Вьерд. Раздор. Книга 2

Сейчас он как раз бежал проверить мастерские с големами. Они находились на нижних этажах Золотой башни. Почему бы не воспользоваться дальносвязью и не позвонить? Так, во-первых, там всегда хуже работают зеркальца, а во-вторых, можно лично проверить, не отлынивают ли ученики в мастерских или не случилось ли опять какого-то происшествия. В прошлое дежурство загорелась мастерская. К счастью, никто не пострадал, и почти ничто не пострадало. Коротко поприветствовав учеников в мастерских, ученик двинулся дальше. Тут всё было хорошо. Теперь в Оранжевую башню и на самый её верх. Такой путь на дежурствах он совершил уже с десяток раз. Пробовал разные маршруты, переходил на разных этажах между башен, но так и не нашёл идеального пути. К тому моменту, когда он был на вершине башни, очень хотелось пить и полежать часик-другой в одной из купален Синей башни, но работа есть работа. Ученик проверил артефакт, отвечающий за дальносвязь. Именно благодаря ему маги могут использовать зеркальца. Тут всегда был один из подмастерьев Оранжевой башни, а раз в день проверял сложный артефакт дежурный из Золотой. Артефакт представлял собой большой, почти в рост человека, стеклянный шар на постаменте, а сам постамент был усеян рычажками, рунами и самоцветами. Подмастерье даже не взглянул на ученика, он был полностью сосредоточен на работе. Вот что именно делает представитель Оранжевой башни,Оболтус не знал, да и не особо хотел знать, и своих дел полно. Артефакт был исправен. Теперь надо успеть спуститься вниз и проверить неизвестного ему Яна. Наверняка пустышка, почти глина, как бывало в последнее время. Но работа есть работа, вновь напомнил себе ученик.

Конечно же, пропустив время обеда, дежурный ученик добрался до нужного кабинета. Тут уже был подмастерье, который подготавливал артефакт, который занимал большую часть комнаты. Он был в виде кресла с высокой спинкой и кожаными ремнями для рук и головы, а также множеством бронзовых, металлических, деревянных, стеклянных и прочих труб, что тянулись к этому креслу. Казалось, будто нелепый паук своими лапами пытается обхватить сидящего. Там уже сидел юноша, который был старше, чем те, кто обычно проходит проверку. Тёмно-русые коротко стриженые, как у солдат, волосы, одежда простая, некрашеная, но новая. Видимо, сын какого- нибудь мастера, сам тощий, а руки крепкие, жилистые. Когда Оболтус взглянул прямо в глаза незнакомцу, то его на секунду взяла оторопь. Левый глаз был полностью лишён окраса; и радужка, и зрачок были белыми. И это точно был не протез, он смотрел на него, и отчего-то это было жутко.

– Здорово, Оболтус! – подмастерье даже не взглянул на вошедшего. – Чего застыл? А, ты про протез. Не помешает. Давай уже начинать.

– Ян? – дежурный ученик начал вносить сведения на новой странице в журнале, а вслух произнёс дежурную фразу. – Не бойся, этот артефакт не причинит тебе вреда.

– Я зн... – Ян кивнул. – Я знаком с принципом.

– Откуда? – дежурный ученик поднял голову от книги и потер лоб.

– Её магичество рассказали по пути, – Ян кивнул на дверь.

– Капля привела сюда мальчишку, – подмастерье закончил приготовления и встал. – Он сначала забрёл в Красную башню, в залы медитаций.

– Магмир всё ещё там? – поинтересовался дежурный ученик.

– Да, ещё жив, почти не вылезает оттуда, – кивнул подмастерье. – Искра, кстати,заказал кое-что туда доставить. Прикроешь меня?

– Это надолго? – напомнил о себе Ян. Ученик с удивлением посмотрел на юношу. Обычно проверяемые боятся и нервничают, ведь решается их судьба. Или просто боятся неизвестного.

– Нет. Совсем недолго, – бросил ученик и кивнул подмастерью. – Давай, только быстро.

Юноша закрыл глаза и расслабился. К нему по очереди приближались «руки» артефакта, исследуя его. Артефакт шипел, в нём что-то щёлкало. Дежурный ученик, оставшись один, управлял руками и машинально переписывал в журнал показатели, даже не вчитываясь. Затем пробубнил вслух.

– Уровень искажён. Фон магического шума высокий. Склонность к магии Проклятых. Следы скверны в пределах нормы, следы ведьминской магии, следы проклятой магии, следы некромантии превышены, след астральной магии. Манозапас искажён, – продолжал сверять записи с артефактом дежурный ученик, не вникая в содержимое.

– Проклятие? – спокойно произнёс юноша по имени Ян.

– Что? – теперь дежурный ученик вчитался в записанное. – Проклятая и некротическая энергии. Ты колдун, вернее можешь им стать. Надо сообщить.

– Не надо, – Ян уже отстегнул ремни, когда ученик отвернулся и потянулся к зеркальцу дальносвязи на столе. Он обхватил шею ученика локтем и сильно сжал.

Через несколько минут дежурный ученик пришёл в себя. Он лежал на полу, его коллега подмастерье ещё не вернулся. Не было и странного юноши Яна, а ещё не было последней страницы в журнале. Сообщить? Рассказать, что он нарушил протокол и проверял один, что его вырубил обычный человек. Почти глина, не совсем, конечно, глина. Ученик машинально потёр шею и быстро записал в журнал новые показания, будто этот Ян и правда был глиной, человеком без способностей к магии. Есть уже не хотелось. Пожалуй, сегодня дежурство он закончит в купальне Синей башни. Дежурный ученик Оболтус отправился в купальни, втайне надеясь, что никто не узнает об этом его проступке.

Глава 7. Сопутствующие потери.

Анеж. Белое королевство. Семицветная Академия.

Анеж держал в руках страницу из журнала. Жёлтая пергаментная бумага слегка дрожала в руках юноши. Читать он не умел, из всех слов мог разобрать только выдуманное имя Ян. Первым порывом было порвать на клочки страницу и бежать, куда подальше. Но он вовремя одумался и начал вспоминать, чему ему научили за короткое время его новые учителя. Маг Капля теперь тоже его учитель, но пока её знания не пригодятся. Бумагу он сложил в несколько раз и убрал в ботинок. Страницу он вырвал правильную. Урок от Капли всё же оказался полезным. Безымянный научил его, что бегущий, волнующийся человек слишком заметен. Нужно слиться и стать одним целым с окружением. Притвориться учеником или даже адептом не получится, но можно поступить по-другому. Мальчишка отошёл от кабинета, затем спустился вниз на несколько этажей. Он наткнулся на какую-то мастерскую. Вот то, что надо. Помимо разбросанных по столам инструментов и заготовок тут были и ящички. Анеж подхватил один из них, заглянул внутрь. Ага, магические светильники, таких было много в доме Боледо. Их, наверное, нескоро хватятся. С деловым видом он зашагал по бесконечным коридорам.

Его задумка удалась. Анежа принимали за слугу или наёмника, которому поручили отнести ящик с дешёвыми артефактами. Обычно такие поручения выполняли сами ученики, но в последнее время даже младшие ученики были заняты более серьёзными поручениями или упорной учёбой. Спустя полчаса блужданий по переходам между башнями Анеж убедился, что никому нет до него дела. Никто не поднял тревогу, никто не гнался за ним. Вот только он не знал, куда идти. Он банально заблудился. Теперь стоило вспомнить слова ещё одного учителя, которого все так и звали – Учитель. Он был лидером какой-то непонятной секты Древнего. Не нужно путать с проклятыми слугами Неназываемого. Если Древний – существо вне понятий добра и зла, то Неназываемый – сам принц подземного царства мёртвых. И многие сулили его скорый приход. Кроме рассказов об Древнем, учитель говорил о многом. Да почти что обо всём! Большую часть его слов Анеж даже не понимал, а уж тем более до него не доходило, к чему велись эти беседы. Но вот в его памяти всплыло кое-что из них. Если ты не знаешь пути, то следуй за тем, кто знает. Мальчишка тогда посмеялся про себя над этой нелепой фразой, но обижать странного человека ему всё же не хотелось, и вслух он ничего не сказал. Но теперь смысл тех слов стал ясен, и Анеж последовал за первым же магом, который очень быстро куда-то шёл. Высокая фигура в красной мантии уверенным шагом поднималась по лестнице. Вот её мальчишка и выбрал как человека, что знает путь. Через несколько минут, стараясь не отставать, он отметил в своём выборе ещё один плюс. Увидав этого человека в красной мантии, многие разворачивались и уходили или сворачивали на другие переходы. Отчего-то злой человек в красном пугал учеников. Анежа он заметил лишь, когда они подошли к залу медитации Красной башни. Мальчишка был тут всего час назад. Он посмотрел на старика Магмира. Тот всё ещё сидел, прислонившись, к тёплой стене и, кажется, дремал. Даже спустя час старик не изменил позы, продолжая сидеть с закрытыми глазами.

– Ты кто такой?! – мужчина в красной мантии обернулся к Анежу.

– А…Ян, – Анеж поднял лёгкий сундучок со светильниками. – Хозяин велел отнести.

– Так неси! – маг в красном потерял интерес к мальчишке и ушёл прочь. Кажется,Анеж его видел в городе, когда путешествовал с Каплей и Искрой. Ещё с ним были коротышка и двое учеников. Сейчас же он был один и явно очень зол. Мальчишка, конечно, не знал, что только что столкнулся с магом по имени Пепел. В зале для медитаций осталось только двое: старик и мальчишка. Глубокий старик Магмир, архимаг Красной башни, которую впервые навестил за последние сто лет, и деревенский мальчишка, попавший в столицу в связи с чередой бедствий. Анеж постоял минуту в раздумьях и уже собрался уходить,как старик внезапно открыл глаза. Его некогда красные глаза выцвели и стали почти белыми под стать его выгоревшей от солнца мантии пироманта.

– Подойди, – Магмир поманил морщинистой рукой. – Кажется, я тебя знаю. Сверд?

– Нет, ваше магичество, – Анеж подошёл ближе к старику. – Вы меня не знаете. Вам что- тонужно?

– Уже ничего, мальчик, – Магмир подслеповато уставился на Анежа. Кажется, его зрение ослабело. – Уже ничего. Мой путь подходит к концу. Что это у тебя в руках?

– Магические шары, ваше магичество, – Анеж поставил сундучок с артефактами на пол и откинул крышку.

– Забавно выходит, – старик протянул руку к открытому сундучку. – Моё обучение на мага началось с таких вот шаров несколько веков назад. Я тогда был таким же юнцом, как и ты, а может и младше. Сколько тебе лет, юноша? Я стал плохо видеть.

– Почти пятнадцать зим, – пожал плечами Анеж. – Кажется.

– У тебя ещё много лет впереди, – Магмир протянул свой длинный палец и указал на грудь мальчишки, где неровно стучало сердце. – Я вижу огонь. Тёмный огонь. Он будет пылать долго.

– Ваше магичество? – старик внезапно закашлял кровью, и Анеж присел рядом, удерживая его от падения.

– Так вот. Когда мне было вдвое меньше, чем тебе, меня приняли в Академию, – старик негромко рассмеялся, и снова мучительно закашлялся. – Тогда это было другое место. Более мрачное, более опасное. И отбор был куда серьёзнее. Мне поручили полностью зарядить такой шарик и заставить его светиться в такт моему сердцу. Подай мне один.

– Вот, держите, – Анеж осторожно передал один прозрачный стеклянный шар.

– Адепт, заполните шар полностью, – старик вспоминал вслух чьи-то слова. Шарик магического светильника лежал в его руке, постепенно наполняясь красным цветом. Затем стал светиться и дрожать.

– Легко? – Анеж понял, что неотрывно смотрел на шарик с того момента, как старик положил его в ладонь.

– Легко? Сейчас – конечно, – Магмир снова рассмеялся. – Но тогда мне понадобилось полчаса, и шар взорвался в моих руках. Свой первый день в Академии я провёл в лечебнице, где из меня вытаскивали осколки.

– Очень больно было? – Анеж поморщился, представляя эту картину.

– Магия и боль неразлучны, – Магмир достал из-за ворота мантии шнурок с красным драгоценным камнем в форме капли. Ювелир будто увековечил каплю крови в этом камне. – От внука самого Вулкана всегда ожидали гораздо большего. Дед подарил мне этот кулон. Он сделал его сам из тех осколков и своей крови. Я всегда носил его с собой. Юноша, исполни мою просьбу.

– Какую? – Анеж покосился на дверь, вспоминая, что его вполне уже могли начать искать.

– Когда я умру, передай этот кулон Сверду, – Магмир протянул шнурок с кровавой каплей. – Он пасынок Красного барона.

– Умрёте? – Анеж сжал кулаки. – Вы сдаётесь?

– Моё тело умирает, – Магмир снова закашлялся. – Скоро….

– Нельзя сдаваться, – Анеж вскочил. Он вспомнил своё отчаяние тогда, на болоте, когда в его тело вселился Древний. Он помнил свою слабость и страх. – Пока вы живы – нельзя сдаваться. Вы же маг!

– Я архимаг, – Магмир улыбнулся окровавленными губами. – Ты прав, юноша. Уходить надо на своих условиях. Возьми амулет и помоги мне встать.

Анеж помог старику подняться и нехотя взял кулон. Магмир проковылял в центр зала, скинул с себя мантию. Затем поднял руки вверх и неожиданно громко для ослабевшего старика стал читать заклинание. Через минуту Анеж понял, что он повторял одно и то же слово: «Магнам». Стены стали вибрировать и мелко задрожали, магические светильники в сундуке взрывались один за другим. В зале стало невыносимо жарко. Рубаха и штаны на Магмире истлели за мгновение. Его тело на глазах менялось, увеличивалось в размерах и наливалось тьмой. Вместо человека перед мальчишкой появлялся кто-то другой… что-то другое. Это было пугающе и завораживающе одновременно. Архимаг Магмир перестал быть человеком. В зале в своей первобытной исполинской мощи стоял, не издавая ни звука, элементаль Магмы. Анеж не был ни на гран знаком с магической наукой и не понимал, что он видит. Элементаль издал мощный рёв, пыхнул напоследок жаром и начал стремительно уменьшаться. Уменьшившись до крохотной точки, он впрыгнул в кулон в руке мальчишки. Кулон в тот же момент стал очень тяжёлым, кровь внутри засветилась и сразу погасла. Зал стал тихим, прохладным и лишь след от расплавленных камней в центре указывал на то, что всё случившееся было реальностью. Кто-то потянул Анежа за локоть. Он обернулся и понял, что это был Горбун. Тот что-то буркнул про Каплю и что,мол, надо торопиться. Горбун почти тащил мальчишку, который во все глаза смотрел на кулон, болтающийся на бечёвке в его руке.

Лицо Анежа почему-то стало мокрым. Он машинально утёрся рукавом и только сейчас понял, что это слёзы. Бросив быстрый взгляд по сторонам, он убедился, что никто не заметил его минутной слабости., Он ещё раз протёр глаза и мотнул головой. Мальчишка толком и не понял, чему только что стал свидетелем. Единственное, что он понимал, что это – конец. Он никогда больше не увидит старика в этом мире. Сердце щемило от непрошеной грусти, хоть и знакомы они были совсем недолго. А ещё он был отчего-то уверен, что этот кулон нужно обязательно передать Сверду. Только где он сейчас?

Сверд. Королевская лечебница.

Сверд лежал на одной из коек в королевской лечебнице. У неё не было отдельногоназвания, и она так и называлась: «Королевская лечебница». Помимо самого императора Карла здесь лечились (зачастую инкогнито) магократы и важные для Белого королевства или же Империи Вьерд персоны. Как раз одним из таких людей был Сверд. Не смотря на то, что формально он был пациентом, и за его бессознательным телом ухаживали и в целом обращались по-королевски, он был заложником. После того, как Сверд не явился на бал Исхода, император поинтересовался его судьбой. Узнав, что юноше стало хуже, и он не приходит в сознание, велел поместить его в лечебнице. Капля и Искра, именно эти двое молодых магов доставили Сверда сюда. Они же были единственными, кто изредка приходил к нему. Магмир был слишком истощён для визитов.

С момента,как в тело Сверда вселился Анеж и до самого момента внезапной и временной смерти Боледо душа бездушника так и болталась неприкаянной на горизонте сознания. Если же разум бездушника, изломанный с самого рождения, не был подвластен никакому лечению, то вот с душой всё оставалось не так просто. Это в народе таких блаженных называли бездушниками и обращались с ними по возможности хорошо. И лишь некоторые знали, что душа у этих горемык есть, и привязана она к их телу до самой смерти или до другого вмешательства. В случае Сверда таким вмешательством оказался другой мальчишка, Анеж. И вот сейчас, когда сосуд снова был пуст, душа возвращалась в свои владения, попутно задевая и разум. Сверд не мог шевелиться, но он был в сознании с того самого момента, как нож вонзился в шею Боледо, и сейчас, все те часы и дни, когда он лежал на кровати без движения. События последних недель прокручивались у него в голове раз за разом, каждый час. С каждым повторением он всё больше осознавал, что с ним происходило, что делали с его телом. С каждой секундой в его груди все сильнее вскипал гнев. Гнев на того, кто без спроса пользовался его телом. На Людо, который бил егои всячески над ним издевался. На всех, на всех! Он всем им отомстит! Тут Сверд понял, что к нему вернулся слух. До этого он будто пребывал в какой-то тьме, двигаться в ней нельзя было, как наяву, так же тут не было ни звуков, ни запахов, абсолютно ничего. И тут за долгое время сквозь тьму прорезались звуки. Даже не просто звуки, эта была человеческая речь, и говорили о нём!

– Они точно спят? –совсем рядом раздался шёпот какого-то мужчины. Даже столь тихий голос явно принадлежал кому-то с внушительными размерами.

– Точно-точно, Бугай! – женский голос шептал в ответ где-то поблизости. Он был с хрипотцой, и вообразить обладательницу такого голоса какой-то нежной девушкой не представлялось возможным.

– Не по имени! – мужчина с именем или прозвищем Бугай зло прошипел.

– Да кто тут услышит? – раздражённо зашипела в ответ женщина.

– Совсем забыла про то ограбление? – Бугай замялся на минуту. – Ну, с чужаком.

– Помню! – примирительно ответила женщина и потом чуть тише добавила: – Извини, виновата. Давай, бери его за плечи, а я за ноги.

– Тяжёлый, – Бугай выдохнул, подхватывая кого-то.

– Да тише же, – напомнила женщина.

«Интересно, кого они несут», – подумал Сверд и внезапно понял, но не почувствовал, что несут они его тело. К нему вернулся только слух, ни двигаться, ни ощущать что-либо он всё ещё не мог.

– Так, а это на его место, – Бугай снова что-то тащил. Было отчётливо слышно, как что-то тяжёлое волокут по полу.

– Ни за что не отличила бы, – раздался рядом голос женщины. – Да погоди ты, нужно одежду поменять.

– Они ничего не заметят? – с сомнением уточнил Бугай, тяжело дыша. – Мешки проще таскать,чем этого барончика.

– Не заметят, – голоса вновь раздались рядом со Свердом. Его уносили отсюда. – Одежда та же. Даже шрамы совпадают и запах.

– Запах? – удивился Бугай. – Барга, а я чем пахну?

– Чесночными гренками, пивом и глупостью! – огрызнулась Барга. – Давай быстрее. Он и правда тяжёлый.

Неизвестные Сверду Барга и Бугай надолго замолчали. Кажется, теперь он едет, под спиной стало ощущаться что-то твёрдое. На секунду Сверд обрадовался, что ещё что-то чувствует, а потом испугался. Зачем тут эти двое? Кто они? Бандиты? Наёмники? Зачем они его похитили? Для выкупа? Пытать? Убить? Нет, убили бы они там, в помещении, где пахло лекарственными травами. Так. А почему он вспомнил, что там пахло травами? Кажется, к нему возвращается и другая память. Это хорошо, нужно набраться сил и тогда… и тогда они ответят!..

– Грузи его сюда! – указала Барга.

– Это ж гроб! – удивился вслух Бугай.

«Меня хоронят заживо?! Нет!» – закричал в ужасе Сверд. Он должен был кричать, но его рот не издал ни звука.

Красный барон Булсар. Красное королевство.

Булсар упражнялся с мечом в крохотном саду на заднем дворе замка. В центре сада росстарый дуб, а каменные стены двора были увиты ядовитым плющом. Трость вместе с ножнами меча были прислонены к дереву. Сам барон по памяти повторял фехтовальные движения. Каждый выпад отзывался болью в ноге, но Булсар и виду не показывал на колющую боль, его лицо оставалось безмятежным. Он был предельно сосредоточен и думал в это момент только о мече и ни о чём другом. Тренировка настолько поглотила его внимание, что он не услышал, как корни дуба зашевелились. Дерево, что посадил и вырастил ещё прапрапрадед Булсара, могло выдерживать ураганы, что ему какой-то ветер, лишь поиграет с листвой исполина. Боковым зрением барон заметил движение и, не раздумывая, сделал кувырок в сторону. Прижавшись спиной к стене, он выставил меч перед собой. Земля с корнями под дубом вздулась, будто выталкивая что-то изнутри. Затем куски земли полетели в стороны, будто брызги новомодного шипучего вина, а меж корней образовалась большая дыра. Из этой дыры кубарем вывалились перепачканные в земле люди. Несколько мгновений понадобилось Булсару, чтобы понять, что за незваные гости явились в его замок. Он разглядел грязные, красные мундиры своих воинов. Это были его сыновья Вик и Мак, племянник Шур, а с ними егерь Пёс, его друг Лука и почти целая хижина. Живые, перепачканные в земле и злые.

– Я так понимаю, коли не ведьмовские штучки, – барон убрал меч в ножны и взял трость в руки. – То с приказом бы не справились?

– Да, барон, – насупившись, ответил Вик.

– Не могли наши мечи тягаться с колдунством, – вступился Мак.

– Колдовством, – машинально поправил барон. – Вик, доложи о задании.

– Мы поехали через… – начал было сын барона.

– Коротко и по делу, – Булсар опёрся о трость.

– Бывший егерь Лука доставлен, – Вик вытянулся. – Рядом с хижиной Пса на нас напал колдун. Их ещё Проклятыми называют. Потерь нет.

– Колдун жив? – уточнил Барон и, получив кивок в ответ, приказал. – Все, кроме Пса и Луки, подите прочь и приведите себя в порядок. Пёс, что там?

– Жена! – Пёс пытался открыть перекошенную дверь хижины.

– Отойди, – Булсар сам подошёл к двери и, используя трость как рычаг, выломал дверь. Вдвоём они вытянули из хижины невредимую, но испуганную женщину. – Отведи жену Пса в замок. Чего застыли, живо!

– Барон? – Пёс вопросительно /мотнул головой в сторону уходящей жены.

– О ней позаботится Сина, – пояснил Булсар. – Потом сам решишь, где ей оставаться. Ты пару дней отдохнёшь и поможешь освоиться … Луке, кажется?

– Лука, барон, – Лука низко поклонился. С его одежды посыпалась земля. Руки бывший егерь сжал в кулаки, чтобы не выдать дрожь в пальцах.

– Не бойся, Лука, – Булсар похлопал его по плечу. – Тебе больше не придётся ютиться в лачуге. Ты теперь баронский … тайнописец.

– Благодарю, барон Булсар, – Лука снова низко поклонился. – Но разве ж нет у вас уже тайнописцев? Что в шифрах сведуют. Монахи те же.

– Нет у меня доверия к этим скверным святошам, – процедил барон сквозь сжатые зубы. – Один из них… Впрочем, неважно. Людо уже мёртв. Душонка ж его неприкаянная будет вечно блуждать во тьме.

– Сейчас идите в купальни, – барон Булсар повернулся и крикнул вдогонку: – Потом все идите в зал. Ждите Сину.

Оставшись в одиночестве, Булсар, улыбаясь, растёр ногу. Боль ещё не отпускала, но радость от того, что его давно задуманный план наконец-то будет осуществлён, затмевала любую боль. Покинув дворик последним, он направился не в зал, а прошёл в подвал замка. По пути поймав солдата, приказал тому привести в порядок дерево и позвать садовника осмотреть дуб. Терять наследство прадедов из-за повреждённых корней никак не хотелось.

Сам Булсар отправился в подвал замка. Тут, как правило, содержались пленники в камерах, имелась пыточная и даже дежурил палач. Обычно место это было холодным, тёмным и пугающим. Сейчас же подвал сильно изменился. Пыточная была заперта, и внешне по массивной деревянной двери с крохотным окошком было сложно догадаться о её предназначении. Камеры были открыты, в них царила чистота, а лавки были устланы шкурами и шерстяными одеялами. Подвал ярко освещён факелами и свечами на столе. Стол располагался в центре подвала. За ним сидела примерно дюжина людей. Одеты они были по последней имперской моде, в светлых оттенков камзолы и куртки. Их можно было бы принять за горожан, обычных ремесленников, но массивные цепи на их шеях выдавали их принадлежность к гильдии мастеров. Все они повернулись к вошедшему в подвал барону.

– Лорд Булсар, сколько можно?! – возмутился один из них.

– Барон, – поправил его другой.

– Да?! – вмешался третий. – А что случилось с прежним бароном?

– Мастера, – поднял руку Булсар/Булсар поднял руку, привлекая внимание. – Пусть говорит кто-то один. Мастер Ровендо, прошу.

– Барон Булсар, – начал один из самых пожилых мужчин за столом и сразу шикнул на попытавшихся влезть мастеров помоложе. – Барон Булсар, у нас, собственно, один вопрос. Когда нас отпустят домой?