Рождение техноманта

Что верно, то верно. Я быстро собрался и убрал в инвентарь все, что могло еще пригодиться. Подошел к кристаллу, проведя уже ставший привычным ритуал. События этих двух дней кардинально изменили меня. Да что там изменили. Я не просто выжил – я вытянул счастливый билет. Получил кучу возможностей и еще больше вопросов. Стал игроком в неизвестной игре. Но одно я знал точно. Мой путь лежал в столицу, куда я так отчаянно старался попасть три последних года, и сил у меня теперь на это точно хватит.

Но сначала надо вернуться в форт. Исполнить свой долг перед товарищами, сообщив об их гибели родным и близким. Неблагодарная роль вестника смерти. Большинство ребят выросли в форте, и у них были семьи. Я не знал, что буду говорить детям и женам погибших, но выбора не было. Окинув напоследок взглядом храм, я просмотрел свой инвентарь и статус. Затем уверенным шагом подошел к двери и нажал ключ-пентаграмму.

Глава 7

Статус: Класс: техномант. Уровень: 4.

Опыт (2700/4000)

Центр РА – уровень 3(12)

Начальное преобразование (активная способность): наделение предметов атрибутами. Ранг 2(3)

Расширение границ (пассивная особенность): +1 случайный атрибут у созданных артефактов и улучшений. Ранг 1(3)

Техномастер (активная способность): создание автоматонов. Ранг 1(3)

Центр ТХА – уровень 1(12)

Познание сути (пассивная особенность): улучшает стандартное умение идентификация. Ранг 2(3)

Свободные очки умений: 3

Свободных сфер энергии: 0

Я вышел из храма. Дверь опустилась за мной, намекая, что я здесь порядком задержался. День был в самом разгаре, но солнце, спрятавшись за налитые свинцом тучи, не спешило согреть одинокого путника.

Я зябко поежился, разглядывая место последнего сражения моего отряда. Небольшое плато перед храмом напоминало фреску из античных времен, где изображалось преддверие ада. Трупы гаргулий, превратившись в каменные статуи, казались работой сумасшедшего архитектора, получившего заказ от владыки хаоса. И лишь одинокий герой в тактической разгрузке и виброклинком за спиной немного искажал аутентичность картины.

Где-то невдалеке справа была братская могила моих друзей, но у меня не хватило сил подойти туда снова. В форт. Там я смогу собрать отряд, чтобы доставить павших товарищей домой и достойно проводить их в последний путь. Нужно спешить.

Путь, намеченный мной, проходил по небольшим разломам у подножия гор. Они возвышались надо мной, подобно древним великанам, и судьба букашки, чудом избежавшей смерти, их мало беспокоила. Они стояли тут тысячи лет и продолжат свой дозор, даже если все люди исчезнут с лица земли. Люди – бывшие ее хозяева. А ведь совсем недавно подобный статус человека даже не обсуждался.

Мне было пятнадцать лет, когда появился первый разлом в Токио. Фильмы ужасов прошлого даже близко не могли передать того, что случилось после. Демоны, вырвавшиеся из разлома, буквально за два дня уничтожили почти всех людей в городе и окрестностях. Не помогла ни авиация, ни ракетные удары. Проиграв битву за город, высшее командование приняло решение нанести массированный ядерный удар, чтобы уничтожить разлом.

Да, тысячи демонов погибли, но разлом выстоял, продолжая выплескивать из себя новых исчадий ада. Но это было еще полбеды. Из разлома распространялась темная энергия, искажая все до чего могла дотянуться. Большинство людей, меняясь внешне и внутренне, умирали, но некоторые получали способности разного вида – их назвали искаженные. Большинство из искаженных примкнули к демонам, вливаясь в их армию. Началась война на выживание.

Вокруг города появилась зона отчуждения с радиусом около пятидесяти километров, внутри которой хозяйничали порождения разлома. Радиус был условным и определялся расстоянием распространения демонической энергии, которая ослабевала по мере удаления от центра.

Мир замер в ужасе, пытаясь осознать новую реальность. Теории и экспедиции в зону конфликта следовали одна за другой, но ответа не было. Пока через полгода не появился второй разлом в Нью-Йорке. А затем третий – в Москве. После этого их прекратили считать.

Экономика земли рухнула в течение следующего года, и вскоре мир погрузился в анархию. Если кто и считал, что люди, по идее, должны были объединиться перед лицом угрозы вымирания, то он жестоко ошибался. После утраты центральной власти во всех государствах человечество показало свое истинное лицо. Сильный жрал слабых. Военные и полиция превратились в вооруженные банды. Мародерство стало привычным зрелищем. Слабые призывы о консолидации тонули в борьбе сильных мира сего за оставшиеся ресурсы. Никто больше не думал о сопротивлении. Все искали способ выжить и найти недоступное для демонов место.

Мы жили с семьей в Новосибирске. Разлом, появившийся там, не был самым крупным, но это ничего не меняло. Эвакуация была больше похожа на стихийное бегство, в котором мы с сестрой потеряли родителей. Больше мы их не видели, и забота о десятилетней сестре легла на мои плечи.

То, что создавалось тысячелетиями, рухнуло в одночасье, а последующее десятилетие анархии преобразило землю и людей окончательно. Как бы я ни относился к гранд-командору Айку, но это был великий человек. До появления разломов он возглавлял военное командование алтайского региона. После утраты централизованного управления армией в отличие от остальных военных он поставил цель создать новый анклав человечества.

На сегодняшний день Анклав представлял собой небольшое государство, расположенное в горах и пустынях на территории бывших России, Монголии и Китая, вдалеке от центров цивилизации. С территорией около восьмидесяти тысяч квадратных километров и столицей возле озера Убсу-Нур. Территория была крайне условна и состояла из крайних точек поселений, принявших законы анклава. Далеко не все методы командора и введенные им законы мне пришлись по душе, но здесь жили люди. Жили и строили планы, как вернуть себе землю.

Надежду, иллюзорную, но все же живую, дали некоторые люди, сумевшие проявить в себе дар после возникновения разломов. Все они обладали способностями, в простонародье называемыми магией. Эти способности были разнообразны, но важно было одно – они давали человечеству шанс. Людей, обладающих магией, искали по всему анклаву и за его пределами, а после направляли в столицу. В закрытую Академию, где этих людей обучали, и они вставали в ряды воинов и защитников человечества. Как и мою сестру.

После появления разлома в моем городе прошло семь лет. На тот момент мы с сестрой жили в поселении, где-то под Горно-Алтайском, далеко от границ Анклава. Тяжелая жизнь, хоть и в приличном удалении от разломов, была наполнена постоянной опасностью. Набеги отрядов мародеров, нехватка провизии и медикаментов, мутировавшие звери. Я очень рано повзрослел. В восемнадцать лет я уже был лучшим разведчиком в отряде. А в двадцать три – заместителем начальника гарнизона.

Ставшая уже привычной жизнь изменилась три года назад, когда к нашему поселению вышел один из отрядов Анклава. Оторванные от внешнего мира и медленно деградируя, мы понимали, что рано или поздно хаос нас сожрет. Анклав же давал всем людям хоть какую-то надежду. Мы больше не были одни в этом ужасном мире. Но Анклав потребовал плату. Не принять ее не представлялось возможным. Она даже казалась ничтожной… поначалу. Они сказали, что им нужны люди, обладающие определенными способностями, и что они должны будут уйти в Анклав вместе с ними. Через день староста поселения объявил, что все жители поселения должны будут пройти какой-то тест.

В назначенный час, в числе прочих, я пришел к дому главы поселения. Услышав свое имя, я поднялся по ступеням и прошел в гостиную, где в окружении трех солдат и офицера сидела девушка. По ее одеянию догадался, что она маг. Я никогда не видел чистых одаренных и невольно остановился, разглядывая ее.

– Проходите, пожалуйста, – дежурно улыбнулась девушка. – Процедура очень простая, а уж воину и вовсе бояться нечего.

Я внутренне усмехнулся и сделал шаг вперед.

– Закатайте, пожалуйста, рукав, – один из гвардейцев подошел ко мне.

Я пожал плечами и сделал как просили. В руке у него был небольшой предмет, похожий на скальпель, которым он ловко сделал мне небольшой надрез на предплечье. Собрав выступившую кровь с помощью какой-то сферы, он передал ее девушке-магу. Она закрыла глаза, и в следующий момент кровь внутри сферы превратилась в дым, а сама сфера окрасилась в фиолетовый цвет.

– Можете идти, – улыбнулась девушка.

– Что, это все? – удивился я.

– Да, спасибо вам за сотрудничество, – отстраненно произнесла она, давая понять, что аудиенция закончена.

Учитывая, что мне нужно было в патруль, я даже обрадовался, что это не заняло много времени.

****

Вернувшись в поселение далеко за полночь, я был полностью без сил и, дойдя до кровати, тут же провалился в тяжелый сон без сновидений.

Утром я проснулся от крика Зары.

– Вик!! Нет!!!

Самый родной в мире голос был полон страха. В исподнем я вылетел из дома и увидел, что мою сестру держат люди анклава. Она, вырываясь, тянулась ко мне.

– Быстро отпустите ее!! – не раздумывая, я бросился на них.

Один из солдат перегородил мне дорогу. Жесткий удар, и он падает. Хруст, и следующий, со сломанной челюстью, отлетает в сторону. Перехватываю руку очередного солдата в болевой прием, нажимаю и краем глаза замечаю летящий мне в лицо приклад винтовки. Очнулся я в доме у старейшины. Он сурово смотрел на меня.

– Вик, я тебя понимаю, – начал он. Я пытался встать, но сильная рука вернула меня обратно. – Но и ты пойми. Без Анклава нам не выжить. Подумай о сотнях людей, о твоих друзьях, что здесь живут. Об их семьях и детях! Да, мне жаль, что Зару забрали. Вы с ней для меня как родные дети. Но они обещали, что с ней ничего не случится, что она нужна, нужна всем людям и о ней будут заботиться. Вик, у нас нет выбора. Ты должен это принять.

Я скинул руку старейшины и сел. Голова трещала, но каждый воин знает, что истинную боль можно почувствовать только сердцем.

– Это у тебя нет выбора, старейшина. А у меня он есть.

С этими словами я встал и, пошатываясь, отправился к себе домой. Нищему собраться, только подпоясаться. Семь лет жизни в поселении уместились в походный рюкзак и два часа сборов. Не хотелось даже ни с кем прощаться. В этот день для меня все были предателями.

На юго-восток. Другого ориентира у меня не было. Не буду пересказывать свой поход. Скажу только, что через три недели скитаний меня, чуть живого, подобрал дозор Анклава из Форта Росс. Чудо, которому я обязан жизнью. И вот уже три года я здесь. Обрел боевых товарищей и уважение братьев по оружию. И даже смог связаться с Зарой. Знать, что она жива. Каково же было мое облегчение.

Но что-то не отпускало меня. Я хотел ее увидеть и заглянуть ей в глаза. Обнять и быть рядом. Мой рапорт о переводе в столицу был отклонен в прошлом году. Бойцов не хватало, и обстановка на границе была тяжелой. Но я не терял надежды. Я знал, что нужен ей и что мое место рядом с ней. Я старался во всем быть лучшим и уже полгода как заместитель командира боевой группы. Той, которой больше нет. Боль о потере снова кольнула в сердце и отвлекла от воспоминаний.

Смеркалось. Ночь таит в себе много опасностей. Так повелось испокон веков. До форта еще часов восемь ускоренным маршем, но рисковать не стоило. Нужно найти хоть какое-то укрытие.

Через минут тридцать я заметил небольшое углубление… скорее каменный карниз, выступавший метра на три на небольшой высоте. Лучше вряд ли что-то найду, подумал я. Срубив пару-тройку кустов, замаскировал вход. Несмотря на дневной переход сил еще было в достатке. На скорую руку разогрев паек и перекусив, я закутался в плащ-палатку, лег лицом к входу и приготовился уснуть. Но сон не шел. Ворочаясь с бока на бок, я прокручивал в голове события двух последних дней. В какой-то момент все произошедшее показалось настолько нереальным, что я даже испугался и торопливо открыл интерфейс.

– Торвас, ты тут? – мой попутчик молчал всю дорогу, и это показалось мне странным.

– Да тут… тут, – почти сразу ответил он. – Не хотел тебя отвлекать… да и мысли у тебя были, прямо скажем, не очень веселые. Значит так все было? Ясно… Старый сценарий, – голос Торваса звучал неспешно, даже как-то меланхолично.

– Какой еще нахрен сценарий! – на секунду я даже потерял дар речи. – Может объяснишь, что это значит?

То, что мой попутчик обладал куда большими знаниями, чем показывал, было давно ясно. Но так спокойно отзываться о гибели земли. Я твердо решил выудить из него все ответы.

– Как бы мне ни хотелось всё объяснить тебе, но я, к сожалению, не могу, – начал он старую песню.

– А ты попробуй, – перебил я его. – Для начала расскажи, кто ты такой на самом деле и что это за такая система?

– Я такой же игрок, как и ты сейчас. Точнее был им. Давным-давно, когда ваша земля была совсем другая. Мы имеем доступ к встроенной в ваш мир системе, общие черты которой тебе уже понятны. Все люди устроены по принципу, который ты видишь в интерфейсе. Система позволяет просто наглядно пользоваться возможностями, заложенными в каждом… Ну и чуть-чуть помогает.

Торвас замолчал, а на меня потихоньку начала накатывать злость. То, о чем он рассказывал, было относительно уже понятно, но ничуть не приоткрывало завесу тайны.

– Откуда ты? И если ты игрок, то почему тебе понадобился я?

– Я просто больше не могу прийти в ваш мир физически. Пока не могу. И в этом как раз и заключается первое, для чего ты мне нужен, – он грустно вздохнул и через секунду продолжил. – Я воспользовался лазейкой в системе и смог запустить процесс инициации тебя в игрока, залив свою нейроматрицу в стандартный интерфейс системы.

– И что тебе нужно в нашем мире? – мрачные мысли начали роиться у меня в голове, вызывая дурные фантазии.

– Мне нужно исправить одну очень большую ошибку, сделанную в прошлом. Тебя это не касается, – в голосе у Торваса начали проскальзывать железные нотки, но я не сдавался.

– А что это за сценарий? Ты сказал, что произошедшее на земле – сценарий. Чей? Какой в нем смысл?

– Вся жизнь кино, и мы в нем актеры, малыш. Видимо создателю стало скучно, а может просто кто-то ему приказал… и вот мы здесь.

– Что за чушь ты несешь! Кто может приказать богу? Да и есть ли он вообще?!!

Торвас закатил глаза, всем своим видом показывая, что он устал объяснять прописные истины.

– Посмотри на себя, техномант. Кто вдохнул в тебя душу? Кто дал тебе возможность любить и ненавидеть, прощать и стремиться к чему-то. Душа в каждом из вас – это часть вашего бога.

Разговор начал заходить в тупик. Еще один религиозный фанатик. Видел я таких, которые ходили по пустошам и вещали о скором пришествии бога, который скоро вернет на землю рай, а все происходящее вокруг – это испытания для наших душ. Слава богу, большинство из них либо быстро исчезали в утробах чудовищ, либо погибали от рук разбойников, валяясь в канаве с перерезанным горлом или болтаясь на суку.

Я отключил интерфейс и, продолжая злиться на своего попутчика, повернулся на другой бок, пытаясь заснуть. Но сон так и не шел. Через некоторое время я плюнул на это дело и сел, облокотившись спиной на скалу. Затем открыл инвентарь и начал пересчитывать свое богатство. Так… что мы имеем? С десяток штурмовых винтовок и сотня магазинов с боеприпасами грели мою душу. Примерно столько же виброклинков и армейских ножей. Сканер, три автомеда и несколько комплектов сапера. Неплохо…

Мой взгляд упал на два «артефакта», созданных мною лично. Разглядывая их, я испытывал какую-то гордость. Пролистывая трофеи, честно отжатые у тварей, обратил внимание на крыло вожака гаргульи. Я почему-то его не трогал, намереваясь разобраться с ним попозже. А почему не сейчас? Вызвав команду идентификации, я навел ее на крыло.

Сущность вожака гаргулий. Уровень 6. Свойства: скрытность, полет.

Ах вот же сука! Теперь ясно почему ее появления были такими внезапными. Видимо она обладала каким-то свойством маскировки. Вот, наверное, вышел бы из этого отличный дроид-разведчик. Так… стоп. Я быстро прокрутил свой инвентарь обратно и остановился на биосканере. Это был очень ценный инструмент разведчика, и у нас в отряде такой был только у меня. По факту он был артефактом, созданным магами академии. Шанс испортить его был велик, но я отмахнулся от этих трусливых мыслей и попытался представить, что бы могло получиться из совмещения двух этих вещей. Крыло демона со скрытностью и полетом… и сканер биоактивности. Идея о дроиде-разведчике казалась просто великолепной. Нужно сосредоточиться и представить… сосредоточиться и представить. Погрузившись в небольшой транс, я оставил перед мысленным взором два эти предмета. Наблюдая, как они совмещаются, я активировал умение. И замер, увидев материализовавшуюся передо мной небольшую левитирующую сферу из тусклого металла.

Идентификация!

Дроид-разведчик (класс – редкий). Уровень 7. Свойства: полет, маскировка, ночное зрение, визуальный интерфейс. Затраты на поддержание (4 Ци/мин).

– Торвас, получилось, смотри! – Дикий восторг буквально подбросил меня на ноги.

– Что кричим? – приживал на вспыхнувшем виджете нагло щурился, а на довольном лице сияла улыбка. – А… это. Поздравляю. Самому-то нравится?

Нравится!? Да я был в диком восторге. Кто это создал? Я это создал! Мой первый нормальный дроид. Да еще какой!!! Мне не терпелось его опробовать, и с дрожью в сердце я зашел в новое появившееся подменю. Активировав дроида в интерфейсе, я увидел дополнительное окно, в котором красовался в полный рост новоиспеченный демиург. Я сообразил, что это данные с оптики разведчика, ну или с чего-то подобного. Немного подумав, я отправил его в полет за пределы своего укрытия. Панорама ночных гор лежала как на ладони. Видимость была приличная, и детали также четко прорисовывались. Я пожелал приблизить склон горы, находившейся справа. Картинка резко моргнула, и через секунду я разглядывал, как ветер треплет листву мелкого кустарника у подножья горы.

– Назад… чуть медленнее.

Картина начала отдаляться, вернувшись к привычному обзору.

– Патрулировать… радиус пятьсот метров, – приказал повелитель дронов и с довольной улыбкой вернулся на место ночлега. Дроид поднялся на небольшую высоту и начал неспешно описывать круги, транслируя панораму окрестности.

– Предупредить, если появится живое существо, – и, немного подумав, добавил. – Ну… если больше собаки.

Немного понаблюдав за полетом дроида, я провалился в сон.

Глава 8

Пробуждение было резким. Чувство опасности заставило вскочить меня на ноги и схватиться за оружие. Секунда, вдох… сон еще не желал покидать меня окончательно, а я уже погрузился в интерфейс, вызывая картинку с дроида. Тот продолжал лениво кружить, не подавая сигналов об опасности. Секунд десять я всматривался в тишину утренних гор и, лишь убедившись в отсутствии опасности, немного позволил себе расслабиться. Но тревога все не отпускала. Ощущение беспокойства было точь-в-точь как в храме, только сильнее. Глубоко вдохнув, я постарался прислушаться к ощущениям, почти погружаясь в медитацию. Домой… надо срочно в форт. Откуда я это знал, ума не приложу.

– Торвас, не подскажешь, что за хрень со мной происходит. Чувство тревоги будто гонит меня и не отпускает.

– Твоя интуиция возросла и уже превысила первый человеческий предел, – тут же ответил Торвас. – Ты выхватываешь из поля событий вероятности грядущего. Уровень еще мизерный, и много искажений. Это, конечно, отличается от мудрости, где можно с тонкого плана считывать информацию. Но порой даже мудрости не увидеть то, что еще не определено. С развитием параметра ты научишься более точно определять, что говорит тебе интуиция, но в данном случае все предельно ясно. Тебе надо домой… там что-то неладно.

Монолог Торваса стер последние сомнения. Разбросав кусты, скрывавшие место ночлега, я выскочил наружу. Отсюда до форта было примерно восемь часов пешим шагом. Совсем близко и одновременно очень далеко.

Привычным движением я хотел раскрыть карту, и тут же осознал, что скормил ее вместе со сканером моему новому питомцу.

– Черт! – сжав кулаки, зашипел я.

– Что случилось, техномант? – вальяжно почесывая бороду, проявился приживал.

Я поделился своим горем, но в ответ услышал лишь привычный смех.

– Все время забываю, какой ты нуб, – произнес Торвас, когда я шикнул на него. – Посмотри в разделе системных умений. Думаю, вопрос сам собой отпадет.

Через пару минут, прошерстив весь виджет на нужной вкладке, я активировал глиф с картой.

– Ну как, подходит? – съязвил приживал, видя мои выпученные глаза.

– Отстань, – бросил я, не желая отвлекаться от маленького чуда.

3D-карта, развернутая на соответствующем виджете, поражала своей детализацией. При максимальном приближении можно было даже рассмотреть груды камней, что ютились чуть дальше моей ночной стоянки. Проблема была только в том, что в большинстве своем она сияла чернотой, и только светлая змейка маршрута протянулась от храма до места моего ночлега. А ширина полосы этой змейки была всего лишь километров пять.

– Торвас, – взмолился я, пытаясь увеличить масштаб. – Можешь пояснить, что тут и как?

– Карта мира для тебя затемнена. И только там, где ты побывал сам, она будет построена предельно точно.

– А Храм для воскрешения только этот? – спросил я, потому что место моей инициации подсвечивалось на карте необычной яркой иконкой.