Демитрикая 5: Ангелы звёздного неба

— Млять, бобошеньки. Ну а ты как хотел, психуй поменьше, это раз. А два, давай-ка коридорного физика не включай. Может, там мелко, ты откуда знаешь. Мозг, Рейне телепортироваться умеет, вот чё вспомнил. Точно, всё, тогда заява отменяется. Ну только если ты к ней демонический чудо-шарик не привяжешь. Ага, а как я его потом сам найду. Не, давай не сбивай, мой способ изящнее и больнее, чертовски больнее. Ну ты это сам себя сбил, нефиг на меня валить, и Тоске на это плевать, она, млять, безэмоциональная мразь, если ты забыл. А вот мне не плевать. Если уж убивать древнюю принцесску, то по красоте.

Усмехнувшись, он задумчиво задымил, пока табак в трубке не прогорел полностью. Малли же дрожала и старалась ловить каждое его слово, она не знала зачем, но ничего другого тут и не оставалось. Слушать и выживать. Слушать и надеяться, что гроза пройдёт мимо.

— Но так и опаснее, если ты не заметил, то там явно кто-то ещё есть. Кто-то сокрытый, — поморщившись, вампир ответил сам себе. — Наверняка это раздражающая баба, как её, млять… Мёрдер. Да, точно. С чего ты взял? Да хз, просто предположил. Если это так, то двойная удача. Ей тоже надо улыбочку сделать от уха до уха, — Алказар с усмешкой провёл себе пальцем по горлу, изображая его перерезание. — Она мощная, да и Рейне мощная. Мёрдер я сделал тогда в лесу, если бы не эти блядские корни, то завалил бы на хер. Ну, а теперь точно завалю, — произнёс он со злобой в голосе и раскрыл одну из книг, лежащих рядом. — В постель? — тяжёлый вздох. — Мозговитый, ну вот шуточка вообще никакая. Да нормальная, ты лучше почитай книжонку повнимательней, чтоб не обосраться потом, не снимая штанов, а то всё сделаешь, а оно не сделалось, и всё — деревянный бушлат примеряй. Да тут ничего сложного, главное символы правильно написать и извечное, млять, сосредоточься. Вот-вот, с внимательностью у тебя проблемы. Заявление на отпуск только с третьего раза правильно писал всегда, — кивнув сам себе, вампир отложил книгу и посмотрел на девушку в другом конце комнаты. — Только нужна будет жертва и желательно не одна. Малли.

Певица вздрогнула, когда похититель позвал её. Учитывая, что он сейчас обсуждал с собой, страх вновь подкатился к ней тревожной дрожью. Она робко подняла на него глаза.

— Как у тебя дела твои? — спросил тот у неё.

— Медленно, больно, но я очень стараюсь, — выдавила Малина из себя и приподняла плошку, чтобы он видел, сколько уже есть пыли.

Поднявшись на ноги, вампир неспешно подошёл к ней и присел на корточки рядом, чтобы посмотреть на результат её работы. Горстка пыли на деревянной плошке оказалась ровно между ними. Вблизи от него пахло табаком, кровью и чем-то серным.

— Соблазнительное чувство, да? — спросил Алказар у неё, оценивая результат работы.

— Какое чувство? — не поняв, переспросила пленница, и её внутренняя паника неосознанно начала нарастать.

— Тебе нужно всего лишь посильнее дунуть или чихнуть, чтобы серебро накрыло меня, а если я ещё и вдохну его — это будет почти гарантированная победа. Останется только добить меня, пока я буду метаться в агонии, или отбежать подальше и надеяться, что я не разорву тебя в своём исступлении, — улыбнулся похититель и лёгким дуновением разворошил небольшую горку пыли.

«Зачем он мне это говорит?» «Что он от меня хочет?» «Это какая-то его проверка или он просто издевается?» — замельтешили у девушки сразу в голове мысли, вместе с учащающимся в страхе сердцебиением.

Где-то глубоко, на самом дне сознания, шевельнулось то, в чём она боялась себе признаться: крошечный, жалкий импульс, а ведь и правда, можно просто дунуть. Просто дунуть, и всё закончится. Малли зажмурилась, отгоняя эту мысль, как насекомое.

— Я… Я слишком труслива, чтобы так сделать, — призналась пленница сама себе прежде всего и аккуратно опустила плошку с серебряной пылью. — К тому же даже если я каким-то чудом и убью вас…

— Тебя, — перебил её Алказар и сразу же ответил на ещё не сформировавшийся в голове собеседницы вопрос. — Я тебе не аристократишка какой-то, не надо мне тут выкать. Я чудовище, что похитило тебя по спонтанной пьяной прихоти. Тот, кто разрушил и отнял у тебя жизнь, и кто знает, выживешь ты или нет. Обычно те, кто меня окружают, дохнут, так что это лишь вопрос времени, Малинка, — девушка сглотнула, а он лишь усмехнулся ей, поднимаясь на ноги. — Так что ты там хотела сказать про чудо моего убийства?

— Даже если у меня это получится, то я просто обреку себя на мучительную и голодную смерть в этой тюрьме, — промямлила она, глядя в пол.

— Умная девочка, — кивнул собеседник и уже собрался уйти, но пленница продолжила.

— Каждый раз, когда вы… ты уходишь, я молюсь Свету, чтобы ты вернулся. Ты страшный и планируешь убить кого-то, но я хочу, чтобы у тебя всё получилось, чтобы я не осталась тут в одиночестве мучительной смерти. Это неправильно, наверное, но я боюсь. Я боюсь всего… — по её лицу скатились крупные слёзы, оставляя дорожки на щеках. — У меня ещё осталась глупая надежда увидеть свободный рассвет.

— Свет, помоги монстру в его убийствах, — Алказар карикатурно расхохотался, эхо заметалось под сводами. — Хорошо, молись и дальше, а я буду наблюдать, как гаснет надежда в твоих прекрасных глазках, — сделав несколько шагов прочь от неё, вампир остановился и произнёс, не глядя на неё. — Нужно больше пыли, постарайся, как закончишь, ножик можешь оставить себе. Если я не вернусь, то, надеюсь, ты найдёшь в себе смелость.

Малли неосознанно кивнула, вытирая глаза тыльной стороной ладони. Отвечать как-либо она боялась, да и не знала, что сказать. Похититель вернулся на противоположный конец её тюрьмы и углубился в чтение древних книг, но через минуту спросил:

— Ты новую песню выучила?

— Да, — справившись с дрожью в голосе, ответила певица и уже хотела было встать, чтобы спеть.

— Сегодня не надо, отдыхай. Скоро у тебя будут слушатели, так что постарайся как следует.

— Слушатели? — девушка закусила губу от того, что вопрос прозвучал вслух.

«Какие ещё слушатели? Кого он приведёт? Или к кому приведёт меня?» — вихрем пронеслось в голове.

— Тебе пока ещё рано об этом знать.

На лице вампира появилась улыбка, но эта улыбка была весьма холодной и зловещей.

Глава 6. Убийство

Вот уже второй раз за месяц Утата стоял возле пирса в ожидании делегации из Империи Ночи. Непривычно, обычно между посещениями проходило от года до пяти лет. С другой стороны, вампир вполне понимал, что весь этот фарс лишь для доставки посланников Тоски. Чтож, транзит через официальное представительство не может не радовать, уменьшает шанс того, что у них задание, нарушающее законы. Только вот Джубей совершенно не мог понять, что Книжнице могло понадобиться от него и причём здесь племя изгоев поклоняющихся Ангелам звёздного неба. Поэтому и относился ко всему этому с должной насторожённостью, не хватало ему ещё военной экспансии Империи Ночи в степи.

По трапу начали спускаться две женские фигуры. Первая — офицер в имперском доспехе, его мало чем заинтересовала, все они одинаковые болванчики, только голова поверх брони меняется. Но вот вторую он узнал сразу, хоть и не разглядел лица. Лишённая чёрных лат остроухая вампирша вновь показалась ему весьма хрупкой и радовала глаз, заставляя улыбку становиться шире. Мужчина приветственно раскинул руки и быстрым шагом пошёл навстречу старой подруге.

— Рейне, солнце тебя опали! Сколько лет?! — громко воскликнул он и стиснул её в медвежьей хватке, приподняв над землёй.

— Чуть больше трёх сотен, — сдавленно ответила рыцарь смерти, вежливо пытаясь выбраться из объятий Санты, от него пахло деревом и чем-то пряным, запахи, которые она помнила даже спустя столетия.

— Безумно-безумно рад тебя видеть, — проговорил вампир, поставив собеседницу обратно на песок и высвобождая из клетки своих рук, он отступил на шаг, оглядел её с ног до головы, и улыбка его стала мягче. — А ты всё такая же, как будто и не было этих трёхсот лет.

— Ты тоже не изменился, — кивнула остроухая, глядя на него снизу-вверх, придерживая капюшон, ветер с моря трепал края. — Разве что стал ещё больше, если это вообще возможно.

Джубей хохотнул и машинально поправил сползший платок на её голове — старый жест, выработанный за тысячелетия совместных скитаний. Пальцы его на мгновение задержались у виска.

— Помнишь, как мы ночевали у Нджани и ты сказала, что скорее сдохнешь, чем ещё раз сунешься в степи? — усмехнулся он.

— Я тогда ещё добавила, что единственное, ради чего стоило бы остаться — это их шерстяные плащи, — остроухая улыбнулась. — И ты потом выменял для меня один на свои сапоги.

— Ты сказала «спасибо» впервые лет за двести, наверное. Я чуть не поседел.

Оба рассмеялись. Мёрдер, стоявшая чуть поодаль, молча наблюдала за этой сценой.

«А принцесска-то улыбаться умеет», — мелькнуло в голове убийцы. — «И не просто улыбаться, а сиять, как девчонка», — она скрестила руки на груди и демонстративно отвернулась к морю.

— Ого, неплохо отстроились, — Рейне бросила взгляд на город за спиной друга. — А где теперь гарнизон Империи Ночи находится?

— Десяток километров южнее Исанти, чтоб «умников» из Трансиро отлавливать, — ответил Джубей.

Он оценивающе осмотрел спутницу Рейне и посчитал преступлением прятать под доспехом и плотной одеждой такое тело. Вампирша же, осматриваясь по сторонам, заметила его взгляд и вопросительно подняла бровь.

— Ох! Прошу простить меня, просто давно в эти засушливые земли не прибывали столь очаровательные дамы, — отвёл он свой неподобающий взгляд и отшутился.

— Джуб, это Джейн Мёрдер. У нас с ней в степях весьма сложное дело, и я надеюсь, что ты нам с этим поможешь.

— Рад знакомству, Джейн, — радушно улыбнулся девушке Санта, та лишь коротко кивнула в ответ.

— Не обращай внимания, она болтунья и ещё надоест тебе, — девушки обменялись колкими взглядами, и рыцарь продолжила. — Просто в кости плохо играет и, к моей великой радости, обязана молчать весь день.

Вампир расхохотался со сказанного Рейне, после чего встал рядом с ней и подставил руку.

— Все дела подождут, для начала — экскурсия по моему детищу, — махнул он рукой вперёд.

— Я бы убила тебя, если бы ты не предложил это, — выпалила рыцарь смерти с ажиотажем любопытства и взяла Санту под руку.

Остроухая порадовалась, видя, как подозрительно сузились глаза у напарницы. На лице Мёрдер было написано, что та давит в себе очередные провокационные высказывания. Рейне просто по-детски быстро показала ей кончик языка и полностью сосредоточила внимание на словах Джубея. Улыбка тронула её губы, этот раунд за ней, пусть Мёрдер теперь молчаливо таскается за ними и бесится.

Прогулка по Исанти заняла несколько часов. Улицы встретили их привычным шумом: орки сновали туда-сюда, таскали тюки с шерстью, катили бочки с водой, перекрикивались на своём наречии: с присвистом, щёлканьем и придыханием. Завидев Утату, поднимали руку в приветственном жесте, выкрикивали его имя, и лица их озарялись искренней радостью. Дети, игравшие в пыли у обочины, побросали свои палки и с гиканьем понеслись за вампирами, пока один из взрослых не шикнул на них, загоняя обратно.

Рейне с восторгом отмечала колоссальные успехи друга. Дело было даже не в постройке небольшого города или его планировке и не в огромном храме по центру, тот возвышался над остальными постройками своей деревянной громадой, и сейчас вокруг него суетились рабочие, достраивая четвёртое крыло. Пахло свежеструганным деревом и горячей смолой. Глухие удары молотков разносились по округе. Дело было в том, как Джубею удалось найти подход к упёртым традиционалистам и консервативным оркам. Видеть, как три племени спокойно уживаются на одной территории и не конфликтуют, было почти невероятно.

Остроухий рыцарь смерти невольно вспоминала, как они с Сантой долго скитались по различным племенам в прошлом, тогда не то чтобы само племя мирно уживалось в своём мирке, но и кровные родственники резали друг друга, лишь бы возвыситься в иерархии. Изменение мышления этих зеленокожих здоровяков, вот что больше всего впечатлило её. Да, на Прагоносе проживало множество цивилизованных орков, в основном выходцы из Трансиро или их потомки, но там представителям этой расы пришлось самим меняться в угоду времени и прибыли, так как город находился на единственном перешейке между континентами и почти вся торговля проходила через них. Здесь же была не полная, но значительная смена парадигмы орковского быта, и зарождалась новая культура.

Они прошли мимо рыночных рядов, где Нджани торговали кожами, а Ивумба раскладывали благовония, тонкие ароматические палочки, источавшие сладковатый дым. Один из старейшин Кулун, заметив Утату, вышел навстречу и обменялся с ним несколькими фразами на орочьем. Рейне вслушалась в знакомые щелкающие звуки — язык подзабылся, но отдельные слова ещё отзывались в памяти.

Джейн же вся эта экскурсия явно не впечатляла. Она лениво плелась позади, то и дело утирая пот со лба и щурясь от палящего солнца. Закутанная во всё чёрное с ног до головы, вампирша явно страдала от жары куда больше остальных. Лишь изредка она выражала свои эмоции мимикой или жестами, в основном скептическими и недовольными.

Уже ближе к вечеру все трое уселись за столом с прохладительными напитками и фруктами в доме у Санты. Обсудили предстоящее дело. Рейне постаралась подробно рассказать и ему, и напарнице свой план по поиску, пункт за пунктом. Оба внимательно слушали: Джубей из вежливости не перебивал и вникал, а Мёрдер всё ещё соблюдала договор о молчании.

— Хм… интересно, конечно, — задумчиво протянул Утата, потирая подбородок. Он развалился на большом мешке, набитом опилками, что походил формой на кресло. — Но займёт слишком много времени. Я не могу позволить себе отлучиться из города сейчас на столь долгий срок, — он усмехнулся. — Да и я на службе всё ещё. Власть имущим Империи явно не понравится, если я брошусь в самовольное путешествие.

Уже ожидая такого ответа, рыцарь смерти протянула вампиру официальный документ, который предполагал, что ему позволено покинуть пост торгового представителя в Исанти и выступить в роли проводника и переводчика для них.

— Тут форма просьбы, а не приказ. Спасибо хоть на этом, — хмыкнув, проговорил Джубей, когда закончил чтение. — Рейне, ну вот даже при всей моей любви к тебе, я правда не могу пустить тут всё на самотёк. Моя работа значительно продвинулась, но ещё далека до завершения. Максимум, что могу — это сопроводить до племени изгоев, поклоняющихся Ангелам. Их согнали с прошлого насиженного места чуть подальше на северо-восток.

— Там, где земля трескается… ну такие ещё блямбы появлялись? — решила уточнить остроухая и руками указала полуметровый размер новообразований.

— Ага, — кивнул Санта и отпил из своей кружки. — Это теперь Дрожащая Долина. Земля там сотрясается время от времени, скорее всего, каньон образуется через пару сотен лет. Гейзеры начали пыхать.

— Это хорошо, вода же! — воскликнула рыцарь.

— Только вот она кипяток, — уточнил Утата. — Изгои, рискуя здоровьем и жизнью, её собирают для торговли с другими племенами.

— Жёстко, — кивнула собеседница и, закинув ногу на ногу, начала покачиваться на стуле. — Но всё равно, Джуб, нам твоя помощь просто жизненно необходима. Ну как бы Тоска не просто так просит. Надо было бы просто выдала приказ и всё. Когда мы найдём то, что ищем, ты сможешь получить реликвии Ангелов звёздного неба для своего храма, тогда точно уже изгои переберутся в Исанти. Ты ведь этого хочешь? — разложила по полочкам остроухая выгоду.

— Хех… подготовились. Изучили. Нашли рычаг давления, — улыбнулся собеседник. — Да, это сейчас одна из приоритетных у меня задач, — согласно кивнул вампир. — Но, Рейне, Тарон ищут уже больше десяти тысяч лет. Он изничтожен крылатыми деспотами и погребён под горой. С чего вы взяли, что можете приплыть сюда и вот так просто найти его?

— Потому что мы ищем не город, мы ищем небесную лодку Ангелов, на которой они прилетели. Он сохранился, в отличие от былой цивилизации, и его можно найти, — ответила остроухая и посмотрела на Мёрдер. Та заметно напряглась и повернулась в сторону окна. — У нас есть примерное местоположение, мы сможем снизить эту зону, изучив…

Рыцарь смерти не договорила. Джейн громко ударила рукой по столу и резко встала на ноги, после чего настойчиво указала им на дверь.

— Да говори уже, — разрешила Рейне, видя раздражение напарницы, которую они не могли понять.

— На улице крики, что-то происходит, — выпалила вампирша и направилась на выход, остальные, спохватившись, проследовали за ней.

Выбежав на улицу, вампиры увидели зарево со стороны центральной площади. Деревянное здание Храма всех религий потихоньку начинало заниматься огнём, языки пламени лизали свежеструганные доски четвёртого крыла, искры взметались в темнеющее небо. Треск горящего дерева смешивался с криками орков, что выскакивали из домов и спешили к городскому достоянию. Благо на площади был большой колодец, к которому уже стаскивали вёдра и выстраивались в цепь. Кто-то особо рьяный пытался погасить огонь песком прямо с улиц.

Мёрдер бежала первой, но рослый Джубей быстро нагнал её и уже начал опережать. Рейне, что была позади всех, резко остановилась, воздух перед ней дрогнул от марева мерцания.

— Алый, — на выдохе произнесла она, чуть не врезавшись в друга.

— Ничего личного, просто месть, — сухо произнёс он и выбросил в её сторону руку.

Рыцарь смерти отпрянула, но облако серебряной пыли уже накрыло её. От боли лёгкие непроизвольно сократились, чтобы набрать воздуха для крика, и вдохнули смерть. Пыль, словно раскалённые частицы, обожгла кожу и внутренности остроухой. Мучительно завопив, девушка упала на песок и заметалась, силясь содрать с себя плавящуюся кожу. Повышенная возрастом и экспериментами Тоски регенерация боролась с блестящим ядом, лишь продлевая смертельно прожигающую агонию.

Алказар несколько секунд смотрел на неё чёрными глазами с полным отсутствием эмоций на лице. Отвлёкся на подбежавшего орка, что вмазал ему по зубам, выворачивая только восстановившуюся челюсть. После просто коснулся зеленокожего и скукоживанием вытянул из здоровяка все жизненные силы. Три посеребрённых лезвия вошли в руку, он обернулся на Мёрдер, несущуюся к нему вместе с Джубеем.

— Ты следующая, сука, — искажённо проговорил он, вправляя себе челюсть, и марево мерцания унесло его прочь.

Джейн на ходу достала из нагрудного кармана под доспехом камешек с вырезанной на нём магической руной и крепко зажала в руке. Тоска выдала каждой из них эти камни, чтобы они задействовали их, когда добьются успеха, но ситуация была совсем другой. Девушка прижала агонизирующую напарницу к земле, а Санта, вырвавший из рук одного из жителей Исанти ведро с водой, опрокинул его на рыцаря смерти.

Появившаяся в мареве мерцания древняя вампирша в секунду оценила ситуацию и без слов рывком откинула Мёрдер от Рейне, схватив ту за ремень. Воздух вокруг них дрогнул, и засушливая пустыня сменилась мрачной, пропахшей насквозь кровью и гнилью лабораторией Энмешарре в башне сокрытого от всего мира замка династии Демитрикая.

— Эн, срочно! — в непривычной для безэмоциональной Верены интонации прорычала она, закидывая рассыпающееся тело на стол.

Ловец душ оттолкнула от себя молодого парня, что стоял перед ней на коленях, и подбежала к ней. Глаза её сразу засветились синим, и дымка бездны окутала её.

— Серебро в лёгких, без шансов, — быстро заключила она и, обернувшись на слугу, приказала. — Сосуд с бронзовой окантовкой, инкрустированный рубиновыми слезинками. Быстро, а то сожру!!!

Тоска, поняв всё, тоже прикоснулась к бездне. Липкая дымка заструилась вокруг рук, и вампирша вырвала древнюю душу эльфийской принцессы из тела, что рассыпалось в прах за считанные мгновенья. Бездна, обезумев, сразу же вцепилась в столь лакомый кусочек, чтобы утащить за грань, разбить и переварить ту, кто так долго избегала встречи с ней. Рихтер зарычала сквозь стиснутые зубы, стараясь утолить голод дымки смерти собственными жизненными силами, лишь бы удержать душу Рейне. Шрам на лице от напряжения открылся, и чёрная кровь вампирши окропила прах рыцаря смерти.

Энмешарре выхватила сосуд из рук человека и плавными движениями рук направила сущность остроухой в него. Та сразу поддалась, но призрачная дымка бездны не отступала, жадно вихрясь вокруг добычи. Бронзовая окантовка колбы накалилась добела, и слезинки на ней начали трескаться, отдавая свой заряд, чтобы сохранить целостность. В воздухе запахло палёным металлом и магическим напряжением, тяжёлым, как перед грозой.

Тоска повела рукой в сторону, и в ней из пустоты образовался чёрный матовый кинжал с искривлённым лезвием. Древневампирские письмена на нём вспыхнули алым, и лезвие резким движением вошло в грудь слуги ловца душ. После уже вампирша одним движением вспорола человека до пупка.

— Саркофаг жизни… — выплюнула она слова вместе с чёрной кровью и отпустила душу рыцаря смерти, чтобы уложить падающее тело.

Эн, не тратя времени, закупорила в сосуде остатки сущности древней эльфийки и всунула его вовнутрь убитого парня. Рихтер уже вырезала на нём кинжалом магическую формулу — лезвие заскрежетало по кости и плоти. Взяв инструмент в руки, молодая вампирша принялась наносить свою часть заклинания.

Когда они закончили, надписи зажглись холодным тёмно-синим цветом со стороны ловца, запечатывая душу Рейне в оковах плоти вновь. Со стороны Верены буквы замерцали ярко-алым и, отрываясь от тела, окутали его кровавым барьером, отгоняя прожорливую дымку бездны.

Выдохнув и трясясь от усталости, Рихтер осела на пол и отупело смотрела на труп, ставший саркофагом для удержания души рыцаря смерти… души Рейне… души… можно, наверное, даже без преувеличений уже сказать — родственной. Тысячелетия борьбы, боли и ненависти друг к другу совсем незаметно для них самих породнили их и сделали самыми близкими существами… хоть никто из них двоих не признается в этом даже самой себе никогда.

«Я пленила её тогда. На пепелище, под крики воронья. Обращая её триумф в прах пораженья. Она смотрела на меня с такой ненавистью, что, казалось, прожжёт насквозь, а теперь…» — мысль оборвалась. Тоска запретила себе думать дальше. — «Не сейчас».

Энмешарре же не стала терять время даром. Девушка вполне понимала, что этот саркофаг лишь временное решение и весьма недолговечное, уж слишком внушительным был вес у древней души остроухого рыцаря смерти. Она отбежала в сторону, где у неё стояло несколько комодов с ингредиентами для работы. Вампирша достала большой саван из циновки, который уже расшила всевозможными ограничителями и барьерами нитью, пропитанной магической силой; на него бросила ворох новых бронзовых окантовок различной длины; последним достала увесистый закупоренный глиняный кувшин с маслом — в его эфире из можжевельника, мелиссы и апельсина мариновались льняные бинты для оборачивания тела. Схватив всё это в охапку, поспешила вернуться к саркофагу.

— 19 941 год, — тихо проговорила Тоска, всё ещё не сводя взгляда с вместилища души подруги, и её голос непривычно дрожал. — И всё же смерть настигла её. Забавно.

С краткой усмешкой вампирша коснулась своих глаз и с удивлением отметила, что те увлажнились. После уже рукавом мантии вытерла залитое кровью лицо.

— Собери её прах как можно больше, с якорем проще работать будет, — практически в приказном тоне проговорила ловец душ, раскладывая вещи возле саркофага.

Вампирша открыла кувшин, и лаборатория наполнилась резким и спёртым, но довольно-таки приятным запахом эфирного масла. Достав лён, Эн принялась заворачивать в него мёртвое тело.

— Слушай, эмоции для тебя явно в новинку, но соберись уже! Ты мне не помогаешь спасать эту остроухую милашку, — фыркнула она на Тоску. — Знаешь ли, я вот этого человечка только начала под себя воспитывать. Уже полтора месяца как, не рекорд, конечно, среди моих питомцев, но всё же обидно.

— Ты смеешь сравнивать это ничтожество с древней эльфийской принцессой? С первой и единственной из своей расы, что была подвержена вампиризму? С той, кто… — гневно начала Верена, но собеседница опять прервала, стряхнув с рук в её сторону эфирное масло.

— Да плевать мне на это, я и не с такими душами работала, — ловец прервалась и, изобразив задумчивость, со смешком продолжила. — Вот душу дракона недавно из бездны вырывала, — Тоска только было открыла рот, чтобы осадить собеседницу, но та вновь брызнула в неё маслом. — Давай, милая моя, за работу, быстренько-быстренько. Ты чего такая ершистая, давно не мастурбировала, что ли? — закусив губу, Энмешарре уже сладко протянула в её сторону. — Я тебе с этим помогу и ой как помогу, но после, — голос девушки приобрёл жёсткость, и вампирша указала пальцем на свой стол. — Прах собери немедленно, а то сквозняк тут гуляет и сдует подружку твою.