Белая Вселенная

– Доложите ситуацию! – обернулся я к Помощнику.

– Идея была неплоха, но возникли проблемы.

Помощник Капитана, чей голос теперь звучал с слегка заметными цифровыми помехами, вывел на главный экран данные телеметрии тестового щита. Его лицо, обычно спокойное, теперь вдруг мелко дрожало. Это было странно, даже релятивистский джет не должен был так влиять на наш виртуальный мир.

– Чтобы войти в резонанс, нужно знать точную частоту и плотность потока. Однако оказалось, что спектр джета постоянно скачет, – быстро проговорил Помощник. – Это не сплошная волна. Каждые несколько микросекунд плотность меняется на порядки. Наш щит пытается подстроиться, но катушки индуктивности входят в автоколебания. Вместо того чтобы захватывать энергию, они начинают вибрировать с такой частотой, что щит входит в некий аналог механического резонанса. Короче, он сам себя разрывает на куски ещё до удара – и это очень плохо для потенциальной защиты, на которую мы рассчитываем.

Я задумался. Всё что я прочитал в отчете Навигатора, говорило о том, что с троянцами что-то не ладно. Надо искать причину и воздействовать на неё!

– Я перекинул тебе отчёт Навигатора, посмотри, что думаешь? В самом конце, следы на астероидах, – сказал я и отправил данные Помощнику.

Помощник задумался на короткое время и потом повернулся ко мне.

Я его слушал, но не узнавал его! Как будто передо мной сидел уже не Помощник.

«Тринадцать секунд до столкновения» – вновь прогремел голос отчёта.

– Я оперативно смоделировал одну догадку. Это может показаться невероятным, но я решил попробовать. А почему бы и нет, как говорят земляне, – говорил он спокойно. – Если что-то смогло поймать джет, высокоэнергетическое излучение вообще-то, которое материю разносит в пух и прах и облучает всё сильно заряженными элементарными частицами…

– Ты намекаешь, что, – сказал я. – Тихоходки, с которыми проводили эксперименты – это, конечно, выдающиеся земные организмы, которые за миллионы лет приспособили свои гены к защите от радиации. Они единственные, кто может выдерживать огромные дозы и при этом их ДНК не разрушается! Ты хочешь сказать, что они могли как-то пережить эту бомбардировку?

– Я не ручаюсь за тихоходок, живы они или нет мы уже не узнаем. Однако, если что-то смогло поймать джет, и если бы они хотели его закольцевать, так сказать, то с высокой долей вероятности система из трёх астероидов получила бы «ожоги» поверхности, назовём их так, примерно в тех местах, которые были в отчёте Навигатора. Но и это не всё.

Я начал нервничать.

Мне определённо не нравилось то, что происходило с Помощником. Я переглянулся с Навигатором. Он тоже это заметил и начал оперативно делать проверку систем, пока я обдумывал тот поток рассуждений Помощника, который рождался в его искусственном разуме.

– Я сделал проверку темпоральных меток. Гравитационная сигнатура микрочерной дыры, что испустила джет, нам известна. Я сравнил искажения времени в районе Патроклов и сделал вывод, что время там синхронизировалось с искажениями МЧД, они когерентны. Ты знаешь, квантовая механика запрещает исчезновение информации в черной дыре. Согласно голографическому принципу, энтропия черной дыры записана на её поверхности, на горизонте событий. Когда материя разрушается приливными силами, её квантовое состояние – её информационная суть – не исчезает, а кодируется в излучении Хокинга или, в нашем случае, в релятивистском джете. Что, если этот выброс был не просто потоком плазмы, а массивом данных? Что, если МЧД «выплюнула» информационный слепок поглощенной некогда информации обратно в пространство. По сути, она отделила «софт» (программное обеспечение) от уничтоженного «харда» (непосредственно носителя, микросхем в нашем случае). Об этом говорит анализ пространственно-временного континуума в районе этих Патроклов.

– Ага, идея о самом объекте отделилась от носителя. Это всё очень интересно, но как это поможет нам? – воскликнул я.

«Двенадцать секунд до столкновения».

– Капитан! – протянул Навигатор. – Я регистрирую аномальный паттерн в виртуальном пространстве корабля. Смотрите!

Он показал на виртуальный экран, на котором я увидел, что яркий луч отделился от от джет-потока (мы наблюдали за ним в рентгеновском диапазоне). Этот луч направился в нашу сторону. Луч прошёл все наши системы защиты и буквально прорезал пространство рубки.

Помощник не просто превратился в скопление помех, он вспыхнул и исчез.

– Что это за чертовщина? Деформация виртуала?

Всё вокруг стало покрываться помехами, цвета стали искажаться, мигать, стены вокруг были то белыми, то фиолетовыми, то красными. Я увидел мерцания, всполохи, стены начали будто оживать, течь как вода.

– Капитан, я фиксирую атаку на ядро. Это определенно внешнее проникновение.

– Гаси немедленно квантовый компьютер, пока они тут всё не похерили и запускай перезагрузку через две секунды по моему плану.

– Стираю все интерфейсы.

Стены и всё убранство нашей милой рубки начало исчезать.

Всё вокруг заполнялось четырьмя базовыми формами кубитов. Из них состояло буквально всё: были только наши тела, которые я уже с трудом различал, и направления. Как только Навигатор разрушил эти границы, я стал различать посторонние фигуры – словно глюки нашей программы обрели плоть.

Вместе с новым лучом джета, в наше виртуальное пространство ворвались тысячи небольших сгустков. У них не было конкретной формы, но я уже сформировал образы атакующих наш корабль тихоходок. Безумие какое-то!

«Одиннадцать секунд до столкновения» – это был уже совсем иной голос, трескающийся, хрипящий, весь в помехах и искажениях. Система оповещения была так глубоко запрятана в операционном ядре, что работать будет до самого конца.

Мне показалось, что в пространстве нашего бывшей рубки возникли какие-то скульптуры из битого стекла. Они мерцали, перестраивались, имели иные формы, отличные от наших кубитов, кирпичиков информации. Это битое стекло варилось внутри их тел. А в самом центре каждого из них я видел холодный, электрический голубой и фиолетовый свет словно черенковское сияние. Они были будто живыми. Они фонили радиацией даже в цифровом пространстве, оставляя за собой шлейф из «битых пикселей» и разорванных цепочек данных.

Одна из этих сущностей вытянула свои неуклюжие лапки и вцепилась в Навигатора. А потом она просочилась через него. Навигатор изменился в лице, задёргался, замерцал и испарился. Я бросился бежать из рубки.

«Десять секунд до столкновения».

Навигатор не успел доложить, что гибернация квантового компьютера невозможна, потому что кто-то перехватил доступ к этой функции. Я бросился искать Инженера, она определенно была как-то связана с происходящим.

Ожившие глюки бросились в погоню за мной. Но за то время, что мы провели на корабле, я уже знал наизусть все повороты, направления, мог спрятаться в любых данных и запутывать следы.

Глюки гнались за мной по коридорам, я спускался на лету по бывшим виртуальным вентиляционным шахтам.

Я предположил, где я могу найти Инженера, при условии конечно, что с ней всё в порядке. Там же я собирался физически отрубить всю систему. Это было предусмотрено для нашей миссии в критической ситуации.

«Девять секунд до столкновения».

Загрузив в очередь команд всё что мы смогли выяснить об атаковавшем нас релятивистском джете, я хотел минимизировать потери.

Мы, вероятно, через четыре секунды все просто вырубимся, а потом проснёмся, и система попробует восстановить всё заново.

Информационные сущности неизвестного мне происхождения будут стёрты окончательно. Но не исключено, что ничего не выйдет и никто из нас уже не проснётся.

Мысль о том, что на этом всё закончится мне была не выносима. Я до сих пор не могу поверить, что Помощника и Навигатора больше нет и возможно я останусь один. Я не смогу их воссоздать, так как это будет противоречить нашему Уставу. Вот же в переделку мы попали!

Мои преследователи отставали от меня.

По ходу они ещё и разрушали наши данные, и я видел, как кубические единицы информации и направления разрушались и сворачивались. Зачем они это делают? Чего они хотят? Возможно, если бы я мог понять их мотивацию, я смог бы придумать как найти выход. Но вот я оказался около восемнадцатого модуля второго уровня квантового процессора.

Как вдруг кто-то поставил мне подножку, и я полетел в вперед.

Я вскочил, обернулся и увидел её. В своём ярко оранжевом атласном обтягивающем костюме, с серебряными элементами, стояла Инженер.

– Ну здравствуй, мой Капитан, – сказала она.

«Восемь секунд до столкновения».

«Восемь секунд до столкновения».

«Восемь секунд до столкновения».

«Восемь секунд до столкновения» – автоматическую систему заело и её слова эхом продолжали отзываться в моей голове, сводя с ума окончательно.

Запись №34