На изломе вечности. Хроника времен Гражданской войны

Анатолий Алексеевич Штырбул

На изломе вечности

Хроника времен Гражданской войны

Гори, гори, моя звезда,Звезда любви приветная…Ты у меня одна заветная,Другой не будет никогда!Звезда любви, звезда волшебная,Звезда моих минувших дней…Ты будешь вечно неизменнаяВ душе измученной моей!Лучей твоих неясной силоюВся жизнь моя озарена…Умру ли я, – ты над могилоюГори, сияй, моя звезда!Романс композитора Петра Булахована слова поэта Владимира Чуевского

© Штырбул А. А., 2026

© ООО «Издательство Родина», 2026

Часть первая

Грёзы и грозы

Глава 1

Февраль метелей и предчувствий

Третью неделю, не переставая, хозяйничали в городе и вокруг него метели, и весь он, убаюканный вьюгой, казалось, спал, укрывшись сугробами, словно пуховыми одеялами.

«Вьюги да метели под февраль прилетели»…

Этот полусонный сибирский город, трижды столица: губернии-области, краевого генерал-губернаторства и военного округа, – территории величиной с Западную Европу, – весной менял свой вид и вплоть до конца осени становился загадочным, магическим и в чем-то даже европейским.

Но до весны и тем более до осени в этом тяжелом, уже третьем военном году предстояло ещё дожить.

Зато в казармах всё вертелось как заведённое.

Каждый месяц от городского вокзала, погрузившись в эшелоны, убывали на фронт всё новые и новые маршевые роты, укомплектованные в основном сибиряками.

Западный, Юго-Западный, Кавказский фронты…

На какой попадет он, Владимир Яхонтов, на днях заканчивающий ускоренные, военной поры офицерские курсы?

А может быть…

* * *

К югу от города кое-где ещё тлели угли восстания, полыхнувшего так страшно летом прошлого года в Туркестанском и Степном краях, когда вышел царский указ о мобилизации на фронты Великой войны инородцев-мусульман.

Джизакский уезд, Семиречье, Тургайская область… Киргизы, каракиргизы, туркмены, сарты… Волнения в Ташкенте…

В земледельческих селах лесостепи – русских, украинских, белорусских, немецких – были случаи похищения мятежниками людей и увода их в степь и далее, в качестве рабов – в Бухару, Хиву, Афганистан…

Турецкая агентура пыталась проникать в районы восстания и воздействовать на повстанцев в выгодном для себя направлении.

Во второй половине 1916 года пылающие языки пожара восстания полукольцом подступали к Омску с юго-востока, юга и юго-запада; в этих направлениях в 150–200 верстах начиналась зона боевых действий.

Из города в степь сбежали почти все грузчики-киргизы, которые раньше казались ему, Володе, безобидными тружениками… Насколько может быть непредсказуем народ, доведенный до крайности, до греха…

Поговаривали о возможности возникновения нового, ещё одного фронта Великой войны – Туркестанского…

Володе вспоминалась одна из любимых книг: «Мишель Строгов» Жюля Верна, изумительного издания Сытина 1900 года. В ней рассказывалось, как во время грандиозного восстания тюркских народов – киргиз-кайсаков, каракиргизов, татар и других – в Южной Сибири и степи начала 60‐х годов, то есть каких-то 55 лет назад, огромное войско повстанцев во главе с государственным преступником Огарёвым, объединившись с союзным войском бухарцев во главе с Феофар-ханом, движется к Иркутску и осаждает на своём пути Омскую крепость. А в это время с важным секретным заданием императора из Петербурга в Иркутск спешит молодой и красивый фельдъегерь Михаил Строгов, сибирский казак и омич по происхождению. По дороге он встречает девушку, которая тоже следует в Иркутск к своему отцу – политссыльному революционеру, а в Омске, наполовину захваченном врагами, с ними происходят самые удивительные приключения.

И хотя восстание с осадой Омской крепости – творческая выдумка Жюля Верна, но тем не менее в событиях романа отразилось довольно серьезное восстание киргиз-кайсакского хана Кенесары Касымова 1837–1847 годов. Действуя на огромной территории степи от Тургая до Семипалатинска и от Акмолинска до Семиречья, его войско сожгло Акмолинск и пыталось двигаться в сторону Омска, но было остановлено и разгромлено. И вот… История повторяется?..

Володя едва избежал отправки в составе очередного экспедиционного отряда в степь, на подавление мятежа.

Он заканчивал курсы младших офицеров военной поры…

* * *

В конце февраля он должен был быть произведен в младшие офицеры и с очередной маршевой ротой отправиться на фронт, в действующую армию.

В мрачных, холодных и сырых казармах из 20‐летних юнцов выбивали штатскую расхлябанность, непочтительность к начальству, вольнодумство. Во дворе казармы и на площади перед ней в любую погоду обучали маршировать до упаду, колоть штыком чучело, козырять офицерам и «становиться во фрунт» перед генералом. За недостаточное усердие, иронические улыбки во время зубрежки уставов и другие проступки сыпались наказания – от внеочередных нарядов и лишения отпуска до карцера и отдачи под суд.

После двух-трехмесячной обработки призывников с образованием направляли в краткосрочные юнкерские школы, где продолжали муштровать и откуда через четыре месяца выпускали полузнаек – второсортных офицеров военного времени, так называемых «прапорщиков», о которых профессиональные военные презрительно отзывались: «Курица – не птица, прапорщик – не офицер».

А в городе…

Раненые, увечные, беженцы, военнопленные.

На немцев, австрийцев, мадьяр, словаков, чехов, галичан, трансильванских румын смотрели без злобы: уж очень жалкий вид был у них у всех, а работали они как проклятые, радуясь, что для них война уже позади.

Военнопленные строили в городе несколько грандиозных зданий (да, без преувеличения, именно грандиозных!), которые могли бы украсить и Москву, и Санкт-Петербург и от которых город становился ещё краше и величественнее: Управление Западно-Сибирской железной дороги, здание Судебных установлений, учебный комплекс сельхозшколы. Строили с энтузиазмом: хоть и за похлебку работали, а всё же это лучше, чем фронт.

Ведь никто не хотел умирать…

Под концлагерь для пленных была отведена территория выставки 1911 года с её причудливыми, сказочными павильонами…

Шепотом курсанты поговаривали о листовках, об очередной забастовке в городе, о бегстве мобилизованных киргизов-грузчиков обратно в степь, об убийстве в далеком Петрограде Распутина, о приближавшихся событиях… О белых цензурных полосах в газетах: этих полос становилось всё больше и больше.

Газеты в казармах были запрещены, но курсанты, попадая в увольнение или же сквозанув в самоволку, иногда раздобывали и приносили их, ещё пахнущие свежей типографской краской, и тайком читали. Из газет можно было узнать много, но при этом очень мало из того, чего хотелось бы узнать.

Из газет:

ВЕСТИ С ФРОНТОВ

Западный фронт. Цепи противника, пытавшиеся наступать после сильной артподготовки на наши позиции севернее ф[орта] Шмарден и близ северо-западного угла болота Тируль (западнее Риги) были загнаны нашим огнем обратно в свои окопы. <…>

Юго-Западный фронт. Австрийцы взрывают мосты на Буге, надеясь остановить русское наступление на Львов. Железнодорожное сообщение между Львовом и Тарнополем прервано.

На помощь австрийцам приходят германцы. Усилия Гинденбурга, очевидно, сводятся к тому, чтобы удержать наши войска, усиленно переправляющиеся через Липу, на путях ко Львову.

Румынский фронт. Перестрелка и поиски разведчиков.

Кавказский фронт. Под напором турок наш отряд в Персии с боями отошел в район восточнее Керманшейха.

Черноморский флот. Нашей подводной лодкой утоплены у Босфора 4 шхуны, и 3 шхуны принуждены ею выброситься на берег, где их разбил шторм.

Новый командующий Черноморским флотом. Контр-адмирал Александр Васильевич Колчак произведен в вице-адмиралы с одновременным назначением командующим вместо адмирала Эбергарда.

У союзников

Война в колониях. Лондон. 22/VII. Официально сообщается: главнокомандующий английскими войсками в Египте информирует, что утром 21 июля 2 неприятельских аэроплана атаковали расположенный у озера Тимзабуда город Исмаилию, сбросив большое число бомб, но не причинив никаких повреждений.

Успехи сербов Корфу. 9/VII. Начались бои сербов с болгарами на территории Греции. Сербские войска овладели высотами к северу от Севрияны, Новидя и Струпина.

Наши герои

Париж, 21/VII. В официальном сообщении, опубликованном в печати, содержатся подробности активного выступления русской бригады, недавно прибывшей на фронт Шампани, и подчеркивается сила отпора, оказанного русскими при первой неприятельской атаке. <…>

ПО РОССИИ

Борьба с немецким засильем

Петроград. В комитете по борьбе с немецким засильем разбирается вопрос об освобождении русской нации и, в частности, русской Высшей школы, от немецкого влияния. <…>

Комитет борьбы с немецким засильем рассматривает вопросы о ликвидации в России известных фирм: Кунцендорф, Артур Коппель и Яков Иосиф Кон.

К карточной системе

Министерство земледелия спешно разрабатывает для Особого совещания по продовольствию доклад о необходимости повсюду в Империи ввести карточную систему на сахар. <…>

МЕСТНАЯ ЖИЗНЬ

Хроника

Вчера в присутствии чинов полиции было вылито в канаву по улице Бухгольца семь бочек вина; собравшаяся публика с жадностью следила за уничтожением «добра».

СПЕШИТЕ ВИДЕТЬ!

КРИСТАЛЛ-ПАЛАС

Грандиозная драма

Пять ночей безумной страсти

Высокохудожественная постановка

В 5‐ти актах

По роману В. Кросс

Акт 1‐й.

Ночь приключений юного сердца

Акт 2‐й.

Ночь радостей, любви и страсти

Акт 3‐й.

Ночь запретной любви

Акт 4‐й.

Ночь ревности и крови

Акт 5‐й.

Ночь искупления и счастья неземного

ТЕАТР «ОДЕОН»

КАК ЦВЕТОК, СЕДЦЕ ВЯНЕТ

Драма в 4‐х частях

Исключительный по захватывающей фабуле

боевик в 6‐ти отделениях

Американская постановка

ПОХОЖДЕНИЯ ДЖЕКА-ГОЛОВОРЕЗА

ЧАСТНЫЕ ОБЪЯВЛЕНИЯ

Продаются

двигатели нефтяные, 10 сил.

Проломная, 4, тел. 658.

Продается

буксирный пароход,

справляться в конторе Гутермахер,

Учебная, 31, тел. 3–68.

Пароход

«КОММЕРСАНТ»

Т-ва «А. К. Русанов»

Совершает рейсы

Один раз в неделю

в Тару

и

в Черлак

Недорогой фрахт

Акушерка

Пуцято

принимает на дому во всякое время всех, желающих родить, не исключая и секретных рожениц

[Ул.] Большая Луговая, Д. № 6.

* * *

О том, что будет революция, стали шепотом говорить еще с ноября 1916‐го, вскоре после растиражированного в оппозиционных газетах громкого выступления в Государственной думе депутата и лидера умеренной оппозиции Павла Николаевича Милюкова «Глупость или измена?».

А тут еще и «распутинщина». В газетах о ней уже и открыто писали, а слухи ещё больше пикантных подробностей добавляли. Говорили, что царь – на поводу у какого-то сибирского мужика (здесь на душе у сибиряков невольно наворачивалась гордость!), проходимца, шарлатана и бывшего конокрада. Распутин якобы советы всякие царю раздает, министров и генералов назначает, в баню с царицей и четырьмя царскими дочерями ходит.

В это кому-то не хотелось верить, а кому-то очень хотелось.

Володя, как и многие другие, ждал революцию. Ему казалось, что она всё и сразу изменит, и изменит к лучшему. Начнется какая-то совсем другая, полная радости и счастья жизнь. И конечно, сразу же закончится эта ужасная война…

Вспоминал свое детство: рано остался без родителей, и если бы не бабушка, то попал бы в приют. Полуголодное детство, учеба в гимназии, на которую у бабушки уходили последние деньги. Аккуратная бедность как устоявшаяся жизненная реальность. Рано обнаружились гуманитарные способности, склонность к истории и литературе. Зачитывался историческими романами Скотта, Дюма, Гюго, Стивенсона, Мериме… Окончание гимназии, подработка уроками для детей в богатых семьях. Успешная сдача экстерном экзамена на должность народного учителя.

И почти сразу после этого – война. Мечты о поступлении в университет, один из ближних – Пермский или Томский – пришлось оставить.

Володю призвали не сразу: около двух лет он по возрасту не подлежал призыву. Работал в гимназии, продолжал давать частные уроки.

В середине шестнадцатого его призвали, отправили в один из сибирских гарнизонов, а вскоре, как человека, обладавшего каким ни на есть образованием, направили на ускоренные офицерские курсы. По их окончании он должен был убыть на фронт.

Говорили и в газетах сообщали о какой-то гигантской страшной комете, которая в 1917 году приблизится к Земле и коснется её своим огненным хвостом…

* * *

Революцию ждали, но пришла она всё же как-то внезапно.

Вести о свержении самодержавия прилетели в город в первых числах марта 1917 года.

В ночь со 2 на 3 марта [1] телеграф отстучал:

2 марта государь-император Николай II Романов отрекся от престола за себя и своего сына, наследника Алексея, в пользу брата, Великого князя Михаила Романова.

Фактическая власть находится в руках Временного правительства, образованного Временным комитетом Государственной думы.

Общество и население Петрограда единодушно поддерживает смену власти. Весь гарнизон на стороне революции. Идут аресты жандармов.

В казарме роты N-ского сибирского стрелкового полка (куда Володя был распределён всего две недели назад и назначен командиром роты), за полночь, когда намаявшиеся за день усталые солдаты уже спят тяжёлым, глубоким и беспробудным сном, дежурный по роте младший унтер громко и радостно крикнул:

– Братцы, подъём! Царя скинули!

Солдаты тяжело заворочались, но никто не вскочил, как это бывает при команде «Рота, подъём», и только несколько человек выругались в полусне, а кто-то всё же нашёл в себе силы и смелости запустить в дежурного сапог.

И вдруг чей-то полусонный голос спросил:

– Чего-чего, а ну повтори?

– Царя, говорю, скинули к чёртовой бабушке!

И казарма забурлила, загомонила, как встревоженный пчелиный рой.

А в городе по мере стремительного распространения новостей и осознания грандиозности событий собирались кучки людей и росли, буквально на глазах превращаясь в толпы, а эти толпы так же стихийно и уже неизбежно превращались в митинги.

На этих митингах люди о чём-то оживлённо спорили. Гудели трубы заводов, а в заводских коллективах уже выбирали депутатов… Совета!!!

Было утро 3 марта 1917 года.

Полицейские и жандармы как-то сразу исчезли с улиц.

В этот же день к вечеру практически на всех более-менее крупных предприятиях города выбрали депутатов, и в некоторых частях гарнизона – тоже.

Глава 2

Весна свободы долгожданной

Большой полусонный город как будто подменили!

Созданы Совет рабочих и военных депутатов и Коалиционный комитет общественной безопасности. Они расположились недалеко друг от друга: Совет в здании Московского общества сельского хозяйства в самом начале улицы Лермонтовской, а Коалиционный комитет – в здании Городской думы на улице Полицейской.

В помещении Совета многолюдно, а накурено-то как! Делегаты-депутаты ещё не освоились, но держатся деловито и на ходу осваиваются с непривычным положением людей власти. И на ходу же решаются важные вопросы, останавливаться нельзя, нужно действовать.

– Кто пойдёт арестовывать губернатора?

И уже через три часа по их постановлению арестованы губернатор Сухомлинов (брат провального военного министра, снятого с должности ещё при царе), губернатор Колобов и вице-губернатор Князев, а также начальник Жандармского управления Козлов и полицмейстер города Пузырёв. Ещё накануне вечером двое из «губернаторской тройки» присутствовали в Городском театре на оперетте «Мадам Баттерфляй», важно расположившись в губернаторской ложе.

Именно в эти дни Володя и познакомился с Сергеем Немчилиным, тоже младшим офицером: тот возглавил отряд для ареста губернатора, и Володя решением полкового собрания с одобрения только что возникшего Совета был включен в этот отряд как один из двух помощников Немчилина.

В щегольски подогнанной форме, стройный (хотя и чуть полноватый), подтянутый, франтоватый, уверенный в себе, Немчилин производил впечатление на многих, и особенно на дам.

В глухую полночь с 3 на 4 марта Немчилин и ещё двое младших офицеров, в том числе Володя, с приданной им ротой солдат вышли с территории крепости на Шпрингеровскую улицу, миновали Серафимо-Алексеевскую часовню, прошли по Железному мосту через Омь. Двигались по всем военным правилам: перебежками, а иногда даже и ползком.

К губернаторскому дворцу подошли незаметно. Обезоружили двух часовых у входа и внезапно ворвались в караульное помещение.

Охрана не успела взяться за оружие. Обезоружив караул, Немчилин с тремя солдатами осторожно направился к спальне Сухомлинова. У дверей спальни стоял казак, который был разоружён.

Немчилин вошёл в спальню и объявил проснувшемуся Сухомлинову о его аресте. Сухомлинов дрожал, не мог одеться. Ему помогли.

– Но мы же ещё вчера заявили о поддержке новой власти и готовы ей служить верой и правдой, – растерянно пробормотал Сухомлинов.

– Но вот новая власть не готова оставить вас у себя на службе, – с веселым оттенком в голосе ответил ему Немчилин.

– Посидели на шее, – будя! – сурово добавил пожилой солдат.

– И что же со мною теперь?.. – то ли у Немчилина, то ли у себя тихо и дрожащими губами спросил генерал-губернатор.

Часа в три ночи Сухомлинов был доставлен в Городскую управу.

Туда же были доставлены начальник жандармского управления Козлов и полицмейстер Пузырёв. Из Городской управы арестованные были препровождены в тюрьму.

Володя, да и, наверное, не только он один, ощущал в эти дни какую-то удивительную и радостную сказочность происходящего!

Из газет:

Анонсы газет 2–3–4 марта:

В Петрограде – государственный переворот

Аресты министров и сановников

ВЕСТИ С ФРОНТОВ

Западный и Юго-Западный фронты

На фронте без существенных перемен. Снегопады. Перестрелки. Поиски разведчиков.

Румынский фронт

Наши войска при взаимодействии с румынскими союзниками оставили незначительную территорию с несколькими сёлами и отступили на заранее подготовленные позиции.

Кавказский фронт

Перестрелки и поиски разведчиков. Метели. В результате смелого наступательного броска русские войска заняли Керманшейх.

Отречение Государя-императора от престола

<…>

В России – новое правительство!

Временный комитет Государственной думы объявил о создании Временного правительства во главе с известным и авторитетным общественным деятелем князем Г. Е. Львовым. Правительство будет действовать до начала работы Всероссийского Учредительного собрания, созыв которого планируется в течение ближайших месяцев.

Приказ № 1

Петроградского совета Рабочих и Солдатских депутатов

Гарнизону Петроградского Военного округа

1 марта 1917 г.

<…>

МЕСТНАЯ ЖИЗНЬ

Репортаж

3 марта с 6–7 часов вечера начались митинги: в Общественном собрании – митинг штатских. В Гиганте – собрание военных.

В это же время в помещении городской управы заседал Коалиционный комитет. А в помещении Омского отдела Московского общества сельского хозяйства – Совет рабочих депутатов. На улицах было оживление. Кафе, рестораны, кинематографы, театры работали, как и всегда.

В театре шла опера, на которой присутствовал вице-губернатор Князев, много военных, среди них – генералы, штаб- и обер-офицеры, словом, театр представлял обычную картину.

В двенадцатом часу ночи Совет рабочих депутатов вынес своё решение: арестовать представителей старой преступной власти и заменить её представителями первой демократической власти.

Коалиционный комитет назначил губернатором Акмолинской области И. П. Законова (член Окружного суда) и вице-губернатором Н. И. Лепко (гражданский инженер, председатель механического отдела областного Военно-промышленного комитета).

К часу ночи [4 марта] митинг в Собрании закончился. В «Гиганте» митинг продолжался до 3 часов ночи. На митинге в «Гиганте» присутствовало до 1500 человек. В 3 часа ночи участники митинга разошлись по своим частям и начали агитационную работу.

5 марта в Дом Республики (ещё вчера – Дворец генерал-губернатора!) переехал Коалиционный комитет и Совет рабочих и военных депутатов, – на первом этаже разместился Коалиционный комитет, на втором – Совет.

Новый командующий войсками округа

На общем собрании командного состава войск местного гарнизона, состоявшегося 3 марта в Военном собрании, командующим войсками Омского военного округа избран начальник 53‐й ополченческой бригады генерал-майор Василий Степанович Гаврилов. <…> Против генерала Гаврилова высказалось только трое из более 1000 участников. Столь единодушный вотум доверия командный состав объясняет твёрдой уверенностью, что генерал Гаврилов, уже ранее пострадавший за свои независимые либеральные взгляды, вполне оправдает оказанное ему доверие. <…> Профессиональный военный, он накануне Великой войны оставил службу в военном ведомстве. В течение некоторого времени занимался адвокатской практикой и числился присяжным поверенным, а также состоял председателем Коммерческого клуба, но в связи с началом войны был вновь призван в ряды Русской армии.

СПЕШИТЕ ВИДЕТЬ!

ТЕАТР «ПРОГРЕСС»

Жуткая правда из жизни

веселящейся столицы

«В Золотой паутине Москвы»

[Кино]драма в 5‐ти актах

В главной роли любимец публики,

артист Императорских театров

В. В. Максимов

Театр «Одеон»

Лучший боевик фабрики Ханжонкова

«ЛЕГЕНДА ЧЕРНЫХ СКАЛ»

«ОПАСНЫЙ ВОЗРАСТ»

(Женщина в 40 лет)

Сильная драма в 5‐ти частях

по роману Михаэлис

* * *

6 марта – митинг граждан города и войск гарнизона на площади перед Успенским кафедральным собором. Большинство участников – с красными бантами на груди. Военный парад. Демонстрантов приветствуют вставшие на сторону демократической революции генералы Думбадзе, Гаврилов, фон-Таубе. Митинги в кинотеатре «Гигант».

Кругом революция, радость, эйфория.

Общим решением Совета и Коалиционного комитета местная полиция упразднена и вместо неё организована народная милиция.

На все гарнизоны страны, в том числе Омский, распространён «Приказ № 1 Петроградского Совета» о создании солдатских комитетов во всех подразделениях (от роты до Военного округа!) и их широких полномочиях.

Володя избран солдатами своей роты в Полковой комитет, в Гарнизонный комитет, а там уже был введён в Военный отдел Совета и назначен в Комиссию по разбору архива бывшего Жандармского управления.

Первое собрание воссозданной после чудовищного разгрома в январе 1912 года Омской организации партии социалистов-революционеров – ПСР. Собралось человек 40.

Володя тоже присутствовал на этом собрании в качестве симпатизирующего. С восхищением смотрел на ветеранов эсеровского подполья: Дербера, Паскевича, Першачёва, Рухлядьева, Михонова-Фролова, Котлова, Сулина, Ишмаева. Они казались ему почти мифическими героями прошлого героического периода партии, каким-то чудом попавшими в современность. А всё происходящее вокруг казалось радостным, радужным и одновременно каким-то обыкновенным, обыденным.

Общественная деятельность захватила Володю. Весь март в Совете заседали почти безвылазно: постоянные прения, обсуждения, постановления:

Слушали: О чествовании героев, павших в борьбе с самодержавием.

Постановили: Перенести чествование памяти героев с 23 на 26 марта [1917 г.].

Слушали: Об освобождении от работы депутатов с сохранением за ними заработка.

Постановили: Освободить депутатов от работы, которую они выполняли на предприятиях и в учреждениях, а также в воинских частях до избрания их в Совет. При этом их заработок (заработная плата или жалованье) за ними сохраняется. Их руководству и начальству вменяется регулярно выплачивать им этот заработок.