Жизнь без рецепта. Рассказы

Крыса лежала на боку, мертвая, поэтому похожая не на себя, а на всех других крыс. Скоро приедет Вадик. Как перенесет он в свои десять лет такую потерю? Да ещё из-за неё?Решение пришло быстрое и циничное. Бегом в "Зоомагазин", купить такую же. Или взять в "Крысоленде" - у них в городе открыли приют для брошенных хозяевами крыс. Но разве там сразу дадут? Наверное, попросят прийти несколько раз, привыкнуть. Галка натягивала сапоги, замок не слушался.

Ещё раз посмотрела на диван. Надо же её убрать, спрятать! Тут крыса вскочила, как и не умирала, высоко подпрыгнула ещё раз и убежала под диван.Галка привычно поцокала губами. Глаза-бусинки блестели в темноте .

- Ну что, командирша, - обрадованно сказала Галка, - живём дальше?

Крыса высунула нос, будто соглашалась.

Галка посмотрела на старый диван и впервые за всё время не стала думать, что его давно пора выбросить.

Крыса осторожно приблизилась. Она взяла её на руки. Та недовольно пошевелила хвостом и тут же устроилась поудобнее.

- Только больше никаких пельменей из кастрюли. Договорились?Крыса молчала.

Как хорошо,что Вадик принес в дом это существо, вместе с которым пришла привязанность и немного счастья. Может быть, некоторые вещи в жизни вовсе не нужно контролировать. Иногда достаточно просто оставить им место и они займут его в твоём сердце. Ведь настоящая привязанность рождается тогда, когда мы принимаем кого-то со всеми его особенностями.

" Давай к ветеринару,подруга! Спасибо старому дивану. Новый бы не прогнулся под твоим характером! Значит, жить будешь!"

Крыса спрыгнула на пол и побежала под диван.Там было её место. Во всяком случае, она так считала.- И носок возвращай.Крыса исчезла в темноте.- Ясно, будем торговаться.

Пустота

В свои неполные сорок девять лет Нина твёрдо уяснила (именно уяснила, а не поняла - её работа в строгих официальных органах предполагала именно такую формулировку), что счастье за ней бегать не будет, за счастьем надо бежать самой. И ... решила знакомиться.

Город у Нины был небольшой, южный. Его карта - минное поле воспоминаний: тут вышла замуж, тут развелась, тут живёт золовка, с которой лет десять не разговаривает, тут работа всю жизнь, тут случилась авария с новенькой машиной.

Авто, кстати, родители ей сосватали. Позвонили: "Ниночка, тут машина. Прям то, что ты искала. Красная. И на боку ,,стерва,, написано".

Поехала. Оказалось Рено stepway. Прописью на боку это самое "stepway" точно как стерва читалось.

И вроде была Нина не одна. Да, дети выросли, разъехались, но в этом городе жила мать, друзья, коллеги. Вся жизнь здесь. Отличный дом, небольшой сад. Вот недавно поставила мангал, теперь гости в саду собираются, шашлыки жарят. Мужчины? Одному путёвку купила, чтобы было с кем в Таиланд ехать - не так неловко, когда одна. Отчего-то Нине это неловко было, неприятно. Вроде смотрят все. Замужние дамы активно мужей от неё своим телом прикрывают. А с другом...хоть на достопримечательности можно спокойно смотреть.

Другой приходил то к ней, то к своей пассии из столовки на работе. Выгонит ту приезжую жену, расстроится, и к ней - плакать, жаловаться, в вечной любви клясться. Так уже лет двадцать. Ещё когда замужем была, просто плакать ходил. Привыкают мужики. Потому и из семьи не уходят, и свой статус не меняют многие. Как коты. К дому приучены. К лотку.

Муж бывший в городской квартире живёт. Говорят, соседка за ним молодая ухаживает. Ну и хорошо. Он уже как друг, никаких чувств, только дети и их проблемы. И те уже отдельно и в других городах. А так хоть пригляд за стариком. Хотя, какой он старик? Всего 57.

Зашла домой - всё есть. Кухня красивая, холодильник новый. Телевизор обязательно урчит, чтобы голоса в доме были. Полная чаша, что называется . Украшения - хоть каждый день в театр или на свидания. А так - пустота.Да. Именно. Пустота. Нашла Нина это слово. А слово точное найти - как диагноз поставить. Раз пустота, надо заполнять.Что дальше? На сайт. Знакомиться. Там выбор. Побеседуем, кофе выпьем, дальше как пойдёт.

Регистрация на сайте много времени не заняла. Не сказать, что пустота исчезла, но появилось чувство занятости, заполненности. Пропало это сосущее и вытягивающее всё дневное, накопленное событиями и переживаниями, радостью и проблемами состояние напряженности. Как кровь или лекарство выходит из капельницы по прозрачной трубке. Больной видит это и понимает: все, новый запас использован.

Интересно, что в больнице капельницу называют ,,система,,. Ты, вроде как, часть этой системы, конечное звено. Человек ."Давай-ка, человек, ищи другого, создавай систему, в которой эта самая кровь или лекарство будет циркулировать постоянно.

Ну, вы понимаете, конечно, что это рассказ о встрече. И Он написал. Увидела. Написала в ответ. Что понравилось - предложил интеллигентно встретится в кафе. Не домой позвал, не к ней напросился, никаких фото, от которых сразу блокируешь собеседника, а то и весь сайт со своим содержимым: вот я у дома, вот на море, вот портрет. Ну чуть-чуть фильтра. Или не чуть-чуть. Кому хочется совсем как утром выглядеть в свои почти 50? И да. Возраст немного убавила. Там все друг друга стараются перехитрить. Мужчины более молодых хотят найти, женщины - чтобы мужчины их из поиска не исключали. Увидят вживую, ахнут: какая красивая, умная, какие глаза пронзительные. Потом правда откроется, а уже ему все равно будет - влюбился. Ну думали так они. Сама Нина таких примеров, чтобы влюбились и вранье простили не знала, но поступила так, как и все . Правда, очень "лайтово", как сейчас говорят. Только пару лет убрала.

Ну вот. Интеллигентный, симпатичный, на машине собеседник написал, что тянуть нечего, можно встретиться, кофе попить. Глаза-в-глаза всегда лучше, информативнее. Зовут Саша. Работает в соседнем городе. При встрече все расскажет.

Надо сказать, что дня три они всё же немного переписывались. Ну как переписывались. Картинка с нарисованным кофе, букет с нарисованными цветами. Нина сходила в салон, обновила причёску, ноготки. Машина и так всегда была в идеальном состоянии.И день настал. Пришлось с работы уехать, просил раньше найти возможность. Пунктуальности Нины можно было позавидовать. На месте была точно. Вовремя .

"Опаздываю. Прости. На работе задержали. Дождёшься?" - написал минут через пятнадцать после её приезда на место. Конечно дождётся. Мужик работает, торопится.

Время шло радостно. Пустота заполнялась каким-то не сладким, а цветочным ожиданием нового счастья. Пусть даже мимолётной встречи с человеком, с которым можно было поговорить, попить кофе, почувствовать, что ухаживают именно за ней. Трубки невидимой системы наполнялись новой кровью, лекарством, которое лечит от всех болезней. И радостью. Хотя, это может закончиться, как кислород, и она не понравится... Да что она все про медицину! Вот ведь возраст!

Час прошёл незаметно. Он снова написал,что уже в пути, выехал и скоро будет.

Сколько она ждала? Уже неважно. Наверное, приехал, посмотрел, не понравилась, уехал. Мог написать, конечно. Ну так неудобно же. Слова ,, мне не понравилась,, говорить и писать сложно. Так многие поступают: просто разворачиваются и уходят, едва завидят кандидатуру "живьем". Без фотошопа, во весь рост.

Нина читала или слышала, как один мужчина с женщиной познакомился. По видео разговаривали. Пригласила к ней в город приехать. Домой. Позвонил в дверь - открыла чудесная женщина, как на видео в инвалидной коляске. И не надо никого упрекать. Надо просто в следующий раз выложить новое фото, честное.

"Ну поехали, стерва"- сказала она машине и через несколько минут была дома. Так спешила, что забыла закрыть ворота. Надо все же поспокойнее относится к этим свиданиям.

Зашла в дом, и Нине показалось, что какая-то новая пустота охватила её. Сжала, заставила обрушится сердце в ноги, мозг в желудок. В комнатах и правда было пусто. Все, что можно было увезти, самое ценное было увезено. Со слабой надеждой она заглянула в телефон - профиль исчез. Растаял. Пустое место с очертанием серого абриса шаблонного мужчины и всё. Аккаунт удалён. Пустота, которая до этого была только в ней, заполнила теперь все комнаты, всю квартиру, все пространство вокруг.

Запрет на одиночество

Галка опаздывала в университет. От общежития до альма-матер идти минут десять, но занятия уже начались. Опоздает на зарубежную литературу - придется дополнительно на следующем семинаре отвечать.

Она носила из библиотеки огромные сумки с книгами. Многие из них читала раньше, что-то повторяла, что-то успевала только пробежать глазами по диагонали, что-то оставалось в памяти навсегда.Через месяц экзамены, потом пару недель у родителей и на практику, в глухую северную деревню, места ссыльного протопопа Аввакума. А она проспала.

Толчок в спину, точнее, куда-то в поясницу, заставил её оглянуться. Кто так шутит? Чуть не упала. Никого. Ну не показалось же. Перегрузки с этой учебой достигли максимума. Не высыпалась, читала, конспектировала.

В библиотеке Галка сидеть не могла - ноги все время хотелось поджать под себя, налить кофе, взять булочку. А в читальне так нельзя - сиди смирно, не отвлекайся, не разговаривай.

Снова толчок сзади. Снова оглянулась. Взгляд опустился вниз. У ног стояла собака и виляла хвостом. Если бы у неё было несколько хвостов - она бы виляла всеми сразу. Это была толстая грязная болонка белого, жёлтого,коричневого цветов. Белый, скорее, угадывался, чем был, потому что с её шерсти стекали грязные потоки майских луж.

Галя видела таких игрушечных болонок у бабушки - собаки из скрипучего искусственного кудрявого меха были во многих домах в семидесятые годы. Жёлтые, коричневые они лежали и стояли в квартирах: на диванах и сервантах. Заводить животных в тесноте не решались, или нельзя было - вот и покупали игрушечных, чтобы разделить тоску по живому существу.

И вот сейчас такая собака, живая и грязная, стояла у ног Галки. "Ну и куда тебя? Я на занятия опаздываю. Где твой хозяин? Потерялся? Перепутала?" До дверей университета оставалась пара минут. До конца пары - минут тридцать.

Галка влетела в аудиторию, промямлила:"Извините." И села на первую парту - все остальные были заняты более пунктуальными сокурсниками.Тетрадь, ручка, учебник.

Дверь приоткрылась. "Ещё кто-то опоздал, не одна я".Сначала, почти около пола, показался черный кожаный нос, потом вся лохматая голова. Уверенной походкой видавшей виды студентки, знающей эту аудиторию, болонка прошла через весь класс, мимо доски, обогнула учительский стол и легла под горячую батарею.

Преподаватель округлил глаза. Самое правильное было продолжить занятия. Что он и сделал. Галка замерла. За собакой тянулась длинная серая полоса воды и следы от лап. " Только не признавайся. Меня выгонят вместе с тобой." Казалось, болонка все поняла, кивнула, удобно устроилась и заснула.

Через несколько минут под батареей раздался храп. Не человеческий, а смешной, собачий, с сопением и подвыванием. Студенты, замерев, смотрели на независимое ни от каких обстоятельств лицо преподавателя. Собака повернулась на другой бок и громко зашмыгала носом. Простывшая от майской переменчивой погоды, она сопела и хрюкала, перебивая на несколько секунд лекцию и вызывая улыбки. "Надо бы её подлечить. Где же её хозяин? Куда я могу её взять? У Никитичны мышь в общагу не проскочит, не то что собака."

Болонка встала вместе со звонком. Точнее, со звонком встали студенты, застучали стульями. Она поняла, что надо идти. И пошла за Галей.

- Это твоя собака?

- Да какая моя? В общаге? На улице увязалась. Я не знала, что она и аудиторию сама найдет.

Собака шла за ней как привязанная. Дошли до общежития. "Вынесу поесть, если дождется". Болонка ждала. Поела. "Ну все, извини. Взять не могу".

Утром Галка снова выбежала на занятия. Проснулась вовремя, по будильнику. Собака ждала. Шла до университета. Ждала обратно. Так повторялось изо дня в день. Она кормила пса, готовилась к экзаменам. Простуда у найдёныша прошла, но появилось имя. Шмыга. Не в честь звезды оперетты Татьяны Шмыги, а потому что это шмыгание и сопение невозможно было забыть.

Галина надеялась, что собака убежит или найдет, наконец, своего хозяина. Был же он у неё когда-то? Но Шмыга так и ночевала на улице, встречала Галку и ходила за ней везде.

Скоро лететь домой. Никаких мыслей забрать с собой не было даже в проекте. Какая собака? Не пустят на самолёт. Хотя как-то с ними летают, наверное. Не Белка и Стрелка, сама не полетит. Прививки? Сколько? Когда? Нереально и некогда. За этот месяц Галя, конечно, привыкла к ней, её доброте и фантастической верности - это было невероятно. Вот так встретить человека, выбрать его в свои друзья и быть всегда рядом. Но сейчас надо на самолёт, домой. Потом лететь на практику. Нет. Надо оставить всё, как есть." Попрошу приглядывать, кормить, денег дам немного со стипендии. Что я ещё могу?"

Шмыга провожала до аэропорта. Села в автобус, выскочила около аэровокзала. И - пропала. Галка даже с каким-то облегчением подумала, что она убежала, нашла нового хозяина, увлеклась.

Бортпроводница регионального самолёта напомнила о ремнях, запасных выходах и скрылась за шторой, готовить леденцы и напитки. Ан-24 тронулся с места, земля за иллюминатором покатилась.

Галка сидела во втором ряду. Значит, воду принесут раньше. Хотелось пить. В это время штора зашевелилась. На фоне темно-зеленого гобелена возникла Шмыга. Она постояла, словно актриса перед занавесом и прошла под сиденье Галки. "Вот это да. Шмыга, ты гений. Уже не выгонят". Как она обошла препятствия, как пробралась по трапу и пересидела взлёт, оставшись незамеченной?

Шмыга тихо толкнула сиденье снизу и замерла. Ни один пассажир, заметивший собаку, эту нелегалку, тайно проникшую на борт, не выдал её. Так и летели. Без походов в туалет, замерев до самой посадки.

Родители приняли собаку радостно. Сытая, мытая, получившая свое место и любовь, не одинокая теперь Шмыга продолжала сопровождать Галину везде, куда бы она ни ходила.

Говорят, количество одиноких людей увеличивается с каждым годом. В шведском городе Лулео даже устанавливают "скамейки для разговоров" с незнакомцами, чтобы человек мог дать сигнал:"Я тут. Я один и готов общаться." А как быть животным? Они могут только вилять хвостом, грустить без пары или отсутствия хозяина. Одиночество давит на любое живое существо. "Запрет на одиночество" принят в Швейцарии, чтобы стайные существа не страдали без общения. Попугаям, крысам, хомякам, даже рыбкам там по закону требуется пара. Если умер один - можно взять на время из приюта! Одного держать запрещено! Люди, к счастью или сожалению, вынуждены искать сами.

Пришло время улетать на практику. Бдительность Шмыги усыпили. Она лежала перед телевизором, не подозревая, что Галка , её любовь, вынуждена снова на время уехать. Чемодан и обувь вынесли заранее. Она тихо переобулась за порогом квартиры и села к отцу в машину. В аэропорт.

Мама, привет. Как там Шмыга?",- кричала из телефонной будки почтового отделения Галка, едва устроилась на месте. "Шмыга сгрызла все косяки, она кидалась на дверь, когда ты уехала. А когда вернулся отец - выбежала под его ногами. Мы не знаем где она. Ищем. Никто пока не откликнулся".

Говорят, в литературе, публичном пространстве, одиночество не должно преподноситься как позитивное состояние. Да и какое оно позитивное? А если ты один не по своей воле? Если так сложились обстоятельства, жизнь? Если, как Шмыга, ты готов перегрызть дверной косяк, забраться без билета в самолёт, встречать по утрам в любую погоду, но никого рядом нет? Нет ответа. Если только твое эхо не поговорит с тобой, чтобы рассеять печаль.

Мой маленький Адольф

На самом деле он носил совершенно обычное имя. Просто Юрий. Таня приехала к нему в Германию по совету подруги. "Мой маленький Адольф" она назвала его про себя через день после пересечения границы.

Банальное совпадение дня рождения вождя Фатерлянда в годы Второй мировой войны и её нового друга - 21 апреля - здесь не при чем. Но все по порядку.

Подруга активно взялась устраивать Танькину личную жизнь. "Прежде всего тебе надо уехать из страны. Здесь толковых мужиков нет. Дам тебе адресок одного эмигранта. В инете списались. Не повезет в любви, так хоть мир узнаешь", с таким напутствием она отправила её в Европу накануне Нового года, 2000. И нового века.

Виза, страховка и билет на самолет до Франкфурта были оформлены всего за три дня. Со словами: "Пропустите человека из Нарьян-Мара!" Таня промчалась мимо очереди, тянущейся в посольство Германии. Швейцары (они же охранники и "справочное") успели сделать ей единственное замечание: "Вы забыли постучать".

И вот загранпаспорт с приклеенным номером и шенгенской визой (блестящей, как голограмма на бутылке ликеро-водочного завода) - в её руках. Еще сутки в Питере - и самолетом в Германию.

Та стремительность, с которой она мчалась на романтическую встречу, была похожа на отчаяние. На последний бросок.

Аэропорт. Серебристая стрела немецкой электрички. Трехэтажный дом эмигрантов на окраине баварского города. Двери открываются только после разговора по домофону. Свет в подъездах гаснет сам, едва ты дойдешь до нужной квартиры. Чистота и порядок.

Сосватанному знакомому Тани оставался год до полтинника. Маленький, рыжий, с седеющим хвостиком и прорастающей бесцветной бородкой, он походил на стареющего гнома, недовольного сбежавшими от него годами. Конечно, и она не производила впечатления Белоснежки. Почти сорокалетняя, знающая жизнь, достаточно самоуверенная особа. Однако не возраст и не внешний вид друг друга лег в основу их так и не сложившихся отношений.

Вначале маленького Адольфа раздражало неумение Тани обращаться с простейшей бытовой техникой. Предполагалось, что у всех в России за время его отсутствия на исторической родине должны были появиться посудомоечные машины, микроволновки, спецвентиляция в прихожей, ванной, туалете, спутниковые антенны и телефоны. Кроме того, жалость их, эмигрантов, к оставшимся "там".

"Вы, наверное, киви не видели?" "А телевизор у вас - "Рубин"?

Понять жителей Германии было можно. Там даже улицы убирают с помощью пылесоса. Как Винтик и Шпунтик в Солнечном городе детского писателя Носова дворники ездят на агрегате с огромной трубой и просто всасывают невидимую пыль и грязь с улиц немецких городов.

"Сегодня мы идем в гости!". Тон нового Таниного друга не допускал не только возражений, но и попытки задать вопрос о том, с кем они будут общаться.

Ораторские способности маленького Адольфа были великолепны. Резкие отрывистые фразы. Жестикуляция. Посмевшего перебить тут же останавливал взгляд блеклых, жестких глаз.

Выйти на широкую аудиторию мешал один недостаток - Адольф картавил. Но в кругу эмигрантов, среди немецких свечей, русской води и украинского борща этот неудобный для публичных выступлений нюанс не замечали. В такие минуты маленькому Адольфу больше всего подходила звучная немецкая фамилия Бляйштифт - Карандаш. Когда он вставал из-за стола и произносил тост, то походил на сточенный острый карандаш. Рюмка в поднятой руке победоносно возвышалась над краем столешницы.

Надо отдать ему должное - об экономии Адольф не напоминал. Щедрое немецкое государство оплачивало ему трехкомнатную квартиру, выдавало пособие. Этого с лихвой хватало на еду и оплату коммунальных услуг. Впрочем, свет Таня выключала всегда. Помнила рассказы побывавших за рубежом соотечественниц об особой экономии электроэнергии и о трепетном отношении к этому вопросу иностранцев. Плотно закрывала за собой двери в комнаты. Терпела некоторый холод (поворот рычага батарей тоже влек за собой увеличение платы за тепло) и почти не пользовалась водой. Везде напоминали о себе вмонтированные в стены никелированные счетчики. В отличие от наших, пузатых и неэстетичных, они были красивы, как новый барометр в кубрике капитана лайнера. И напоминали, скорее, украшения, а не холодных вампиров, которые потихоньку отсасывают деньги из семейного бюджета.

На дому Адольф организовал тайное бюро путешествий. Посетить как можно больше стран стало его целью.

Открытой реализации мечты мешал только относительно небольшой эмигрантский стаж. Но вид на жительство должен был вот-вот выпасть из рук приютившего Адольфа государства.

Все свободное от поездок время (а путешествия длились около пяти дней в месяц) Танин новый друг проводил перед телевизором. Максимальная громкость была его пропуском в мир больших страстей. Звуки, что неслись из динамика, как бы приобщали его к политикам, создавали атмосферу митинга или съезда. Иногда в порыве он выкрикивал "Долой!" или делал замечания президентам или спикерам. Вобщем, маленький Адольф руководил своим государством, площадь которого ограничивалась пока трехкомнатной квартирой.

Таню он замечал в редкие минуты передышки. "Свари мне кофе", "Сделай бутерброды", "Неужели ты не знаешь, что такой сыр только для тостов?" Женщина и любовь допускались на его поле только с сервировочным столиком и на короткое время.

Через три дня Таня была готова сбежать из этого чистого немецкого гнезда, выложенного синтетической ватой, куда угодно.

...Дверь подъезда закрылась за ней автоматически. Отступление было невозможно. Электричку в аэропорт Таня готова была ждать сколько угодно. Но она, как и положено немецким поездам, пришла с точностью до секунды.

Счет за свое пребывание за границей Таня получила через месяц, как раз перед 14 февраля - к Дню святого Валентина. Маленький Адольф был великодушен - стоимость билетов на самолет, которые она сама покупала в Питере, в смету расходов романтической встречи не вошла.

Без фальши

Перед концертом, для настройки оркестра, гобой издаёт пронзительный и богатый обертонами звук "ля". Этот звук отлично слышен всему залу и коллегам по сцене. Первыми подстраиваются смычковые: скрипки, альты, контрабасы. Если в концерте участвует фортепиано - оркестр настраивается по нему. Тяжёлый, солидный, неподвижный - он не настроиться так быстро, как это смогут сделать остальные, более лёгкие и подвижные инструменты. Одно остаётся неизменным в этой церемонии - нота "ля". Она эталон, музыкальный метр для любого концертного зала, инструмента или музыканта.

Когда родилась Ляля, родители - музыканты и романтики - решили назвать дочь именно так. Лилиана, Ляля, две ноты ля. На неё настраивались, её любили, слушали все ее желания.

После двух школ - обычной и музыкальной - Ляля поступила в музыкальное училище. Здесь же осталась преподавать. Эту талантливую и строгую ученицу ценили. Да и династия музыкантов сыграла свою роль в этом решении руководства ,,музилищем,, как его называли студенты.

Не то чтобы такая работа была мечтой Ляли, но она в своем городе, и хлопот больших не приносит. Музыку она любила. Чего ещё надо? Вышла замуж, родила Мишу, развелась - для Ляли муж оказался тюфяком и недотепой.

Тридцать два года в училище прошли как самая короткая симфония. Есть такая, под номером 11. Датский композитор Ланггор написал для огромного симфонического оркестра драматическую, насыщенную экспрессией музыку, которая длится всего около шести минут. Без одной секунды. Столько эмоций, столько инструментов... а шесть минут и всё. Дирижёр делает резкое движение палочкой, показывая завершающий круг и оркестр замирает, мгновенно останавливается звучание.

Так и у Ляли, теперь Лилианы Андреевны. Симфония ещё длилась , но жёсткий и резкий круг дирижёра уже вот-вот должен был быть очерчен в воздухе.

На работе её боялись. Нет, злой она не была. По крайней мере, она так думала. От мужа ей досталась звучная фамилия - Родина, а звание ,,Заслуженный учитель,, это уже сама. Талантом, трудом, харизмой.

Лилиана Андреевна преподавала фортепиано почти три десятилетия, её ученики поступали в консерваторию, или шли, как она, преподавать в музыкальные школы или училища. Иногда совсем забывали про ноты и всякие бемоли с диезами. Свою жизнь с черным и белыми клавишами не сравнивали - это же только полутона для музыки, никакого контраста в реальности.