Люби или умри

— Какие?

— Когда вроде всё нормально, но что-то не так.

Максим поднял глаза.

Настя улыбнулась.

— Наверное, глупо звучит.

— Нет, — сказал он. — Совсем не глупо.

Она забрала фотографию и спрятала в папку.

За соседним столом кто-то громко рассмеялся.

Женя вернулась из коридора с тремя стаканчиками кофе.

Работа продолжилась.

Но Максим ещё несколько раз поглядывал на Настину папку.

* * *

Вечером Лола увидела их вместе возле главного корпуса.

Максим стоял у лестницы и показывал Насте что-то в телефоне.

Та смеялась.

Настоящим смехом, запрокинув голову.

Лола даже не сразу её узнала.

— Ого, — протянула Вика. — Наша принцесса ожила.

— Отстань от неё, — сказала Женя.

— Да что я такого сказала?

Максим заметил девушек и помахал рукой.

— Лола! Вы куда?

— Домой, — ответила она. — А ты?

— Сейчас тоже.

— Поехали с нами. Мы в кофейню.

Максим посмотрел на телефон.

— Сегодня не получится. Тренировка.

— Ты ещё и спортом занимаешься? — спросила Вика.

— Иногда таскаю тяжёлые предметы.

— Какие?

— В основном собственные амбиции.

Вика расхохоталась.

Лола улыбнулась.

— Тогда завтра?

— Завтра можно.

— Отлично.

Они разошлись.

Лола успела пройти несколько шагов, когда услышала за спиной тихий голос Насти:

— Максим, а можно я тебе вечером макеты пришлю?

— Конечно. У тебя мой номер есть?

— Нет.

— Давай запишу.

Лола не обернулась.

Но почему-то запомнила этот разговор.

А вечером, уже дома, открыла профиль Насти в университетском чате.

Там не было фотографии лица.

Только серый кот, сидящий на подоконнике.

Статус отсутствовал.

Последняя активность — несколько минут назад.

Лола смотрела на экран дольше, чем следовало.

Потом закрыла приложение.

— Да господи, — пробормотала она. — Какое мне дело?

И бросила телефон на кровать.

Но через минуту всё-таки взяла его обратно.

* * *

Во время подготовки к фестивалю Настю попросили подготовить подборку архивных фотографий университетского медиацентра. Женя зашла к ней после занятий и принесла внешний диск, где хранились снимки за последние три года. Лола тоже оказалась поблизости: ей нужно было согласовать макет пригласительных. Они втроём сидели за одним столом, пока за окнами темнело.

На экране сменялись групповые портреты, кадры с концертов и нелепые фотографии с посвящения первокурсников. Женя смеялась, узнавая знакомых. Лола подсказывала даты и имена. Настя работала быстро, почти не смотрела на них, но иногда неожиданно точно вспоминала мелочи: кто стоял возле сцены, кто опоздал, кто ушёл до общего снимка.

— У тебя феноменальная память, — заметила Женя.

Настя пожала плечами.

— Я просто внимательная.

На экране появилась фотография Артёма. Он держал в руках плакат фестиваля и смеялся, пока кто-то за кадром тянул его за рукав. Лола замолчала. Женя тоже. Настя не сразу перелистнула снимок.

— Хорошо получился, — тихо сказала она.

Лола почувствовала, как сжалось горло.

— Да.

— Он всегда хорошо получался. Не то что некоторые. — Настя взглянула на своё отражение в погасшем крае монитора. — Мне папа говорил, что с такими людьми проще работать. Они не боятся камеры.

Женя неловко кашлянула и попросила открыть следующую папку. Настя послушно щёлкнула мышью. Но Лола заметила, что перед этим девушка задержала палец над лицом Артёма, будто собиралась прикоснуться к нему через экран.

Позже, уже на лестнице, Женя спросила:

— Ты не думаешь, что Настя по нему скучает?

— Кто по кому?

— По Артёму. Они ведь общались.

Лола остановилась.

— Как раз это меня и раздражает. Артём не хотел с ней общаться.

— Может, она не поняла.

— Она всё прекрасно понимала.

Женя посмотрела на подругу, но не стала спорить. Лола сама испугалась резкости своего ответа. За последний год она слишком часто произносила о Насте слова, которые не решалась объяснить.

В тот же вечер на университетском сайте появилась новая подборка архивных снимков. Лола открыла её дома и пролистала. На одном снимке Артём стоял у лестницы с двумя друзьями. Справа, почти за кадром, виднелась Настя. На другом он смеялся возле кофейного автомата, а за его плечом снова угадывался светлый силуэт девушки. Лола сначала решила, что это совпадение, а потом поймала себя на том, что ищет Настю на каждом кадре.

Она закрыла сайт. Сказала себе, что придумывает лишнее. Но перед сном зачем-то открыла переписку с Артёмом и перечитала старый разговор: он жаловался, что девушка ждёт его после занятий, хотя он просил этого не делать. Тогда Лола посоветовала ему не вести себя как мягкотелый идиот. Теперь эта грубость выглядела особенно несправедливой.

Утром Максим подошёл к их столу и, шутя, спросил, не ищут ли они ещё одного добровольца для фестиваля. Лола тут же отвлеклась на него. Настя, сидевшая у окна, подняла голову и тихо улыбнулась. Лола заметила, как быстро Настя отвела глаза, стоило Максиму повернуться. Сама же задержала на нём взгляд и только потом вернулась к разговору с Женей.

Глава 3. Артём

В пятницу Лола опоздала на первую пару на двадцать минут.

Будильник прозвенел вовремя. Лола отключила его трижды, а на четвёртый раз уронила телефон за кровать.

Однако Рогозина назначила защиту проектов, а пропускать защиту в её присутствии было примерно так же разумно, как совать голову в работающую мясорубку.

Лола влетела в аудиторию с мокрыми волосами, стаканом кофе и выражением крайнего оскорбления.

— Мещерская, — сказала Рогозина, даже не оборачиваясь. — Рада, что вы нашли время посетить нас.

— Пробки.

— Вы живёте в десяти минутах отсюда.

— Ужасные пробки.

По аудитории прокатился смех.

— Садитесь.

Лола прошла к своему месту.

Максим сидел у окна и что-то печатал на ноутбуке. Увидев её, он приподнял руку в приветствии.

Она показала ему стакан кофе.

Он одобрительно кивнул.

Настроение стало немного лучше.

* * *

После защиты Лола обнаружила Максима возле автомата с напитками.

Он смотрел на экран так, будто пытался договориться с враждебным искусственным интеллектом.

— Что случилось? — спросила она.

— Эта штука украла у меня сто рублей.

— Серьёзная потеря.

— Я рассчитывал построить на них финансовую империю.

— Требуй компенсацию.

— Уже требовал. Она молчит.

Лола достала телефон, приложила к терминалу карту и выбрала американо.

Автомат загудел.

— Он должен мне один кофе, — сказала она машине.

— Два, — поправил Максим.

— Один. Второй я забираю в качестве моральной компенсации.

На этот раз автомат выдал два стаканчика.

Максим с уважением посмотрел на Лолу.

— Так вот зачем нужен диплом специалиста по коммуникациям.

— Именно. Мы умеем убеждать даже технику.

Они отошли к окну.

За стеклом студенты перебегали через двор, прячась от дождя под капюшонами и папками.

— Слушай, — начал Максим, — я хотел тебя кое о чём спросить.

— Ого.

— Только без этого лица.

— Какого?

— Будто я собираюсь сделать предложение.

— А ты не собираешься?

— Пока кольцо в ремонте.

Лола усмехнулась.

— Ладно. Спрашивай.

Максим поставил стакан на подоконник.

— Ты говорила, что дружила с тем парнем. С Артёмом.

Улыбка исчезла.

Лола медленно выдохнула.

— Да.

— Что с ним случилось?

— Никто не знает.

— Вообще никто?

— Макс, полиция почти год его искала. Думаешь, я сейчас расскажу тебе секрет, который они не смогли раскрыть?

Он поднял руки.

— Всё, понял. Не хотел задеть.

Лола пожалела о резкости.

— Извини.

— За что?

— Просто… неприятная история.

Максим кивнул.

Они помолчали.

Затем Лола сама продолжила:

— Артём учился на курс старше. На нашем направлении. Мы вместе делали несколько проектов для студенческого медиацентра.

— Каким он был?

Лола посмотрела на улицу.

— Хорошим.

Слово прозвучало слишком просто.

И совершенно недостаточно.

Артём не был просто хорошим.

Он был из тех людей, которые умели делать обычный день чуть менее отвратительным.

Мог принести кофе, когда ты сидела над монтажом до полуночи. Одолжить деньги и забыть, что одолжил. Приехать через весь город, если у тебя сломалась машина.

И при этом обладал редким талантом выбирать людей, которые этим пользовались.

— Он всем помогал, — сказала Лола. — Иногда даже когда не просили.

— Вы встречались?

— Нет.

— А ты хотела?

Она повернулась к нему.

— Ревнуешь?

Максим улыбнулся.

— Просто уточняю степень драматизма истории.

— Мы были друзьями.

Это была правда.

Почти.

Однажды, после студенческой вечеринки, Артём поцеловал её возле подъезда.

Лола ответила.

А утром они оба сделали вид, будто ничего особенного не произошло.

Тогда ей казалось, что у них ещё достаточно времени, чтобы во всём разобраться.

Теперь она иногда вспоминала тот поцелуй с такой отчётливостью, что хотелось разбить что-нибудь о стену.

— Он исчез в конце ноября, — продолжила Лола. — Почти год назад. Сначала все думали, что уехал к родственникам. Потом выяснилось, что никто не знает, где он.

— Телефон?

— Перестал отвечать.

— А последний раз его кто-нибудь видел?

Лола нахмурилась.

— Ты что, детектив?

— Нет. Просто интересно.

— Почему?

Максим пожал плечами.

— Я не очень понимаю, как человек может просто исчезнуть. Тем более студент. Друзья, родители, пары, соцсети. Он же не в лес ушёл.

Последняя фраза почему-то задела её.

— Такое случается, — сказала Лола.

— Знаю.

— Нет, Макс. Не знаешь.

Он замолчал.

Лола поняла, что снова ведёт себя по-идиотски.

— Извини.

— Лола, всё нормально.

Он сказал это спокойно.

Без раздражения.

И ей стало ещё хуже.

— Слушай, — произнесла она, — давай лучше о чём-нибудь другом.

— Давай.

— Ты вообще собираешься сегодня куда-нибудь?

— После тренировки свободен.

— Мы вечером идём в кино.

— Что смотрите?

— Пока не решили.

— Потрясающий уровень организации.

— Зато компания хорошая.

Он улыбнулся.

— Тогда я с вами.

Лола облегчённо выдохнула.

Разговор закончился.

Но неприятное ощущение осталось.

* * *

Вечером они сидели в последнем ряду кинотеатра.

Фильм оказался редкостной чушью: дорогой фантастический боевик с плохими диалогами, картонными злодеями и сюжетными поворотами, которые можно было предсказать по музыке.

Через сорок минут Вика уснула.

Даня принялся читать отзывы на телефоне.

Максим наклонился к Лоле.

— Кажется, я понял, кто убийца.

— Тут нет убийцы.

— Тем более подозрительно.

Лола рассмеялась.

— Тихо.

— Смотри, этот мужик точно злодей.

— Это главный герой.

— Вот именно.

Она закрыла лицо ладонью, пытаясь не рассмеяться слишком громко.

Через несколько минут Максим протянул ей коробку попкорна.

Его пальцы случайно коснулись её руки.

Лола посмотрела на него.

Он смотрел на экран.

На этот раз он даже не заметил, что произошло.

И почему-то это понравилось ей больше, чем все комплименты, которые она слышала за последнюю неделю.

* * *

После фильма компания разошлась возле торгового центра.

Вика уехала с Даней.

Женю забрал отец.

Лола осталась ждать такси.

Максим стоял рядом, засунув руки в карманы куртки.

— Могу подвезти, — предложил он.

— А ты на машине?

— Ага.

— Где?

— На парковке.

Лола посмотрела на экран телефона.

До подачи такси оставалось семь минут.

Она отменила поездку.

— Уговорил.

— Я даже не начал.

— Цени мою уступчивость.

Машина Максима стояла в дальнем ряду парковки.

Тёмно-синий седан, чистый, ухоженный, без кричащего тюнинга. Лола одобрительно отметила кожаный салон и приятный запах внутри.

— Неплохо живёшь, Беляев.

— Стараюсь не голодать.

— Судя по машине, иногда получается.

Он рассмеялся.

Они выехали на почти пустую улицу.

В салоне тихо играла музыка.

Лола назвала адрес.

Максим кивнул и включил навигатор.

— А родители у тебя здесь? — спросила она.

— Нет. Живу один.

— Счастливчик.

— Иногда.

— Не любишь одиночество?

— Смотря какое.

Лола повернулась к нему.

— А какое не любишь?

Он некоторое время молчал.

Потом ответил:

— Когда рядом должен быть кто-то, а его нет.

Она посмотрела на него внимательнее.

Максим продолжал следить за дорогой.

На мгновение с его лица исчезло привычное весёлое выражение.

Лола вдруг поняла, что почти ничего о нём не знает.

Откуда он приехал на самом деле?

Почему перевёлся?

Где его семья?

Был ли он когда-нибудь серьёзно влюблён?

Обычно она умела выяснять подобное за один вечер.

С Максимом всё почему-то оказывалось сложнее.

— Красиво сказал, — заметила она.

Он взглянул на неё.

— Случайно получилось.

— А я уже хотела записать.

Максим улыбнулся.

И разговор снова стал обычным.

* * *

Дома Лолу встретила тишина.

Отец был в командировке. Мать уехала на благотворительный ужин. В квартире пахло дорогими свечами и кондиционером для белья.

На кухонном острове стояла тарелка под пищевой плёнкой.

Лола заглянула под неё.

Запечённая рыба. Овощи. Лимон.

Аппетит пропал.

Она налила себе воды, прошла в спальню и скинула сапоги.

Телефон завибрировал.

Максим:

Добралась до спальни или ещё блуждаешь по своему дворцу?

Лола улыбнулась.

Уже в спальне. Спасибо, что подвёз.

Не за что. Кино, кстати, было ужасное.

Зато компания хорошая.

Вот это правда.

Лола перечитала последнее сообщение дважды.

Потом открыла галерею.

Нашла фотографию с вечеринки, где они стояли рядом.

Увеличила.

Максим смотрел в камеру, слегка прищурившись. Рядом с ним Лола улыбалась так широко, что сама удивилась.

Она сохранила снимок в избранное.

А затем, сама не понимая зачем, открыла старую переписку.

Имя в списке контактов было подписано просто:

Тёма

Последние сообщения датировались концом ноября прошлого года.

Лола медленно пролистала несколько экранов.

Глупые шутки.

Фотографии.

Ссылки на музыку.

Его голосовое сообщение, которое она до сих пор не удалила.

Она нажала воспроизведение.

— Лол, ты где потерялась? Мы тут с ребятами собираемся. Если опять скажешь, что у тебя маникюр, я тебя заблокирую. Всё, давай, звони.

Знакомый голос.

Живой.

Слегка насмешливый.

Лола резко остановила запись.

В горле встал ком.

Она знала, что не должна была открывать переписку.

Особенно сегодня.

Но палец уже скользил вниз.

К самому концу.

Туда, где несколько коротких сообщений до сих пор заставляли её сердце неприятно сжиматься.

Лола не стала их читать.

Она просто смотрела на дату.

28 ноября.

Потом заблокировала экран.

Ещё немного посидела на кровати, обхватив колени.

— Прости, Тём, — прошептала она.

В пустой комнате никто не ответил.

* * *

Осенью прошлого года Артём однажды забрал Лолу после монтажа университетского ролика. Они вышли на холодную улицу, где от дыхания поднимался пар, а у входа кто-то спорил о такси. Артём шёл рядом и рассказывал, как случайно отправил преподавателю вместо презентации список покупок. Лола смеялась так громко, что прохожие оглядывались.

— Слушай, а ты никогда не устаёшь быть добрым? — спросила она тогда.

— Я не добрый. Я ленивый. Ссориться долго.

— Это не одно и то же.

— Ну ладно. Иногда устаю.

Он замолчал, а потом неожиданно добавил:

— Есть одна девушка. С факультета. Я уже не знаю, как объяснить ей, что у нас ничего нет.

Лола остановилась.

— Настя?

Артём с удивлением посмотрел на неё.

— Откуда знаешь?

— Господи, Тём. Это весь университет видит, кроме тебя.

Он поморщился.

— Я думал, она просто стесняется. Помогал ей с работой. А теперь она постоянно приходит туда, где я бываю. Даже домой однажды явилась. С отцом.

Лола сначала рассмеялась. Ей показалось, что он преувеличивает. Артём тоже попытался улыбнуться, но быстро опустил глаза.

— Нет, серьёзно. Её отец спросил меня, какие у меня планы на будущее. Будто мы собираемся жениться. А она сидела рядом и улыбалась.

— Ты что сказал?

— Что пока не собираюсь. Они оба как-то странно замолчали.

Лола пожала плечами.

— Ну не ходи к ним. И всё.

— Я и не собираюсь.

Он снова заговорил о пустяках. Через несколько минут они уже спорили, где купить лучший хот-дог. Лола постепенно забыла тревогу на его лице. На следующий день они поссорились из-за её резкой шутки о Насте, и Артём перестал рассказывать ей подобные вещи.

Теперь, сидя в своей спальне с телефоном в руках, Лола вспомнила всё до деталей. Его расстёгнутую куртку, мокрый снег на волосах, то, как он сказал: «С отцом». Значит, он видел Виктора Андреевича не только в день исчезновения. Значит, взрослый мужчина был вовлечён в эту историю с самого начала.

Лола открыла старую переписку и стала искать его слова про Настю. Нашла: «Она опять меня караулит. Я уже замучился». Следом её собственный ответ: «Тогда перестань быть таким удобным». И Артёмово: «Легко сказать». Она смотрела на экран и понимала, что тогда не отнеслась к его словам всерьёз, потому что представить Настю опасной было трудно. Серый свитер, робкая улыбка, тихая речь. Разве такой человек может причинить кому-то настоящий вред?

Лола отложила телефон. Вернулась к фотографии Максима. В нём было что-то от Артёма: привычка сразу спрашивать, нужна ли помощь, и особый наклон головы, когда он слушал. Иногда Лола ловила сходство, но не могла объяснить его. Решила, что просто тоскует по другу и ищет знакомые жесты в каждом новом человеке.

Лола почти убедила себя, что видит в Максиме знакомые жесты только потому, что скучает по Артёму. И всё же от сходства становилось неуютно. Лола поднялась, подошла к окну и долго смотрела на освещённую улицу. Город жил как обычно. Машины останавливались у светофора, люди возвращались с работы, в доме напротив кто-то развешивал бельё. А Лола всё вспоминала имя, которое Артём произносил перед исчезновением всё раздражённее: Настя.

Глава 4. Та, что фотографирует

К середине октября Максима уже перестали называть новеньким.

Его знали в столовой, в спортивном зале и даже в деканате, где обычно студентов запоминали исключительно за долги и потерянные документы.

Он играл за университетскую команду по баскетболу, хотя официально в неё ещё не вступил. Помогал Жене с презентациями. Иногда подвозил однокурсников домой и умудрялся находить общий язык даже с самыми занудными преподавателями.

Лола всё чаще ловила себя на том, что ищет его глазами.

В коридорах.

В аудитории.

На парковке.

Это раздражало.

Ей не нравилось ждать чужого сообщения и проверять, прочитали ли её собственное.

Особенно мужского.

И уж тем более не собиралась превращаться в девушку, которая проверяет телефон каждые десять минут.

Правда, именно этим она сейчас и занималась.

— Ты вообще меня слушаешь? — спросила Вика.

— Конечно.

— И что я сказала?

— Что Кирилл идиот.

— Это было десять минут назад.

— Мнение остаётся актуальным.

Вика вздохнула.

Они сидели в актовом зале, где студенческий медиацентр готовился к фестивалю короткометражного кино.

На сцене устанавливали проектор, в проходе стояли коробки с декорациями, по полу тянулись провода.

Женя занималась афишами.

Максим помогал крепить экран.

Настя фотографировала подготовку мероприятия.

— Смотри, — сказала Вика, кивнув на неё. — Опять рядом крутится.

Лола проследила за её взглядом.

Настя стояла возле сцены с фотоаппаратом в руках.

Сегодня она была в тёмно-зелёном свитере и длинной чёрной юбке. Волосы собрала в низкий хвост. На ногах — всё те же старые ботинки.

Максим придерживал металлическую стойку.

— Давай, — сказал он. — Сейчас я сделаю вид, что умею работать руками.

Настя подняла фотоаппарат.

— Подожди. Свет плохой.

— А я хороший?

— Ты нормально получаешься.

— Нормально? Обидно.

Она улыбнулась.

Щёлкнул затвор.

— Покажи, — попросил Максим.

Настя подошла ближе и повернула к нему экран.

Он наклонился.

Лола с неприятным чувством заметила, что их головы почти соприкоснулись.

— Ничего себе, — сказал Максим. — Слушай, а я прямо как в рекламе спортзала.

— Ты просто не двигался.

— То есть секрет в том, чтобы стоять и ничего не делать? Кажется, я нашёл профессию мечты.

Настя засмеялась.

Вика скривилась.

— Господи, она ему уже в рот смотрит.

— Отстань от неё, — сказала Женя.

— Да что я такого сказала?

* * *

Через час Лола всё-таки подошла к сцене.

— Макс, ты занят?

Он сидел на корточках возле удлинителя.

— Смотря насколько срочно.

— Хочу забрать тебя на обед.

— Похищение?

— Добровольное.

— Тогда согласен. Только дай пять минут.

Лола присела на край сцены.

Настя стояла неподалёку и проверяла снимки.

— Настя, — сказала Лола.

Девушка подняла голову.

— Да?

— Ты на меня объективом не наводи, ладно?

— Почему?

— Потому что я не люблю, когда меня фотографируют без разрешения.

Вика, появившаяся у входа, громко фыркнула.

Все знали, что у Лолы в соцсетях несколько тысяч фотографий.

Настя тоже это знала.

— Хорошо, — тихо сказала она.

— Отлично.

Максим поднял голову.

— Лол, она же для университета снимает.

— Я поняла. Просто предупредила.

— Можно нормально предупредить.

Лола почувствовала, как к лицу прилила кровь.

— А я как предупредила?

— Будто она тебе должна денег.

Повисла короткая тишина.

Вика перестала улыбаться.

Настя поспешно убрала фотоаппарат.

— Всё нормально, Максим. Правда.

Он посмотрел на неё.

— Насть, я не тебе.

— Я поняла.

Она быстро отошла к дальнему ряду кресел.

Лола медленно спрыгнула со сцены.

— Знаешь что? — сказала она Максиму. — Я, пожалуй, пообедаю одна.

— Лола…

— Нет, всё нормально. Просто не люблю, когда мне при всех делают замечания.

— Я не хотел тебя обидеть.

— А получилось.

Она развернулась и пошла к выходу.

Вика поспешила следом.

* * *

— Он вообще охренел? — возмутилась Вика, когда они вышли в коридор.

Лола молчала.

— Ты просто попросила себя не фотографировать!

— Я знаю.

— А он устроил сцену перед этой серой мышью.

— Вика, хватит.

— Что?

— Просто хватит.

Лола остановилась у окна.

Во дворе ветер гонял по асфальту мокрые листья. Возле входа курили двое первокурсников. Охранник кричал на кого-то, требуя убрать велосипед.

Она вдруг подумала, что Максим, возможно, был прав.

Настя действительно ничего плохого не сделала.

Лола сама подошла к ней с дурацким замечанием.

И всё же чувство раздражения никуда не исчезло.

— Почему ты её так не любишь? — спросила Вика.

Лола повернулась.

— Кого?

— Настю.

— Я её нормально воспринимаю.

— Ну да. Особенно сегодня.

Лола скрестила руки.

— Она странная.

— В этом я согласна.

— Вот и всё.

Вика посмотрела на неё с сомнением.

— Иногда мне кажется, у вас что-то произошло.

— Ничего у нас не произошло.

Ответ вышел слишком резким.

Вика подняла ладони.

— Ладно, ладно.

Лола отвернулась к окну.

Она давно научилась держать лицо.

Улыбаться, когда неприятно.

Шутить, когда хочется послать всех к чёрту.

Делать вид, что ничего не происходит.

Но иногда ей казалось, что некоторые события невозможно просто оставить в прошлом.

Как бы сильно ни хотелось.

* * *

После обеда Лола вернулась в зал.

Она сказала себе, что пришла проверить афиши.

На самом деле хотела найти Максима.

Он сидел на ступеньках возле сцены и пил воду.

Настя была в другом конце зала.

— Привет, — сказала Лола.