Война Древних. Проклятая богами.

Данте немного помолчал и вновь заговорил, я слышала тень усмешки в его голосе.

— Селин, ты же прячешься от меня не просто так? У тебя какие-то проблемы?

— Не проблема, а скорее неудобное недоразумение.

— Полагаю, мне стоит оставить тебя одну и не смущать?

— Если ты отвернёшься на пару минут, этого будет более чем достаточно. Мои сменные вещи на кровати.

Данте хохотнул и вновь скрипнул стулом, я приняла это за знак, что он выполнил мою просьбу, и высунула голову.

Генерал действительно отвернулся в сторону, вальяжно развалившись на низком стуле.

Я проскочила к кровати и, схватив свои вещи в охапку, вернулась к лохани, ударившись ногой о стул, запыхтела и выругалась, на что получила ещё один ехидный смешок. Я быстро сбросила полотенце и натянула на ещё влажную кожу одежду, наспех поправила волосы и наконец-то выдохнула и вышла к Данте.

Фэец медленно повернулся и с интересом рассмотрел меня, на что получил вздёрнутую бровь.

— Прости, не привык видеть девушек без униформы в своём лагере.

Я пошла ближе и рассмотрела принесённую генералом еду.

— Спасибо за ужин. И за воду тоже. Хотя совсем не стоило, мне не очень удобно принимать столько заботы, у тебя ведь здесь и так полно дел, не нужно так сильно хлопотать впредь. Я не сахарная и вполне смогу натаскать себе воды сама.

Данте одарил меня лукавой улыбкой.

— Мне было приятно проявить маломальскую заботу. Наверное, потому что обычно я не занимаюсь подобным, это был весьма интересный опыт.

Я села на стул и удивлённо посмотрела на генерала.

— Редко нагреваешь воду своим пассиям?

Данте вновь просиял и засмеялся.

Он такой очаровательный, когда не строит из себя великого генерала-убийцу.

— Я вообще не забочусь ни о каких пассиях, Селин. У нас другого формата отношения. Без тёплых романтичных признаний и всего такого.

Я налила себе воды и театрально осмотрела стены палатки, генерал же не сводил своих синих глаз с меня, чем заставлял знатно нервничать.

— Здесь очень уютно и просторно, я думала, всё будет куда скромнее. Мариэлла говорила, что первые годы жизнь здесь больше напоминала существование кроликов в узких подземных норах, да и лохань… в общем, я, правда, очень приятно удивлена.

— У вас с принцессой были разные роли и цели пребывания здесь, Селин, поэтому и подхожу я к этим двум ситуациям по-разному.

— А подробнее?

Данте взял бокал и налил себе вина, принесённого вместе с ужином.

Он медленно пил, а я продолжала терпеливо ждать ответа.

— Мари приехала сюда, чтобы меняться и обучаться, Селин. Я должен был показать ей, что за каждый поступок и принятое решение всегда придётся нести ответственность. Недостаточно просто уметь размахивать мечом, дисциплина и холодный разум в военной подготовке имеют первостепенное значение. У Мари отличный потенциал, она быстро учится, и в возрасте Кая сильно оторвётся от него по способностям, но, если она не научится контролировать свои эмоции, то до того дня может просто не дожить. В нашем мире много дерьма, Селин, всё, что творится вокруг, имеет более глобальное значение, и вас это обязательно коснётся, а её в первую очередь. До возможного наступления этих тёмных дней Мариэлла должна иметь в арсенале не только силу, но и острый ум, и наточенный, как меч, разум. Поэтому к ней я относился так, как подобает наставнику в сложившихся реалиях. Это единственное, чем я могу с тобой поделиться. Подробностей не будет. Ну а ты, ты приехала сюда, чтобы решить обычный вопрос взаимоотношений как юный командир, у меня нет причин относиться к тебе как генерал или наставник. Для меня ты просто приятная гостья, жизнь которой на эти дни я не хочу слишком уж усложнять.

— Когда ты говоришь о каких-то тёмных глобальных замыслах, это очень настораживает, Данте.

— Не слишком погружайся в это, Селин. Ваша задача — продолжать совершенствоваться и развиваться, а уж серьёзные вопросы мы будем решать сами.

— Терпеть не могу, когда вы так говорите.

Данте удивлённо поднял бровь.

— Я о том, что уже прошло много лет, и пора бы начать воспринимать нас всерьёз. Не надо со мной нянчиться, Данте. Я не хочу получать излишнее внимание и заботу, даже от тебя.

Фэец поставил бокал и с ещё большим интересом заглянул в мои глаза.

— Почему же даже от меня, Селин?

Я замялась и поняла, что сболтнула лишнего.

— Не бери в голову, просто так выразилась.

— Ну хорошо. Отдыхай, Селин. Завтрашний день будет иметь свои сложности, мне будет интересно посмотреть, как ты справишься.

С этими словами Данте удалился, а я вновь задумалась о странных высказываниях про тёмное будущее.

Глава 7

Глава 7.

Столица Государства Горного Хребта - Гора Кила

— Эти убожества с каждым поколением выглядят всё печальнее, не понимаю, как они все ещё не передохли.

— Полегче на поворотах, Сириус.

— Да брось, Эсмус, ты и сам наверняка так считаешь, просто посмотри на это. И после таких картин нас ещё и обвиняют в жестокости, я возмущён.

На выступе высокой горы с отличной смотровой площадкой стояли двое древних и заклинательница. Они наблюдали за столичной жизнью.

Эсмус сжал челюсти и напрягся, когда увидел рабыню, труп которой волочили по земле, очевидно, кто-то из «верхушки» захотел отведать свежего мяса. Эти ублюдки докатились до самой позорной планки в чёртовом мире. Они спрятались глубоко в горах от других государств, отгородившись толщей породы, и продолжали потихоньку бесчинствовать.

В клетках на ярмарочных площадях сидели низшие фейри всех возрастов и полов, и сворованные из другого мира люди. Полуобнажённых шлюх водили по улицам с особым пренебрежением, хватая за открытые интимные зоны.

Человекоподобных горцев, каковым являлся сам Эсмус, почти не осталось, всё кишело лишь мерзкими троллями, которые потешались над слабыми фейри.

Во времена правления древних в Киле тоже было неспокойно. Горцы всегда хотят войны и крови, их жизнь — это завоевания и постоянное движение вперёд. Эсмус был главнокомандующим вождя Тристана, под знамёнами Килы они поглощали и порабощали других, но Эсмус никогда не насиловал женщин и не убивал детей без приказа, он имеет честь, он воин, а не закомплексованная падаль. Поэтому когда Тристан стал впадать в сумасшествие и начал насиловать и жрать рабов, Эсмус первым обвинил его в бесчестии. Главнокомандующего заперли в тюрьму для переосмысления, однако перед этим Эсмус успел перебить пятьдесят отборных воинов, именно поэтому Тристан не готов был с ним расставаться и надеялся прогнуть.

В те времена Арес взошёл на престол в огненной стране и начал свою перестройку мира. Так случилось, что в Килу он пришёл именно в этот период, под его знамёнами были сильные и уверенные в себе воины. Когда Гретта Вондервуд увидела в клетке Эсмуса, не стала его убивать, она призвала повелителя. Арес и Эсмус долго изучали друг друга, после чего огненный король дал воину главное — возможность отомстить.

Освобождённый Эсмус пришёл к Тристану и на глазах ближнего круга вождя и огненного короля раздавил его череп голыми руками. В тот день Арес и его воины покорили эти земли и предложили Эсмусу присоединиться, чтобы продолжать идти вперёд, чтобы воевать, чтобы утолять свой бесконечный голод на поле брани. И Эсмус признал Ареса истинным повелителем, он всегда верил в своего короля и следовал за ним безоговорочно, так было и так остаётся. Если Арес прикажет ему убить себя, Эсмус, не задумываясь, принесёт себя в жертву Аиду.

Ведьма недовольно повела плечом, Сириус высокомерно глянул на неё сверху вниз.

— Нечего прохлаждаться, в какой из пещер сейчас их главные?

Женщина недовольно поморщилась от пренебрежительного тона высокородного древнего, но всё же заговорила, встав между двумя высокими фигурами, и указав тонким пальчиком с чёрным острым ноготком в дальнюю гору.

— Они ещё не выбрали одного предводителя. Сейчас главы всех пяти кланов пытаются набрать силу и военной мощи, чтобы восстановиться после войны, им пришлось долго скитаться, и они не так давно вернулись в саму Килу. Вот там они обычно развлекаются в окружении своих приближённых воинов.

— Это туда они ведут колонну рабов?

— Да, тролли ненасытны. Кайлум не смог их додавить, хотя пытался. Но они слишком живучие и приспосабливающиеся. Я думаю, они не встанут под знамёна повелителя.

Низкий жуткий голос Эсмуса напугал ведьму, она обернулась к нему и высоко задрала голову. Эсмус был не просто большим, а огромным, его рост достигал двух с половиной метров, великан, покрытый шрамами и бронёй, сурово смотрел на темноволосую женщину. Его яркие зелёные глаза и короткие красные волосы сильно контрастировали с белой кожей. Он внушал в заклинательницу безумный страх, ведь мог одной ладонью раздавить её голову.

— Никто из этого отребья не достоин сражаться на стороне повелителя. Мы пришли сюда, чтобы избавиться от них и занять Килу как резиденцию для короля Ареса.

— Занять Килу? Но почему горы? Тут же мрачно и сыро.

Сириус усмехнулся и перетянул внимание ведьмы к себе.

Вот этот был прекрасен, женщина с удовольствием рассматривала тёмного заклинателя, хотя его высокомерный тон часто раздражал её.

Фэец был чуть ниже Ареса и Аввадона, но при этом компенсировал это безупречным вкусом в одежде и обаянием. У него серо-зелёные глаза, короткие небрежные чёрные волосы, манящая улыбка и пронзительный взор. От такой подачи и правильных красивых черт лица не устоять ни одной женщине.

— Горные цепи хорошо изолированы от мира, а нам пока не нужно привлекать лишнее внимание. Аресу нужно осмотреться и разобраться во всех политических нюансах, нужно проанализировать правящие семьи и понять, кто из них может быть полезен, а от кого можно спокойно избавляться. Если с Ледяным Драконом и Страной Огня всё уже более-менее ясно, то Страна Молний и Наэллин ещё не изведаны в должной мере. А в Киле, кроме отребья, нет ничего полезного, поэтому можно уничтожать их всех без угрызений совести.

Эсмус обратился к Сириусу.

— Что будем делать с рабами, отпускать их нельзя, они могут привлечь лишнее внимание.

— Как только избавимся от горцев, я закрою столицу барьером и предложу им выбор: либо преданность Аресу, либо смерть. Пусть сами избирают свой путь, но до нужного дня всё-таки стоит подержать их под куполом, чтобы не разбежались как тараканы. А когда решим главный вопрос, там уже не страшно, пусть низшие бегут, если не хотят служить.

— Ты ведь должен вернуться обратно? Ты сможешь оттуда держать купол здесь, чтобы гарантировать их изолированность от других государств?

— Эсмус, что за вопросы? Конечно, я продержу барьер сколько понадобится.

Ведьма завидовала.

Он такой же заклинатель, как и она, но сила Сириуса безгранична.

Он имеет в арсенале такое большое количество заклинаний и магических знаний, что не найдёшь в библиотеках Амбалдрока. Его магия мощная и красивая. Чего стоят одни белые дымные волки, которых он создаёт при смешивании нескольких стихий. Этими волками он накладывает путы на своих врагов, заключает их в полупрозрачные верёвки и опускает на разум морок, сбивающий контроль магии. Если говорить о том, что подобной магией он может обезоружить сразу сотню обычных фейри или нескольких верховных магов, то действительно, Сириус — самый могущественный заклинатель, которых когда-либо встречала ведьма.

Свита Ареса страшна и сильна.

А сам Арес подобен богу.

Он самый красивый фэец, которых заклинательница встречала в своей жизни. Он силён, умён, хитёр, а эти красные глаза и лукавая улыбка могут свести с ума любую.

Женщина уже пять лет обхаживает правителя и всячески демонстрирует ему своё желание подчиняться и боготворить его одного.

Однако, кроме грубого редкого совокупления, она не смогла получить от правителя ничего.

Его не интересует ничто и никто, кроме власти.

Его душа полна мрака, но ведьма никогда не отступит. Однажды он поймёт, как сильно она важна и дорога ему, и посадит её рядом с собой на огненный трон. А до этого момента она будет служить ему верой и правдой, будет отдавать свои знания, магию и тело, если того пожелает повелитель. И пусть его методы жестоки, и вместо поцелуев она получает лишь синяки и боль, смешанную с удовольствием, она будет смиренно ждать, когда он захочет стать с нею нежным и заботливым.

Если Арес вообще способен на заботу и нежность.

Из размышлений ведьму вывел томный голос Сириуса.

— Ну что? Пошли пообщаемся с вождями, вдруг услышим что-то интересное и изменим свои планы.

— После увиденного мной у них одна дорога, я лично провожу их в бездну. Самый главный порок горца — это бесчестие, раз ублюдки забыли об этом, пора им напомнить. Ведьма, будь рядом с Сириусом, чтобы я случайно не размозжил тебя.

Заклинательница поморщилась и переступила к темноволосому фэйцу, он посмотрел на неё с пренебрежением, будто она чем-то болеет и заразна, но всё же грубо взял за руку и, крутанув на месте, зашвырнул в портал, после чего обменялся с Эсмусом смешками и прошёл вслед за ней в пространственный коридор.

***

В большой пещере с высоким сводом сидели вожди, тролли разных размеров и разной степени уродства. Они пили и ели, их ближайшие соратники разместились у холодных, сырых стен и наслаждались зрелищем.

Посреди зала стояли две юные фейри-лиристки, фейри из породы агуане и человеческая девушка, они нервозно переступали с ноги на ногу в окружении горцев. Самки для вождей были наспех вымыты и одеты в полупрозрачные шелка, совершенно не скрывающие обнажённых тел. Девушки были напуганы, они знали, что в будущем их не ждёт ничего хорошего, единственный шанс избежать ужасной кровавой расправы — это понравиться кому-то из воинов и предложить себя в качестве сосуда для продолжения рода. Вот только человек уже понимала, что у неё и на это нет шансов, ведь она не может понести от фейри, да и не готова Ника была отдаваться никому из этих чудовищ, уж лучше смерть.

Когда её втянули в этот мир через лесной портал, она уже знала, что ей конец, и мысленно готовилась принять свою участь. Уж заискивать и двигать бёдрами перед жуткими уродами она точно не станет, ей хватило пяти дней в Киле на всю жизнь, она больше не хочет бороться и не хочет жить такую жизнь.

Седобородый зелёный тролль устал смеяться и пить, он перевёл свои чёрные глаза-пуговки на пленниц и с похотью принялся осматривать жертв.

— Покрутитесь, девки, хочу осмотреть вас со всех сторон.

Все монстры в пещере посмотрели в сторону девушек.

Агуане, недолго думая, стала плавно разворачиваться и демонстрировать пластику и грацию, лиристки неуверенно стали делать то же самое, несмотря на стоящие в глазах слёзы, они старались улыбаться. Ника хотела ругаться и призывать фейри сохранить хоть какие-то остатки чести, но решила не лезть со своими советами. Вместо этого девушка просто застыла и с равнодушием смотрела на горную стену за спиной седобородого чудища.

Он первым стал пялиться в её лицо и, недовольно скривившись, заговорил.

— И почему человеческая самка замерла? Ты что, глухая? Или, может, тупая? Когда сыны гор говорят двигаться, ты выполняешь приказы, это правило распространяется на каждую рабыню Килы, вы все наша собственность, и в ваших интересах нам понравиться. Вам же дали все инструкции при подготовке.

Голос Ники был уверенным. Она больше не будет дрожать и бояться. Её забрали от семьи, забрали из дома и заставили притворяться шлюхой, никто не смеет поступать так со свободными людьми.

— Я не стану развлечением или потехой, вы для меня никто, и уж тем более никогда я не назову вас своими хозяевами. Уж лучше сразу убейте.

Горец зарычал и направился к девушке, фейри перепуганно разошлись по сторонам, встали на колени и опустили головы. Именно этому их учила мерзкая старуха-тролль, когда омывала и оценивала тела.

Вождь тролль был не меньше двух метров, он встал перед девушкой и пахнул мерзким запахом грязного тела, алкоголя и дичи. Ника еле сдержала рвотные позывы, подняла свои ореховые глаза к монстру и смотрела не мигая.

— По-моему, людишки забыли, кто главный в этом мире, давно ли вас таскали тысячами в цепях в наш мир? История должна хранить память об этих светлых временах, неужто ты такая безграмотная, что не слышала об этом?

— Я знаю все легенды и сказания. Эти времена закончились после Реформаторской Войны короля Винсента, насколько я знаю, ваши законы больше не поддерживают рабство. И продолжательница идей отца — королева Лилиана, вместе с королём Рэтгаром тоже победили, и теперь с рабством должно быть окончательно покончено. Это ли не фэйские законы, установленные в новом мире?

Тролль недовольно поморщился и посмотрел на фейри, сидящих на земле, затем вновь заглянул в глаза Ники.

— Это тебе нашептал кто-то из новых фейрийских подружек? Кто же считает так же, как человеческая женщина, встаньте и выскажитесь.

Фейри сжались и перепуганно замотали головами, опустив головы еще ниже.

На самом деле эти истории ей рассказала лиристка по имени Флай, но Ника не собиралась выдавать девушку.

Тролль оскалился и облизнул клыки.

— Ну хорошо, будем считать, что вы все покорные девочки, у вас у всех будет шанс стать носительницами горского священного рода. Скоро мы к вам вернёмся. А вот ты, человечек, упустила все свои возможности, я даже не знаю, что ты должна уметь делать своим ртом, чтобы заработать право на второй шанс.

— Я не буду делать ничего для вашей гнилой расы. Лучше смерть.

Горец схватил ткань на девушке и, разорвав на лоскуты, отбросил в сторону, оставив её обнажённой. Ника не шевельнулась и продолжала стоять на месте, расправив худенькие плечи.

— Ты думаешь, смерть — это самое страшное, что мы можем сделать с тобой, девчонка?

Сердце Ники стало учащаться от жуткой ухмылки монстра.

— Нет, человечек, сначала тебя возьмут все горские сыны этого помещения, и если после этого ты всё ещё будешь дышать, то будешь медленно умирать, лишаясь кожи. Вот так мы поступаем с низшими и слабыми существами, которые не готовы покоряться. Хочешь себе такую судьбу? Либо танцуй для меня и постарайся завлечь, либо испытай все перечисленные страдания здесь и сейчас. Я считаю до трёх, человек. Один.

Сердце Ники выпрыгивало из груди, страх сковал внутренности, эти чудовища разорвут её тело и душу на части, готова ли она пережить такое?!

— Один.

Ей так жаль, что она не успела попрощаться с матушкой. Она искренне надеется, что они смогут пережить потерю дочери и нормально жить дальше.

— Два.

Пусть бог жизни примет её душу, а бог смерти позволит уйти без лишних мук. Она готова принять кару. Раз судьба решила всё таким образом, значит, Ника примет эти мучения, но оставит в душе крохи гордости. Ника закрыла глаза и глубоко вдохнула.

— Три. Я буду первым, кто разорвёт тебя, безумная сука.

Ника готова была погрузиться в пучину страданий, но боли не было. Тьма накрыла пространство. Странные шуршащие звуки, напоминающие движение песка, наполнили пещеру. Тролли ругались и орали, девушки визжали и разбегались. А Ника продолжала стоять на месте с закрытыми глазами.

Тёплая ладонь легла на живот девушки. Её тело окутало приятными ласкающими движениями, похожими на шёлк, гладящий кожу.

Томный мужской голос за спиной захватил всё внимание Ники.

— Ты была смелой, девочка. Я оценил. Продать свою душу настолько низким существам унизительно. Твой выбор был верным. Теперь ты получишь шанс на спасение.

Ника не в силах была раскрыть век.

— Кто же вы?

— Я высший маг тумана и хранитель тайн тёмной магической материи. Мы пришли, чтобы оценить масштаб загнивания Килы, и благодаря тебе смогли решить ряд вопросов заочно. Ты сэкономила нам время, крошка, и я за это дарую тебе жизнь.

— А остальные девушки?

— Ты про тех, что встали на колени перед горским отребьем? Их судьба тоже решена. Стоять на коленях надо перед великими, а пресмыкаться перед низшими — удел грязи. От таких мы избавляемся, Ника.

Длинные пальцы мужчины скользнули по голой коже руки девушки, поднимаясь к плечу. Тело Ники покрылось мурашками, а внутри растекалось приятное чувство порочного желания к незнакомцу, спасшему её от ужасных страданий.

— Хочешь увидеть, как они умирают в муках, дитя?

Ника сглотнула и медленно кивнула.

— Тогда открой глаза и больше не прячься в темноте от реальности, ведь она так прекрасна, когда кара настигает твоих врагов.

Ника открыла глаза и посмотрела вокруг.

Тела горцев валялись в разных местах, их тела были изувечены до неузнаваемости. Девушки лежали среди них, однако их тела остались нетронутыми, лишь тонкие струйки крови изо рта и широко распахнутые глаза были доказательством скоропостижной гибели. Жуткий седобородый тролль и другие предводители столпились у стены и перепуганными глазами смотрели на Нику, точнее, не на неё, а на мужчину за её спиной.

А ещё на огромного воина в доспехах с окровавленным молотом, который стоял справа от них.

Сзади девушка ощутила движение, ткань с земли заскользила по земле и поползла к её ногам, закрывая тело от чужих глаз, насколько это было возможно.

Мужчина отпустил её и медленно вышел вперёд с левой стороны, едва касаясь плеча человека.

Девушка подняла глаза и замерла от его притягивающей красоты. Прекрасные серо-зелёные глаза осмотрели её, и лёгкая улыбка коснулась его красивого лица.

— Теперь наслаждайся. Не каждому дана возможность стоять за нашими спинами и видеть, как вершится суд.

Эсмус шумно сплюнул на землю и двинулся к горцам.

Монстры зарычали и рассредоточились, достав мечи, готовые сражаться.

Сириус усмехнулся и медленно двинулся к ним же.

Тогда черноволосый горец вышел вперёд.

— Какая бездна выплюнула вас в наш мир? Какого хера вы делаете в Киле?! Это наши земли, тут повсюду наши воины! Вам никогда не уйти отсюда живыми.

Эсмус остановился и грубо зарычал, кожа Ники покрылась испариной от ужаса.

— Вы забыли наши имена, потому что были заняты тем, что разлагали расу и уничтожали имена великих горцев в фэйской истории. Но теперь это прекратится, больше некому будет порочить наше прошлое и отравлять будущее. Никчемные слабые звери.

Один из вождей с ужасом отшатнулся.

— Неужели… ты же Эсмус Сорта… Древний… не может этого быть.

Вожди испугались ещё сильнее, их расширенные глаза и дрожащие руки выдавали неподдельный ужас, даже поток грязи, лившийся из ртов монстров, незамедлительно остановился.

С улицы послышался жуткий рёв, сотрясающий гору, обломки сыпались на землю.

Сириус усмехнулся и, осмотревшись, вновь посмотрел на вождей.

— Была армия, а осталась груда пепла. Теперь ваша очередь.

Седобородый выронил меч и упал на колени, его голос больше не был пропитан угрозой и ядом.

— Мы просим пощады, древние! Мы готовы встать под ваши знамёна и следовать за вами.

Сириус и Эсмус переглянулись.

— Нам уже достаточно предоставленной ранее демонстрации. Прими смерть с честью, горец. Эсмус, закончи тут без нас.

Сириус развернулся и двинулся к замершей Нике. Он взял девушку за руку и повёл на выход.

Ника слышала вопли и визги, слышала, как металлический молот разрушает породу и ломает кости, хлюпающие звуки не вызывали в Нике отвращения, она принимала это как благо и следовала за своим спасителем.

На выходе из пещеры человеческая девушка встретила женщину в чёрном обтягивающем платье. У женщины были длинные густые русые волосы и пронзительные золотисто-карие глаза, она выглядела вызывающе и одновременно пугающе. Заострённые уши свидетельствовали о том, что она фэйка, и от этого страх перед жутким ухмыляющимся взглядом нарастал лишь сильнее.

Однако Сириус не дал женщине заговорить и увёл Нику дальше.

Сириус отпустил руку девушки и встал рядом, а когда она посмотрела вниз с отвесной скалы, то отшатнулась.

Всё полыхало. Запахи плоти и крови были повсюду. Жуткий огненный вихрь разрушил все постройки и палатки горцев. От столицы не осталось и следа. Перепуганные рабы столпились у отвесной скалы и с ужасом всматривались в дымное небо. Ника и Сириус стояли над ними на вершине.

— У этого места не было шансов возродиться, думаю, это самый очевидный исход для нынешней Килы.

— Там было много невинных рабов, детей и женщин.

Сириус перевёл задумчивый взгляд на девушку и слегка улыбнулся.

— Они все стоят под нами. Мы дадим им возможность избрать свой путь, и если они окажутся такими же понятливыми, как ты, то будут и дальше жить и служить, но условия станут получше.

— Нам же придётся признать нового правителя?

— Конечно, малышка. В мире не будет порядка, пока кто-то не объединит народ и не возьмёт над ним шефство.

— И кто же новый фэйский повелитель?

— Не только фэйский, крошка. Арес — повелитель для всех, и для людского рода тоже. Просто всему своё время. У тебя есть выбор: склониться перед нами или попытаться найти безопасность где-то ещё, только вот сомневаюсь, что шансы выжить у тебя высоки.