Андрей Васильев.

Отдел 15-К



скачать книгу бесплатно

Снежная пелена окутала место, куда попало содержимое мензурки, повисела там около минуты и опала, оставив что-то вроде марева, сквозь которое было видно деревья на той стороне забора, так, будто в нем дырку пробили.

– Ух ты! – Колька аж открыл рот. – А это чего это?

– Цыц! – жестко произнес Пал Палыч. – Стой, смотри и молчи.

Марево колыхнулось, и сквозь него прошли две старушки, самые что ни на есть обычные, в черных платках, сгорбленные, разве что только без авосек в руках и одетые как-то очень легко, не по сезону, в шерстяные кофты, длинные юбки и платки, полностью скрывавшие лица. А вот верхней одежды не наблюдалось вовсе – ни пальто с побитыми молью воротниками, ни пуховиков китайских, универсальных. Колька хотел было этому удивиться, но тут заметил, что старухи эти еще вроде как слегка прозрачные, сквозь них забор проглядывает. Тут и понял он, кто прошел через марево и на их зов пожаловал.

Да еще и холодом его обдало изрядно. Когда старухи прошли сквозь эту пелену, к обычному зимнему ознобу добавился какой-то другой, странный, незнакомый до этого, он как будто обжигал парня изнутри и колол тысячей иголок.

Крючковатые носы, торчащие из-под платков, слегка зашевелились. Возникало ощущение, что эти существа принюхиваются, так же как голодный человек с удовольствием вдыхает запах еды.

– По какому праву вы сегодня забрали тех, кто принадлежит этому миру? – негромко, но очень отчетливо проговорил оперативник. – По какому праву или по чьей воле?

– Они пошли с нами добром, – сказала та старуха, что стояла слева, голос у нее был глухой и какой-то дребезжащий. – Они сами дали нам власть над своими именами.

Она явно не оправдывалась, а просто деловито сообщала то, что сделанное есть ее право. Право мертвого на жизнь живого.

– Они дети, зла не делавшие и его не ведавшие, нет у вас власти ни над именами их, ни над волей, ни над судьбами, – грозно сказал оперативник. – И вы знаете, что вам грозит за такое бесчинство.

– Нам не нужно разрешение для того, чтобы получить чью-то жизнь, – ухмыльнулась правая старуха. – И ты это прекрасно знаешь, судный дьяк.

– Знаю, – согласился Пал Палыч. – Но знаю также, что грозит вам за то, что три невинные души забраны были обманом. И не сомневайтесь, весть об этом будет донесена до нужных ушей.

Старухи гадко заулыбались, а Колька в этот момент приметил, что внутри у них не только прозрачность имеется, но и чернота какая-то, будто сгусток тьмы или клякса чернильная там сидит.

– А что твой спутник молчит? – вдруг сказала левая старуха. – Как тебя зовут, молодец?

Колька по простоте душевной и по привычке чуть было не брякнул свое имя, на что, видать, у подлой старушенции и был расчет. Но – удержался и только зубом цыкнул, – мол, не про твою призрачную душу имя мое.

– Хитер да умен – два угодья в нем. – Правая старуха прищурилась. – Ладно, пусть так, о твоем спутнике, судный дьяк, мы после поговорим. А что до деток малых – твоя воля. Иди, да и забери их, коли сможешь. Как идти да куда – ты знаешь. И что там тебя ждет – тоже.

Старухи дружно повернулись и убрели обратно, в марево. Пал Палыч вздохнул и двинулся за ними, Колька же последовал за старшим товарищем.

– Ты куда? – Оперативник повернул голову и шикнул на него. – Здесь оставайся!

– Вот еще. – Колька нахмурился. – А если что – кто спину тебе прикроет?

Пал Палыч явно сначала хотел еще раз ругнуть Кольку за настырность, но по его виду понял, что тот скорее помрет, чем отступит.

– За мной идешь, след в след, и там ни полслова с кем-то кроме меня. Понял? – сурово приказал он парню. – Отвечай уже!

– Чего не понять, – ответил Колька, обрадованный тем, что его не послали куда подальше. Хоть и жутковато, конечно, лезть в эту дрожащую белесой дымкой дыру, но ждать здесь Пал Палыча куда жутче. Или, не приведи Господь, потом всю жизнь себя корить, что с ним туда не пошел…

Никаких эмоций при прохождении сквозь дырку в заборе Колька не испытал, сначала ничего не почувствовал, а после не до того стало, уж очень забавно все с другой стороны выглядело. Забавно, странно и неправильно.

Во-первых, тут была не зима – здесь была осень, причем поздняя – деревья лысые стоят, снега нет и небо серое. Во-вторых, – тут почему-то был вечер, хотя с той стороны уже была почти ночь. И, наконец, в-третьих, – здесь дома по-другому не только стояли, но и выглядели. И людей совершенно не было. Ну что значит по-другому? Не так, как в том мире, откуда Колька только что пришел.

– Палыч, а это как так? – прошептал он, уже забыв, что ему оперативник наказывал.

– Это? – Пал Палыч внимательно оглядывался вокруг. – Это, приятель, другая реальность. И если ты меня еще раз по имени или отчеству назовешь, я тебя в ней брошу навсегда, дурака такого.

– Ой, блин. – Колька искренне расстроился своей глупости. – Я не подумал.

– А вот в это сразу верю, – не усомнился Пал Палыч. – Мы с тобой сейчас в другом городе, в другой Москве, в той, где время остановилось навсегда. Время, друг мой, оно странная штука. У нас, там, оно идет и не останавливается, минута за минутой, час за часом. Но это не значит, что каждая из прошедших минут исчезает бесследно. Представь себе аппендикс – раньше или позже он набивается всякой чепухой, воспаляется и его удаляют. Вот и у времени есть такой аппендикс, в нем оседают какие-то образы, дела, воспоминания. И в том числе призраки, которые являются населением этой реальности. Наверх их не взяли, вниз тоже, а быть им где-то надо, вот они и облюбовали эту местность. Тут тихо, спокойно и в нашу реальность шастать можно, при благоприятном сочетании звезд. Слава небесам, что такое бывает нечасто. Хотя, конечно, не все призраки живут тут – кто-то прикован к своему бывшему жилищу или, например, просто не желает здесь быть. И вот еще – не все они агрессивны, не все местные жители норовят человека прикончить, ты это помни. Не все – но очень многие.

– А эти старухи?

– А это такая погань, которую обязательно надо уничтожать, – очень серьезно сказал ему Пал Палыч. – Но здесь у нас на это шансов нет, может, потом их выцепим и развоплотим. Да и не до них сейчас, надо выручать ребятишек.

– Сначала их найти надо, – растерянно сказал Колька. – Вот только как?

– А ты приглядись. – Оперативник ткнул пальцем в булыжную мостовую, на которой они стояли. – Повнимательней глянь.

Колька уставился на серые камни и увидел три светящиеся ниточки, причем если одна из них светилась более-менее ярко, то две других еле мерцали.

– Твари, – сквозь зубы процедил Пал Палыч. – Они двух мальчишек уже почти выпили! Давай, руки в ноги!

Слово с делом у оперативника не расходилось, и он очень быстро зашагал по мостовой. Колька припустил за ним и, поразмыслив, задал все-таки вопрос, который просто вертелся у него в голове, не давая покоя.

– А это что, любой сюда может попасть? Если знать как?

– Нет, – ответил ему Пал Палыч. – Никто сюда попасть не может, это место для теней, а не для людей с горячей кровью. Здесь можно оказаться только в том случае, если тебе дал такое разрешение кто-то из обитателей этой реальности. Мальчишек привели старухи, они же пригласили сюда нас, и это наше уязвимое место – мы по факту заключили с ними сделку, пусть и без взаимных обязательств. Вот только выбора не было, что поделаешь.

– Ну если мы ничего им не обещали и обязательств никаких нет… – Колька хмыкнул, как бы подразумевая, что если он кому чего и должен, то готов простить эти долги.

– Это не люди. – Пал Палыч ускорил шаг. – У них другие понятия и о долгах, и о морали, помни это всегда.

– А вот ты сказал, что сюда нам хода нет, а как же тогда ты проход открыл?

– Одно дело его открыть, другое – в него войти, – наставительно ответил Кольке оперативник. – Я его активировал и заклинание вызова сущностей сказал, а пустили нас сюда они сами.

Оперативники прошли мимо какой-то башни, судя по всему – водонапорной, Колька такую раньше только на старинных фотографиях видел, потом мимо пары приземистых домишек, стоявших рядом с трехэтажным особняком, через пару переулков между деревянными теремами, и, наконец, вышли на большую площадь, которой в той, настоящей Москве, наверное, и не было никогда. Хотя, может, и была, да только застроили ее давным-давно.

В центре этой площади был насыпан приличных размеров земляной холм, на котором лежали трое мальчишек в синих форменных пиджачках, подле холма валялись их куртки и рюкзаки. Над ними стояло небольшое огненно-красное сияние, которое становилось все тусклее и тусклее, поскольку то и дело над холмом пролетали черные тени, явно забирая часть отблесков чужой жизни себе.

– Твою-то мать! – Пал Палыч побежал к холму, выдавая совсем уж неприличные ругательства. Колька припустил за ним, чувствуя внизу живота противный холодок – картина была жутковатенькая. Будь ты хоть сколько храбрецом, но увидев такое и струхнуть несложно.

Оперативник взлетел на холм, встал над телами ребятишек и громко сказал:

– Не сметь! Они принадлежат Жизни, а не Смерти.

– Мои слуги уже сказали тебе, что эти люди сами сюда пришли. Их на веревке не тянули.

Говорящий тоже взошел на холм, это был… Или было? Наверное, все-таки был. Так вот – это был высокий призрак в черном сюртуке и с каким-то очень невыразительным лицом. Увидишь такое – и сразу забудешь.

– Это дети. – Пал Палыч закрыл лежащих мальчишек собой и встал у него на дороге. – Их нельзя забирать просто так, ты это знаешь.

– Это нигде не написано. – Существо в сюртуке обвело площадь рукой. – Мои слуги хотят есть, это их право. Вы, люди, их потревожили, разбудили, так будьте любезны и накормить. Как по мне – подобное честно.

– Я не собираюсь с тобой дискутировать. – Пал Палыч уставился в глаза призрака. – Я забираю их с собой.

– Это мой мир и мой город. – Призрак нагло заулыбался. – Не много ли ты на себя берешь?

Колька, к тому времени тоже взобравшийся на холм, смекнул, что дело, похоже, плохо. Понял он и то, что Пал Палыч был прав, от пистолета здесь проку приблизительно столько же, как от палки-копалки в рыцарской схватке. Тем не менее, он сделал то, что мог – дослал патрон в патронник и встал рядом с коллегой. Что примечательно – страх ушел, как и не было его. Наверное, потому что он выполнял свой долг?

– Напугал, – засмеялся призрак, тыкая пальцем в Кольку. – Слушай, вы где таких смешных берете?

– Какие есть. – Пал Палыч помассировал шею. – Все, разговор окончен. Открывай нам выход в наш мир, Мастер Теней, не тяни.

– Ох-ох-ох, как ты серьезен. – Мастер Теней явно развлекался. – Да с чего бы? Сами пришли, сами и выходите. Проход где был, там и остался, никуда не делся.

– Вот ты тварь, – вырвалось у Кольки непроизвольно. – Ребятишки же не дойдут, они вон на ладан дышат.

Видно, его слова духа разозлили, потому что по призрачному лицу пробежали черные змейки трещин, и Мастер Теней недобро посмотрел на оперативников.

– Они наши. Убирайтесь отсюда, пока можете, – прошипел он. – А тебе, щенок, я эти слова еще вспомню. Как там тебя зовут, я не расслышал?

– Чего меня звать? – дерзко ответил ему окончательно расхрабрившийся Колька. – Я к столу сам всегда первый бегу.

– У них есть право выбора. – Пал Палыч толкнул напарника в бок и, глядя в потихоньку начинающие багроветь глаза призрака, твердо сказал: – И это ты оспорить не можешь!

– Да? – Призрак засмеялся. – Что же, право есть право! Давай, вопрошай. Все как всегда – у вас есть десять секунд, и если за это время щенки скажут, что хотят остаться здесь, или не дадут ответа вовсе – то они наши навеки.

– А если говорят, что хотят уйти с нами, то ты откроешь нам проход в наш мир прямо здесь и снимешь с них все долги. И еще – один имеет право говорить за всех, – немедленно уточнил Пал Палыч.

– Ишь ты! – возмутился дух. – С чего это?

– А я взамен не буду пользоваться правом мстить твоим слугам по конкретно этому поводу, – неохотно добавил Пал Палыч.

Призрак скорчил недовольную гримасу.

– При любом раскладе, – пробурчал оперативник. – Три раза я их отпущу невозбранно. Но это если на них не будет крови!

– Да будет так. – Явно довольный Повелитель раскинул руки в стороны и рявкнул: – Раз!

– Эй, парень! – Пал Палыч бросился к тому мальчишке, который был покрупнее, и, судя по внешнему сходству, приходился сыном владельцу заводов, газет и пароходов. Он пару раз саданул его по щекам и проорал: – Ты хочешь пойти к маме?

– Мама… – Мальчик открыл глаза. – Да, я очень хочу к себе домой, к маме!

– Восемь, – провыл довольно жутко хор голосов, причем в отдельных из них человеческого не было вовсе.

– Один или с друзьями? – уточнил Пал Палыч. – Вон теми двумя?

– С ребятами, – пробормотал мальчишка. – Только бы попасть домой поскорее.

– Он сделал свой выбор! – Оперативник поднял руку и посмотрел на призрака. – И ты его слышал.

– Можно было бы еще покочевряжиться и попридираться к словам. – Тот неприятно улыбнулся. – Но – ладно. Я согласен, уговорили. Они свободны.

Посреди площади появился такой же белесый круг, как и тот, через который оперативники попали в это странное место.

Пал Палыч забросил двух мальчишек себе на плечи, третьего подхватил Колька.

– Говори, – потребовал Пал Палыч, глядя на Мастера Теней.

– Скатертью дорога, – глумливо сказал призрак. – Удачи вам во всех делах.

– Не дури. – Оперативник сузил глаза. – И не буди лихо, пока оно тихо.

– Ты, видно, забыл, смертный, в чьих ты владениях, – неприятно прошелестел призрак. – Ведь оно сейчас и перемениться все может, не с пользой для тебя.

– Говори. – В голосе Пал Палыча то ли громыхнула сталь, то ли щелкнул затвор.

– Экий ты зануда. – Призрак воздел руки вверх, и с завываниями произнес:

– Возвращаю сим трем отрокам знания об их именах, ведомых нам, и запрещаю им вход в наш дом на веки вечные.

– Вот теперь прощай. – Пал Палыч кивнул Кольке и двинулся к выходу в привычный для него мир.

– Насчет «прощай» – я бы не стал зарекаться, – расхохотался призрак и сообщил в спину оперативникам: – И вот еще что, юноша, – любопытный у вас оберег. Передайте привет тому, кто вам его дал, а лучше – купите ему водки. За такой подарок ей до гробовой доски поят.

Сзади зашуршало, как будто ветер закружил павшую листву осенним днем, а после все стихло.

Колька обернулся, чтобы еще раз глянуть на сборище теней, но площадь была пуста, только дома пялились на двух оперативников своими пустыми проемами окон.

Видимо, в том отражении реальности расстояния не совпадали с реальным миром, поскольку наши герои вышли в него практически там, где и заходили – у входа в школьный двор. Их неожиданное появление из ниоткуда увидел только все тот же Полянский, стоящий с сигаретой.

– Нашли? – выдохнул он, выбрасывая окурок в снег.

– Как видишь, – устало вздохнул Пал Палыч. – Досталось мальчишкам, хорошо хоть живы…

– Главное, что живы! – Фсбшник только что в пляс не пустился и тут же заорал:

– Нашлись!!!

Родители, которые, похоже, уже мысленно простились со своими чадами, подбежали к оперативникам и буквально вырвали детей из их рук.

– Все хорошо, что хорошо кончается, – философски заметил вылезший из микроавтобуса водитель.

– Где они были? – хозяйским тоном спросил Арвен, неслышно подошедший к сотрудникам отдела.

– Там. – Пал Палыч махнул рукой в метельную круговерть.

– Ты не шути со мной. – Арвен сжал тонкие губы. – Не скажешь мне сейчас – завтра своему начальству ответишь. Все равно всё знать буду.

– Чего мне с тобой шутить? – пожал плечами Пал Палыч. – Ты мне не сват и не брат.

– Слушай, ты. – Банкир махнул рукой, видимо, подзывая телохранителей. – Ты сейчас поедешь со мной, ясно? Мне надо знать, кто похитил моего сына. Это все очень серьезно. Это вопросы безопасности моей семьи.

Два телохранителя Арвена приблизились к оперативникам. Колька, недолго думая, сунул руку под куртку, крайне довольный тем, что заранее загнал патрон в ствол. А что? С призраком не вышло, так тут, глядишь, пригодится.

– Слушай, отстань, а? – Пал Палыч недовольно посмотрел на Арвена. – Мертвые твоего сына хотели на тот свет увести. Кабы не мы – так и забрали бы.

Арвен хотел что-то сказать, но, поджав губы, только махнул рукой и пошел к машине, в которую уже уселась его жена с мальчишкой на руках.

Через десять минут все разъехались – родители с детьми по домам, Полянский со своими бойцами к себе в контору, и у школы остались только Колька и Пал Палыч.

– Все как всегда, – меланхолично сказал оперативник. – Когда нужны – куда хочешь отвезут и даже вертолет вышлют. Как все сделаешь – даже не вспомнят.

– Да и хрен с ними, – задорно ответил Колька.

Он был изрядно возбужден, что совершенно не удивительно. Не каждый день такое приключение пережить удается!

– Это да. – Пал Палыч снова подошел к забору, достал из сумки мелок, что-то на нем нарисовал, на том самом месте, где был проход в мир духов. После, подумав, он еще пошептал над рисунком, и тот на секунду полыхнул синим пламенем.

– Вот и все, проход закрыт, – сказал он Кольке.

– Так просто? – поразился тот. – И всего делов?

– Так это только тут. – Оперативник грустно улыбнулся. – Они потом другой найдут, и третий…

– Да ладно? – Колька опечалился. – Вот ведь. И Мастер этот мутный до невозможного…

– Мастер Теней, – фыркнул Пал Палыч. – Повелитель пыли. Таких, как он, в любом лесу под каждым пнем полно, все его владения – три квартала да переулок. Хотя ловкий, сволочь, нас-то он, по сути, сделал.

– С чего бы? – Колька совсем уж опешил. – Мы ж детей спасли?

– И что? – оперативник закурил. – Смотри – он их спёр, силы живой вволю попил, свору свою подкормил и право на месть у нас забрал. Вот и подумай, кто тут дураком выглядит – мы или он?

– Так а зачем тогда? – Колька не слишком внятно сформулировал мысль, но Пал Палыч его понял.

– Имена, – вздохнул он. – Если бы он не отдал их имена, не было бы мальчишкам жизни. А может, не только им, но и их детям. Так что развел он нас, подлюка, и это следует признать. Надо будет архивы покопать, кто это ловкий такой, я его раньше не видал. Права на месть у нас по этому случаю нет, но разузнать подробности об этом гаденыше надо.

– Ага. – Колька кивнул. – Завтра же все перерою.

– Перероем, – потянулся Пал Палыч, зажав сигарету в зубах. – Ты водку пьешь?

– А как же! – Колька заулыбался. – Со всем нашим удовольствием.

– Ну а живешь где? Ехать-то потом далеко?

– В Химках. – Колька преданно посмотрел на оперативника, который захохотал и сообщил ему:

– А я в Медведках.

– И чего? – не понял его Колька.

– Да не бери в голову. – Пал Палыч хлопнул его по спине. – Пошли, обмоем твой дебют, оно того стоит. Есть тут неподалеку одна забегаловка, там и водка нормальная, и еда ничего.

– Я бы мяса съел, – застенчиво сказал Колька.

– Хорошо прожаренного и с гарниром. Таким, знаешь, чтобы картошечка разварная и огурчик соленый, – ответил ему Пал Палыч, и сотрудники отдела 15-К, обсуждая гастрономические темы, направились в сторону Пречистенки.

Глава третья
Дом цвета осени

Нельзя сказать, что Колька ожидал похвалы или там чего-то такого за то, как он себя проявил в деле о пропавших детях. Но чего он совершенно не ожидал, так это того, что вместо благодарности будет строжайшая отповедь, да еще и не ему, а Пал Палычу. Ровнин, узнав о произошедшем, долго отчитывал оперативника, особо напирая на то, что он, Пал Палыч, опытный сотрудник, потащил с собой в призрачную Москву молодого парня, который в отделе сидит если и не на птичьих правах, то уж без году неделя точно. «А что если бы…» – и дальше следовала целая куча предполагаемых бед и несчастий, которые могли свалиться на голову Кольки.

Он было честно попытался вякнуть, что по своей инициативе за Пал Палычем увязался, но слушать его не стали, посоветовав помолчать.

– Пойдем отсюда, Николенька, – услышал он голос Тит Титыча. – Не дело тебе тут сейчас быть.

Колька рассудил, что призрак бывалого сотрудника плохого не посоветует, и тихонько удалился, хотя это было и вне субординации.

На крыльце стоял Герман, смотрел на падающие снежинки – Москву усиленно заметало снегом, видимо, зима компенсировала непрекращающейся метелью абсолютно бесснежный январь, – и курил сигарету.

– Что, чехвостят Пашку? – дружелюбно спросил он.

– Ага, – виновато кивнул Колька. – По полной.

– И правильно. – Герман выпустил кольцо дыма. – А что если бы ты им сдуру имя свое назвал, или, не приведи Господь, заплутал в призрачных переулках? Так бы и бродил по осколкам реальностей до сих пор.

– И чего, не выбрался бы? – у Кольки по коже пробежал морозец, но он смело и отважно решил, что это из-за пронизывающего ветра.

– А кто бы тебе выход показал, сам подумай? – Герман с аппетитом затянулся. – Духи, что ли?

– А как же… – Колька засопел.

– Как, как… Каком кверху, как муж с женой спустя четверть века после свадьбы, – грубовато ответил Герман. – Ровнин за тобой пошел бы туда. Для начала отыскал, а после прилюдно препарировал.

Колька перевел дух.

– А вообще, запомни, приятель, одну простую вещь. В наших делах любой прокол частенько, не сказать – всегда, означает смерть. Причем не ту, о которой потом в газете «На боевом посту» напишут, красивую и героическую, а очень и очень нехорошую. Специфика-то у нас вон какая, – веско сказал Герман и выкинул окурок в урну, стоящую на крыльце. – А по жизни ты молодец. Хоть и дрейфил, но пошел за товарищем. Будет из тебя толк, если выживешь.

– Да я и не дрейфил вовсе, – буркнул Колька, но Герман только потрепал его по плечу, коротко хохотнул и ушел в дом.



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7

сообщить о нарушении