Читать книгу Цена прощения (Авве Лав) онлайн бесплатно на Bookz (3-ая страница книги)
Цена прощения
Цена прощения
Оценить:

5

Полная версия:

Цена прощения

Кристиан ускорил шаг, направляясь к отелю, чтобы не передумать, не вернуться назад в ту злосчастную кофейню и не сломать тому парню челюсть. Злость била ключом, когда он прошёл мимо ресепшена, приближаясь к лифту. Он думал, что ему показалось, думал, что воображение настолько разыгралось, что он стал видеть её в лицах других людей, но это было не так. Это точно была она, и ее улыбка была подарена какому-то гребанному придурку, пока он сам задыхался от жгучей вины.

Влетев в номер, Кристиан с силой рванул куртку, срывая её с плеч, и швырнул ее на ближайшее кресло. Руки тряслись, а в груди полыхало так, будто там развели костёр из ревности и отчаяния.

— Да чтоб тебя, Кая! — выкрикнул он в пустоту, не в силах больше сдерживать то, что рвалось наружу.

Кристиан сжал виски и тяжело опустился на край дивана. Она сидела на свидании с другим, пока он здесь сгорал от собственной вины. И под этим огнём поднималась обида на неё. Он не заслуживал прощения, но от того, что она так легко его вычеркнула, в груди полыхало. Ревность скручивала внутренности, и он почти ненавидел её за это спокойное чужое присутствие рядом. А вместе с ревностью приходило презрение, которого он никогда к ней не ждал.

Кристиан достал из кармана джинс телефон. Пока он тут в одиночестве убивается и пытается найти её, чтобы извиниться за всё, она в это время спокойно ходит на романтические свидания. Да и чёрт с ней! Он тоже будет хорошо проводить время, просто охренеть как хорошо.

— Алан, привет, — начал он, приближаясь к мини холодильнику. — Ты свободен?

****

Номер, который был пустым всего два часа назад, теперь был поглощён людьми. Музыка грохотала из встроенных колонок, заставляя вибрировать стены. По всюду стояли полупустые бутылк, в воздухе плотно висел запах табака и чего-то более тяжёлого, от чего слегка кружилась голова. Казалось, Кристиан снова вернулся в свою среду, в этот шумный, бессмысленный мир.

Кристиан пил алкоголь жадными глотками, горло неприятно обжигало, но он почти не чувствовал вкуса выпитого. Оказывается, если вокруг тебя так много веселящихся и беззаботных людей, может легко показаться, что и тебе самому становится легко на душе. Он почти поверил в это.

— Да-а-а! — сказал Алан, слегка качая головой и довольно скалясь. — Неужели Кристиан снова в деле?

Кристиан улыбнулся пьяной улыбкой.

— Верно сказано, амиго! — выкрикнул он, перекрывая музыку. Сердце делало тяжёлые стуки в груди от всего выпитого алкоголя, но он не обращал внимания.

— А где Себастьян? — спросил Роберт, подходя к ним. Он докуривал косяк и щурился от дыма, пуская его в потолок. — Не могу его найти.

Кристиан пожал плечами.

— Где бы он ни находился, главное - не здесь.

И не рядом с Каей, пронеслось у него в голове.

— А что случилось? — настороженно спросил Даниэль, но Кристиан только отмахнулся.

— Да какая разница? Давайте веселится! — он широким жестом обвёл рукой номер, битком набитый людьми. — Помогите мне сделать эту ночь по-настоящему особенной.

****

Музыка долбила так сильно, что, казалось, вибрация отдавала в сам позвоночник. Кристиан стоял в самом центре этого безумия и чувствовал, как каждый удар баса проникает в него, перестраивая сердечный ритм под себя.

Пространство вокруг будто сжалось, превратившись в их собственную вселенную, полную грохочущей музыки и безудержного веселья, в каком-то дурацком, пьяном единстве. Алан размахивал руками и дёргался всем телом, от чего Роберт, запрокинув голову, засмеялся. Даниэль подхватил какую-то дурацкую песню и орал её в потолок, высоко задрав голову. Кристиан, сам того не замечая, начал подпевать, срывая голос на тех нотах, куда даже не пытался попасть.

Вокруг них кипела бурная жизнь: кто-то танцевал небольшими группами в центре комнаты, кто-то стоял у стены с бокалами, оживлённо жестикулируя в разговоре, который невозможно было расслышать за музыкой. Девушки в коротких платьях соблазнительно танцевали, плавно двигая бёдрами под ритм. В этом тусклом свечении дым от сигарет и косяков закручивался причудливыми узорами, медленно уползая к высокому потолку.

Кто-то из компании заорал что-то нечленораздельное, перекрывая музыку, и Кристиан подхватил этот дикий крик, выпуская наружу всё, что копилось внутри. Он танцевал снова и снова под очередной хит, хотя уже не понимал слов, теряя смысл в этом белом шуме.

Когда они вчетвером, опустошённые и выдохшиеся после бешеных танцев, рухнули на большой кожаный диван, Кристиан откинул голову на спинку. Голова кружилась неимоверно, потолок медленно плыл куда-то в сторону. Но, если он закрывал глаза, становилось только хуже.

— Эй, Крис, у Роба есть кое-что для настроения, — сказал Алан, наклоняясь к его уху, перекрикивая музыку.

Кристиан вопросительно посмотрел на приятеля, и тут Алан недвусмысленно сделал вдох носом, зажимая одну ноздрю пальцем. Кристиан тут же помотал головой, но Алан закинул руку ему на шею, прижимая к себе с пьяной настойчивостью.

— Нет, так не пойдёт, друг. Ты хотел незабываемую ночь, а без волшебной пыли это невозможно. Роб, доставай.

Взгляд Кристиан сфокусировался на том, как Роберт бесцеремонно сметает буклеты отеля с журнального столика на пол, затем аккуратно высыпает содержимое пакетика на глянцевую поверхность стола.

Алан тут же достал из кармана пару купюр и положил их рядом. Когда Кристиану дали возможность сделать это первым, он снова помотал головой, отодвигаясь назад. Парни пожали плечами и один за другим скрутили банкноты, склоняясь над столом, быстро втягивая узкие дорожки.

На столе осталась одна и Кристиан смотрел на неё слишком долго. Белая линия на тёмной поверхности стола, безобидная с виду, манила его, будто обещая забытье. Он знал, что за этим последует, знал каждую стадию этого пути. Пальцы непроизвольно сжались в кулаки, и он заставил себя думать, хотя пьяный мозг сопротивлялся, требуя только действия.

Зачем ему это делать? С другой стороны, что у него осталось? Трезвый ум приносил только тоску, от которой хотелось выть. А здесь, в этой белой линии, было обещание хотя бы нескольких часов пропасть в черном омуте. Несколько часов, когда он не будет вспоминать, с какой нежностью она смотрела на него.

—Пошло всё, — хрипло пробубнил Кристиан, чувствуя, как внутри всё закипает от отчаяния и злости.

Он схватил последнюю купюру со столика, игнорируя одобрительные выкрики и улюлюканье друзей. Его слегка дрожащие пальцы скрутили банкноту в тугую трубочку, и он склонился над столом. Кристиан сделал быстрый, резкий вдох, и мир вокруг него мгновенно изменился.

Горький, химический вкус обжёг носоглотку, и почти сразу в голову ударила волна ледяной ясности. Не той, что приносит трезвое решение, а той, что отсекает всё лишнее. Мир перестал вращаться, звуки стали чёткими, острыми, будто кто-то настроил частоты.

Кристиан откинулся на спинку дивана, чувствуя, как сердце разгоняется до бешеного ритма, по венам разливается искусственное, обжигающее спокойствие. Он закрыл глаза, чувствуя, как его тело становится лёгким и почти невесомым. Постепенно исчезали границы между ним и диваном, между ним и громкой музыкой, между ним и этим бесконечным, пульсирующим моментом, в котором не осталось места для боли и воспоминаний.

Спустя пару минут, движимый какой-то новой энергией, Кристиан двинулся в центр комнаты, чувствуя, как кровь разгоняется по венам с удвоенной силой. Он попытался влиться в ритмичный танцевальный поток, но его тело двигалось слишком резко и совершенно не попадало в такт музыке. Алан подскочил к нему навстречу с двумя бутылками вина в руках и сунул одну из них Кристиану. Они сделали по большому глотку прямо из горла под очередной музыкальный переход. Кристиан ощутил, как приятное тепло разливается по груди, смешиваясь с действием порошка.

****

Все это действие происходило и на вторые сутки. Кристиан просто не мог остановиться, да и не хотел этого. В том состоянии, в котором он пребывал последние два дня, было что-то пугающее и одновременно притягательное. Несомненно, оно имело огромную власть над ним, но оно и забирало львиную долю всех чувств и ощущений. А это всё, чего он хотел.

Толпы людей сменяли друг друга в течение этого времени, кто-то приходил, кто-то уходил, лица сливались в одно расплывчатое пятно, но Алан, Даниэль и Роберт оставались с ним в отеле уже вторую ночь подряд. Это было весело, если можно было назвать весёлым это безумное.

Кристиан уже не разбирал, что пьёт и что курит, отравляя свой организм самым изощрённым способом. Ему было абсолютно плевать на своё тело. Тело - это храм? Какой бред. Его тело было диким адом с чертями, пляшущими в крови, с жгучей лавой, разливающейся по венам.

— Кристиан, привет! — радостно воскликнула Женевьева, пробираясь сквозь плотную толпу с распростёртыми объятиями. На ней был элегантный твидовый жакет и короткая юбка, а её платиновые волосы были убраны в длинный густой хвост. — Сколько мы уже не виделись?

Она подошла и крепко обняла его, прижавшись всем телом, и Кристиан ответил тем же, на секунду позволив себе забыться в этом тепле. За её спиной тут же возникла Ребекка и принялась сверлить его взглядом.

— А где Себастьян? — спросила Женевьева, окидывая быстрым взглядом номер, который был битком набит людьми и затянут едким дымом.

Кристиан закатил глаза, и парни, стоящие рядом, тут же раскатисто засмеялись.

— Я что-то не так сказала? — она перевела хмурый взгляд на смеющихся парней, а затем обратно на Кристиана. — Вы же с ним всегда и везде вместе.

— Не всегда, видимо, — с ядовитой усмешкой ответил Кристиан, взяв ближайшую бутылку с тумбы. — Его тут нет, можешь не искать.

Женевьева на секунду замерла, сводя брови к переносице. Она всматривалась в глаза Кристиана так пристально, будто искала там что-то важное. Ему стало не по себе от этого взгляда, но уже через мгновение её лицо снова озарилось лучезарной улыбкой.

— Где у вас мартини? — спросила она, подходя к импровизированной барной стойке, начиная перебирать бутылки. — Надеюсь, вы догадались взять что-то приличное?

— Для тебя, киска, я достану всё, что захочешь, — промурлыкал Роберт, наклоняясь к уху.

— Отстань, Роб, — бросила она.

Женевьева была по уши влюблена в Себастьяна, и, казалось, это знали все вокруг. Она сама призналась ему когда-то, надеясь на что-то большее, но так и не получила взаимного ответа. Однако время от времени Себастьян спал с ней, в гостевом домике ее поместья, или на заднем сиденье своей машины. Он не планировал давать ей большее, а она оглашалась на это снова и снова. Тем не менее несмотря на то, что между ними не было и намёка на отношения, она была ему верна. Не спала с другими, не искала замену, ожидая, когда он позвонит. Чего нельзя было сказать о Себастьяне. Он брал своё где хотел и с кем хотел, не чувствуя ни вины, ни ответственности. Со всеми остальными Женевьева вела себя как стерва, несмотря на все те ухаживания, что получала, казалось, ежеминутно.

Кристиан для неё был просто другом того самого желанного парня. Однако она относилась к нему хорошо, по-дружески, позволяла себе быть с ним мягче, чем с остальными. Может, потому что он был единственным, кто не заглядывал ей под юбку? Он всегда был лишь свидетелем её добровольного падения.

Кристиан жалел её из-за этой безответной любви к Себастьяну. Он видел, как она сгорает, не получая ничего взамен, но каждый раз принимает его с распростёртыми объятиями. Этот бесконечный круг из надежды и разочарования вызывал у него что-то похожее на жалость. Такой вид любви он презирал. Думая об этом сейчас, Кристиан фыркнул себе под нос.

— М-да, — протянула она, не найдя ничего интересного для себя в этом бардаке из стеклянных тар. — Кристиан, я разочарована. Как обычно, думаешь только о себе. Будь другом, закажи мне что-нибудь, а?

— Без проблем, — Кристиан лениво усмехнулся и перевёл взгляд на Роберта. — Роб, сгоняй в бар.

— А что мне за это будет? — игриво спросил Роберт, сверкнув глазами.

— Я смогу разговаривать с тобой нормально целых две минуты, — отрезала Женевьева, даже не удостоив его взглядом.

— Если на кону не стоит твоя киска, я не стану даже пальцем шевелить, — двусмысленно отозвался Роберт, ухмыляясь.

Женевьева демонстративно поморщилась и показала ему средний палец, от чего Алан разразился издевательским смехом, хлопая Роберта по плечу.

Кристиан лениво встал с дивана и поплёлся к стойке с телефоном, заказывая дополнительную порцию алкоголя и закусок. Через пятнадцать минут персонал отеля уже расставлял бутылки у импровизированного бара, заменяя пустые на полные.

— Крис, ты чудо, — промурлыкала Женевьева, принимая бокал.

Кристиан подмигнул ей и сел рядом на диван, чувствуя, как тело тяжелеет, но внутри всё ещё горит этот бешеный огонь, требующий продолжения. Ему по-прежнему было мало, казалось, каждые три часа дозу нужно было увеличивать.

Женевьева начала что-то оживлённо щебетать о своём, но он почти не вслушивался в её слова, только время от времени машинально кивал, глядя куда-то далеко сквозь неё. Его мысли были заняты совершенно другим человеком.

— Как я могла забыть! Мои родители только об этом и говорят! — провопила Женевьева, и Кристиан зажмурился на секунду, будто это могло защитить его от её возгласа. — Ты и Коуэлл! Вот это да!

— Чёрт, точно! — Роберт тут же подвинулся ближе, вытягиваясь к Кристиану через Женевьеву. Его расширенные зрачки бешено блестели от жадного любопытства. — Поделись, какая она? Ты уже поимел эту сладкую тихоню? По любому она не такая скромница, как о ней говорят.

— Да помолчи ты, — отодвигая Роберта, сказала Женевьева, — Когда свадьба?

— Да кого волнует эта свадьба? — влез в разговор Алан, и его голос звучал как у хищника, учуявшего добычу. — Она тебе уже отсосала? Говорят, она это делает божественно.

— Заткнитесь уже, — глухим тоном сказал Кристиан.

Он уже забыл о свадьбе с Лейлой за всё то время, что произошло за последние недели. Она казалась ему теперь совсем далёкой, почти нереальной проблемой, которая его будто больше не касалась. Не желая слушать ничего на эту тему, он резко встал, оставляя Женевьеву и остальных с немым недовольством на лицах, и быстрым шагом направился в ванную комнату.

Кристиан дёрнул ручку, и заметил пару, которая решила уединиться там в свете подсветки вокруг зеркала. Они даже не сразу поняли, что он здесь, увлечённые друг другом. Кристиан зло рыкнул на них выгоняя вон. Парочка что-то возмущённо пробормотала, но он уже захлопывал за ними дверь, отрезая себя от шума.

Он остался один в большем помещение, и поднял глаза на своё отражение. На него смотрел человек с красными глазами, взлохмаченными волосами и с тяжело вздымающейся грудью. Кристиан начал умываться прохладной водой, пытаясь смыть огонь с лица. Потом припал губами к струе, глотая воду большими глотками.

Выпрямившись, Кристиан увидел в отражении зеркала Ребекку. Она медленно подошла к нему вплотную и положила руки на его напряжённые плечи, слегка сжимая их.

— Что ты тут делаешь? — спросил он безразличным голосом.

— То же, что и ты, — её голос звучал вкрадчиво и соблазнительно. — Прячусь от толпы.

Он развернулся к ней, и она тут же обвила его шею руками, прижимаясь к нему грудью.

— Бека, если тебе не нравится шум толпы, зачем ты сюда пришла?

— Ну, у меня были свои причины, — сказала она, переводя взгляд с его глаз на губы и обратно.

— Отстань, — раздражённо ответил он, отталкивая её руки с себя.

Она послушно убрала их, но не переставала смотреть на него с хищным прищуром. Затем медленно завела руку за спину, доставая из кармана блестящий свёрток.

— У меня есть то, что тебе понравится. Но сначала ты кое-что сделаешь для меня.

Не отпуская его взгляда, Ребекка приоткрыла рот слегка высунув язык. Она нарочито медленно положила на него небольшую таблетку в форме розового сердечка, и её губы тронула едва заметная усмешка. Кристиан сглотнул и причиной была вовсе не Ребекка. Это была таблетка экстази на её языке, который казался сейчас единственным спасательным кругом в этом тонущем мире. Он смотрел, как она медленно начинает таять под воздействием слюны. Он не хотел целовать Ребекку, но крошечная таблетка манила, обещая новые ощущения взамен на горечь.

В голове билась одна мысль: это предательство перед Каей. Он представил ее глаза, и внутри болезненно кольнуло, заставляя сердце ударяться об ребра. Но тут же следом пришла другая ядовитая мысль: ей явно было на него плевать. А он все еще рефлексирует на эту тему как последний идиот.

Кристиан лихорадочно перебирал в голове все «за» и «против», пытаясь найти оправдание. Ему ведь не впервой целовать девушку без каких-либо чувств, и этот поцелуй с Ребеккой ничего не будет значить для него. Да и что он, собственно, терял? Стоя здесь, в этой комнате, по сути, оказавшись на самом дне.

Кристиан шагнул вперёд, сокращая расстояние между ними, и резко потянулся к ней. Ребекка улыбнулась, но язык продолжала держать в том же положении. Он припал языком к языку Ребекки, забирая таблетку, но она тут же обхватила его шею руками, притягивая к себе. Кристиан судорожно проглотил таблетку и через силу ответил на её настойчивую ласку. Этот поцелуй был грязным и пошлым, но он всё равно углубил его, пытаясь заглушить боль. Кристиан старался не думать о Кае в этот момент, но она возникала сама, стоило только отключить контроль

Может, стоило засунуть свою грёбаную порядочность глубоко в задницу, туда, где уже лежали остатки совести? Может, стоило заняться сексом с той, что так отчаянно к нему липнет? Кристиан мог закрыться с Ребеккой в спальне прямо сейчас и трахать её, пока не вырубится и пока дрянь в крови не сотрёт всё внутри. Это было проще всего на свете: взять то, что само лезет в руки. Так он поступал ещё недавно, когда мог уложить любую и забыть её имя на следующий день. Когда он ещё не знал, что такое смотреть в тёплые глаза и понимать, что без них уже не можешь.

В этот момент Кристиан чувствовал острое отвращение к самому себе. Он презирал себя за то, что вообще рассматривал этот грязный вариант, когда образ Каи стоял перед глазами такой живой и манящий. Он грубо отстранился, оттолкнув чужие руки от своего тела. Ребекка жалобно простонала и снова потянулась к нему. Её пальцы вцепились в его футболку, но Кристиан оторвал её от себя.

Он не мог этого сделать. Чтобы не делала Кая, с кем бы она ни была сейчас, Кристиан не мог находиться с кем-то другим. Не мог хотеть кого-то другого. Не мог позволить чужим губам касаться его губ, чужим рукам - его тела. Всё это принадлежало только Кае. Даже когда она, возможно, уже забыла о его. Даже когда он сам разрушил всё, что между ними было.

— Ребекка, мать твою, оставь меня в покое! — рявкнул он, когда она потянулась к ремню на его джинсах.

Кристиан вышел из ванной и оставляя её одну в полумраке с размазанной помадой и злым блеском в глазах. Он останется долбаным недотрогой, если так нужно. Искупит эту боль верностью, о которой она даже не узнает. Потому что, если он сделает это сейчас, если позволит себе отдаться первому встречному телу, лишь бы заглушить эту грызущую пустоту, тогда всё будет кончено. Тогда он перестанет быть тем человеком, которым она его сделала, и навсегда потеряет её, даже ту, что живёт только в его воспоминаниях. Как бы он ни пытался убежать от этой суровой реальности, Кристиан понял, что он просто не готов, чтобы Кая покинула его разум. Он не готов променять её образ даже на минуту дешёвого забытья и не отдаст этому забытью последнее, что у него ещё осталось.

Кристиан медленно побрёл обратно к парням. Размытым взглядом он даже не пытался разглядеть никакие детали, которые могли бы выдернуть его из этого состояния. С каждым новым шагом земля будто уходила у него из-под ног, а пол становился зыбким и ненадёжным, но Кристиан чувствовал своё тело по-новому, удивительно лёгким, почти невесомым и совершенно чужим.

Даже если бы в той проклятой ванной он закрыл глаза и изо всех сил представлял перед собой Каю, этого всё равно было бы катастрофически недостаточно. И ни Бека, ни любая другая девушка в этом мире, ни алкоголь, ни наркотики, ни один поцелуй и самый дикий секс не могли бы заменить Каю.

Дойдя до дивана, Кристиан вовсе потерял фокус. Перед глазами всё плыло, лица приятелей расплывались в цветные пятна, а музыка то приближалась, то отдалялась, превращаясь в сплошной гул. Внутри нарастало странное ощущение полёта, будто тело оторвалось от земли и парило над реальностью. Он закрыл глаза, позволяя этой волне накрыть его с головой, позволяя обжигающему огню. Он довольно улыбнулся, запрокинул голову и отдался этому искусственному, но такому необходимому спокойствию.

Глава 8


Пробуждение наступило резко, выдёргивая Кристиана из галлюцинаторных снов. Кто-то схватил его и потащил за собой. Кристиан вяло пытался открыть глаза, пока плёлся за этим размытым силуэтом, не в силах оказать никакого сопротивления. Он пытался вслушаться в происходящее вокруг, но внутри его головы стоял противный, высокочастотный писк, заглушавший все остальные звуки.

Его тело резко сбросили на холодный кафель, и Кристиан даже не пытался всматриваться перед собой сквозь полузакрытые веки, не фокусируясь ни на чём. А потом ледяные струи воды обрушились на него, и он дёрнулся, пытаясь закрыться руками. Вся одежда мгновенно взмокла и прилипла к телу, от чего стало почти невыносимо.

— Блять, хватит! — Кристиан подал голос, пытаясь перекрыть шум ледяного потока, но собственный голос прозвучал хрипло и глухо, будто принадлежал кому-то совершенно другому.

— Очнулся наконец, — знакомый голос пробился сквозь писк в ушах, и Кристиан, открыв глаза, всмотрелся в фигуру Николоса, стоящего напротив с душевой лейкой в руках, из которой вода теперь струями врезалась в стену.

Кристиан зажмурился, потом снова открыл глаза.

— Что ты тут делаешь?

— Кристиан, это ты что тут делаешь? Что ты тут устроил, а?

— Неважно.

Николас бросил лейку на пол, от чего она стала бить водой в потолок, подскочил к нему и схватил за ворот мокрой футболки, притягивая к себе.

— Важно, черт возьми! Ты хочешь сдохнуть в одну из этих попоек?

— Отвали от меня! — Кристиан нашёл в себе силы оттолкнуть его руки.

— Ты пропал на целую неделю, а я нахожу тебя здесь, в этом номере, похожем на пепельницу, и с кучей невменяемых людей. Ты пытаешься стать законченным наркоманом? Решил себя угробить?

Кристиан замер, пытаясь осмыслить это страшное слово. Неделя? Он попытался вспомнить, сколько раз за окном сменялся день, но в его голове была только мутная каша.

— Я не наркоман, — прохрипел Кристиан, чувствуя, как внутри закипает глухая злость. — Ты вообще ничего не знаешь.

— Я тебя искал по всему городу! Пока один из твоих дружков не сдал мне название отеля!

Николас замолчал, сжимая кулаки так, что руки саднило от напряжения. Было заметно, как он сдерживает себя, чтобы не ударить Кристиана.

— Вставай, — сказал Николас жёстким, не терпящим возражений тоном. — Вставай, мать твою, и приведи себя в порядок. Я буду ждать тебя в гостиной, а потом отвезу домой.

— Я никуда не поеду. Просто оставь меня здесь.

—Чтобы завтра тебя нашли с иглой в вене?

— Да черт возьми отвали от меня!

— Заткнись, Кристиан, — Николас шагнул к нему, но остановился, сдерживая себя. — Я не ударил тебя только потому, что это сильно расстроит твою сестру. Ты хоть на минуту подумал о Джулии? О своей семье?

Кристиан, начал дрожать противной дрожью, которая поднималась откуда-то изнутри и не имела никакого отношения к холодной футболке, что липла к его телу.

— Джулия бы этого не вынесла. — прошептал Николас.

Кристиан замер, судорожно сглатывая колючий комок в горле. Он молча смотрел на удаляющуюся спину Николаса, а затем закрыл глаза и с силой ударился затылком о холодную кафельную стену.

****

Душ не подарил нужного ощущения, но сделал вид Кристиана более опрятным. Накинув махровый халат, и надевая отельные тапочки, он уставился в своё отражение в запотевшем зеркале. Что могло попасть в его организм за эту неделю? Где его телефон? Почему Николас вообще начал его искать?

Он почистил зубы, избавляясь от неприятного привкуса во рту, и двумя руками зачесал мокрые волосы назад. Выйдя из ванной, он готовился увидеть разруху, но то, что предстало перед глазами, оказалось хуже любых ожиданий. В коридоре царил настоящий хаос. Окурки валялись повсюду, разбитые бутылки хрустели под ногами, на паркете расплылись липкие пятна алкоголя. Одна из картин на стене была варварски исписана чёрным маркером.

Кристиан прошёл дальше, в гостиную. Белые стены, которые ещё недавно сияли стерильной чистотой люкс-отеля, теперь были разрисованы непристойными рисунками. Дизайнерский торшер валялся сломанный пополам в углу. Комната имела отвратительный запах перегара от чего к горлу подкатывала тошнота.

bannerbanner