
Полная версия:
Цена прощения
Сутки, проведённые в парализующем ступоре, могли стать решающими, и Кристин понял, что ему не следовало уезжать в тот вечер. Он должен был остаться у этих ворот и караулить всю ночь. Тогда он смог бы перехватить её и поговорить. Но время утекло сквозь пальцы, унося с собой его последний шанс.
Кристиан не знал, что делать, потому что у него даже не было её адреса. Оставался только один вариант: просить помощи у отца. После той ночи между ними что-то сдвинулось. Это не стало близостью, но лёд определённо тронулся, оставляя надежду на хрупкое перемирие.
Подъезжая к дому, Кристиан заметил машину Николаса. Войдя в гостиную, он увидел отца и мать, сидящих в глубоких креслах у потухшего камина, и Николаса, стоявшего рядом. Элеонор выглядела бледной и расстроенной, Чарльз же казался напряжённым.
— Что случилось? — обеспокоенно спросил Кристиан, инстинктивно отметив отсутствие в комнате Джулии.
— Николас приехал, чтобы поддержать тебя, — пояснил Чарльз, обменявшись быстрым взглядом с женой. Его голос звучал непривычно бережно. — Я подумал, тебе нужна будет поддержка.
— Если хочешь, мы можем поговорить наедине, — предложил Николас, подходя ближе.
Его острый и проницательный взгляд был полон спокойного понимания и готовности помочь.
— Обязательно, но не сейчас. — Кристиан перевёл взгляд на отца, — Мне нужно найти кое-кого.
В комнате повисла напряжённая тишина. Чарльз нахмурил брови, и его взгляд мгновенно преобразился. Он обменялся молчаливым взглядом с Николасом, и тот едва заметно кивнул, будто подтверждая некий невысказанный план.
— Кристиан, — произнёс Чарльз. — Лейла хорошая девушка. Возможно, со временем она смогла бы… залечить твои раны. Дать тебе…
— Нет, — отрезал Кристиан. — Лейла и я не будем вместе. Ни сейчас, ни через год, ни никогда. Закроем эту тему. У меня нет времени, но я прошу тебя о помощи. Папа, мне правда нужна твоя помощь.
— Хорошо. Кого именно ты хочешь найти?
Кристиан выдохнул, и напряжение отпустило его плечи. Он не ждал прощения и не строил планов на будущее, ему хотелось лишь убедиться, что с Каей всё в безопасности.
—Мне нужен адрес Каи Тёрнер.
Кристиан не мог знать в этот миг облегчения, только что подписал ей новый приговор. Пока он видел в согласии отца помощь, сам Чарльз Костелло уже начинал в уме свою безжалостную, системную охоту.
Глава 4
Кае было не просто тяжело, потому что это слово казалось слишком мелким для той пустоты, которая разъедала её изнутри. Каждое новое утро становилось маленькой победой и огромным поражением одновременно. Она не знала, сколько ещё выдержит эту двойную ношу.
Ей хотелось плакать до полного изнеможения, до той спасительной пустоты, которая приходит после долгих слёз. Кая хотела закрыть шторы, лечь лицом к холодной стене и позволить темноте поглотить себя целиком. Но сдаться означало бы, что у него получилось, что Кристиан не просто разбил ей сердце, но и сломал её волю к жизни, превратив в безвольную тень. Этого Кая позволить себе не могла. Ненависть к нему была слабее, чем ненависть к мысли о собственной слабости.
И потому Кая собрала в кулак все осколки своей силы. Ей нужно было снова встать на ноги, найти работу и вернуть ему все деньги. Пока они лежали на её счету, Кая чувствовала себя связанной с ним нитью. И первым шагом к собственному освобождению было разорвать эту нить.
****
— Подпишите вот здесь и здесь, — безразличным голосом указывала сотрудница банка на пустые прочерки в договоре.
Ручка в пальцах Каи казалась невероятно тяжёлой, словно её стержень весил несколько фунтов. Она смотрела на строчки, которые должны были означать свободу, и видела в них лишь привкус его лжи.
— Всё, —сказала Кая, отодвигая от себя последний лист с подписями.
— Поздравляю, — сказала сотрудница, протягивая руку за подписанными бланками.
—Я могу вернуть остаток средств человеку, который внес на мой счет сумму?
Женщина на мгновение задумалась, но все же она покачала головой.
— Перевод был осуществлён анонимно, так пожелал заказчик. К сожалению, в правилах нашего банка чётко прописано: мы не разглашаем информацию о личных данных клиентов без их письменного согласия или решения суда.
Кая лишь коротко кивнула, поблагодарила сотрудницу и направилась к банкомату в холле отделения, чтобы проверить остаток на балансе своей карты. Всё это время она понятия не имела, какая именно сумма осталась после погашения долга.
Вставив карту и введя пин-код дрожащими пальцами, Кая уставилась на тусклый экран банкомата. Сумма оказалась настолько неожиданной, что её сознание на секунду отказалось её воспринимать. Цифры горели зелёным шрифтом и указывали на четырёхзначную сумму.
****
Выйдя из здания банка, Кая шла по улице, почти не разбирая дороги. Она не замечала, как центр города преобразился в преддверии Рождества. На фонарных столбах висели венки из еловых веток и алых лент, а в витринах магазинов переливались гирлянды. Всё это сияло, звенело и пахло корицей, создавая атмосферу всеобщего праздника, которой она не могла разделителе внутренний мир оставался тёмным и безрадостным. Сознание Каи оказалось перегружено, а пластиковая карта в кармане, теперь казалась стальной гирей, притягивавшей её к земле. Внезапное прикосновение к плечу заставило её резко обернуться.
— Привет, ты чего, не слышишь, что ли? — радостным тоном произнёс Джейк.
Он сиял широкой, заразительной улыбкой, которая, казалось, не боялась зимнего холода и озаряла всё вокруг. Но, внимательнее всмотревшись в лицо Каи, его улыбка потускнела, стала более сдержанной.
— Привет, Джейк, я задумалась, извини, — Кая попыталась улыбнуться, но получилось неестественно, будто мышцы лица забыли, как это делать.
—У тебя сегодня выходной? Ты свободна?
— Я уволилась.
— Что‑то случилось?
— Нет, — слишком резко ответила Кая. Она сглотнула, пытаясь унять предательскую дрожь в голосе и подступающую волну слёз. — Просто… так получилось.
— А ты куда идёшь? Или откуда? — взгляд Джейка стал более заботливым. — Хочешь, может, зайдём попьём кофе? Выглядишь …замерзшей.
Кая ощутила внутренний протест, единственное, чего ей хотелось сейчас, добраться до квартиры, захлопнуть за собой дверь и просто раствориться в тишине. Но это же был Джейк, один из немногих лучей в её серой жизни, а она почти забыла о его существовании, погрузившись в бурный водоворот с Кристианом. Чувство вины перед Джейком перевесило желание убежать и спрятаться.
— Хорошо, пойдём, — без эмоционально пронесла она, глядя на свои мокрые от снега кроссовки.
Джейк, казалось, даже слегка подпрыгнул на месте от неожиданной радости. Он очень скучал по ней, и эта случайная встреча стала для него тем самым знаком, на который он подсознательно надеялся всё это время. Можно ли было считать это их вторым свиданием? Джейк отчаянно надеялся, что да, но не стал спрашивать об этом вслух, боясь спугнуть её хрупкое согласие.
Глава 5
Кристиан ждал, когда отец наконец придёт к нему с информацией о заветном адресе, но он молчал. Кристиану даже начало казаться, что отец специально тянет с этим делом, но он отбросил эту мысль, надеясь, что он не стал бы так поступать с собственным сыном.
Свободное время Кристиан пытался занять работой, потому что понимал: у него нет права подводить коллег, которые напрямую зависели от его части рутинной работы. Он заставлял себя разбирать кипы скучных документов, но Кая неизменно оставалась на первом плане его мыслей, вытесняя всё остальное.
Дни тянулись мучительно медленно, сплетаясь в тугой клубок из бессильной ярости и нарастающей тревоги. Вокруг него кипела подготовка к празднику, которую он отчаянно пытался игнорировать. В доме пахло хвоей и имбирным печеньем от восковых свеч, в холле установили огромную, сияющую гирляндами ель, а Элеонор с поваром обсуждали меню праздничного ужина. Приехала даже Джулия, пытаясь своим звонким смехом и суетой рассеять мрачную атмосферу, что висела вокруг него одного.
Прошло две недели с того вечера, когда всё рухнуло. Кристиан провёл это время в агонии, разрываясь между желанием действовать и полным отсутствием зацепок. Он сам искал Каю, объезжал знакомые места, перебирал в голове каждую деталь их разговоров, но всё было тщетно. Каждый день без вестей сводил его с ума, и он чувствовал, как время работает против него.
Несколько дней назад Кристиан нашёл в себе силы поговорить с Николасом. Не вдаваясь в подробности, он признался, что встретил девушку, без которой мир терял смысл. Кристиан так же рассказал, как своими глупыми поступками, разрушил то немногое, что между ними едва успело начаться. Николас слушал с пониманием, но в его глазах читалось осуждение. Они проговорили тогда долго, и этот разговор был нужен Кристиану. Он был рад, что Николас оказался рядом.
Однако Кристиан закрылся от старшей сестры, пытаясь уберечь её от лишних переживаний. Джулия не могла не замечать состояния брата и, несмотря на его молчание, часто сидела рядом с ним, показывая свою безмолвную поддержку. И это было тем немногим, что ещё держало Кристиана на плаву в эти дни. Но даже она не могла заполнить ту огромную пустоту, которая с каждым днём разрасталась внутри его души.
****
Кристиан без интереса оглядел обстановку номера. Стены собственной комнаты начали давить, и он надеялся, что смена пространства поможет ему собраться с мыслями. Он сделал пару шагов и рухнул спиной на ближайший диван, уставившись в потолок с лепниной.
Хотелось напиться до той черты, за которой человек перестаёт что-либо чувствовать. Он давно не пил, да и зачем ему был алкоголь, когда рядом была Кая? Тогда не нужны были никакие побеги от реальности, потому что она сама стала его реальностью. Кая заполняла собой всё: его мысли, его сны и ту самую пустоту, которая сейчас разъедала грудь. Рядом с ней хотелось жить, а не просто существовать.
Теперь её нет рядом, и дыра, которую она когда-то заполнила, снова зияет в груди открытой раной. Он дотянулся до ламинированной карточки с барным меню на журнальном столике, и уставился в список, выбирая себе сегодняшнее пойло.
Через пятнадцать минут после заказа, в дверь тихо постучали. В коридоре стоял парень в униформе с небольшой тележкой на колёсиках, на которой теснились бутылки алкоголя в ведрах со льдом и тарелки с закусками. Кристиан хмыкнул и пропустил сотрудника внутрь. Тот ловко переставил ведра на стойку у стены, стараясь не шуметь.
— Какое количество бокалов для вас, сэр? — вежливо спросил парень.
— Нисколько, — коротко ответил Кристиан, протягивая ему несколько купюр. — Можешь идти.
Сотрудник вежливо наклонил голову, взял деньги и бесшумно вышел в коридор, оставив Кристиана одного. Он начал поднимать из вёдер бутылки одну за другой, читая этикетки, пока не добрался до текилы. Он открыл её, бросив крышку куда-то за спину, и поднёс горлышко к губам, глотая горькую жидкость. Затем он взял лайм и впился в него зубами, ощущая кислый вкус на языке.
Нащупав пульт между отельными буклетами, Кристиан нажал кнопку включения, и из динамиков, встроенных в стены, полился тяжёлый бас, заполнивший номер вибрацией. Кристиан начал двигаться, с бутылкой в руке, делая всё, что угодно, лишь бы не стоять, не думать, не чувствовать эту проклятую пустоту.
Со стороны его действия выглядели отчаянно и даже жалко. Он просто не знал, как ещё справляться с этой болью по-другому. Кристиан спотыкался, чуть не падал, смеялся сквозь сжатые зубы и снова пил, не зная, сколько это безумие продлится. Он знал только одно: если он сейчас остановится, то боль раздавит его окончательно, не оставив даже маленького шанса на спасение.
Муть в глазах становилась всё более плотной, но это не помогало, и он со злости, швырнул бутылку в стену. Та разлетелась на несколько осколков, оставляя на стене мокрый след. Похлопав себя по щекам, он снова подошёл к стойке с алкоголем, где лёд в вёдрах уже почти растаял, и бутылка скотча едва не выскользнула у него из рук. Кристиан хрипло рассмеялся, хотя даже в этом смехе, казалось, звучала сухая тоска.
Ему было глубоко плевать на бутылку, превратившуюся в осколки, на других постояльцев отеля, которые наверняка слышали музыку, еще больше было плевать на самого себя. Не всё равно ему было только на неё.
****
Солнце било в глаза яркими лучами, голова раскалывалась на части, во рту было сухо, а каждый вдох отдавался пульсирующей болью где-то в затылке, напоминая ему о том, как давно он не испытывал такого похмелья.
Кристиан тяжело поднялся, опираясь на локоть, и увидел на прикроватной тумбе полу пустую бутылку скотча. От одного вида его передёрнуло. Он отвернулся от мутного стекла и поплёлся в душ. Холодная вода немного привела его в чувство. Выйдя, он накинул полотенце на бёдра, и набрал ресепшен.
Две горничные в строгой униформе бесшумно проскользнули в номер и с профессиональной сноровкой принялись за работу. Они быстро собрали осколки разбитой бутылки, тщательно вытерли липкие следы со стены, сменили мокрые полотенца и собрали по всему номеру жестяные вёдра, на дне которых уже давно плескалась вода. Девушки работали молча, не поднимая глаз, и вели себя так, словно Кристиана здесь вообще не было.
****
К вечеру Кристиан решил пройтись по городу чтобы отвлечься. Стены отеля стали давить так же невыносимо, как стены собственного дома. Вот только дело было не в них, а в нём самом. Казалось, он отравляет любое пространство вокруг себя, и теперь ему никогда не будет хорошо.
Кристиан спустился вниз, не взяв ключи от мустанга, шагнул на оживлённую вечернюю улицу. Снег ложился крупными хлопьями, оседая на плечах. Сиэтл жил своей привычной предпраздничной жизнью: витрины магазинов сияли огнями, гирлянды оплетали фонарные столбы, в окнах кафе горел тёплый свет. Рождественское убранство было повсюду, навязчивое, яркое, словно город кричал о празднике, которого Кристиан не чувствовал.
Он миновал освещённую площадь с огромной ёлкой, прошёл мимо катка, где под музыку кружились люди, нырнул в тихий переулок, где фонари горели тусклее и снег лежал нетронутым. Ноги несли его сами, а в голове было пусто и одновременно оглушительно громко. Он не знал, сколько прошёл времени и сколько кварталов осталось позади. Знал только, что не может остановиться.
Что-то заставило его замедлить шаг, может быть, холод, добравшийся до пальцев, или головная боль, которая никак не проходила. Кристиан повернулся к небольшой кофейне, которая находилась через дорогу и ничем не выделялась среди других заведений.
Он быстрым шагом перешёл дорогу, не глядя на машины, и скользнул взглядом по вывеске, а затем перевёл его на окно и замер. Кулаки сжались сами собой, а сердце, казалось, перестало биться, чтобы через секунду застучать глухо и отчаянно где-то в горле. Воздух застрял в лёгких, отказываясь выходить наружу, и он продолжал смотреть в окно, не в силах пошевелиться, не в силах отвести взгляд, не в силах заставить себя сделать хотя бы один грёбаный вдох.
Глава 6
После встречи у здания банка Джейк чаще стал звать Каю на прогулки или тихие посиделки в кафе. Он думал, раз у неё появлялось свободное время, то он будет заполнить его общим времяпрепровождением.
Кая сомневалась первое время, ей казалось, что это неправильно. Но по отношению к кому? К ней? К Джейку? Или к Кристиану? Последнее было вовсе нелогично, с учетом произошедшего. Однако одиночество в четырёх стенах начало сжиматься вокруг горла неумолимой петлёй, и ей отчаянно нужна была помощь. Чей-то голос, отличавшийся от эха её собственных мыслей. Для Каи эти встречи быстро превратились в спасательный круг, за который она цеплялась обеими руками.
И на какое-то время это помогало. Он давал ей самое важное в её состоянии – отвлечение, и в этом было главное, временное спасение. В их общении говорил в основном Джейк, заполняя пространство потоком слов. Кая чаще просто слушала, но уже могла поднять взгляд и улыбнуться в ответ. Лишь лёгким, почти призрачным движением губ, которое не добиралось до глаз, но это уже был прогресс. Джейк стал для неё тем плечом, на которое она могла опереться, даже не рассказывая о своей ноше, при всей своей искренней доброте и неиссякаемой энергии он не мог заполнить собой пустоту.
Один из таких вечеров они снова сидели в той самой кофейне, которая стала по праву их местом. Последние пару дней они проводили именно здесь, потому что здесь было не так людно, а Кае меньше всего хотелось быть в окружении большого количества людей. Джейк, как всегда, был в отличном настроении, его энергия заполняла пространство, не давая тишине стать слишком тяжёлой.
— И вот мне ждать ещё целых пять дней, — сказал Джейк, убирая в карман телефон, на котором только что показывал снимки очаровательного ретривера. — Хотя, была бы моя воля, я забрал бы этого пса сразу.
— Время пролетит гораздо быстрее, чем ты думаешь, — тихо произнесла Кая.
— Знаю, но мне не терпится его забрать. Я уже купил ему игрушки и лежанку, всё готово для его появления.
— А как ты хочешь его назвать?
— Когда я впервые увидел его, то сразу подумал, что это самый настоящий Рокки.
— Ему очень идёт это имя.
— Слушай, а может, мы вместе заберём его? — Джейк немного замялся, проводя рукой по своим светлым волосам.
Кая подняла глаза на Джейка, такого светлого и улыбчивого, с его вечной готовностью радоваться жизни, и вдруг поймала себя на мысли, что он сам чем-то напоминает ретривера. Такой же открытый и тёплый, будто сама природа создала его, чтобы вилять хвостом и делать этот мир вокруг чуточку светлее и добрее. Уголок её губ дрогнул, и она улыбнулась, шире, чем за всё время, что они провели вместе в последние несколько дней, а затем снова опустила взгляд на свою пустую чашку.
— Ты чего это улыбаешься? — спросил Джейк, и его собственная улыбка стала ещё шире.
— Да нет, ничего такого. Просто подумала, что вы с ним немного похожи.
Кая снова подняла глаза, но её взгляд скользнул мимо Джейка, за его спину, через окно с мутными морозными узорами. На секунду ей показалось, что там кто-то стоит, но она увидела лишь уходящую тень прохожего, растворявшуюся в темноте. Что-то кольнуло в груди, но Кая постаралась отмахнуться от этого чувства.
— Спасибо тебе, Кая, что снова согласилась встретиться, — сказал Джейк спустя пару минут тишины.
Казалось, его нисколько не смущали ни эта повисшая тишина, ни её долгое молчание. Только её подавленный, уставший вид вызывал у него щемящую тоску и острое желание хоть как-то помочь. Он хотел обнять её и взять за руку, но сдерживал себя, понимая, что всему своё время. Три встречи за одну неделю это уже прогресс.
— Это тебе спасибо, — тихо ответила Кая. — Что вытаскиваешь меня из четырёх стен.
— Кстати, а почему ты уволилась с той работы? — осторожно спросил он, стараясь не давить на неё, но заметил, как её пальцы судорожно сжали рукав кофты.
Понял. Вот сокращённый вариант.
Она не хотела говорить о Себастьяне и его грязных намёках, про пистолет, который тогда случайно увидела, и про липкий, удушающий страх под рёбрами. Про всё то, что заставило её уйти из дома Гротти, не оглядываясь назад. И о Кристиане, чьи обещания оказались пустыми, а нежность обернулась предательством.
— Эта работа оказалась слишком сложной для меня, — наконец выдавила она из себя, не поднимая глаз от пустой чашки. — Там был очень большой объём работы.
Джейк понимающе кивнул.
— Ну и хорошо, что ты ушла. Я переживал, когда ты сказала, что работаешь у Гротти. И знаешь, что ни делается - всё к лучшему.
Кая кивнула, поджав губы. Ей хотелось верить в это «к лучшему».
— И что думаешь делать сейчас?
— Пока не знаю. Это сложно...
— Понял, — Джейк поднял руки в комичном жесте капитуляции, разряжая обстановку. —Молчу. Но если захочешь поговорить я всегда рядом.
Кая понимала, Джейк и правда всегда был рядом поддерживал, помогал, не задавал лишних вопросов и не лез в душу, когда она сама не хотела открываться. «Ну же, Кая, очнись» сказала она себе мысленно, но перед глазами снова вставал Кристиан, и сердце болезненно сжималось, стоило только вспомнить его имя.
****
После кофейни Джейк неторопливо пошёл провожать Каю до дома, чтобы растянуть время. По дороге он расспрашивал, как она планирует встречать Рождество, и с надеждой позвал её за праздничный стол к своей семье. Кая смутилась от этого предложения и сразу поняла, что не готова к такому шагу. Рождество - это семейный праздник, и там она будет чувствовать себя лишней. Чужим человеком, который своим подавленным видом только испортит атмосферу всеобщего веселья.
Джейк пытался не показывать, что расстроился, но лёгкая тень пробежала по его лицу, прежде чем он снова улыбнулся. Это не первый и не последний праздник. После Рождества, Новый год, а затем и День святого Валентина. Он уже мысленно строил планы на этот день, надеясь, что к тому времени Кая будет готова чуть больше, чем сейчас.
Они остановились около её дома, и Кая начала переминаться с ноги на ногу. Джейк медлил, глядя на её лицо, и внутри у него всё замирало в ожидании. Он мысленно взвешивал, стоит ли её поцеловать. Ещё секунда, и он готов был наклониться и коснуться её губ, но в последний момент он лишь поддался вперёд и быстро её обнял.
— Ну ладно, до встречи тогда, — сказал он, поправляя шапку, когда объятия прекратились.
— До встречи, Джейк, — мягко ответила она и, пятясь спиной к двери, махая ему рукой. А потом развернулась и скрылась за дверью.
Джейк постоял ещё минуту, глядя на закрытую дверь, перевёл дыхание и медленно побрёл обратно, успокаивая гулко бьющееся сердце.
****
Зайдя в квартиру, Кая почувствовала, как сильно проголодалась. В кофейне она заказала только маленький капучино, позволить себе что-то ещё не могла, да и не хотела, чтобы Джейк снова за неё платил. Он и так уже оплачивал их встречи, а чувство неловкости с каждым разом становилось только сильнее.
Она открыла холодильник, вздохнула над скудным содержимым и достала продукты для омлета. Поставив сковороду на плиту, Кая принялась взбивать яйца в миске, пока звонок телефона не отвлёк её от готовки.
— Сюзанна, привет, — взяв трубку, Кая старалась придать голосу счастливый или хотя бы нормальный тембр.
— Привет, моя хорошая, как ты? — ласково сказала Сюзанна, и Кая могла представить её теплую улыбку.
— Я в порядке, у тебя как? — Кая подошла к кухне, удерживая телефон между ухом и плечом, продолжая готовку.
— Ох, милая, мы взяли в аренду помещение! Помнишь, я говорила тебе о нём? С кирпичной стеной и большими окнами.
— Это замечательная новость, я очень рада за тебя.
— Работы правда ещё много. Пока пеку выпечку дома, Карлос делает там ремонт в кухне, но ещё пару дней и я буду печь в своей пекарне, представляешь! А в конце недели планируем провести открытие. Так вот, обязательно приходи, хорошо?
От голоса Сюзанны веяло таким счастьем и теплом, что Кая зажмурилась, осознавая, как сильно она по ней скучает.
—Конечно я приду. Вам нужна помощь?
— Нет, спасибо Кая, в этом нет необходимости., тогда я буду ждать тебя. Или вас?..
Сюзанна на секунду замолкла, не произнося имени, и Кая закрыла глаза сжимая рукоять кухонного ножа в руках.
— С Кристианом всё кончено, — сказала она, не разжимая век. Произносить его имя вслух было больно. Сердце тут же забилось тугим стуком в горле, казалось, ещё немного и этот стук перекроет ей дыхание. — Это... не важно.
— Кая, он обидел тебя? — голос Сюзанны приобрёл тревожные нотки.
— Ничего такого, правда, это было обоюдно. Черт! — тут же выругалась она, почувствовав, что омлет начал пригорать.
Телефон упал на пол, пока Кая переставляла сковородку на другую конфорку. Она тяжело вдохнула, протирая лицо руками, а затем наклонилась за телефоном.
— ...отвлекать, если что звони, милая.
— Обязательно. Спасибо, что позвонила.
— Мы будем тебя ждать. Не пропадай!
Отложив телефон, Кая залила пакетик чая кипятком и начала соскабливать со сковородки подгоревший ужин, отделяя более-менее съедобные кусочки омлета.
Прошел очередной день, который нужно было просто пережить. Мысли уже начинали привычно сворачивать в сторону того, о чём думать не хотелось, и она с силой направила их в другое русло. Нужна работа, иначе скоро станет совсем плохо с деньгами. На счету ещё оставались средства, заработанные в особняке, но еще были деньги Кристиана, которые она не намерена была тратить. Они просто лежали там, напоминанием, упрёком, чем-то таким, к чему нельзя прикасаться, если хочешь сохранить хоть каплю самоуважения.
Глава 7
Кристиан шёл по улице, сжимая руки в кулаки. Хотелось врезать тому парню, что сидел напротив Каи в этой проклятой кофейне. Чёрт возьми, почему она была с ним? Кто он такой? Неужели она так быстро все забыла? Кристиан выругался сквозь зубы, всё больше увязая в этих мыслях. Ему вспомнились слова Себастьяна в ту ночь, но это же просто не могло быть правдой, он отказывался в это верить.

