Мострал. Место действия Ловос

- Семь-девять, статус. - бесстрастно запросила Лавли, после намека на угрозу снять ее с вызова взявшая себя в руки.

- Мы готовимся спуститься и вытащить их. Даем еще две минуты на выравнивание температуры в яме с улицей и идем. - сообщил капитан лидирующего расчета.

- Принято, семь-девять. Сначала заберите Стивенсона.

- Есть, диспетчер.

За спиной сдавленно выдохнул Нейт, не понявший почему первым не папа, а дядя Макс. Потом, когда эта бездна хоть чем-то закончится, она объяснит. Объяснит, что около сорока минут Стивенсон с ожогами после расплавления на нем жаропрочной амуниции со всеми артефактами, аппаратами и приборами, пролежал в постоянно горячеющем воздухе. Даже при том, что Тэйт наверняка сколько мог поддерживал вокруг него холодный контур, если не пришел в себя - значит регенерацию запустить не смог. Ему крупно повезет, если он просто выживет после такого. У Тэйта, если он две минуты назад был во вполне ясном сознании, намного больше времени, даже с учетом того, что он эльф. Она хотела дать Стивенсону хотя бы один шанс на выживание.

- Харт, я забираю вызов. - сообщил Митч. - Их повезут в Фаршип-мед-ин, езжай.

Она увидела, как достали сначала обожженного до неузнаваемости зооморфа, потом ее Винслера и только после этого отключилась от вызова и ушла с линии. Митч закончит, он позаботится о фениксе и остальных пострадавших. А ей можно больше не быть диспетчером службы спасения.

- Поехали, - Лавли поднялась.

- Меня постоянно вызывает бабушка, - прошелестел Нейтан. - Я не знаю, что ей сказать.

- Попроси приехать. - предложила Лавли, вызывая им транспорт. - В любом случае, Тэйт будет рад ее видеть.

Нейтан совсем не был уверен в этом - они крупно поругались в последний визит. И ни он, ни отец не были уверены в том, что Лавли будет довольна причиной, по которой они, собственно, ругались.

В больнице ее встретил весь побитый расчет семнадцатой части и те, кто успел освободиться из семьдесят девятой и сто первой. Новостей у них не было. Она прошла из приемного в отделение интенсивной терапии. Прошла мимо операционной, около смотрового окна которой напряженно замерла Синди. Оборотница была на большом уже сроке, инстинктивно охватывала свой живот, когда мимо кто-то проходил. Рядом на стуле с книгой ссутулился их Фредди. Его взгляд не бежал по строкам - замер.

В палате Тэйт был один. Нейтан подбежал к отцу без сознания и замер. Лавли обернулась на деликатный кашель врача, но он отвлекся на шум в начале коридора. Приехали Мэй с Тимом и Тони, которые шепотом ругались с медсестрой на посту. Как только блондинка увидела растерянную подругу, лучезарно улыбнулась блюстительнице порядка, глянула остро на Тима и быстро пошла к ней. На ходу кивнула Тони, чтобы поддержал Стивенсонов, ускорилась еще.

Врач, заметил, что Лавли никак не препятствует этому вторжению, дождался новое действующее лицо и осторожно заговорил.

- Мы делаем все возможное, - доктор следил за реакцией Лавли, ожидая вопросов или истерики, но она будто заморозилась, - он в критическом состоянии. Винслер начал расходовать виту, это почти невозможно остановить.

- Слово-то какое выбрал. «Невозможно», - хмыкнула нервно Мэй.

- Мы можем попытаться привлечь профильных магов из Ленсона, но страховка пожарного управления…

- Глупости. - отмахнулась Мэй. - О деньгах не думаем, только о действенных методах, - пояснила в ответ на недоумение.

Лавли видела таких эльфов в прошлой жизни. Переборщивших, слишком много отдавших за то, что им дорого. Никто из таких пациентов не выбирался без последствий. Выживали единицы. Врач явно был в курсе этой статистики, а вот Мэй - нет.

- А что со Стивенсоном? - осведомилась магитешница.

- Он на операции, комбустиологи работают. - несколько уклончиво ответил доктор. - Как только появится хоть какая-то ясность, мы сообщим.

- Для него правила те же. - серьезно глядя на врача сообщила Мэй. - Мы с Драксом покроем любые расходы, вообще не оглядывайтесь на это. Доходчиво?

Врач молча кивнул и ушел.

- Я не могу находиться в ОИТ, но буду с пожарными снаружи, хорошо? - Мэй взяла за руки Лавли. - Лав, он вернется к тебе. Поняла? Других вариантов нет.

- Но…

- Без «но». Винслер не оставит вас с Нейтом. О другом не думай. - она сжала своими крошечными ладошками руки подруги. - Надо будет - я подумаю, а ты знаешь только один сценарий развития событий.

- Да. - Лавли равно выдохнула и обернулась в палату. - Мэй, деньги…

- Не сейчас. Сначала кризисы проживают, а потом разгребают последствия.

Лавли кивнула и мягко высвободилась. Мэй приняла это и ушла. Забрала Дракса и они уселись в приемном. Ждать.

Глава 14 О борьбе за жизнь и смерть

«Лучше живой трус, чем мертвый герой. Никогда не геройствуйте в условиях неопределенности»,

из курса обучения спасателей

В приемном царило напряженное молчание. Пришедшие навестить пациентов горожане удивленно смотрели на мрачно сосредоточенных пожарных, гипнотизирующих дверь.

Через час тишину разорвали ворвавшиеся в отделение врачи, за которыми семенила старушка-администратор. Многие слышали о таких летучих группах магов - их вызывали, когда были нужны сверхмощные маги. Для пожарных и полицейских чаще, чем для кого-либо. Врачи попытались разогнать ожидающих новостей пожарных, но натолкнулись на глухую стену неприятия самой этой идеи, которую не решились пытаться пробивать.

- Есть новости? - на кресле выехал Лискен с туго перетянутым боком. На нем туже скрестились вопросительные взгляды.

- Пропорол мышцы, внутренние органы не задеты. Пара недель и буду как новенький, - отмахнулся старший расчета. - Что с парнями?

- Все, кто пострадал от взрыва на улице в относительном порядке, - посвятил в происходящее Хутч. - К кэпу пригнали летучих, волк - на операции. Ждем.

- Я сообщаю семьям, у кого есть кому сообщить, - поддержал Тернер.

Всех пострадавших привезли в эту больницу. Никто из гражданских не пострадал серьезно, но сегодня этого не было достаточно для поддержания духа.

Мэй не выдержала через час. Начала суетиться: притащила всем кофе, уговорила больничную столовую взять в расчет пятьдесят голодных мужиков, ожидающих новостей в приемном, обошла всех нетяжело пострадавших и убедилась, что им не нужна никакая особая помощь. Наконец, когда все были принудительно накормлены и осмотрены, Дракс взял девушку за плечо и силой усадил на место.

Еще через пару часов привезли парня-феникса, заключенного в кокон медицинского стазиса.

- Чтобы его вытащить из клетки пришлось дожидаться силовиков. - поделился врач скорой, не занятый поддержанием стазиса. - Никогда не видел, чтобы использовали практически чистый аматидан.

- Артефакт старой школы? - заинтересовался Тони.

- Теперь не узнаем - клетку разворотили до щепок. - простовато пожал плечами медик.

- А что феникс? - пробасил Лискен.

- Как только выпал из клетки, закончил трансформацию. Сложно представить, что такой щуплый паренек разнес тот склад.

«Где ж сложно-то», - мысленно фыркнула Мэй, но в дискуссию не полезла.

В течение ночи на вызовы дернули семьдесят девятый и сто первый расчеты, к утру в приемное выпустили тех, кто свалился из-за коллапса. Почти все с предписанием на отстранение от службы до восстановления работоспособности. Значения это не имело, все ждали чего-то из интенсивной терапии.

Лавли никогда не молилась с такой верой в божественное вмешательство. Нейтан молча сидел и смотрел на отца. Он видел его разным, но никогда - дошедшим до крайней точки истощения. Хотя они часто обсуждали, что будет если он не вернется со смены, Нейт не до конца верил в саму эту возможность. Глубоко в душе, он считал отца непобедимым и несгораемым.

Деловитые врачи из медицинского центра Лаора зашли в палату, подавляя своей силой всех в комнате. Лавли хотела попросить их помочь комбустиологам в операционной, но глядя на отстраненные лица - не решилась.

Их с Нейтаном вежливо выставили из палаты, отгородились от мира какими-то щитами и начали непонятные непосвященным процедуры. Лавли с Нейтаном какое-то время смотрели на запертую дверь, обнявшись, но скоро оцепенение немного отпустило.

Как раз в тот момент, когда врач в полном хирургическом комбинезоне - специально для ожоговых, пытался что-то втолковать Синди. «Позови умников», - шепнула Нейту и пошла к ним. Женщина постарела лет на десять и только мотала головой, не понимая, что от нее требуется.

- Он слишком сильно обожжен, мы можем использовать только бесконтактные и неинвазивные методы, пока не восстановим хотя бы часть кожи. - повторил для подошедшей Лавли хирург. - Он не принимает искусственную кожу. Мы создаем для него магическое полотно предметно по его метрике, но принимает он его очень плохо и медленно. Обернуться сам он не сможет - резерв опустошен, магические каналы выжжены, аура почти уничтожена.

- А если дать ему внешнюю магию? - предложила Лавли. - Регенерация может работать на донорской магии, он же витальный зооморф, а не элементальный.

- Не принимает. Совсем.

- Попробовать близкородственную?

- Мы взяли пробу у сына - не принял. Других живых родственников не осталось.

- И какие варианты? - прозвенела подоспевшая Мэй.

- Нам нужно чудо. - развел руками врач.

- Как насчет чешуи морских разумных? - предложила Лавли.

- Она может стать таким чудом, - он кивнул, - и мы ищем донора. По моему опыту, волчьим зооморфам, да еще с настолько изодранной аурой, подходят только свежеснятые чешуйки, стабилизированные не имеют достаточно энергии.

- Могу метнуться в Постон и ободрать нужное количество хвостов. - предложил Тони.

- Какие попало не подойдут, - мягко возразила Лавли, - нужно полностью исключить резонанс. Магии в нем почти нет, но главное слово тут «почти».

- Как только найдется подходящий донор, мы организуем доставку. Вы все еще согласны взять на себя расходы?

- Конечно. Любые переходы, способы сохранения - все, что нужно. - твердо кивнул Дракс.

- Он доживет? - осторожно спросила Мэй.

- Мы делаем все возможное.

Умники ушли, тихо переговариваясь.

Винслеры дружили со Стивенсами много лет и когда в жизни Тэйта появилась Лавли, они часто организовывали двойные свидания с Максом и Синди. Лав даже помогала подруге справляться со страхами, которые у нее появились во вторую беременность. Сейчас она, казалось, заморозилась - как сама Лавли.

Еще через пол часа появилась информация: донор найден и согласен приехать лично для трансплантации полностью живого материала. Ориентировочное время прибытия - сорок пять минут, с учетом передвижения по земле. Согласовать прямой межгосударственный переход, даже в таком случае, заняло бы не одну неделю, так что щедрое предложение Мэй и Тони пришлось кстати и было использовано на полную.

Деловитая суета вокруг Макса ускорилась, его готовили к трансплантации чешуи. Остановили приживление магического полотна вместо кожи, вливали в трубки, которыми он был утыкан препараты чуть не литрами; усилили поток базового физиологического раствора.

Время будто замерло, когда зооморф висящий над операционным столом дернулся и забился. Забегали врачи и операционный персонал, выкатили от стен какие-то пугающие аппараты. Под него прямо из упаковок вытряхивали накопители, кто-то пытался запустить медицинский стазис. Макс дернулся еще раз, его выгнуло дугой и он с грохотом рухнул прямо на операционный стол. Кристаллы разлетелись по операционной, все замерли.

Комнату заполнил монотонный писк, на мониторе осталось две линии - сердце и резерв остановились.

- Почему они ничего не делают? - на грани слышимости прошептала Синди.

Лавли знала почему. Чтобы хоть немного стимулировать его организм нужна возможность его трогать. Даже для стимуляции сердца напрямую его потребовалось бы или торакально вскрыть, или провести по сосудам напрямую к сердцу стимулятор, который мало того, что не продержится долго, так еще и не даст стабильного ритма.

Она не стала объяснять, это больше не имело никакого значения. Только обняла подругу покрепче. С другой стороны к ней прижался старший сын.

Хирург поднял голову на смотровое окно и глядя Лавли в глаза покачал головой. Женщина в ее руках обмякла, а потом крупно задрожала, задыхаясь в слезах. Врач отключил пищащий аппарат, посмотрел на часы на своем запястье и заговорил. И несостоявшейся хирургу не надо было слышать. Он объявил время смерти.

Лав помогла Синди сесть, Нейт принес откуда-то воды. Короткий обмен взглядами и она поднялась. Нужно было сообщить в приемное.

На негнущихся ногах прошла по длинному коридору и толкнула двери. Ее встретили напряженные лица. Умники явно рассказали и про донора, и про способ его доставки. Через секунду робкая надежда разобьется на тысячи осколков. Комок в горле стал колючим. Некоторые поднялись на ноги.

- Макс, - голос подвел, пришлось прокашляться. - Стивенсон скончался во время операции.

Атмосфера за секунду потяжелела. Даже присутствующие тут же гражданские, которых успели кратко посвятить в суть событий, утирали выступившие слезы. Из Мэй как будто вытащили стержень, она сжалась на стуле в комок. Тим и Тони переглянулись. Первый остался на месте, второй - пошел в интенсивную терапию, поддержать вдову. Лавли вернулась обратно под дверь палаты Тэйта.

- Центр вызывает спасателя Максимилиана Стивенсона, - на громкую связь больницы вывели основной канал связи пожарных. Лавли сжалась на стуле, слезы душили. - Центр вызывает спасателя Максимилиана Стивенсона. - еще пауза. - Центр вызывает спасателя Максимилиана Стивенсона. - в приемном покое встали все пожарные, которые могли встать и медленно повели руки к головам. - Дежурство спасателя окончено. Найди покой, Стивенсон. Дальше мы сами.

Где-то глубоко в душе Харт знала, что у зооморфа нет шансов. Но иррационально надеялась на чудо, на вмешательство богов, на что угодно, что спасет его. Винслер отдал буквально часть своей жизни, чтобы лучший друг и напарник пережил этот вортов взрыв, сам оказался одной ногой на грани и еще не известно, не уйдет ли на Путь. Она не дала ему даже попрощаться! Цепкие лапы отчаяния сдавили горло.

Где-то в этом бесконечном втором дне появилась мама Тэйта - Арианна. Серая от страха и долгого пути через стационарные порталы она молча села рядом. Отвратительный повод для знакомства.

Тэйт не представлял почему, но он видел все. И свою часть, замершую в напряженном ожидании в приемном. И борьбу за жизнь Макса, и его поражение в этой борьбе. Видел сына, глядящего на заморозившуюся в ужасе Лавли как на божество и ее саму, гипнотизирующую дверь.

Он чувствовал чудовищное количество магии, которое пропускали через его тело, в попытке заставить резерв снова забирать магию из окружающего пространства, а не из виты.

На главное: настойчиво следующего за ним проводничего, он демонстративно не обращал внимания. Эльфы не становятся призраками. Сейчас, когда его душа бесцеремонно вышвырнута из тела у него больше не было вопросов к тому, почему они настолько легко и крепко сошлись с Лавли. И без нее он этот мир не покинет. Будет стоять деревом, пока не придет ее последнее мгновение.

Хотелось бы, конечно, обойтись без крайних мер, но любая попытка самостоятельно повлиять на ситуацию забирала еще больше виты из и так скудных запасов. Так что, когда душу вынесло из тела, он пару раз дернулся и остался пассивным наблюдателем.

Несколько раз он касался своим условно материальным духом возлюбленной, но она перепуганно вздрагивала и начинала искать его глазами. Сын смотрел только на нее, даже на бабушку не обратил внимания, хотя обычно был с ней приветлив. Тэйт даже догадывался, что за мысли бродят в голове Нейтана: он ожидал, когда понадобится опора Лавли. По крайней мере, сам он думал бы только об этом.

Наконец, его тело перестали терзать, душу принудительно затащило обратно. Боль была выносима, но как понимал Тэйт - только благодаря коктейлю препаратов и магических воздействий.

Дверь в палату открылась, вышли выцветшие от нагрузки врачи.

- Пришлось прогнать через тело много магии, но теперь все зависит от него самого. - сообщил один из них. - Мы больше ничего не можем сделать, надо ждать. Можете пройти к нему.

Нейтан и Арианна сразу поднялись, а Лавли никак не могла заставить себя встать. Боялась увидеть Тэйта и так же как со Стивенсоном понять, что он обречен. Казалось, что она ляжет рядом с ним и умрет, если поймет, что его невозможно спасти.

- Лав? - из палаты выглянул растрепанный Нейт.

- Что там? - голос не слушался, задать вопрос внятно не получалось.

- Папа ждет тебя.

- В смысле «ждет»? - сжатая пружина внутри расправилась, она подскочила. - Никто не приходит в сознание сразу после таких процедур.

Она стремительно зашла в палату и натолкнулась на два взгляда одинаково шоколадных глаз.

- Как ты оказался в сознании? - строго переспросила она. - Тебя должны были погрузить в стазис принудительно, раз сам не вырубился, пока резерв не восстановится хотя бы на треть. Ты же эльф, они что этого не учли? - она так привычно взяла в руки папку с медицинскими записями, что Тэйт и Нейтан ею залюбовались. Записи говорили однозначно: никакого стазиса, только естественный сон.

- Может все же подойдешь? - просипел Тэйт.

Лавли вздрогнула, подняла взгляд. Ее эльф исхудал, постарел, но был определенно жив.

- Ты жив. - прошептала она, медленно обходя его кровать. - Мне никогда в жизни не было так страшно, Тэйт.

Она осторожно сжала его большую ладонь в своих, Винслер ответил. Долгую минуту они смотрели друг на друга, убеждаясь в том, что он справился и вернулся.

- Как Макс? - все помрачнели.

- Он не смог. - тихо сообщила Лавли. - Тэйт, мне очень жаль.

Тэйт закрыл глаза и очень медленно вдохнул. Потом выдохнул. Сполз по подушкам вниз и надолго замолчал.

Пришли врачи, чтобы осмотреть его и скорректировать лечение. Семью вежливо, но настойчиво, выставили вон. Коридор был пуст. Тони увез Стивенсонов домой и обещал помочь им в первое время. Мэй он шепнул, что если будет нужно увезет их к Молли, чтобы они могли хоть немного оправиться.

Лавли вышла к ожидающим и по одной ее усталой улыбке все поняли.

- Он жив и даже пришел в себя. - первым делом сообщила главное. - Прогнозов пока никаких, но в ближайшие сутки критического состояния не ожидается.

- Ты сказала ему?..

- Сказала. Время поможет.

***

Феникс не приходил в себя. Состояние не было критическим или острым, он был просто без сознания. Что не слишком удивительно после того, как он неизвестно сколько времени провел в аматидной клетке, но сильно затрудняло расследование преступления, совершенного против него.

После каждого нового перерождения фениксы меняли структуру ауры - сохранялось только несколько опорных точек. Судя по тому, что этот конкретный феникс восстал подростком, он не успел прожить даже половины отмерянных лет, а значит аура не покажет даже опорных точек в первое время, пока не сформируется окончательно. Личность не установить, откуда он взялся в ячейке не известно.

Ячейку снимал аноним, платил наличными хранил там кроме этой вортовой клетки кучу контрабанды и запрещенных ко ввозу в Ловос вещей.

Арианна предпочла жить в отеле и навещать сына в другое время, старательно не пересекаясь с его девушкой. С Нейтом они виделись отдельно - Арианна встречала его после школы, они вместе навещали Тэйта, а после - шли гулять.

Начальника навещали по очереди все его парни, но при общении все старательно обходили Стивенсона и феникса.

Лавли приходила каждый день. При всех он держался довольно бодро, насколько это возможно после таких нагрузок и только при ней или в одиночестве позволял себе не прячась переживать все, что случилось. Смерть Стивенсона придавливала к койке тяжелой плитой и заставляла выть по ночам.

Похороны были назначены на конец недели. Обо всем позаботился Тони и пожарные из расчета, миссис Стивенсон не была способна договариваться с храмом, кладбищем и пожарным управлением. Тэйт пока не мог толком двигаться, но был в своей позиции тверд: они с Максом обещали быть на похоронах друг друга, если один уйдет на Путь раньше второго.

Как оказалось, Арианна Винслер не оставила своей идеи отговорить единственного сына от глупости в виде предложения Лавли - недавно он в режиме сверх секретности съездил в родной штат и забрал фамильное кольцо, уже шестое поколение подряд выступающее у Винслеров в роли помолвочного. Так миссис Винслер узнала о том, что Тэйт подумывает сделать предложение, а Нейтан его не просто поддерживает, а настаивает на этом. И вот идеальные условия: отпрыск никуда не денется и его можно попытаться отговорить от женитьбы на человечке. Правда его собственный отпрыск оказался от девушки в неописуемом восторге, а еще больше - от ее работы.

Очередной виток этой бесконечной ссоры застала Лавли, когда пришла навестить Тэйта в компании Тима и Мэй не в обычное время, а во время обеда Мэй.

- Я не позволю, чтобы наше наследное оказалось на пальце у какой-то человечки! - твердо и непреклонно, явно не впервые, говорила миссис Винслер.

- Нет проблем, мам. - так же спокойно отвечал Тэйт и даже подмигивал сыну. - Я просто куплю новое кольцо. Возможно даже разорюсь на артефакт.

- Мне начинает казаться, что ты мне на зло сделаешь это предложение, даже если поймешь, что я права.

- Нет, мама. Я как считал, так и продолжаю считать, что моя женитьба, когда бы я не решился предложить Лавли свои сердце и душу до конца дней - не твое дело, а наше.

- Как интеллигентно вы ругаетесь, аж гордость берет. - хмыкнула Мэй, заметив нездоровую бледность Лавли, выслушивающей все это.

Она хорошо знала: если не обнаружить свое присутствие сейчас, подруга сбежит бояться в норку и Тэйт потом месяцами будет объяснять про свои намерения и то, что не собирался давить - просто забрал важную для него реликвию из родительского дома.

- Привет, Мэй! - звонко отреагировал на новое действующее лицо Нейт. - Они надоели уже, может ты что-то сделаешь?

- Мэй вряд ли, а вот у меня, пожалуй, хватит полномочий. - вдохнув как перед прыжком в холодную воду, в палату вошла Лавли. - Тэйт?

- Пока ничего, клянусь. Я знаю все, что ты на этот счет думаешь и даже если бы ты думала иначе, пока не способен все сделать так, как считаю правильным физически. - он поднял обе руки в знак капитуляции.

- Нейт?

- Я буду рад, если ты когда-то согласишься стать моей мачехой официально. - весело сообщил он всем присутствующим. - Но тоже в курсе того, что ты пережила и не посмею давить или издеваться, пока вы с папой не договоритесь.

- Чудно. - она расплылась в немного истеричной улыбке. - Все остальные мнения во внимание приняты не будут. Сожалею, миссис Винслер. Вариантов у вас нет.

- Как это нет?! - возмутилась женщина. - Расстрою свадьбу, на худой конец. Варианты всегда есть, если хорошо их поискать.

Лавли беспомощно посмотрела на Тэйта. Ее пугали все эти разговоры о том, что она непременно выйдет замуж, пусть даже за лучшего мужчину на свете.

- Мама, мы еще ничего не обсудили, а ты уже запугиваешь мою девушку. - попытался немного сгладить ситуацию эльф. - Бесстрашного диспетчера службы спасения, если что.

Миссис Винслер поднялась и подошла к Лавли почти вплотную. Только богам известно чего девушке стоило не отступить. Смерила ее взглядом, поджала губы еще сильнее, отчего они совсем пропали с лица.

- И что он в вас нашел? - неопределенно спросила она, развернулась и вернулась обратно в кресло, которое до этого занимала.

Сердце Лавли колотилось в горле. Вдруг показалось, что нужно что-то сказать немедленно и вариантов нет - только соглашаться. И прямо из палаты, не дожидаясь даже восстановления потенциального жениха после только выигранной битвы за жизнь, идти, нет, бежать в ближайший храм и срочно связывать себя перед богами.

Она сделала маленький шаг назад и коротко выдохнув: «Мне надо подумать обо всем этом», - практически выбежала из палаты.

Осуждающего взгляда от буквально всех, кто остался в палате, в адрес Арианны уже не увидела.

Единственное, чем успокаивала себя Лавли: она близко дружит с лучшей в стране безопасницей, которая в случае чего просто спрячет ее так, что никакими способами найти не получится.

Глядя исключительно в себя, она брела по городу, пока не оказалась в своем старом дворе. Пока расследование по Маркусу не закончено, а сам Хейнс не арестован, квартира остается за ней.

Она знала, что рано или поздно ей нужно будет что-то ответить на предложение о замужестве. И ее основным вариантом было: попросить времени на раздумья и сбежать из страны. Сколько бы она не убеждалась снова и снова, что старая реальность давно позади, Тэйт - не Маркус и никогда не допустит, чтобы с ней случилось что-то плохое, в голове сидел иррациональный, почти животный страх перед самой идеей повторного замужества.