
Полная версия:
Тёплый лад
Удар пришёлся Ясне по палке; она едва удержала её. Пламенник оттеснил Дознавателя, но сам пошатнулся. Ясна прижала ладонь к его плечу. Оттуда жарило сильнее, чем от её собственного дара; всё же дыхание Пламенника выровнялось.
Дознаватель снова поднял руку, медленнее прежнего. Их сопротивление истощило его, и между ударами стали слышны отдельные слова.
— Цель… требуется…
Ярим приготовился отбить следующий выпад. Ясна попросила подождать, оставаясь за его плечом.
— Ты сам куда хотел пройти?
Ответом был удар. Ярим подставил палку; от толчка у него подогнулись локти. Ясна отшатнулась и отступила ещё дальше.
Они остановили ещё один натиск. Когда Дознаватель опустился на колено, Скреп тихо сказал, что теперь можно попробовать снова. Ясна не приблизилась.
— Ты так держишь дорогу. Раньше тебе самому нужно было куда-то идти?
Дознаватель долго молчал. На его плечах треснула тонкая корка инея.
— Решился, — выговорил он. — Я тогда… решился. А потом остался держать.
Он посмотрел на вытянутую руку, будто впервые заметил, что она всё ещё загораживает проход. Медленно отвёл её.

Ярим не сразу опустил палку. Дознаватель поднялся сам и отступил с дороги.
— Я пойду, — сказал он. — Если позволите. Хочу увидеть, куда она ведёт.
Ясна посторонилась, освобождая ему место на тропе. Сама шла в нескольких шагах; Ярим время от времени оглядывался и палку не убирал. Скреп молчал. Он так и нёс кошелёк, зажав горлышко в кулаке; свободные завязки волочились по траве.
Колесо Жернова
Мельник встретил их на берегу с мокрым багром. Он успел промочить рукава и рассердиться, но колесо за его спиной оставалось неподвижным.
— Вода идёт, — сказал Жернов. — А лопасти облепили Тревожки. Гоню, только громче шумят.
Скреп попросил его показать, где можно подойти с берега. Ярим проверил мостки, и они спустились к колесу. Вода била в застрявшие лопасти. Между ними дрожали тёмные сгустки, бормоча о запруде, которая вот-вот прорвётся.
Ясна потянулась к ближайшему, но Жернов окликнул: если колесо пойдёт, руку затянет. Она отдёрнула пальцы и отступила на сухую доску.
Ярим и Пламенник сбивали Тревожек с внешнего края. Скреп направлял, не давая подставиться под лопасти; Дознаватель по его просьбе удерживал натиск Навязня, зацепившегося ниже остальных. Огонёк оставался на мостках возле Ясны. Они рассеивали сгустки по одному, и наконец колесо дёрнулось. Последняя Тревожка сорвалась в брызги, вода загрохотала между лопастями.
Жернов улыбнулся, когда колесо пошло, и уже открыл рот, но из мельницы донёсся сухой стук. Улыбка пропала. Мельник перехватил багор и посмотрел вслед воде.
Ярим взялся за ремень мешочка.
— Подожди, — сказал Жернов. — Я вам не всё показал.
Он отвёл их внутрь и присел возле жёрнова. Провёл пальцем вдоль трещины, потом убрал руку.
— Колесо пустили. Спасибо. А молоть пока нечем. Я думал, сначала с водой управлюсь, а там… Пятнадцать Камней нужно на новый.
Он поднял глаза на Скрепа и дождался ответа.
Ярим снял мешочек. Скреп пересчитал камни: хватало. Они передали пятнадцать, а остаток убрали обратно. Жернов ещё раз пересчитал полученное и выпрямился.

— Теперь схожу договорюсь. Скажите у моста: жёрнов заменю — будет мука.
Он оставил путникам монеты на дорогу, поставил багор сушиться и пошёл за шапкой.
Ясна ещё постояла возле колеса. Ей нравилось, что оно действительно крутится, даже когда никто на него не смотрит.
Поляна Улыбок
От мельницы они пошли назад до развилки, чтобы передать Гуне весть. Он как раз запирал ящик с инструментами. Сменить его пришёл сосед; Гуня попросился с путниками до Плёсов, где хотел посмотреть другой мост.
На развилке перо потянулось к просвету между деревьями. Основная дорога к Тишаю шла правее. Они прикинули, успеют ли зайти на поляну, и решили сначала осмотреть её, а потом вернуться к развилке.
Там было светло от низких цветов. Между ними лежали монеты и магические камни, а Вдохновение теплилось на широких листьях. Пушинка складывала найденное в мешочек, Ветка держала его раскрытым.
У дальнего края снова зашепталось знакомое «а вдруг». Ясна с досадой подняла палку: ей казалось, здесь уж точно дадут спокойно пройти. Ярим подошёл рядом. Навязень бросился между ними, и пришлось вспомнить то, что помогло на лугу: разделить спутанные пряди, удержать их порознь, не дать им собраться в новый клубок. На светлой траве они были заметнее.
Когда Навязень рассеялся, Ясна села прямо на землю, слишком сердитая для поляны с таким названием.
Огонёк устроился возле неё.
— Я думала, тут будет легко, — сказала она.
— Тут красиво, — ответил он. — Я про легко не знал.
На самом дальнем пне лежал тёплый осколок. Скреп различил в нём Радость, но не смог сказать, откуда он откололся. Ясна расправила на коленях полоску ткани, выстиранную у мельницы, и завернула находку. Свет просвечивал сквозь ткань; она сложила свободные концы ещё раз и убрала свёрток поглубже, чтобы не выскользнул.

Обратно они шли мимо тех же цветов. Гуня задержался возле мелкого ручья, проверил камни под ногами и перешёл. К сумеркам они снова вышли на основную дорогу.
Что держала Петля
Дед Тишай сидел у края тропы. Его глаза смотрели чуть мимо, но голову он повернул прежде, чем Ясна поздоровалась.
Он выслушал рассказ об Иве и спросил, дождались ли они конца. Скреп ответил, что конца у воспоминаний не было, зато Ива сама подняла ветви и предложила место прохожему.
— Впереди другое чувство, — сказал Тишай. — У него теперь много силы. Оно вас к себе просто так не подпустит.
— У Дознавателя тоже было так, — сказала Ясна.
Тот стоял позади и не вмешивался.
— Значит, знаете, как близко пускает, — сказал Тишай. — Петля сейчас и слова не дослушает. Берегитесь. А стихнет — попробуйте спросить.
— Тогда ответит?
— Этого я тебе не обещаю.
Тишай показал посохом на тропу. За низкими деревьями лежала Матёрая Петля Обиды.
Они могли ещё отдохнуть. Ярим развязал скатерть, проверил рукавицы, предложил всем воды. Пламенник сел отдельно, чтобы остыть; Дознаватель оставался у дерева. Никто не гнал их вперёд. Только за деревьями что-то тихо скрипело, и Ясна всё время прислушивалась.
Когда они подошли, Петля взвилась над тропой.
— Опять! Все сначала помогают, а потом забывают!
Ясна едва успела заслониться. Удар вырвал палку из рук. Ярим подхватил её, а Пламенник с Дознавателем отвели следующий натиск в сторону. Ветка увела Пушинку за камень и вернулась к Огоньку: на тесной тропе всем сразу было не развернуться.
Обещать, что они никогда никого не забудут, было бы легко. Ясна открыла рот — и промолчала: вспомнила ветку, о которой уже попросила другого человека, и лиса, которого не видела с самого луга.
Петля снова сомкнулась. Гуня отступил к сухому дереву, крепко держась за посох; Ярим вытащил из-под удара Скрепа. Огонёк помог ему подняться. Ясна согрела ушибленную руку Ярима, пока Пламенник прикрывал их.
Нити становились тоньше. Ярим уже мог удержать палку поперёк тропы, не отступая после каждого удара. Скреп указал Ясне на просвет за камнем; отсюда она видела Петлю, а нити не доставали до её ног.
— Я здесь, — сказала она. — Не знаю, что с тобой случилось. Могу послушать сейчас.
— Сейчас, — повторила Петля. — А потом?
Ясна молчала. Ярим стоял рядом, опираясь на палку. Дознаватель опустил руку, но не отвернулся.
Первой попытки не хватило. Петля дёрнулась, и они снова встретили её удар. Скреп упал на колено; Ветка помогла ему отойти. Ясна дождалась, когда движение стихнет, и сказала:
— Я не знаю про потом. Сейчас мы остаёмся.
Петля заскрипела. В этом скрипе постепенно проступили слова: её звали, когда была нужна помощь, а после проходили мимо. Один голос смешивался с другим, и нельзя было разобрать, когда всё началось. Ясна слушала, не подсказывая имени виноватого. Ярим сел на камень. Пламенник отступил, чтобы не мешать жаром.
Наконец одна нить отпустила другую. Внутри разомкнувшейся Петли показалось маленькое существо с опущенными руками. Оно смотрело на свои пальцы, будто не верило: можно больше ничего не держать.

— Кажется, отпустила, — сказало оно.
Огонёк приблизился, но остановился, ожидая. Существо протянуло к нему ладонь.
Тишай пришёл с водой, когда они уже сидели у дороги. Маленькое существо всё смотрело на свои руки. Старик поставил перед ним кружку и подождал, пока оно возьмёт её, потом помог удобнее устроиться у камня. Позже, когда все поднялись, маленький спутник тоже встал. Ясна спросила, хочет ли он идти; тот кивнул. Имя ещё предстояло узнать.
Дорога остаётся
За деревьями начинался туман. Ветка собрала с края тропы несколько магических камней и передала Яриму: мешочек стал легче после мельницы, и она уже привыкла его пополнять.
— Сумеречные Плёсы, — сказал Скреп.
Ясна оглянулась. Отсюда не было видно ни чайной, ни Ивы, ни сада. Но дорога, по которой они пришли, оставалась под ногами: можно было пройти обратно, не придумывая её заново.
— У Отрады, наверное, уже пироги, — сказала она.
— Антоновна обещала разнести, — напомнил Ярим.
Он поправил ремень мешочка и посмотрел в туман. Гуня стоял рядом; его тревога дошла сюда вместе с ним, как и жердь, которую он не захотел оставлять у первого моста.
Скреп хотел что-то добавить об Уставе, но пока только придержал крышечку. Ясна заметила это. Она не забыла вопроса, просто не стала задавать его на самой границе.
Огонёк слетел с плеча и повис над тропой. В его свете были видны первые несколько шагов. Ярим ступил рядом с Ясной, и они вошли в туман вместе.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

