Оставить мир позади

Ошеломлённыймужчина начал искать оружие за поясом, но, не найдя, взглянул на девушку,возвышавшуюся над ним. Она сразу распознала свой пистолет — он лежал на днерюкзака. Аделин метнула на него грозный взгляд.

Онвынул нож и дрожащей рукой выставил перед собой. Из его глаз катились слёзы.Аделин улыбнулась. Игнорируя лезвие, она сократила дистанцию и присела накорточки. Удивительно, но даже без нижней губы он говорил достаточночленораздельно.

—Е-Если выстрелишь они все… п-придут сюда.

—Верно, — она наставила на него пистолет. — Все придут к тебе.

—Ты п-поехавшая! Думаешь, сможешь в-выбраться от сюда? Твой дружок уже навернякасдох.

—Где он и наши вещи? — процедила она и приставила пистолет ко лбу.

—Если скажу, отпустишь?

—Конечно, — губы тронула лёгкая улыбка.

—Он в туалете, а вещи спрятал за кассой.

Аделиннаправилась к двери, но резко обернулась, будто забыла что-то.

—Знаешь… я тоже просила отпустить, — она выставила оружие.

—П-подожди, — он выставил руки перед собой.

Аделинприцелилась — и громкий хлопок разнёсся по всему магазину. Незнакомец сжал рукина бедре, пытаясь сдержать кровь. Его лицо было красным от боли и крови.«Считаю, мы квиты».

Времяшло на минуты. Может, здесь не так уж много заражённых, но как только солнцескроется за горизонт, они превратятся из вялых в быстрых и кровожадных существ.Аделин перепрыгнула через незнакомца и выбежала из служебного помещения. Пнувногой дверь, ведущую в туалет, она увидела, как её напарник едва не скатываетсяна пол: он держал руку на раненом животе, а из носа текла кровь, пачкаяполовину лица. На удивление, он ещё был в сознании.

Натанмедленно поднял на неё глаза, не до конца понимая, кто перед ним. Осознаниепришло быстро, когда она приблизилась.

—Аделин. Я такой кретин.

—Согласна, — ответила она, держа пистолет в руке, помогла ему встать на ноги.Положив его руку себе на плечо, они вместе вышли из небольшого туалета.

—Ключи, — тихо сказал Натан. — Он забрал ключи.

Нетеряя ни секунды, она вернулась к незнакомцу. Кровь быстро застилала белыйкафель; его лицо покраснело — то ли от боли, то ли от гнева. Присев возле него,она засунула пальцы в карманы, и, вытащив ключи, почувствовала, как толстыеруки обхватили её кисти, оставляя красные следы.

—Не бросай меня, прошу, — его глаза были наполнены слёзами сожаления, которыеАделин не разделяла.

—Вот как мы теперь заговорили, — Аделин победно улыбнулась и, выдернув руки,приставила ствол к его голове, запоминая как пот струится по лицу, страх и больв широко распахнутых глазах — всё это только разжигало в ней желание сделатьещё больнее. Она поймала себя на мысли, что хочет закончить начатое, посмотреть,как его лицо застынет, а тело безвольно обмякнет. В небольшом помещениизазвенела тишина. Она положила палец на спусковой крючок. «Один выстрел. Толькоодин выстрел — и он больше не причинит вреда».

Однакоглухой стон Натана за дверью остановил её.

—Скоро к тебе придут гости. Они точно смогут удовлетворить свои желания.

Когдаона вернулась, Натан отыскал их вещи и закинул на плечо, прислонившись к стойке.Казалось, ещё немного — и он обессиленно свалится на пол. Толкнув дверь плечом,они вылетели из магазина настолько быстро, насколько это возможно.

Солнцезашло за горизонт — наступили сумерки. Вдалеке виднелись силуэты заражённых: ихтела неестественно извивались, будто они радовались скорому ужину. Они резвонаправились в сторону заправки, где недавно прозвучал выстрел. Когда онидоковыляли до пикапа, до Аделин дошло: Натан не сможет вести машину иответственность за их жизни этой ночью полностью ложится на её плечи. Натанободряюще сжал её плечо:

—Я помогу чем смогу. Если не вырублюсь раньше времени.

Онакивнула и побежала голыми ступнями по асфальту, игнорируя боль от маленькихкамушков и стекла. Забравшись в машину, она почувствовала себя в большей безопасности.Осталось только вспомнить свои пятнадцать лет, когда подруга попыталась научитьеё водить. «Надо было всё-таки принять предложение Натана».

Увидевпод ногами только две педали, она выдохнула: всё не так плохо. Напарник положилиспачканную в крови ладонь на коробку передач:

—Я буду менять скорость, а ты рули.

—Х-хорошо, — она вцепилась в руль до побелевших костяшек.

—Зажми тормоз и поверни ключ до упора.

Аделинсделала всё в точности так, как он сказал, — но пикап не поддался. Вдруг заражённыйпоказался в её окне и начал остервенело биться лбом о стекло. Девушка замерла:глаза распахнулись от испуга.

—Аделин. Соберись. Ещё раз.

Ровныйголос Натана вернул ей остаток самообладания, чтобы не начать судорожно щёлкатьключом. На окне стала показываться пока ещё маленькая трещинка, остальныезаражённые вот-вот присоединятся. Проделав действие повторно, она увидела, какзажглась приборная панель: мотор завёлся, сотрясая пикап. Аделин вскрикнула,когда со стороны Натана тоже показался инфицированный. Они все накинулись намашину, скребя и стуча по стали.

—Газуй!

Зажавправую педаль, они сорвались с места, задев рядом стоявшую машину, Аделин резкоповернула налево к дороге. Заражённые бежали за ними, падая и снова поднимаясь,исступлённо крича. Некоторые направились к заправке; Аделин почудилось, что онауслышала крики того мужчины. Достаточно разогнавшись, они оторвались отостальных, теперь перед глазами вновь была прямая дорога, лес и поднявшаясябледная луна.

—Мы смогли, — облегчённо сказала она, машинально положив руку на коробку передачи сразу отдёрнув, как только наткнулась на холодную руку. — Натан?

Онответил не сразу.

—Ты молодец, — его голос становился слабее.

Кровьпропитала одежду на сквозь и повисла в воздухе; из носа всё ещё текла кровь,хоть не так сильно, как раньше. Одна проблема осталась позади, но другаяударила в поддых. Аделин быстро сообразила, что лучшим вариантом будет съехатьс дороги при первой возможности и перевязать рану. Глаза Натана начализакрываться, несмотря на усилия держаться до последнего. Её пробил страх: онапривыкла, что он сильный, что за ним можно спрятаться, хоть порой он былбезрассудным. Видеть его таким ослабленным было неестественно и почти физическибольно. «Что, если рана слишком глубокая? Нельзя позволить ему вырубиться».

—Натан давай поиграем в «города», на чём мы остановились?