Санни Гринвальд и Дитя тумана

Андрей Цепляев

Санни Гринвальд и Дитя тумана

Пролог

Каждый хоть раз слышал слова, предвещающие перемены в жизни. Слышать их в полудреме еще тяжелее. Ты не можешь пошевелиться, сон отступает медленно. Близится пробуждение, а человек рядом говорит нечто важное. Стоит только открыть глаза и мир изменится навсегда.

– Санни, твой отец мертв.

Тьма не рассеивалась. Санни лежала щекой в подушку, понимая, что трусливо притворяется. Мягкий голос не умолкал. В ход пошли руки. Лежа на боку, Санни пыталась собраться с мыслями. Как только она повернется, ее мир изменится.

– Санни, твой отец мертв. Скоро придут за тобой!

Ее сильно дернули, заставив лечь на спину. Санни проснулась. Над ней склонился субтильный юноша с красивым лицом. Айвар был напуган. Санни мягко отстранила самого дорогого ей человека и уселась в кровати.

– Ты чего? Эй! Поднимайся.

– Одевайся живо!

Командный голос прозвучал со стороны входа.

В дверях комнаты появилась рыжая девушка в короткой зеленой робе с высоким воротником. Лизабет недовольно затопала сапогами по полу. Как всегда собранная и решительная, чаровница начала быстро стягивать волосы в лисий хвост, с которым после пробуждения не успела разобраться.

– Его убил Солтес? – одними губами произнесла Санни, лениво откинув одеяло.

– Да. В главном зале, прямо на совете. Эдмунд сказал, он получил удар в затылок… Санни, нам такую милость не окажут, если поймают!

Айвар устремил на нее молящий взор. Санни хотела встать, но раньше подоспела подруга. Удобная роба, обвязанная черным пояском, позволяла ей быстро двигаться. Усыпанные веснушками щеки дрожали от напряжения. Чаровница рывком подняла ее над кроватью и поволокла к шкафчику.

– Ты что, решила умереть, подруга?! Мы же договорились. Седлаем блоху и ветер нам отец.

Санни не поняла, как очутилась у вещевого блока. Лизабет, судя по всему, решила, что у нее шок и сама принялась доставать одежду. Шока не было. Санни знала, что это случится, и все же до конца не верила, что первый чаровник Омнилаха решится на такое. Солтес нарушил галийское право, убив мастера убежища, но кому какое дело. Старый пират как-то раз ей сказал, что законы теряют силу там, где люди несут наибольшие потери в живой силе. Значит, в их мире не было никаких законов.

– Вот, возьми это и это. Наверху будет холодно. И перчатки вот эти.

На ее худом теле уже была камиза и штаны. Санни впопыхах надела стеганую рубашку и накинула на плечи песочного цвета пелерину со съемным капюшоном, застегнув золотую фибулу под шеей. В последний раз окинула взором свою комнатку.

– Ну ты чего? – прошептала рыжая, дернув ее за плечо. – Они могут подняться в любой момент. Пошлют пару костоломов и ладно, но Солтеса я не одолею.

За бойницами стало совсем светло.

На стенах висели камышевые ширмы для сохранения тепла, в которые были вплетены разноцветные ракушки и сухие ветки шиповника. Мебель стояла изысканная. Стеллажи и столики ломились от красивых вещиц. Шестнадцать лет это была ее колыбель. Дочери мастера разрешалось иметь собственные покои, личные вещи, а еще наряды и свободное время, которое она тратила на чтение книг. Санни едва не заплакала. Теперь здесь будет жить кто-то другой.

– Вот твои окуляры, – произнес Айвар, вручив ей громоздкие очки в латунной оправе.

В эту минуту раздался топот ног. В покои ворвался рослый мужчина с дубинкой. Злобно оглядевшись, он метнулся к Лизабет и схватил девушку за плечи, поцеловав в висок.

– Лиз! Я думал, вас схватили! Почему вы все еще здесь?

– Прости, Эдмунд. Ты же знаешь, какая Санни у нас копуша.

– Знаю. Пусть еще помедитирует!

Широкоплечий мужчина с бледным, как у покойника, лицом, мельком на нее взглянул и поволок Лиззи к выходу.

– Ролах подготовит блоху. Мы собрали припасы, лазурит и оружие. Он будет ждать нас в нижнем доке.

– Кардианин с нами?

– Да. Ему это дыра тоже осточертела. Только с одним условием. Мы полетим на Джирах.

Окончательно придя в себя, Санни схватила походный рюкзак и принялась сбрасывать в него все, что считала полезным. Айвар не дал ей закончить. На лестнице рядом с покоями раздались шаги.

– Ну что, детишки?! – рявкнул мужчина, разняв верхние пуговицы дублета. – Дособирались? Вот они!

Топот звучал все ближе, но Санни оттолкнула юношу, ринувшись к кровати. Там на одеяле сиротливо лежала вязаная кукла с золотистыми шнурками вместо волос. Схватив любимую игрушку, она поспешила за остальными.

Каменный тоннель был озарен призрачным светом лазуритовых ламп. Санни оглянулась. Позади на лестнице показалась косматая голова какого-то бугая. За ним еще одна, а вместе с ней наконечник копья.

Она едва поспевала за Айваром, стараясь не упасть и ругая себя за то, что не успела затянуть ремешки на ботинках. В какой-то момент сзади раздался натужный рык. Лиззи почему-то толкнула ее плечом, подняв руки. Оглянувшись, Санни вскрикнула. В футе от ее спины застыло копье, пронзившее невидимую преграду.

Чаровница развела руки, позволив древку упасть, и с угрозой посмотрела на преследователей. Трое мужчин застыли в каменной кишке, подняв клинки.

Санни, Айвар и Эдмунд попятились.

– Не надо, – коротко произнесла рыжая.

В воздухе напротив появились два символа, похожие на букву «Н» с загнутыми в стороны концами. Стоило чаровнице пошевелить пальцами и каждый символ распался надвое, превратившись в четыре острых полумесяца.

– Уходите. Я не хочу вас покалечить.

Голубые полумесяцы парили рядом с вытянутыми руками, но стоило ей сделать шаг навстречу карателям Солтеса, и каждый стал вращаться, подобно бумерангу.

Бросить вызов чаровнице, даже если ей всего семнадцать, дерзнул бы не всякий. Мужчины послушно развернулись, спустившись туда, откуда пришли. Они же припустили в сторону воздушного дока.

Вскоре жилые коридоры остались позади. По бокам мелькали паровые трубы и ниши с пустыми ложами, в которых раньше лежали мертвецы. Некогда Омнилах был самым большим некрополем на юге острова и, подобно большинству убежищ, почти полностью заброшен. Сейчас здесь проживало семьдесят восемь человек.

Минус один.

Брызнувшие из глаз слезы на миг ослепили ее. Санни чуть не споткнулась, перекинув рюкзак на другое плечо. Ей пришлось подавить все чувства на пути к спасению, даже мысль о том, что отец знал о готовящемся покушении и ничего не предпринял.

Айвар впереди почти бежал, забыв, что у нее на плечах добрые восемь фунтов. Чтобы преодолеть лабиринты, отделяющие жилую зону от воздушного дока, у них ушла пара минут.

Санни зажмурилась, попав на открытую площадку.

Над бесконечной пеленой тумана уже поднималось солнце, озаряя отвесный склон золотистыми лучами. Напротив тянулась широкая каменная терраса с пятью дирижаблями, два из которых казались настоящими гигантами. Темнокожий мужчина в потертой куртке в это время отсоединял шланг от реторты, рядом с которой стоял их крошечный дирижабль с открытой палубой.

– Я не смог заполнить весь баллон. Хватит на две сотни миль, не больше, – выкрикнул кардианин, попутно открепив один из главных опорных канатов у мачты. – Прыгайте в садок, рыбки! Я видел внизу людей.

Ролах был самым старшим в их команде побегушников. Этой весной ему исполнилось сорок шесть лет. Как и Айвар, он был спайщиком, одним из двенадцати, отвечавшим за механизмы убежища. Санни посмотрела на тощего юношу. Бедняга до сих пор дрожал после встречи с костоломами, бросая затравленные взгляды по сторонам. Она легонько коснулась его гладкой щеки губами.

– Вы спасли мне жизнь, – прошептала она. – Пусть духи будут свидетелями, я отблагодарю каждого, чем смогу.

– Эй, ракушка! Тебе особое приглашение нужно? – послышался со стороны рубки сварливый голос кардианина.

Лизабет и Эдмунд уже стояли на палубе. Темнокожий спайщик второпях снимал последний канат. Они перемахнули через поручни в деревянную гондолу и устроились за металлическим бортом, уперевшись в него животами. Палуба резко дернулась, взмыв вверх. Санни перегнулась через край, наблюдая, как площадка ползет в сторону, а затем сменяется пустотой с клочьями тумана внизу.

Стоило дирижаблю подняться на десяток ярдов, как на взлетную площадку высыпали люди. В руках у многих были арбалеты с кристальными накопителями. Вперед выбился бородатый старик со сверкающей проплешиной на макушке. В руках у главного стрелка убежища был скорострельный арбалет.

– Цельтесь точнее! – приказал он. – Бейте по винтам! Не по баллону!

Ролах дернул двойной рычаг, пытаясь запустить мотор, но два металлических цилиндра с винтами по бокам сработали по очереди. Дирижабль развернуло и понесло на скалы.

Спайщик закрутил штурвал и потребовал сбросить балласт.

– Целься и… разом! – выкрикнул старик.

Санни сползла за борт, заметив, что бородатый стрелок направил арбалет именно на нее, но залпа не последовало. На площадку вышел стройный мужчина, облаченный в приталенную робу черного цвета. Густые темные волосы лигиста были разбросаны по плечам. Глядя на стрелков, Солтес жестом заставил их опустить оружие.

– Сансани! Почему ты бежишь? – донесся снизу успокаивающий голос.

Санни сидела за бортом, глазами в палубу. Проклятые винты все никак не хотели крутиться быстрее.

– Я только хочу поговорить. Санни! Девочка моя, где ты? Выходи, я тебя не обижу. Мои люди все не так поняли. Тебе не причинят вреда.

Солтес повторил просьбу еще раз. «Девочка» поднялась и вышла на середину палубы. На бледном лице красавца появилась кривая улыбка. Санни молчала, понимая, что после убийства отца она подружится скорее с червяком, чем с лощеным мерзавцем. Это подтвердил метко пущенный болт.

Санни отшатнулась, закрыв лицо руками, но, почувствовав на плече руку подруги, выдохнула. Их защищал прозрачный щит, дрожавший на расстоянии вытянутой руки.

Старик в два щелчка перезарядил арбалет.

– Нет. Нам нужна блоха, – внезапно произнес мужчина, глядя на чаровницу, продолжавшую держать щит вокруг палубы. – Пусть летят. Ветер перемен их настигнет.

Винты заработали быстрее и вскоре площадка с людьми остались внизу. Санни вздохнула свободнее, взяв Лиззи за руку. Вместе они окинули взором песчаную гряду, упиравшуюся в морское побережье. Весь ее восточный склон был испещрен тысячами бойниц с лестницами, парапетами и фигурными башенкам. Вскоре Омнилах остался далеко внизу. Проступавшие сквозь клочья тумана воды над Проливом Сан превратились в темные пятна. Свет солнца ослаб. Они вошли в первое облако, почувствовав на лице водяной пар.

– Уф, как же он на тебя обозлился, – прошептала Лизабет. – Неужели все из-за того отказа? Зачем ты вообще там много с ним общалась?

– Может, он понял, что у меня есть сторонники? Испугался перемен. После отца я бы могла возглавить убежище.

– Ты не принцесса, Санни. Власть в убежищах не передается по наследству. Солтес и так мог брать все, что захочет.

– Меня не взял!

Санни упрямо смотрела на песчаную гряду, в том месте, где все еще виднелась башня древнего маяка.

– Эй! Мы же подруги. Я рискую не меньше тебя.

– Спасибо, Лиззи. Я найду способ тебя отблагодарить.

Прозвучало чересчур сухо. Санни не хотела обижать спасительницу, но говорить по душам прямо сейчас не могла. Ей хотелось только тишины.

– Ну и ладно! Если не доверяешь, прям так и скажи.

Лизабет плотно сжала тонки губки и ушла на другую сторону ладьи. Там она уселась в обнимку с Эдмундом и больше на нее не смотрела.

–Может, стоит ей рассказать? – тихо спросил Айвар. – Мы все теперь изгнанники. В одной лодке по облакам плывем.

– Не хочу. Не сейчас…

– Санни, мы с Лиз помогли тебе, потому что ты единственный близкий человек, но эти двое сделали это ради себя. Нам троим лучше держаться вместе.

– Вот поэтому и не хочу. Если Эдмунд и Ролах узнаю, они могут обо всем догадаться и сделать что-то дурное.

– С тобой? А у них в той экспедиции кто-то был?

– У Ролаха точно были друзья.

Оба посмотрели на рубку, где за ширмой стоял темнокожий мужчина. Айвар рассудил здраво, предложив добраться до Джираха, а потом объяснить все Лизабет.

– Шесть дней назад за горами видели молнии и свет, – продолжал Айвар. – Словно там бушевала страшная гроза, вот только дождя в тот день нигде не было.

– Да. Отец мне говорил.

– Пока рано расслабляться. Может, на равнине будет опаснее, чем здесь.

Санни достала из-за пояса свои очки на кожаном ремешке и надела.

Дирижабль вышел из облака и поднялся еще выше. Они боялись погони, но парапет далеко внизу обезлюдел. Теплый прибрежный воздух уступил место весенней прохладе. В носу стало неприятно пощипывать. Теперь уже был виден весь край Лиаданского кряжа, выступавший золотистым наростом над пеленой тумана.

Айвар сходил за накидками и, сложив сразу две, укрыл себя и ее. Воздушное судно развернулось и поплыло вглубь острова, оставляя горы позади, а вместе с ними дом и всех врагов. Они были спасены, но надолго ли?

***

Над горой кипели грязные облака. Вспышки молний озаряли небосвод. Сквозь мокрый снег и ветер Танис рвался вверх по склону. Кислый дождь обжигал лицо. Ноги скользили на обледенелых камнях. В руке сверкал клинок, выкованный из какого-то рычага.

Противники были вооружены похожими лезвиями, тянувшимися из овальных наручей. Удар за ударом Танис отсекал металлические лимбы диковинных созданий. Похожие на людей, они двигались неуклюже, норовя егозадеть.

Живых людей за спиной почти не осталось. Часть союзников сбежала через открытые врата каменного убежища, остальные отступали, умирая под ударами острых лезвий. Марионетки не ведали пощады, сверкая красными огоньками в облачках тумана.

С каждым шагом сияние приближалось. На холме из камней, словно гейзер, бил мощный столп света. Танис желал только одного – погасить жуткий фонтан энергии, обративший облака над головой в кислющий водопад. Железные люди ложились под ударами его клинка, пока он наконец не остался один на один со своим главным врагом.

Навстречу ему спускалась высокая фигура в черной мантии. Танис замахнулся, в надежде поразить ее прежде чем случится непоправимое, но рука ослабела раньше. Мощный голубой разряд прошил его насквозь, заставив кубарем скатиться вниз по каменным ступеням.

Ударяясь об камни, среди которых лежали обломки марионеток, он едва не потерял сознание. Только железная сила воли удержала его от забвения. Все это время, вращаясь в воздухе на пути к побоищу, он продолжал наблюдать за действиями фигуры.

Она спускалась следом; ненадогло скрылась за облачками едкого дыма, а когда появилась вновь, из ее глаз сочился красный свет.

Повернувшись, Танис заметил рядом тело женщины в теплой мантии. Его спутница была уже какое-то время мертва, не дожив до конца схватки. Неподалеку горстка соратников сражалась с железными воинами, но уже без того огня в сердцах с которым все поднялись наверх. Чувствуя, что правая рука едва шевелится, он понял, что проиграл.

Мысли о близящейся кончине нарушил новый раскат грома, вслед за которым в небе появилась серебристая капля. Люди разразились вздохами изумления, наблюдая за полетом дирижабля. Танис тоже его увидел, чувствуя, что нужно бежать пока не поздно. Небесная ладья казалась фантомом, бороздившим угольное небо, и на полном ходу шла навстречу столпу света.

Навстречу собственной гибели.

Глава 1. Пробуждение

15 дней до Эрупции

Танис дернулся всем телом, вцепившись руками во что-то холодное. Первое, что он увидел, после жуткого сна, был каменный потолок. Вскочив на ноги, он не рассчитал силы и упал, ударившись подбородком об каменный пол. Судя по тому, как плохо работали конечности, он пролежал довольно долго.

Рядом из стены через все помещение по полу тянулась труба. Тепло, исходившее от нее не давало замерзнуть. Там же стояли десятки коек, только без перин.

Собравшись с силами, Танис поднялся и осмотрел зал, некогда служивший общей спальней. Его принесли сюда после того, как он сбежал.

– Откуда? – вслух произнес он, подивился хрипоте своего голоса.

Взгляд упал на железный столик рядом с кроватью. На нем стояла стеклянная лампа с изогнутой проволокой в центре колбы, на конце которой крепился голубой кристалл. Другого света в помещении не было. Он поднес к лампе руки и вновь удивился. Та, что держала клинок во сне, двигалась свободно. Перелома не было. Никаких царапин и ушибов. В лампе отразилось его волосатое лицо.

– Какой жуткий сон, – прошептал он, привыкая к глубокому звучанию своего голоса. – Но откуда? Что произошло…

Постепенно его охватил испуг. Он понял, что помнит только собственное имя. За пределами сна была лишь пустота. Где он? Кто его сюда приволок? Есть ли вообще кто-то живой поблизости? Танис заметался из стороны в сторону и почувствовал тяжесть на груди. Там на веревке висел красивый амулет в форме луны, перекрытой полумесяцем. Занятная вещица не принесла никаких воспоминаний. Одежда, которая напоминала лохмотья, тоже.

Натянув тяжелые сапоги и кожаный жилет поверх плотной рубахи, он приоткрыл дверь и вышел в коридор, после чего был вынужден вернуться за светильником. Вокруг царила лишь тьма.

Выбрав маршрут наугад, Танис пошел вперед и вскоре обнаружил сбоку лестницу вниз. Спустится по ней его заставило слабое сияние. Подбежав к каменной бойнице, он попытался выглянуть наружу, но нашел лишь белесую пелену облаков, за которой поднимался горный кряж.

– Я все еще в горах, – прошептал он, вспоминая детали кошмара.

Новый коридор привел его ко второй лестнице, а затем к третьей. Танис не понимал, куда идет. Держа перед собой светильник, он двигался вдоль бойниц, которых становились все больше. Наконец, повернув куда-то вглубь скалы, потерял их из виду и направился туда, откуда раздавался гул ветра.

Несколько раз ему мерещились шаги за спиной.

В темном коридоре становилось неуютно. Он замирал и прислушивался, но в каменных стенах звучал лишь протяжный гул. Чувствуя, что погружается в очередной кошмар, теперь уже наяву, Танис поспешил обратно. Обыскал все вокруг, однако лестницы наверх не обнаружил. Вместо нее был коридор, который он, скорее всего, пропустил.

Зайдя в него Танис, снова услышал мягкие шаги. В темноте за спиной кто-то был. Он побежал, повернул еще несколько раз и чуть не провалился во мрак. В лицо ударил ветер, а вместе с ним кислый запах, какой бывает в затхлых подвалах, полных плесени и сырой земли.

Подняв светильник, он заметил рядом ржавую лестницу. Тоннель вывел его к стволу какой-то шахты.

– Опасность! Проникновение на жилом уровне. Привожу в действие защиту убежища.

Голос прозвучал издалека. Он принадлежал человеку, но был искусственным, словно живой человек пользовался каким-то устройством, чтобы его слышали везде.

– Опасность! Проникновение на жилом уровне. Привожу в действие защиту убежища.

По спине Таниса поползли мурашки. Голос говорил о жилых уровнях, а он проснулся в комнате, которая явно была жилой. Значит, речь шла об этом месте.

Глядя в пустоту под ногами, Танис некоторое время стоял на ветру и уже хотел пойти обратно, как вдруг пришло новое извещение:

– Красной краской красят крышу.

Разум не смог его растолковать. Он готов был услышать все что угодно, но голос явно принадлежал умалишенному.

Неизвестный еще раз сообщил, что собирается красить крышу и умолк. Воцарилась тишина, прерываемая рваным гулом ветра.

– Это сон, – наконец выдохнул Танис, проведя рукой по щетинистой щеке.

Как еще можно было объяснить эту абракадабру. Он мог проснуться и потерять сознание или удариться головой. Наверное, лежал сейчас на полу и видел очередной кошмар.

Окрыленный новой идеей, Танис повернулся и чуть не выпустил из рук лампу. В десятке шагов от него стоял некто. На незнакомце была тяжелая мантия. Лицо скрывал безразмерный капюшон. Запястья человека пылали голубым светом. Скорее всего, он пришел из соседнего тоннеля и теперь стоял на распутье, не сводя с него глаз.

Танис взял светильник в зубы и навалился всем весом на лестницу. Вновь раздались крадущиеся шаги. Обливаясь холодным потом, он быстро лез вниз и не сразу заметил сбоку еще один тоннель. Забравшись в него, затаился, а затем посмотрел наверх.

К нему никто не спускался.

Переведя дух, Танис припустил во мрак. Каменный лабиринт пугал его все сильнее. При нем не было оружия. Ноги едва слушались. Становилось все холоднее, а кислый запах усиливался. Танис тщетно пытался найти дорогу наверх и через несколько минут даже стал подумывать о том, чтобы вернуться к шахте. Увы. Он заблудился.

Проклиная себя за поспешность, он завернул за угол и сам не понял, как оказался в обширном зале с каменными колоннами. Выше под сводом тянулись арочные порталы с частично обвалившейся балюстрадой. На песчаном полу лежали обломки стальной мебели и жаровни. В конце зала на пьедестале стоял изящный трон, выкованный из сотен железных прутьев, связанных воедино.

Подойдя к возвышению, Танис заметил вокруг него множество следов. На самом же троне лежала подушка. Люди недавно тут были, но совсем непонятно, что они делали в этой зловонной могиле.

Мысли нарушили тихие щелчки. Танис прислушался. Где-то над головой донеслось царапанье. Как будто заработал какой-то заводной механизм, и он не стоял на месте. Цоканье приблежалось.

У Таниса закружилась голова. Нечто уже было рядом с балюстрадой, освещая стены красным светом. Он слышал, как наверху крошится камень и не в силах больше слушать зловещие звуки, покинул зал через правый проход. На полу было множество следов. По ним Танис решил идти столько, сколько сможет. Ему даже удалось найти лестницу наверх и согреться на ходу. Однако на этом его приключения закончились. Он нашел первого человека.

– Эй, приятель! – Танис приподнял светильник, наблюдая за пьяной походкой какого-то мужчины в куртке с высоким воротником. – Как я здесь очутился? Кто вы такие?

Человек отреагировал как безумец, сорвавшись с места. Танис юркнул в соседний проход и побежал прочь, но незнакомец нагнал его в соседнем тоннеле.

Когда к его шее потянулись крючковатые руки, Танис понял, что человек был слепым. Вместо глаз у нападавшего сверкали два белка, подернутые зеленоватой пленкой. Кожа напоминала желтый пергамент, а движения были неуклюжими, почти механическими.

В ход пошли кулаки. Танис ударил его по лицу для верности, убедившись, что дубасит покойника. От пары тычков мертвец только попятился.

Выиграв время, Танис помчался дальше, миновав несколько помещений с трубами, в одном из которых его повалили на пол. Мертвец двигался быстро даже на кривых ногах. Он стал заползать на него, зачем-то вытягивая к лицу пожелтевшие конечности.

Лягаясь и извиваясь, Танис сбросил с себя желейное тело, после чего услышал знакомые щелчки. За спиной из арочного тоннеля появилось нечто живое. Над головой пронеслось длинное лезвие, а за ним вся конструкция, сиявшая красными огоньками.

Он снова ошибся. Нечто, издававшее щелкающие звуки, не было живым. На мертвеца набросилось жалкое подобие человека, собранное из серебристых пластин. С шестеренками на плечах и овальной головой, увенчанной острым диском на манер шляпы, человекоподобный механизм вмялся всем телом в мертвеца, повалив его на пол.

Понимая, что сон все больше смахивает на горячечный бред, Танис не стал приближать пробуждение и рванул в тоннель. Механизм некоторое время потанцевал на жертве, рубя ее лезвиями, после чего развернулся. Щелчки за спиной стали приближаться. Он бежал все быстрее, пока не почувствовал под ногами пустоту.

Пролетев во мраке какое-то расстояние, Танис приземлился на каменную плиту, больно ударившись плечом и коленом. Светильник остался в руках, но дал трещину от касания с полом.

– Вот черт! – злобно закричал он.

Каким-то чудом ему удалось встать. Понимая, что провалился неглубоко и обладатель лезвий сможет спрыгнуть к нему, Танис нырнул в первый попавшийся тоннель и вскоре увидел свет.

Впереди сияла бойница, достаточно большая, чтобы просунуть туда голову. Подбежав к ней, он вновь увидел горы и облака. Проклятый лабиринт не кончался. Выбраться наружу он тоже не мог. Радовало одно. В тоннеле стало светлее.

Вскоре он отыскал лестницу наверх, а за ней еще несколько бойниц. Там же Танис едва не упал, поскользнувшись на прозрачной слизи.

Спереди раздалась возня.

Танис попятился. Рука со светильником задрожала, стоило увидеть два фасеточных глаза. Он ожидал встречи с новым мертвецом, но из мрака выползало продолговатое тело, утыканное острыми лапками. Гигантская оса с обвисшим брюшком быстро двигалась навстречу, протискиваясь сквозь узкий коридор.