Незапертые двери

Вадим не торопил события. Он присматривался. Да, она ему безусловно нравилась. Во всех смыслах. В последнее время у него не было серьёзных отношений, так как обычно пообщавшись с новой знакомой, он быстро в ней разочаровывался. Его общения жаждали молоденькие девушки, но для него они были скучны, так как сразу всё было ясно наперёд.

Он уже был в том возрасте, когда хочется стабильности, чего-то постоянного. Без истерик, сцен, наигранности. Хочется семью уже, в конце концов. Свою собственную. Ему быстро надоедало водить очередную пассию по клубам, кафе. Большинство девушек пытались раскрутить его на деньги или бредили поездками на мотоцикле, мало заботясь о том, что действительно интересно ему, и какую жизнь на самом деле он ведет.

Естественно, он и обратил внимание на Наташу, которая была абсолютна противоположна им. Хотя, вначале он не собирался заводить никаких отношений, так получилось само собой. В поездке, пообщавшись, он понял, что Наташа близка ему своими взглядами и мироощущением, и возрастом к тому же. Вдобавок, в ней не было этого надоедливого кокетства. Ему казалось, что и ей тоже нравится в нём то, что он обратил в первую очередь внимание на неё не как на девушку, а как на личность.

Разумеется, он отметил для себя, что она весьма привлекательная, хотя от него не ускользнуло, что она то ли стесняется этого, то ли просто не оценивает себя правильно. Зажатости в общении не было, у них нашлось достаточно много тем для разговоров.

А вот в тот вечер на берегу моря он уже посмотрел на неё по-другому и понял, что, пожалуй, не так он уж и против увидеть в ней и женское начало.

Флегматичный по натуре, чуждый импульсивности, он не умел влюбиться сразу, с первого ощущения. Не был на это способен. Разум у него обычно превалировал над чувствами. Нет, не то чтобы подчинялось исключительно расчёту. Просто ему было свойственно сначала взвешивать, а потом делать. Но делать открыто. Поэтому в тот вечер он сразу прямо сказал Наташе, чего он ждёт от неё и спросил, устраивает ли её это. А дальше он позволил отношениям развиваться в том темпе, в каком это потребуется им обоим.

На море они не оставались подолгу наедине, но тем не менее, много времени проводили вместе и могли неплохо изучить характеры друг друга.

***

Лара, несмотря на раздирающее её любопытство, всё же последовала Ромкиному совету и не стала приставать с вопросами. Мучиться ей пришлось недолго, так как уже следующим вечером Наташа сама ей всё рассказала:

‒ …Так что вот так вот, теперь мы с ним вместе.

‒ Ну и?

‒ Ну и на этот раз я решила подождать и посмотреть, что из этого выйдет, ‒ спокойно ответила Наташа.

Лара придирчиво оглядывала её, пытаясь уловить признаки внезапной влюбленности: волнение, восторженность, блеск в глазах: то, чего она, как ни старалась не могла скрыть тогда, когда в её жизни появился Алексей.

Она видела, что у Наташи нет смятения, сомнений. Она решила и довольна решением. Но ей не давало покоя, что подруга ввязалась в новые отношения просто уже от безысходности, потому что подвернулся неплохой вариант.

‒ Что-то не вижу я восторга в твоих глазах! ‒ сказала она. ‒ Как же все твои теории, что без любви ты не можешь? Сашку-то чего ж тогда отшила?

‒ Ну, с Сашкой по-другому было. Он же с самого начала слишком сильно влюбился. Мне было тяжело от того, что даже если бы я и согласилась быть с ним вместе, я бы никогда не смогла так же сильно полюбить его.

‒ Откуда такая убеждённость-то?

‒ Ну не так уж и мало времени мы провели вместе, чтобы не понять этого. Да и даже, допустим, если бы я ошиблась сначала, то за тот год, который мы не общались, я должна была бы только сильнее и острее почувствовать его отсутствие в моей жизни. А оно осталось на том же уровне.

‒ Ладно, поверим тебе на слово, ‒ скептически посмотрела на неё Лара, ‒ Но всё-таки, он тебе хоть нравится? Я надеюсь, ты не решила всерьёз просто найти кого-то, от кого можно родить? ‒ она с беспокойством взглянула на подругу.

‒ Да брось ты, я ещё не настолько безнадёжна! ‒ махнула рукой Наташа, рассмеявшись: настолько нелепым ей показалось её предположение. ‒ Он мне нравится. В самом деле. Мне с ним хорошо. Если б я не чувствовала к нему ничего, я бы так и сказала ему. Он-то хочет серьёзных отношений, ‒ она на секунду задумалась, потом продолжила, ‒ По крайней мере, что меня особенно в нём привлекает, это то, что с ним я ощущаю уверенность. Нет беспокойства, постоянной тревоги. Может, именно этого я и ждала? – Лара пожала плечами, ‒ Во всяком случае, он говорит всё, как есть. Не притворяется. Не пытается изобразить что-то, нет вот этих метаний. Ну, а там жизнь покажет, как говорится.

‒ Ладно, может и правда с холодной головой такие вещи лучше удаются, ‒ согласилась Лара, ‒ Я была бы рада, если бы у вас что-то сложилось, потому что всё-таки тебе уже самой нужно что-то постоянное. Ты же не из тех, кто бросается из огня да в полымя, тебе бы чтоб муж надежный был, с которым знаешь, чего ожидать и уверен в будущем. Вот Вадим вполне такой, мне думается.

Наташа довольно честно всё рассказала Ларе, умолчав лишь об одном: если бы она сама не увидела, что у Алексея теперь своя жизнь и он счастлив с той рыженькой девушкой, она бы не решилась на новые отношения. Если раньше была какая-то надежда, поэтому она всё ждала и ждала, то теперь эта надежда угасла. Она запретила себе строить иллюзии на этот счёт.

Вадим теперь будет её новой реальностью.

Глава 11

‒ А ты прямо переменилась, отдых пошёл тебе на пользу, ‒ констатировал Сашка, когда они встретились в очередной раз. Они прогуливались по набережной, он исподтишка рассматривал её, успев соскучиться.

‒ В чём же состоит перемена? ‒ осведомилась Наташа и повернулась к нему.

‒ Да взгляд у тебя поменялся, уверенный какой-то стал, и ещё... ‒ он помедлил, вглядываясь в её лицо, ‒ ... и ещё ты теперь не одна. Я прав? ‒ Сашка остановился.

Наташа смутилась:

‒ Как ты догадался? Это что, тоже у меня на физиономии написано?

‒ Больше, чем ты думаешь. Ну, для меня по крайней мере, это ясно, ‒ вздохнул Сашка, ‒ Ну что ж, рано или поздно-то это должно было случиться. Я только надеюсь, что ты не повторишь моих ошибок... ‒ он внимательно посмотрел на неё, словно желая убедиться в чём-то, ‒ Расскажешь?

‒ Расскажу… Его зовут Вадим. Вместе с нами поехал на море. Ему тридцать два. Уверенный в себе… ‒ Наташа немного задумалась, ‒ Флегматичен, пожалуй... Умный, честный, не очень эмоционален, но так даже лучше...

‒ Как-то ты скупа на эмоции!

‒ Не придирайся!

‒ Любит тебя? ‒ не то с ноткой ревности, не то обеспокоенно спросил Сашка, глядя себе под ноги.

‒ Вряд ли сейчас можно говорить уже о любви, ‒ с сомнением ответила Наташа, ‒ он мне сразу сказал, что я ему нравлюсь как девушка, и интересна, как человек, и он бы хотел, чтобы у нас что-то получилось.

‒ Какая холодность! ‒ не удержался Сашка.

‒ Ну так и я горячностью не обладаю, ‒ возразила Наташа, сделав вид, что не заметила подтекста, ‒ он сам по себе такой просто...

‒ Вот про себя-то не ври! – хмыкнул Сашка, ‒ Ты очень даже способна на безрассудство, когда позволишь себе отключить мозги. Не устанешь от такой размеренности?

‒ Саш, ну мы встречаемся-то всего-ничего, время покажет, ‒ пожала плечами Наташа.

‒ Нет, ты не подумай, что я тут из ревности, ‒ поспешил оговориться Сашка, ‒ где-то это внутри есть у меня, конечно. Но я не поэтому. Просто хочу быть уверенным, что ты потом жалеть не будешь и не разочаруешься.

‒ Я знаю, Саш, ‒ она легонько дотронулась до его руки, он проследил за движением её пальцев, ‒ я хочу попробовать для себя самой всё сначала, не сравнивая с прошлыми отношениями.

‒ Прости за вопрос, но тот... ‒ Сашка замялся, подбирая слова, ‒ ты его больше не вспоминаешь?

‒ Я не хочу больше вспоминать, хватит! – она вскинула на него глаза, ‒ я убедилась, что у него своя жизнь, и незачем мне туда лезть.

Сашка вздохнул, услышав всё-таки примесь горечи в её словах.

‒ Ах, вот оно что…

***

Вадим нежно провёл пальцами по её щеке, любуясь таким необычным цветом её глаз. Наташа чуть повернулась к нему боком, прижав ладони к плечу:

‒ Ты меня смущаешь, когда смотришь вот так, подолгу, ‒ слегка улыбнувшись, почти шёпотом сказала она.

‒ А мне нравится на тебя так смотреть, ‒ проговорил он, ‒ Я тобой любуюсь. Ты ведь красивая, а сама себе в этом не признаёшься. А я хочу, чтобы ты это осознавала! Чтобы привыкла к тому, что на тебя хочется так подолгу смотреть, ‒ улыбнулся он в ответ, и непонятно, чего больше в этой улыбке и взгляде было: нежности, гордости?

Сегодня они впервые были так близки. Впервые она осталась у него на всю ночь и не вернулась домой. Впервые за столько времени для себя. Почему? Потому что так захотелось.

После того, как они провели вечер только вдвоём, устроившись по-домашнему уютно на диване за непритязательным ужином и просмотром фильма, Вадим, не навязывая, просто предложил остаться у него, и она согласилась.

Да, хотелось остаться с ним, в его доме. Уснуть, чувствуя рядом тепло его тела, объятий. За те две недели, прошедшие после возвращения с моря, она наконец с радостью для себя начала понимать, что она с ним не просто потому, что пробует что-то изменить в жизни, не потому, что он так кстати оказался рядом, не потому, что уже у всех есть, а у неё всё никак. А из-за того, что ей сейчас нужен именно он. Его общение, его присутствие рядом. Его низкий баритональный голос, его объятия. Вот такой вот взгляд, когда он молча любовался ей, слегка улыбаясь.

Вадим был не похож ни на кого, с кем она встречалась раньше. Ей нравилось, что он знает, чего хочет, от него словно исходило спокойствие, уверенность, мягкая забота, которая окутывала, давая ощущение защищённости. И в то же время это было так ненавязчиво, так естественно. Сейчас ей уже казалось, что они вместе давно. Настолько он органично влился в её жизнь, как будто эти отношения случились в точно назначенное время: тогда, когда она была готова впустить что-то новое. Оттеняя всё прошлое, отболевшее. Успокаивая, излечивая.

Поэтому сегодня она осталась. И в эти минуты, когда они были одни в полумраке комнаты, когда она под пальцами ощущала его тело, когда она отзывалась на его чувственные касания и прижималась к нему в ответ на его ласки, ей не думалась о том, что она раньше чувствовала с другими. Было это лучше или хуже, почему именно с ним и сейчас.

Нет. Она просто хотела быть с ним в настоящем и дать всему своему существу проникнуться этими ощущениями. Быть с ним сейчас, в эти мгновения. Потому что так чувствовала.