталости, я отказалась от завтрака. Лишь когда мама пришла ближе к 12 часам, она предложила мне кофе, на что я согласилась.

– Добрый день, дамы! Сегодня в нашем меню сэндвич с курицей, либо сэндвич с ветчиной! Выбирайте скорее, – говорит как-то деловито Нейтан, не поднимая взгляда на нас, а капаясь в своём рюкзаке, стоя к нам боком.

– А другого в меню нет, случайно? – интересуется мама.

– М… Не, мне денег хватило, чтобы купить только это, – говорит братишка, вытаскивая и укладывая на тумбу две пластиковые коробочки с едой, всё также ещё не глядя на нас.

– Ха, что ж, раз так, то я буду… Ой. Я сейчас! – говорит мама, сначала начав подыгрывать брату, но после звонит её телефон, и она быстро выбегает из палаты.

– Ох, герой, давай, показывай, где сэндвич с ветчиной, – говорю я с улыбкой, обращая взгляд на Нейтана, а после ужасаюсь, видя фингал под его глазом, когда тот ко мне поворачивается. – Нейтан Оливер Боули, что это такое?!

– Чёрт, я забыл… – виновато опускает взгляд брат.

– Ну-ка иди сюда быстрей.

Нейт как-то нехотя подходит ближе, а после садится на койку отца, рядом со мной. Я аккуратно поднимаю его лицо за подбородок и разглядываю сильный ушиб.

– Боже, Нейтан, кто это тебя так? – с переживанием произношу.

– Одноклассники, – устало произносит он. Видимо это не первый раз, когда Нейтана донимает такими вопросами семья.

– Опять? Нейт, мы думали, что такого больше не будет… Мы же перевели тебя даже в другую школу. Уже в третий раз… Опять из-за…

– Поверь, в этот раз не из-за того, что я приёмный. В этот раз я защитил девочку! – перебивает меня Нейтан.

– Хух, ну, ладно, успокоил, Ромео, – с улыбкой говорю я, залезая в свою сумку за косметичкой.

Ох, это больная тема для нашего дорогого мальчика. Да, в нашей семье это не секрет, что Нейтан – приёмный. Он появился у нас, когда ему было всего год. Отец принёс его после одного из опасных выездов. Как папа говорил, у Нейтана никого не было, кроме матери, Камиллы, которая пожертвовала собой на задании и спасла отца. Папа же в ответ позаботился о её малыше. Мы дали всю любовь и заботу нашему мальчику. Мы его очень любим. И для нас он родной, как бы внешне не отличался от нас. Его смугловатая кожа, блондинистые волосы и голубые глаза очень сильно выбиваются из нашей семьи. Но мы не видим преград в этом, для нас он также член нашей семьи. Только жаль, что люди этого не понимают.

В первое время мама даже хотела оставить Нейтана на домашнем обучении, так как боялась буллинга в его сторону. Но отец настоял на социализации ребёнка, поэтому Нейтана отправили в государственную школу. Но задержался там он только до пятого класса. Всё из-за одноклассников, которые выбрали его как мишень для издевательств. Дети-школьники – одни из самых жестоких существ, которые только могут быть.

Такая же история была и со второй школой. Только тут уже добавилось то, что он не может совершенно за себя постоять. Мы водили Нейтана к психологу, когда он начинал уже уходить постепенно в себя, и у него появлялись вопросы почему мы приютили его, и зачем. Не забуду, как он маму чуть ли не довёл до инфаркта со своим высказыванием: «Лучше бы оставили меня в каком-нибудь детском доме. Вашей семье было бы меньше хлопот».

Нейтан хороший мальчик, мы все за него горой. Даже друзья нашей семьи. Все его любят за его доброе сердце. А для решения вопросов о самообороне, мы отправили Нейта в кружок по рукопашному бою к нашему другу семьи. И он довольно преуспел в этом.

Достаю тональный крем и быстрыми движениями пальцев начинаю замазывать синяк брата:

– Надеюсь, ты не хочешь, чтобы мама снова сознание потеряла от твоих приключений, – с лёгкой ухмылкой произношу я, размазывая крем.

– Нет, конечно! Я хотел вообще до вечера не показываться ей.

– Ты же понимаешь, что это невозможно? – вскидываю бровь, мазнув шутливо нос брата, на что он смешно морщится, а после шипит от синяка.

– Мм… Да, ха-ха.. Понимаю, – усмехается Нейтан, выдохнув лёгкий приступ боли.

– Тааак.. И… Готово! Словно ничего и не было, – усмехаюсь я, закрывая крышкой тюбик, а после любуюсь своей прекрасно выполненной работой.

– Ох, спасибо, Бэлл. Ты, как всегда, знаешь, что нужно делать.

– Обращайся, – улыбаюсь мило брату я, а после хитренько произношу. – А что это за девочка, которую ты защитил?

– Блин, я думал, это забудется, хаха, – неловко посмеивается братишка, а после сдаётся и произносит. – Её зовут Джулия. Она новенькая, не так давно к нам перевелась из Мичигана.

– Ого, ничего себе. И… Как она тебе? Нравится? – по-сестрински допытываю Нейта.

– Ну-у… Е-есть немного, ха-ха, – смущённо улыбается Нейтан, отведя свой взгляд в сторону.

– Эх, романтик ты наш, хи-хи. Тебе бы уроков взять у Сэма, как девчонок охмурять, – шутливо проговариваю, аккуратно взглянув после на отца. – У него ты уже, к сожалению, не спросишь…

– Да… А там в гараже я хотел с ним об этом поговорить, – тихонько произносит брат, глядя также на отца. – Интересно, как же они с мамой снова встретились?

– Может узнаем у неё? – с ноткой любопытства говорю я, глянув на Нейтана.

– Ты читаешь мои мысли, Бэлл!

Мы ожидали приход мамы в палату. За это время мы успели с Нейтаном съесть одну коробочку с сэндвичами, разделив бутерброды между собой. Я продолжала выслушивать историю брата, как он по-геройски защитил девочку, расправившись с одноклассниками. Но историю, как он получил фингал – решил умолчать. Вскоре вернулась и мама.

– Вы что, уже все сэндвичи съели? – шутливо произносит мама, возвращаясь к нам.

– Нет! Мы тебе оставили с курицей! Налетай скорей! – с улыбкой говорит Нейтан, на что мама хохочет и берёт свою коробочку с едой.

– Мам, а как… А как ты увиделась с папой снова? – аккуратно начинаю я, когда она откусывает кусочек сэндвича.

– М-м… Как я встретилась с вашим папой снова? Ой, это довольно забавная ситуация получилась, если честно, – с улыбкой произнесла она, сделав глоток кофе.

– Расскажи, расскажи! – с интересом начал Нейтан.

– Ха-ха, хорошо, сейчас. М-м… Так. С чего бы начать? А! Я вам уже сказала, что после той ситуации меня перевели на домашнее обучение, а мой брат Айрон занялся активным расследованием этого дела. Из-за того, что продвижений по делу не было, а работал он вместе с надоедливым напарником – Джошем Коленфилом, брат совсем изменился. Он стал на себя не похож. Стал более серьёзный, хмурый, и моментами даже очень агрессивным. И вот был день, когда он вернулся после работы…

«Март. 2017 год.

«Айрон, возьми себя в руки, чёрт возьми! Хоть раз можно адекватно ответить, нежели огрызаться на нас с Дакотой!» – послышался мрачный голос Габриэля с первого этажа. И после уже последовал громкий хлопок дверью. Это заставило Рэйчел вжаться на своей кровати, а после уже и понять: Айрон приехал с работы и, как обычно, в ужасном настроении.

Парень всегда был предвзятого отношения к их с Рэйчел опекунам – Габриэлю и Дакоте – их родным дяде и тёте. Они единственные, кто остались в их семье. Дети лишились своих родных родителей очень и очень рано. Отец – Виктор Сандерс – погиб в автокатастрофе, незадолго до известия о беременности Селены – матери детей. А мать же, очень сильно заболела, когда Рэйчел было 10 лет. И единственные, кто мог позаботиться о детях – родной брат отца и его жена.

Габриэль – великий учёный, который работает над созданием лекарства от раковых опухолей, Дакота – его ассистент, который души не чает в потрясающем уме своего мужа. На протяжении 7 лет они старались выстроить семейные отношения с детьми. На данный момент, лишь Рэйчел может с ними поговорить, как с мамой и папой, а Айрон же семьёй их считает с трудом. А с учётом его вечного стресса на работе – и вовсе позволяет себе бросать колкие фразы в их сторону.

Рэйчел, тяжело вздохнув, встала с кровати и положила на стол свой личный дневник, с которым уже несколько месяцев делится своими переживаниями и мыслями о том самом таинственном незнакомце, который спас от страшной участи быть опозоренной. В её снах всё снова и снова проигрывается ужасная сцена её встречи с хулиганами. И как бы они не были к ней близки, её вновь и вновь спасал тот самый парень с холодными синими глазами. «Интересно, где он сейчас?» – не раз всплывал в её голове этот вопрос.

– Рэйчел, помоги мне с салатом! – послышался голос Дакоты с первого этажа дома.

– Бегу, мам! – и после этой фразы девушка как можно скорее спустилась вниз, аккуратно поправляя свои очки.

– Сегодня твой братец опять не в духе, – сказал холодно Габриэль, занимаясь маринованием мяса.

– Вы же знаете, у него сейчас тяжёлое время… Ему… Нужно просто успокоиться и он придёт в норму, – с улыбкой произнесла девушка, принявшись нарезать ингредиенты для салата.

– Габриэль, однажды и он нас примет. Рэйчел же нас приняла, – ласково произнесла Дакота, поправив свои очки.

– Его принятие продолжается уже семь лет, и как-то его любви к нам я не вижу, – хмуро произнёс Габриэль, не оглядываясь на жену и Рэйчел.

– Ну ладно тебе ворчать, Габи. Ты же знаешь, мальчик с трудом перенёс потерю родных. Ему нужно ещё привыкнуть, – аккуратно произнесла женщина и поправила свои каштановые волосы, что спали с её плеч.

– Ой, Дакота, – фыркнул Габриэль и, взяв миску с мясом, вышел во двор к грилю, оставив девушек одних.

– Ну, как обычно, – усмехнулась женщина и взглянула на Рэйчел. – Не переживай, ты же знаешь, папа у нас тоже не отличается вспыльчивостью от Рона, – посмеялась Дакота.

– Да… Ха-ха, хоть что-то у них есть общее, – усмехнулась Рэйчел, продолжая нарезать овощи.

Через пару часов всё семейство село за стол, приступив к ужину. Айрон и Габриэль, как обычно, бросали друг на друга укоризненные взгляды, а Рэйчел и Дакота старались разрядить всё напряжение между мужчинами. Разговоры не помогли, к сожалению, но глава семейства смог отвлечься от Айрона, и переключился на рабочие разговоры с женой. А Рэйчел… Просто старалась насладиться всей едой, что они приготовили с матерью. Но напряжение за столом тяжело давало ей отпустить всё. Взгляд юной девушки лёг на её старшего брата, который ковырял вилкой салат. По нему было видно, что ему не уютно, и он как можно скорее хочет свалить с этого ужина. Но что-то его удерживало на этой трапезе, чего Рэйчел уже понять не могла.

Его пряди тёмно-каштановых волос свисали на лицо, закрывая лоб мужчины, а его каре-зелёные глаза сверлили тарелку. Хотя, и он сам был не в своей тарелке.

Раздался телефонный звонок, и Айрон, как пуля, встал из-за стола, направившись в коридор.

– Опять… – начал ворчать Габриэль.

– Милый, перестань. У него работа не лёгкая, – успокаивающе сказала Дакота.

– Я на работу, – резко бросил Айрон, проходя мимо кухни.

– И во сколько тебя ждать? – строго произнёс мужчина.

– Я сам открою дверь. Ключи есть. Не ждите, – отрезал Айрон, и, схватив свою куртку, удалился прочь из дома.

– Вот наглец, – ругнулся про себя Габриэль, устремив взгляд в тарелку.

– Габриэль, ну хватит, – продолжила Дакота, но после у них вновь начался спор, после которого Рэйчел поникла больше.

И так каждый раз. Семейный ужин заканчивался подобными сценами: Айрон быстро уходил по делам работы, а Габриэль с Дакотой спорили за столом, оставляя Рэйчел совершенно одну со своими мыслями. Девушка лишь молча сидела и продолжала есть, думая параллельно о том, что семейной идиллии в их доме не будет никогда.

– Мама, можно я схожу в библиотеку? – раздался аккуратный голос Рэйчел, которая подняла свой взгляд на спорящих родителей.

– Конечно, милая. Не забудь одеться потеплее, на улице вроде как уже холодает, – заботливо произнесла женщина.

– Да он не хочет даже меня понимать, Дакота! – продолжил Габриэль, и родители вновь увлеклись спором, касательно Айрона.

Рэйчел, взяв тарелку свою и брата, отправила посуду в мойку, а сама, как можно скорее пошла в свою комнату, чтобы одеться и выйти из дома развеяться.

Единственное отвлечение от всей семейной суеты и мыслей для юной девушки были книги, которые она на постоянной основе читала. Рэйчел старалась не погружаться в печальные думы из-за брата и его отношения с Габриэлем, который был довольно вспыльчивым и серьёзным. Неудивительно, в науке нужны точности и ответственность за свои выборы, отсюда и вытекал такой характер главы семейства. Рэйчел же уже свыклась с тем, каким был Габриэль, и понимала, что к ней тёплого отношения не будет. Но каким бы он ни был, девушка его любила, ведь он заменил ей отца, а теплота Дакоты её грела и заставляла хоть на секунду ощутить любовь матери, которую потеряла так рано.

Натянув свою куртку, Рэйчел вышла из дома и направилась в долгую дорогу до библиотеки, которая находилась чуть ли не на другом конце города. Но для девушки было важно одно: чем длиннее дорога, тем больше времени побыть одной и спрятаться от всей семейной суеты.

Сев в автобус, Рэйчел устремила взгляд в окно транспорта, где быстро сменялся пейзаж. И в её памяти вновь всплыл тот самый герой её «сказки». Этот незнакомец с синими глазами. Кем он был? Откуда он взялся? И почему он её спас? А его такой отстранённый от этого мира голос засел в голове девушки надолго. «Не бойся, они тебя не тронут», – повторяла себе снова и снова девушка в мыслях, вспоминая этого парня. Такой загадочный, одинокий… И словно не из этого мира, а словно из сказок про принцесс. Появился так неожиданно, и также внезапно исчез.

Спустя время девушка вышла из автобуса, и направилась к библиотеке. На этот раз Рэйчел хотела окунуться в истории о любви. Давно она не читала подобные книги, ведь до этого её мысли были заняты фантастикой и фэнтези. Но после встречи с тем парнем, все мысли девушки заняты лишь им.

Взглянув на небо, Рэйчел начала проклинать себя, что не додумалась взять зонт, ведь город начинает затягивать во мрак грозы, которая вот-вот нагрянет. А капли, что начинают набирать оборот и часто капать, лишь ухудшают её мысли. Как можно скорее, девушка добежала до дверей библиотеки, но, дёргая ручку, понимает, что она закрыта. Рэйчел начинает проклинать этот вечер, что свалился на её плечи. Ни зонта, ни книги, так ещё и ужасная погода, что всё сильнее и сильнее начинает разыгрываться, и не даёт бедной девушке выйти из-под карниза библиотеки, что не сильно спасает её от сильного дождя.

– Класс… И сколько же мне тут ещё стоять? – ругнулась про себя девушка, обхватив себя за плечи, так как уже продрогла до нитки от ужасного ливня. Но вдруг она словно оказывается под каким-то укрытием, что взялось из неоткуда.

– Как я вижу, дождь и тебя застиг? – раздался тот же отречённый от этого мира мужской голос.

Чуть встрепенувшись, Рэйчел обернулась и увидела парня, держащий над ней зонт. На этот раз он был в весенней чёрной куртке, на лице уже не было маски, но капюшон всё также прикрывал голову парня. На этот раз девушка могла разглядеть его получше: чёткие линии лица, такие холодные, жёсткие. По нему видно, что он старше самой девушки, но младше её старшего брата. В нём ещё проглядывается эта юношеская молодость. Сам парень выше на голову Рэйчел, его тело стройное, и видно, что оно не хилое, а довольно крепкое и сильное. А те самые синие глаза смотрят вперёд перед собой. Это он, тот самый её герой, который спас от Элиота и его компании.

– Д… Да. Думала, смогу скрыться в библиотеке, но она, как назло, закрыта, – чуть дрожащим голосом произнесла Рэйчел, не сводя свой взгляд от парня. – А… Как ты…

– Тут оказался? – перебил её спокойно парень. – Шёл недалеко отсюда, увидел, что тебе нужна помощь, поэтому не мог мимо пройти.

– С… Спасибо, – тихонько произнесла Рэйчел, отведя чуть смущённый взгляд. – Я тебя… Никогда раньше не видела.

– Неудивительно. Я не так давно переехал сюда вместе с дядей из Лос-Анджелеса, – холодно произнёс парень, всё также не глядя на девушку.

– Ого! Из Лос-Анджелеса? Из далека ты… Почти на другом конце страны, – усмехнулась чуть Рэйчел, вновь глянув на парня, который так и не опускал на неё взгляд. – А… А почему переехали?

– По работе, – коротко ответил незнакомец, выдохнув чуть от её расспросов.

– А… Понятно, – неловко произнесла Рэйчел, побольше съёжившись.

– Чего забыла возле библиотеки? – как-то грубовато проговорил парень.

– Я хотела взять книгу, но… – и обернулась на расписание заведения. – Немного опоздала.

– М-м… Мечтательница, верно?

– Да, хах… Есть немного. Всю домашнюю библиотеку перечитала и хотела взять новую книгу, – посмеялась неловко Рэйчел, поджав после губки и опустив взгляд.

– Ясно, – холодно отрезал парень. – Ты спешишь?

– М-м… В идеале, мне бы перебраться на другую сторону дороги, на остановку, – аккуратно произнесла Рэйчел, вновь подняв глазки на парня.

– Держи. Тебе он будет нужнее, – произнёс парень, протянув зонт девушке, и в этот момент опустив на неё взгляд, где Рэйчел смогла больше разглядеть его такие синие глаза. Они были как два сапфира, в них она словно видела мир. Весь свой мир, который так ей был нужен. Этот взгляд, проникающий в её душу, таит в себе столько загадок, которые ей бы хотелось побольше разгадать.

– А как же ты…

– Не страшно. Капюшон меня укроет. Бери, – холодно сказал он, отдавая ей свой зонт.

– С… Спасибо, – аккуратно сказала Рэйчел. – Я… Наверное, пойду… Автобус должен будет появиться с минуты на минуту… М… Пока! Спасибо, ещё раз.

– Пока, – отрезал холодно парень, начиная отходить от неё, уже желая уйти.

– Меня Рэйчел зовут! – быстро сказала девушка, глядя в спину парня.

– Дэниэл, – коротко ответил он, а после, больше натянув капюшон, удалился прямо по дороге, где стена ливня скрыла его из поля зрения.»

– Ого, как это… Здорово, хи-хи, – мило произнесла я, глядя на маму.

– Оказывается, папа был такой холодный… И… Романтичный, ха-ха, – подметил Нейтан, взглянув на смирно лежащего отца.