Нея с острова Пирит 2

– В чём, собственно, дело?! – нетерпеливо уточнил у замолчавшего на какое-то время друга он.

Погода была хорошей – послеобеденное солнце начинало клониться к закату и окрасило улицы и дороги в золотисто-багряный цвет. Снега пока не было, но Кристофер знал, что он не за горами. Ему нравилось снежное покрывало на улицах Парижа, а ещё он любил ездить в зимние горы и кататься на сноуборде. Впервые он покатался ещё в детстве в отпуске с отцом, тот учил его по-взрослому, на довольно нелёгкой заснеженной трассе, не совсем подходящей для новичка-ребёнка. Он не давал сыну спуску и хотел, чтобы тот сразу начал с продвинутого уровня. И так было всю жизнь – по представлениям мистера фон Лихтенвальда его дети должны быть сразу лучше других во всём. Кристофер невольно вспомнил об этом, идя по дороге, и даже слегка заскучал по семейным поездкам. В детстве они были ближе с отцом, и ему нравилось, когда тот брал его с собой в новую страну или место. Как правило, это было их новым маленьким приключением, и в глазах ребёнка появлялся щенячий восторг при новости о чём-то таком. Мать тоже ездила иногда с ними, но чаще всего ей приходилось нянчиться с Алексой, когда та вела себя откровенно плохо и не хотела ходить в школу.

В реальность Кристофера вернуло заявление Фила по телефону:

– Мистер Буффало решил отменить открытие в декабре, – слегка взволнованным голосом медленно пробормотал парень. Кристофер опешил и остановился, на какую-то секунду впав в ступор.

– Как это отменить? – вырвалось напряжённо из уст Криса. – Уже почти всё готово, спонсоры приглашены, все его многочисленные друзья тоже в списке гостей… как отменить, Фил? Он что, спятил? Что взбрендило в голову этому мужику?!

– Он сказал, что не готов к такому вниманию сейчас, – хмуро отвечал Фил, на заднем фоне послышались голоса и канцелярский шум. – Унеси эти бумаги отсюда, Боб, ты не слышишь, что ли! Элис, прими посылку для галереи Фрэнка Буффало с картинами мистера Лейтона! Её нужно отправить обратно ему, и убедись, что адрес правильный! Эти холсты стоят сотни тысяч!

– Фил, – попытался отвлечь не менее нервного друга от офисных забот Кристофер, возвращая его к их диалогу, – так почему ты не переубедил его?! Это твоя работа!

– Моя работа проектировать здания и делать из них конфетку, вот моя работа, – передразнивающим тоном заявил слегка хамовато Фил, на что Кристофер даже не обратил внимания, как обычно. – Но переубеждать всяких несуразных художников-гениев не моя работа! Я вообще не умею общаться со всякими подобными людьми искусства! Это невозможно, Крис, они вечно витают в своих облаках, и найти с ними общий язык всё равно что пытаться затащить в койку твою сестру…

– Поосторожнее, – посоветовал ему Кристофер, но слегка улыбнулся в ответ на сравнение. – Когда-то давно, когда мы открывали компанию с тобой, и у нас не было чёткого разделения обязанностей, персонала, мы вдвоём брались за любую работу и делали её по первому классу. Потому что так оно и должно работать. Если некому сделать за тебя – сделай сам. Ты забыл об этом?

– Я понял тебя, друг, – помолчав с полминуты, произнёс уже не шутливым голосом Фил и отключился.

Кристофер на какое-то время выдохнул. Отмена открытия галереи в декабре – это, конечно, серьёзное дело, требующее больших вмешательств и изменений в планах и договорённостях, но сейчас ему нужно попытаться ещё раз. Он должен отыскать её. Среди других, в больших и длинных людных коридорах, это неважно, – он найдёт её хоть в целом Париже, если понадобится.

– Кристофер фон Лихтенвальд, из компании Maison von Lichtenwald. Мы занимались реставрацией северного крыла вашего здания. Пришёл убедиться, что всё в порядке, – на входе Крис столкнулся с охраной, и ему пришлось искусно врать о причине своего визита, и связано это было с тем, что войти можно было только по пропускам или приглашениям. Доля правды в его словах тоже была – Фил действительно работал с одним архитектором из Италии по проекту реставрации этого здания, а тот его в свою очередь консультировал по сохранению исторических деталей здания.

– Мне не сообщили о вашем визите, – почесал затылок пожилой охранник. Крис едва ли не закатил от скуки глаза. – Но хорошо, проходите, мистер фон…простите, не запомнил как правильно произносится ваша фамилия, – слегка попятился взглядом мужчина.

– Это неважно. Спасибо, – улыбнулся ему дружелюбно Кристофер, проходя через разблокированный охранником современный турникет, который выглядел в старом здании неуместно. «Здесь бы обновить планировку и усилить охрану, – подумал с недовольным выражением лица Кристофер». За годы работы с разными архитектурными проектами и зданиями он приноровился к тому, чтобы ставить оценку каждому из увиденных помещений, а также анализировать их безопасность. Он своего рода тоже ведь был первоклассным архитектором – иного исхода не могло быть, когда ты владелец компании, что занимается инвестициями, архитектурой и реставрацией. В германском вузе его серьёзно потрепали на архитектурных лекциях, но в итоге это переросло в серьёзный собственный бизнес и дело всей жизни. Лектор ненавидел Кристофера и считал, что тот ничего не добьётся сам, и ему всё подаст богатый и успешный отец на тарелочке с голубой каёмочкой. Он ошибся, и позже, когда юный бизнесмен случайно встретил старого учителя из его студенческих лет, последний в этом убедился и пожалел о сказанных когда-то давно словах. Правда, так и не полюбил Кристофера, ведь сам он не смог когда-то в молодости открыть своё дело по архитектуре, а это было его мечтой. Такие всегда ненавидят более везучих претендентов, у которых всё получилось, и тем более тех, кто вышел из их обучающего класса.

Кристофер шёл по длинным коридорам и вспоминал, как учился в Германии. Все учебные здания так или иначе похожи между собой – длинные просторные коридоры с деревянными скрипучими местами половицами, выкрашенными в один или два тона стенами, висящими на них в стеклянных рамках портретами великих, комнатными растениями повсюду. Его слегка охватила ностальгия. Тогда всё казалось будто бы проще, хотя ничего ещё не было предрешено и достигнуто. Учился он всегда хорошо, но понятия не имел, удастся ли ему сделать в этой жизни что-то без семейной протекции или же нет. Теперь он знает, что всё получилось, но в груди неминуемо тянет порой назад, в то время, когда была загадка и неизвестность. Он любил открывать новое и рисковать, и потому всегда был за активный экстремальный спорт.

Нея не была его открытием, но стала для него чем-то новым и непреодолимо притягательным. Она манила его к себе как горы каждый раз снова и снова, когда он из них возвращался. Его пятитысячники и несколько восхождений порядком выше не смогли унять страсть к риску, хотя и были довольно часто непростыми, также и влечение к Нее не проходило ни на миг, хотя он каждый раз убеждал себя в том, что это гиблое дело и надо забыть девушку.

Она была так близко к нему за последние месяцы, тянувшиеся как резина. Он чувствовал это нутром. Где же она? Куда ему идти дальше?

В коридорах было довольно тихо, сейчас у обучающихся активно шли занятия. Он понимал, что будет глупо врываться в каждую аудиторию, встречающуюся ему на пути, и собирался найти кого-то, кто подскажет ему верный путь.

Женщина в возрасте в твидовом костюме и строгих очках сидела в небольшом холле за первым коридором, она была занята кипой бумаг в больших папках, перевязанных каждая верёвками. Кристофер решил подойти к ней и узнать, обучается ли здесь мисс Нея Розенбах. Её фамилию он запомнил, хотя она была довольно простой и это было несложно. Его фамилию часто коверкали так или иначе, как партнёры, так периодически и давние друзья, которым пора было бы уже запомнить верное произношение и написание.

– Извините, могу ли я у вас поинтересоваться об одной из студенток? Я её… двоюродный брат, – вновь соврал Кристофер, привлекая внимание работницы университета. Она вопросительно уставилась на незнакомца, но тут же выражение её лица сделалось более приветливым и благосклонным – молодой джентльмен показался ей воспитанным и прилично одетым.

– Как же её имя, мистер…? – уточнила деловитым тоном женщина, поправляя на переносице свои очки, постоянно опускающиеся вниз на кончик носа, что крайне её раздражало.

– фон Лихтенвальд. Зовите меня Кристофер, – с улыбкой ответил молодой человек, расстегнув верхние и нижние пуговицы своего пальто. Он был в деловом костюме, и женщина ещё больше прониклась к нему расположением. – Девушку зовут Нея. Нея Розенбах. Она на художественном факультете, если не ошибаюсь.

– У нас тут все факультеты художественные, мистер фон Лихтенвальд, просто разного направления, – с усмешкой заметила немолодая особа, – попытаюсь найти в базе данных ту, кого вы ищите, – она разбудила из спящего режима свой компьютер на столе. Кристофер слегка наклонился за стойку, чтобы видеть то, что она собирается искать, или вернее будет сказать – кого.

– Нея Розенбах, Faculté des Beaux-Arts et Techniques Mixtes[3], – вслух прочла женщина, обнаружив такую студентку в общей базе обучающихся вуза. – Подскажите, мистер фон Лихтенвальд, —на удивление правильно произнесла с первого раза она, – а почему вы не знаете, где обучается ваша двоюродная сестра, и узнаёте об этом таким образом?

– Мы редко общались на тему её образования, и в принципе были в семейное ссоре долгое время, – делился деланно огорчённым тоном с ней Кристофер, – и у меня нет её нынешних контактов для связи. Я решил искать её так, и знаю лишь то, что она учится в Париже в художественном заведении.

– Хотите помириться? – с теплотой в словах полюбопытствовала у него женщина, растянувшись в доверчивой и беззаботной улыбке.

– Да, – кивнул сразу же Крис, задумавшись о том, удастся ли ему это примирение или нет, – очень хочу.

– Если не ошибаюсь, мистер фон Лихтенвальд, та, кого вы ищите, сейчас на занятии в открытом зале на втором этаже. Там проходят практические курсы по лепке и другим видам художественного мастерства.

– Благодарю вас, мисс, – он взглянул на её бейджик, – Дюбуа. Вы прекрасная и очаровательная женщина, – решил польстить незамужней возрастной женщине Кристофер, зная, что такие как она любят подобное. – И вы очень мне помогли. Не знаю, что бы я без вас делал.

– Ой, ну что вы, – мисс Дюбуа засмущалась и густо покраснела за оправой своих очков. – Идите же к ней. Семейные узы – это очень важно. Я живу со старшим братом сколько себя помню, и не представляю жизни без него, – решила поделиться она с Кристофером. – Мы как две половинки одного целого…

– Это очень мило, правда, – отреагировал так искренне как смог Кристофер и решил, что пора подняться на второй этаж, чтобы застать Нею, если она там, пока идёт занятие. – Мне пора. Был рад с вами пообщаться.

– Приходите ещё, – ласково предложила мисс Дюбуа. – Буду рада выпить с вами чашечку крепкого зернового кофе.

– Обязательно навещу вас как-нибудь, – Кристофер не был в этом уверен, но ему стало жаль отказывать в такой мелочи этой милой даме.

В конце коридора в открытой арке он увидел длинный стол, за которым сидел, вероятно, профессор. Интуитивно Крис направился туда в самый конец, и решил, что скорее всего это именно тот открытый зал, который был ему нужен.

Прежде чем войти, он обдумывал в своей голове, что хочет ей сказать. Зал был большим и просторным, залитым ярким предзакатным светом. Профессор и остальные недоумевающе покосились в сторону вошедшего.

…Кристофер сделал несколько шагов вперёд, остановился у самого входа и, чуть запнувшись от предвкушения, произнёс по-французски, обращаясь к профессору:

– Excusez-moi, monsieur. J’ai besoin de voir Mademoiselle Neïa Rosenbach, c’est très urgent. J’aimerais lui parler en privé, s’il vous plaît.[4]

Профессор приподнял брови, переводя взгляд с неожиданного гостя на своих студентов. Несколько человек уже шептались, кто-то переглядывался.Его голос прозвучал чётко, на чистом французском, достаточно уверенно, чтобы в зале повисла тишина.

Он не сразу понял, что она всё-таки здесь, но верил и надеялся.Кристофер медленно обвёл взглядом комнату – длинные ряды мольбертов и столов с глиной, мягкий свет, падающий сквозь высокие окна, лица, обращённые к нему.

Нея, не поднимая головы, продолжала придавать форму глиняной вазе. Каждое слово, произнесённое им, она уловила отчётливо – словно его голос прорезал шум и расстояние. Её руки на мгновение замерли возле незаконченной работы. Она боялась повернуться, боялась убедиться, что это действительно он.

Он узнал её сразу.Но когда Кристофер, чуть нахмурившись, провёл взглядом по залу и остановился на знакомом изгибе плеч, ему больше не нужны были слова.

– Нея… – вслух произнёс он, и она, наконец, обернулась. Сердце её заклокотало, а руки в глине слегка дрогнули.

Когда-то давно в детстве Нея с подружками гадала на кофейной гуще на суженого. У всех были какие-то странные рисунки из зёрен, а у неё буква – К. Сама не понимая почему, она вспомнила в этот момент этот крошечный эпизод из ранней жизни.

[1] Rue des Églantines (улица Шиповников) – вымышленная улица Парижа.

[2] Японская пословица: «Если хочешь летать как бабочка, то не маши крыльями как ворона».

[3] Faculté des Beaux-Arts et Techniques Mixtes в переводе с французского – Факультет изящных искусств и смешанных техник.

[4]В переводе с французского: «Извините, месье. Мне нужно увидеть мадемуазель Нею Розенбах, это очень срочно. Я хотел бы поговорить с ней наедине, пожалуйста.»

Глава 3

Ей не показалось. И правда он.

Стоял в другом конце аудитории, такой же высокий и красивый, как и прежде. Тёмное длинное пальто подчёркивало широкий разворот плеч и было к лицу светловолосому молодому мистеру фон Лихтенвальду. Нея была ошарашена. Что он здесь делает? Как узнал, где она? Что хочет сказать ей?

В памяти проносился их вчерашний телефонный разговор. Он был в ужасе под его конец и всеми силами пытался «остановить» Нею от того, чтобы та бросила трубку. Она не собиралась прощаться так, но действие монетки в телефонной будке закончилось и вызов оборвался сам. Ей тогда стало не по себе от этого акта невежливости, но она ничего не могла поделать – ещё хуже было от осознания того факта, что её звонок помешал ему. Рядом с Кристофером была какая-то девушка, и Нея не хотела препятствовать его личной жизни. Кто она такая, вправе ли она? Зачем появляться в его жизни, когда место уже занято?

Кристофер был не согласен. Он ждал их встречи долгие месяцы, и вот, когда ему удалось услышать её голос вновь, всё дальнейшее становится таким нелепым!

Нея отдалялась от него с самого начала, но, когда она сделала первый шаг сама в его сторону, Кристофер невольно всё испортил. Точнее, необдуманный выбор Кристофера. Зачем он закрутил роман с Викторией, когда в его мыслях и голове всё ещё царило присутствие другой женщины?

Чёрт! Что же делать? Вот она смотрит в его сторону, любопытно обводит лицо взглядом, но при этом не делает и шагу в его сторону. Он должен попытаться вернуть её расположение. Просто обязан.

– Кристофер, – неожиданно ответила приглушённым слегка дрогнувшим голосом девушка. Все присутствующие в аудитории замерли, с интересом следя за происходящим. Профессор недовольно скрестил руки на груди, придерживая запястьем оправу очков на лице и недоумённо прищуриваясь. Что на нахальный тип врывается сюда посреди его практики? Он точно напишет жалобу в ректорате. Хотя профессор Леру и был молод, но уже освоил главные принципы его преподавательской деятельности: когда проходили его занятия, он был отцом, праотцом и Богом, а мнение и законы его неоспоримы для других – простых смертных.

Кристофер инстинктивно дёрнулся, делая шаг вперёд и вопросительно поглядывая на профессора.

– Могу я войти?

– Позвольте, – усмехнулся сердито Марк Леру. – Пусть мисс покинет аудиторию, коль ей угодно. Вы мешаете занятию.

– Excusez-moi, – скромно улыбнувшись, произнесла вежливо Нея и торопливо побежала к выходу из зала, стараясь быть тихой и не мешать другим. Кристофер медленно направился в коридор, раздражённый присутствием молодого преподавателя. Ему ли указывать, когда он может говорить и видеться с Неей? Когда вспышка ушла и он слегка остыл, то понял, что не прав – глупо злиться на человека, который по всем принципам логики в этой ситуации является правой стороной. Он ворвался на их занятие и начал выпрашивать одну из студенток – что должны подумать другие, а в частности преподаватель?

Выходя, Нея увидела, что её приятель застыл возле широкого окна вдали от зала. Там их не должны услышать те, кто остался в зале. Она, пока внезапный гость не видит и не обращая внимание на то, что у неё были всё ещё грязные руки, быстренько вытащила из волос шпильку, и они рассыпались по её плечам лёгкими волнами.

Она осторожно подошла к нему, глядя на его тёмную спину. Взгляд Кристофера был прикован к цветам на подоконнике. Услышав, что она уже здесь, он слишком резко обернулся, и Нея не успела отойти, подойдя к нему вплотную. В итоге они больно стукнулись лбами.

– Прости, – прошептал он ей, усмехаясь собственной неуклюжести в её присутствии. – Я не знал, что ты так близко.

– Это ерунда, – неловко ответила она ему, не решаясь смотреть в глаза против. Так бывает после долгой разлуки: встречаетесь и не знаете, куда себя деть.

– Я рад, что нашёл тебя, – вдруг сказал беглым голосом Кристофер, удивлённый тем, что Нея постригла длинные волосы. Теперь они едва доходили ей до груди. Он разглядывал её присущим пристальным взглядом, поддаваясь внутреннему сильному желанию разглядеть все перемены и те вещи в её чертах, что прежде дарили радость глазам.

Нея покраснела, как только ощутила на себе его взгляд. Не похоже на неё. Или теперь она такая? Тихая, скромная и неловкая? Нет, не может быть! Её почти затрясло от этого приступа нервного напряжения.

Или его присутствие рядом делает её такой? Но ведь прежде она чувствовала себя с ним весьма комфортно.

Кристофер, кажется, понимал её метания, и готов был прийти на помощь.

– Нея, – тёплым голосом произнёс он.

В коридоре была слегка мрачная обстановка – солнце уже почти село, и вся прежняя яркость заката исчезла. Пространство стало тёмным и тусклым, заполняясь сине-зелёными оттенками.

Но одно освещало то, что видел вокруг себя Крис. Её глаза, когда она взмахнула длинными ресницами и всё-таки посмотрела на него – такие же глубокие и синие, как в последний раз.

– Я не ожидала тебя здесь увидеть, – нерешительно произнесла девушка, поражённая переменами внутри себя. Ей бы держаться как раньше, но она не могла и пальцем пошевелить, чтобы не дрожать теперь, стоя перед ним. – Но я тоже рада… повидаться с тобой, – тихо добавила она. Ей стало легче, когда он тепло улыбнулся ей в ответ на признание. Руки её почти успокоились, и плечи опустились, покоряясь хозяйке.

– Ты пойдёшь в кафе, если я позову? – угрюмо поинтересовался у неё он.

Нея не знала, что и сказать. Ещё вчера она была готова встретиться с ним. Сегодня, когда это произошло, от неожиданности она почти утратила самообладание.

– Да… – кивнула слегка девушка.

Кристофер с печалью отметил, что вдали от острова кожа Неи как будто даже слегка побледнела, а в глубине прекрасных глаз затаились пустота и одиночество. Он почти сразу догадался, когда вспомнил то, какой у неё характер и привычка быть всегда рядом с кем-то, что скорее всего, ей попросту тоскливо без родных и друзей. Она впервые жила в отдалении от них, и явно не успела привыкнуть к этому новому ощущению. Не каждый с ним справится, и Нея не виновата в том, что ей тяжело.

– Тогда я подожду, пока у тебя окончатся занятия, – любезно предложил Кристофер, готовый к тому, чтобы провести в этом коридоре столько часов, сколько потребуется.

Нея слегка приподняла бровь, удивлённая этим.

– Это займёт не так много времени, – успокоила она его, позволив себе задорную улыбку. Кристофера порадовала эта улыбка на её губах – первая за сегодня. – До конца моей практики по лепке осталось пятнадцать минут. Больше занятий нет.

– Понял, – тут же кивнул он, передумав снимать с себя верхнюю одежду. – Я буду здесь.

– Хорошо. Я быстро, – повторила девушка, будто успокаивая саму себя этим, и быстрым шагом удалилась назад. Идя к арке, из которой уже светил яркий искусственный свет, она закусывала губу, размышляя о том, что ей сулит эта внезапная встреча. Разумеется, появление Кристофера польстило ей, причём сильно, но она не знала, как быть с этим дальше. Слишком много времени прошло, и вчерашний разговор… вдруг она разочарует его? Или, что ещё хуже, он её?

Кристофер казался ей недостижимым идеалом в качестве партнёра – и она сама не знала почему, ведь им так и не удалось начать встречаться.

Когда занятие закончилось, и Нея покинула зал, он ждал её ровно на том же месте. Девушка ощутила любопытные взгляды других молодых девиц, выходящих с ней и отправляющихся домой. Когда двери кабинетов распахнулись, Кристофер и Нея наконец затерялись в общем потоке людей, спешащих покинуть здание.

– Можем идти, – произнесла уже чуть уверенней Нея, глядя на то, как Кристофер перестал облокачиваться на подоконник, только завидев девушку вдали.

– Я на машине. Ты не против поехать в одно местечко со мной? – он старался быть вежливым и ласковым после того, как вчера расстроил её, да и в общем давно не видел. Ему было сложно сдерживаться в том, чтобы прямо сейчас крепко притянуть её к себе и обнять, но он понимал, что для подобного ещё слишком рано. Это может оттолкнуть её, и тогда у него не останется ни единого шанса в том, чтобы вернуть её расположение.

– Да, поехали, – вновь растянулась в улыбке девушка, держа в руках тёплую светло-бежевую курточку с мехом на воротнике. Кристофер тут же взял её из рук Неи, предложив помощь с тем, чтобы одеться. Ему было также не по себе, как и ей, и кто знает, сколько ещё понадобится выкинуть фраз, чтобы этот шлейф развеялся окончательно.

Нея приняла помощь и опустила по очереди руки в рукава своей куртки. Когда она повернулась к нему, Кристофер уже был готов застёгивать молнию.

– Ты такой любезный, – не сдержалась и сказала забавным голосом девушка, чувствуя, как у неё заметно поднимается настроение. Первый шок прошёл, и в груди зарождалось прежнее тепло и радость.

Кристофер в ответ на это промолчал, лишь глядя на неё с не затаённой радостью, перемежавшейся с необъяснимой печалью. Он правда ждал этой встречи, и был готов на многое, чтобы продлить её на как можно дольше.

– Что же, пойдём, – вырвала его из омута воспоминаний Нея, очарованная непривычной галантностью и заботой. Она уже и забыла, каково это – когда противоположный пол проявляет такое внимание к ней. Время после отъезда с острова тянулось слишком долго и казалось чёрной дырой, в которую она с трудом провалилась. Ей тут же вспомнился бывший партнёр, который разочаровал её – Герман, и она ощутила укол печали. Чувства к нему давно угасли, но страх вновь ощутить это не давал покоя.

Они вышли из здания, ожившего благодаря яркому свету ламп, очутившись на потемневшей улице кампуса. Приглушённый свет фонарей отбрасывал тени на каменную тропу.

– Здесь довольно мило, – решил поделиться первым впечатлением с девушкой Кристофер. – Ты учишься в приятной атмосфере.

– А? – Нея задумалась, идя рядом с ним, и не сразу поняла, что Крис к ней обращается. – Да…наверное.

– Что-то не так? – забеспокоился он, невольно глядя на неё украдкой, но понимая, что пока это её смущает и закрывает от него. Что же произошло с ней? Или виной таким переменам их вчерашний разговор?

– Всё хорошо, просто… – забормотала она, не зная, как успокоить его и себя, – я не ожидала тебя здесь увидеть, вот и всё.

– Ты расстроена этим? – осторожно спросил Кристофер. Помешкав, он добавил: – Я могу уйти и оставить тебя в покое. Только скажи, Нея. Я прислушаюсь. – Он не сказал «подчинюсь», поскольку понимал, что не сможет, и будет пытаться и дальше восстановить с ней связь, пока не поймёт, что на данном поле битвы выигрыш невозможен.

– Нет, я не расстроена, Кристофер, просто всё так запутано и в моей голове происходит слишком много всего, – Нея заговорила быстрее и громче, чем обычно, и парень решил, что ей действительно было непросто последние месяцы. Ему стало жаль её, но в этот момент он не понимал, как может ей помочь. Нея бы вскричала громко и на всю улицу, если бы не услышанное вчера по телефону – «просто будь рядом», но она понимала, что не может и не должна просить у него такое, пока они не разберутся и хотя бы не поговорят обо всём. Да и как она могла что-либо просить и требовать? Она чужая ему, была и осталась. Или ей так только казалось? Как бы ей хотелось, чтобы всё было иначе. Вот только… всегда есть какие-то преграды, и как их преодолеть, ответа не находилось.

– Я понимаю, – спокойно отвечал ей Кристофер, глядя вперёд на дорогу и ведя аккуратно девушку вслед за собой, – и готов выслушать.