скачать книгу бесплатно
Не понимала я вкус подруги, но ей мое понимание и не требовалось, а другие женщины наперегонки с Веркой задумчиво вздыхали, рассматривая жилистого высокого парня со светлыми аккуратными волосами и серьезными серыми глазами. Мое уважение тренер получил, когда нахмурился при виде очередного томного взгляда.
Заскучав, я ускользнула из зала, резонно рассудив, что Вера моего отсутствия не заметит. Немного побродив по коридорам, то опускаясь на первый этаж, то поднимаясь наверх, я не столько заблудилась, сколько окончательно растеряла всякое желание быть в спортивном клубе. Надумав вернуться, забрать свои вещи из раздевалки, а потом отправить подруге сообщение по дороге домой, я направилась, как думала, в обратную дорогу.
Вместо первого этажа лестница в глубине здания привела меня на широкую галерею, опоясывавшую открытый большой зал. Там, как и всюду здесь, проводили занятия, но я не стала убегать, заинтересовавшись происходящим.
На полу вдоль одной из стен лежали плоские подушки, на которых сидело около двадцати облаченных в защитные доспехи людей. Рассматривая наряды, я вспомнила статейку о занятиях по кэндо, которые так истово пиарил Игорь Валентинов. Сам лидер и вдохновитель стоял в центре зала и о чем-то негромко беседовал со стройной девушкой в легкомысленном розовом спортивном костюме.
От подушек то и дело раздавался скрип, когда кто-то пытался сменить позу, при этом все присутствующие недовольно хмурились. И лишь один человек замер, будто статуэтка, являясь живым воплощением мечты фотографа на пляже. К такому нужно всего лишь прислонять людей, а фото выйдет отличным: и поза, и осанка облаченного в защитные доспехи, и шлем говорили о выдержке и силе.
Валентинов откашлялся и с довольной улыбкой произнес, обращаясь к сидящим:
– Дорогие мои, вот уже не первый год мы с вами собираемся и изучаем технику боя кэндо, а теперь у нас случилось уникальное событие: всего через несколько дней мастер из Республики Корея проведет у нас несколько занятий. – Валентинов быстро перевел сказанное на английский, почтительно поклонился застывшему, как памятник человеку, и продолжил: – Это не просто уникальный опыт для вас всех, но и тренировка с незнакомым противником.
Я беззвучно хмыкнула, наблюдая за речью с высоты. Сам Валентинов себя к числу слабых не относил, сознательно выделив слово «вас».
– Как вы все знаете, кэндо – это не только боевое искусство, но и целая философия. Великие мастера раньше не брали в ученики никого, кто не познал просветления и не разобрался в себе. – Тренер выдержал паузу. – Именно поэтому мы с вами, как помните, много занятий посвятили медитациям и самопознанию. Бой – не просто красивое шоу. Это целая наука и культура. Огромный пласт древних знаний и умений, которые я передавал вам так же, как этому учил меня один старый мастер родом из Китая, – с чувством произнес Валентинов.
Маска скрывала лицо приглашенного мастера, но почему-то казалось, что он не все, но хоть часть из речи Валентинова понимает и не может не хохотать над словами тренера.
– Как известно, эмоции в бою недопустимы. Если вы позволите сомнениям или страху закрасться к вам в сердце, вы сами увеличите свои шансы на проигрыш. Перед противником нужно стоять уверенно, смело ожидая поединка, но при этом не считать себя сильнее или опытнее, потому что это так же может привести к проигрышу. – Игорь провел рукой по волосам, принял позу, как для фото, и переложил шлем из одной руки в другую. – Только победив себя, можно победить и противника. Помните об этом.
Ученики нестройно кивнули и скосили взгляды на приглашенного учителя. Тот даже не шелохнулся, полностью игнорируя интерес к себе.
– Сегодня мы просто проведем небольшое показательное выступление-разминку. Через несколько дней будет открытое занятие, за которым смогут наблюдать обыватели. Тогда мы все с вами должны будем показать наши достижения, чтобы привлечь интерес к начальному курсу, набор на который начнется осенью, – пояснил суть сборища тренер. – Сейчас мы с мастером Кимом проведем пару поединков, чтобы вы могли оценить не только мою технику, но и другого опытного кэндоиста.
Валентинов поднял маску, уверенно водрузил ее на голову, дождался, когда помощник проверил все крепления на доспехах и вручил ему бамбуковый меч синай. Подняв меч, мужчина вышел в центр зала, уверенно расставив ноги, подвинув правую чуть вперед. Секундой позже поднялся и приезжий мастер, чтобы занять место напротив Валентинова, двигаясь плавно и спокойно, так что его облачение не производило никаких посторонних звуков. Взяв из рук помощника синай, мастер поднял его так, что мечи противников коснулись друг друга.
Кэндоисты поклонились друг другу, следуя древнему этикету боя, и замерли. Стойка приезжего мастера казалась уверенной и спокойной, без лишнего напряжения и позерства. Валентинов напоминал деревянного солдатика или марионетку на ниточках.
Я перевела взгляд на учеников, все они одобрительно посматривали на тренера, полностью уверенные, что тот делает все правильно. Я вздохнула и облокотилась на перила, наблюдая за происходящим.
Валентинов издал уверенный крик и кинулся вперед, в движении поднимая бамбуковый меч для удара по шлему, но приезжий оказался быстрее. Беззвучно, не делая никаких резких движений, он оттолкнулся левой ногой и спокойно ударил Валентинова по локтю и потом, резко вскинув меч по дуге, по боковой поверхности маски.
Ученики резко вздохнули, наблюдая за стремительно отступившим мастером Кимом. Валентинов замер, я физически почувствовала исходящее от него недоумение, но мужчина сдержался и спокойно вновь поднял меч, готовый к продолжению поединка.
Теперь тренер старался быть аккуратнее, не стал нападать в открытую, решил ударить колющим ударом в грудь. Мастер дернулся вперед, хлестким ударом сцепил мечи между собой и рывком отклонил оружие Валентинова от центра, а сам, не прерывая движения, вскинул меч вверх, уверенно ударяя по плечу, боку маски и по макушке.
Я усмехнулась, наблюдая за лицами учеников. Они выглядели настолько обескураженными, словно ни разу до этого их учитель никому не проигрывал столь быстро и легко.
Поза Валентинова выдала его гнев и растерянность, но мужчина быстро взял себя в руки и поклонился мастеру, а после ответного кивка снял маску и обратился к свидетелям своего позора:
– Итак, вы видели этот маленький поединок. Это пример того, что нам предстоит продемонстрировать на днях. Мы должны показать зрелище, чтобы заинтересовать как можно больше желающих заниматься. Именно поэтому я не стал показывать всю свою технику, поддавшись противнику.
Мужчина уверенно врал, но пунцовый цвет щек выдавал его истинные эмоции. Усмехнувшись, я отошла от перил, решив продолжить поиски раздевалки.
Очередной спуск и подъем привели меня в узкий коридор с прозрачными стенами, за которыми ходил в плиточных берегах бассейн. Позади него я заметила светящийся указатель выхода и стрелку с направлением. Вздохнув, решила пройти через зал, понадеявшись, что хотя бы так смогу выбраться из этого бетонного лабиринта.
Свет над бассейном и внутри него не горел, и вода в бледном сумрачном свете, пробивавшемся сквозь узкие окна под потолком, казалась темной и пугающей.
– Глупо, – нервно хихикнула я, обращаясь к себе. – Таня, не придумывай. У тебя просто хорошо развитая фантазия.
Я шла по кафельному полу, посматривая то на глухо плещущую воду, то на пляшущие тени на стенах. Одна из теней показалась мне странной и слишком вытянутой. Сглотнув, я тихо произнесла, чтобы унять страх:
– Это всего лишь тень.
Подошла ближе и решительно протянула вперед руку, чтобы самой себе доказать, что бояться нечего. Пальцев коснулось нечто холодное и слишком плотное для воздуха. Вздрогнув и пискнув от резко нахлынувшего страха, я отшатнулась и попятилась, не в силах кричать.
Нога ухнула вниз, не находя опоры, и я негромко вскрикнула, с головой уходя под воду. Тело нервно задергалось, носом я по инерции втянула в себя воду и в ужасе попыталась ее выплюнуть, хватаясь за горло. Распущенные волосы саваном закрыли лицо, а страх не дал собраться, и я осела на дно, не в силах сопротивляться собственным воспоминаниям.
Опять вода…
Опять я тону…
Резко вода рядом взбурлила, толчком относя мое несопротивляющееся тело чуть в сторону. Рядом мелькнула темная тень, кто-то до боли сдавил меня поперек туловища и дернул вверх. Мое сознание будто раздвоилось: одна часть его спокойно наблюдала за происходящим, а другая уже приготовилась умирать, но еще немного сопротивлялась.
Меня выдернули на поверхность, придерживая за шею, не давая вновь уйти под воду.
– Жить надоело? – гаркнул мой спаситель, задыхаясь и больно стискивая меня поперек туловища.
ГЛАВА 5
В пару гребков, спаситель добрался до бортика, подхватил меня и перекинул на плитку. Мгновением позже он оказался рядом и уверенно перевернул меня на бок, вынуждая выплюнуть проглоченную воду. Я закашлялась, со всхлипами хватая ртом воздух. Меня начала бить крупная дрожь от понимания того, что я едва не утонула самым нелепым образом, не в силах справиться со своими страхами.
– Я спрашиваю, жить надоело? – зло повторил парень, и до меня дошло, что говорит он по-корейски. Как-то так вышло, что с некоторых пор мой разум не воспринимал разницу между русским и корейским языками.
– Ащщ! Вряд ли вы понимаете! – прохрипел спаситель, переходя на смесь английского, корейского и русского, немилосердно коверкая слова: – Агасси, вы… Вы в порядке? Зачем понадобилось… прыгать? Есть множество более… красивых способов… уйти на новый круг жизни.
Он сидел рядом на корточках, рассматривал меня сверху вниз, выискивая в моих глазах понимание. А я не могла ничего поделать с собой, тело трясло от страха. С нас обоих на плиточный пол потоками текла вода, наполняя бассейн гулким эхом.
– Агасси… – вновь перейдя на родной язык, сказал кореец.
И тут я его узнала. Не удержалась и тихо всхлипнула, решив, что у меня началось помутнение рассудка.
Надо мной, стряхивая с длинной косой челки воду, сидел Ким Дже Хён.
Осознавая, что веду себя глупо, я все равно дернулась вперед и обхватила молодого человека за шею, от чего он пошатнулся и шлепнулся на плитку, негромко зарычав.
– Агасси… – окликнул он меня. – Ащщ! Что за?!..
Я всхлипнула и, испытывая отвращение к себе, громко разрыдалась, уткнувшись молодому человеку в плечо. Он пару секунд посидел молча, позволяя мне стискивать свою шею и мокрую майку, а потом вздохнул и легонько обнял, успокаивающе похлопывая по спине. От понимания какая неловкая вышла ситуация, я разрыдалась еще громче, тяжело сглатывая и задыхаясь от слез.
Я много раз представляла нашу встречу, момент узнавания. Давно идеализировала это, а теперь что? Спортивный клуб, мокрый пол у бассейна, ледяная влажная одежда, свисающие сосульками волосы, потекшая косметика. А я сама сижу у дракона на коленях и чувствую себя полной идиоткой, что все испортила. И пока меня от полной ненависти к себе спасает лишь то, что, слава всем богам, молодой человек меня не узнал.
Дав повсхлипывать еще несколько минут, кореец уверенно пересадил меня на пол и поднялся на ноги. Вода капелью застучала с его джинсов на пол, но он не обратил на это внимания, наклонился, подхватил меня на руки и куда-то понес. Я не стала сопротивляться, надеясь, что не выгляжу так ужасно, как себе представляю. Дже Хён усадил меня на пластиковый шезлонг у стены и накинул на плечи полотенце. Захотелось с головой им накрыться, но я сдержалась.
Молодой человек потоптался рядом, потряс намокший телефон и куда-то пропал. Я выдохнула, ожидая, что азиат решил, что выполнил свой долг спасителя, но через минуту в бассейн словно ворвалось солнце. По полу простучали быстрые шаги, и передо мной на корточки присел еще один кореец, в котором я не сразу узнала Джун Хо.
Сегодня молодой человек зачесал волосы с одной стороны на бок, а с другой завил мелкими кудрями. Наряд парня так же представлял собой странную смесь разных стилей: классические брюки и ботинки на белой подошве и растянутая футболка с сильно вытертым принтом множества смешанных и хаотично нанесенных знаков, иероглифов и чисел на китайском.
– Здравствуйте, – сказал он по-русски со смешным акцентом и дальше перешел на уверенный английский: – Как вы?
– Я понимаю корейский, – хрипло произнесла я и прикрыла глаза.
Зачем скрывать это от них, тем более, что от Джун Хо мне не скрыть своей сущности?
– О! Отлично! – искренне воскликнул парень, а затем легко перешел на другой уровень общения: – Меня зовут Со Джун Хо. Так как ты?
– Испугалась и промокла. Все, – не хотелось пересказывать все свои чувства, поэтому я просто обозначила самое важное. – Спасибо.
Почему-то рядом с паксуму мне было спокойно и уютно, будто мы давно друг друга знали и еще тысячу лет назад перешли на естественное и удобное «ты».
– Мы тебя домой отвезем, – сказал азиат.
– Не нужно! – тут же воскликнула я. – Все хорошо.
– А как ты домой собираешься добираться? – вкрадчиво уточнил парень. – Особенно после стресса…
Он не договорил, но у меня возникло ощущение, что этот улыбчивый и совершенно несерьезный парень понимает и видит больше, чем мне хочется.
– На такси, – попыталась сопротивляться я и вытащила из кармана ключ от ящика: – Заберу свои вещи и вызову такси.
– Так. – Парень уверенно выхватил у меня брелок с одиноким ключиком на нем. – Я заберу твои вещи сам. Хён, ты девушку отнесешь? Я скоро.
Дальше никто не слушал моих слабых возражений. Дракон сцапал меня на руки и потащил на выход из зала. В каких-то несколько минут мы оказались на улице рядом с неприметным кроссовером. Кореец затолкал меня на заднее сиденье, набросив сверху плед. Сам уселся на пассажирское сиденье. Со Джун Хо возник через пару секунд, бросил мой рюкзак на сиденье рядом со мной и нырнул на водительское место.
– Так куда? – спросил он меня по-корейски.
– Девушка разве понимает? – удивился Дже Хён и обернулся ко мне.
– Девушка понимает, – сварливо промолвила я, по самые глаза закутываясь в плед. – Моя квартира в том же доме, что и ваша, но на десятом этаже.
Ким Дже Хён ничего не ответил, лишь хмуро на меня воззрился, зато Джун Хо довольно усмехнулся, будто поняв что-то только ему ведомое.
– Значит, едем домой, – азиат пригладил кудри и уверенно вырулил с парковки. – Ты с этим напыщенным «знатоком» еще будешь видеться?
Меня трясло от пережитого страха и сильно болела голова, поэтому разговор молодых людей я ловила лишь краем сознания, без какого-либо удивления осознав, что мастер Ким – это Ким Дже Хён.
– Я обещал сонбениму, что сделаю это, раз все равно еду, – вздохнул дракон. – Это не так уж сложно. Достаточно просто меньше обращать внимания на тренера этой школы – и все.
– Агасси, – Джун Хо ловко вывернул руль и глянул на меня в зеркало заднего вида, едва обращая внимание на дорогу, – а с каких пор ты так боишься воды?
Дже Хён, уловив фамильярность корейца, нахмурился и с прищуром глянул сначала на друга, а после на меня, но обратился к шаману:
– Вы знакомы?
– Можно и так сказать, – усмехнулся паксуму, – уже виделись.
Я порадовалась, что на заднем сиденье довольно темно, а большую часть моего лица скрывает плед, и молодые люди не могут видеть красный жар стыда, что затопил мои щеки.
Значит, я не ошиблась. Шаман меня заметил, но тогда, в подъезде, не стал подавать виду, оставив свое знание на будущее.
Парень вообще производил впечатление хитрого и ловкого проныры, для которого нет загадок и запертых дверей. И… я могла поклясться, скоро меня ждет разговор с азиатом с глазу на глаз.
Что ж…
«Не отвертеться», – поняла я и вздохнула.
Хорошо хоть, что это будет не прямо сейчас, а чуть позже. Со Джун Хо явно не намерен пока посвящать приятеля в свое открытие. Кореец постарается выяснить как можно больше, прежде чем сдать меня с потрохами.
– С некоторых пор, – с опозданием хрипло пробормотала я. – Я боюсь глубокой воды с некоторых пор.
Я не лгала, даже не пыталась.
Ни один из парней никак на мои слова не отреагировал, паксуму же сказал другое, явно забавляясь, что играет в игру, где лишь один из его собеседников понимает истинный смысл с виду невинных вопросов:
– У тебя очень неплохой корейский.
Я промолчала, понимая, что Джун Хо явно меня дразнит.
В отражении стекол я видела лицо дракона, его реплики шамана не интересовали. Он устало морщился и передергивал плечами, как старый больной пес. Но, тем не менее, спокойно сидел в мокрой одежде и обуви, не пытаясь избавиться от дискомфорта. Сама того не осознавая, я залюбовалась им, чувствуя щемящую грусть и тоску в груди. Хотелось потянуться вперед и погладить гладкую темную щеку, но я удержалась. Привычка подавлять свои эмоции вновь сделала свое дело.
Джун Хо уверенно рулил, иногда посматривая на экран навигатора – в городе молодой человек совершенно не ориентировался.
– Скоро будем, – сообщил он нам и крутанул ручку на панели, включая радио. – Что тут у нас есть?
Словив одну волну, другую, парень пару раз обиженно вздохнул и крутанул ручку еще раз, включив проигрыватель. Из динамиков полилась приятная мелодия, а мужской голос уверенно запел на корейском о любви. Со Джун Хо одобрительно подхватил слова, без стеснения подпевая исполнителю. И почему-то под его негромкое уверенное пение меня начало клонить в сон. Уже на грани яви, я услышала ворчливое замечание Ким Дже Хёна:
– Мы же почти приехали, зачем было усыплять девчонку?
– Я вспомнил, что у Виктора в холодильнике совсем ничего нет. Давай хоть какой-нибудь еды купим. Вот, смотри, есть большой гипермаркет здесь. – Повисла небольшая пауза. – Заедем, купим хоть чего-нибудь. Есть охота!
Дже Хён хмыкнул, но возражать не стал, а мне было уже все равно.
***
Проснулась я, когда машина затормозила в очередной раз. Сонно заморгала и устало зевнула. Кошмар я, конечно, во сне не увидела, но и облегчения беспамятство не принесло. Как и отдыха. Ноги в мокрой обуви заледенели несмотря на включенный на обогрев кондиционер. Мокрая одежда неприятно саднила, а шея затекла от позы, в которой меня сморил голос паксуму.
«Он не шаман, а черт в кудрях», – решила я и вновь зевнула, наблюдая, как Дже Хён легко выпрыгивает из машины, а Джун Хо методично разыскивает что-то в карманах своего пиджака.
– Хён, занесешь девушку наверх? – уточнил азиат, открыв дверцу. – А я еду.
– Я сама дойду, – промямлила я, не желая, чтобы дракон нес меня в дом. – У меня всего лишь одежда мокрая и обувь, идти мне это не мешает.
– Все равно, – ровно ответил Ким Дже Хён, перехватывая меня и не давая выйти из машины.
Я попыталась вывернуться, но молодой человек просто ловко подхватил меня на руки, игнорируя попытки встать, и преспокойно направился от стоянки вверх по дорожке к дому.
«Значит, у него обувь мокрая, но идти ему это не мешает, а меня – так сразу нести?» – обиженно подумала я и решительно повторила попытку вырваться: