Шепот старых стен

– Сейчас появился реальный шанс снять это проклятье.

– Мы еще даже не приступили к работе, а в доме уже обнаружился труп. Чудо, если после всего этого владелец не откажется от проекта реконструкции.

– Не будем пока об этом думать. Наша задача на сегодня – отыскать вход в подвал, и моя интуиция подсказывает, что мы на правильном пути.

Андрей принес откуда-то большущий ящик с инструментами, и с грохотом пристроил его на широком пыльном подоконнике. У Клары сразу же зачесался нос, и она несколько раз подряд громко чихнула.

– Будь здорова, – бодро сказал Андрей, доставая из ящика какой-то изогнутый предмет с острыми краями. Похоже, перспектива ломать стену доставляла удовольствие.

– Нужна помощь? – исключительно из соображений вежливости поинтересовалась Клара, подходя ближе.

– Нет, справлюсь, – Андрей точными движениями сбивал со стены штукатурку, которая с грохотом падала на пол, поднимая облака мелкой пыли.

Клара снова чихнула.

– Выйди на улицу или возьми респиратор, – скрытый пыльным облаком прокричал Андрей.

Предложение было неплохим, но вместо этого Клара подошла к окну и потянула на себя скрипучую створку. Оно на удивление легко открылось, и Клара тут же высунулась на улицу, вдыхая ароматный осенний воздух. За спиной раздался звон, затем скрежет и, наконец, оглушительный грохот.

Когда пыль улеглась, Клара увидела, что Андрей стоит, задумчиво уперев руки в бока, разглядывая заложенный кирпичом дверной проем.

Глава 4

Усадьба «Марфино»

– Что ж, мы хотя бы не ошиблись в том, что выход на лестницу был именно здесь, – с трудом скрывая разочарование заметила Клара.

– Придется подниматься на второй этаж, – задумчиво пробормотал Андрей, проводя рукой по выбоинам в кирпичной кладке. – Но, если там такая же картина, буду ломать стену. Кладка старая, но явно не времен постройки дома. Вероятно, когда здание перестраивали под санаторий, многие дверные и оконные проемы заложили, чтобы увеличить число изолированных помещений. Ладно, жди здесь, а я пошел.

– Куда? – испуганно спросила Клара, машинально хватая его за рукав и удерживая на месте.

– Проверю, сохранился ли вход на втором этаже, – повернулся к ней Андрей. – Если это была лестница для слуг, то она должна соединять оба этажа. Поскольку этот выход заложен, остается надеяться, что дверь на втором этаже каким-то чудом сохранилась.

– Нет, стой! – Клара крепче обхватила его руку. – Ты же сам говорил, там опасно.

– Да, и именно поэтому я прошу тебя остаться здесь. Если со мной что-нибудь случится, ты позовешь на помощь.

– Нет, я боюсь оставаться здесь одна! – Клара весь день храбрилась, но только перед ней замаячила перспектива снова остаться, пусть и ненадолго, в полном одиночестве, на нее накатила паника. Конечно, теперь она знала, что никакой убийца не прячется среди парковых лип, но то, что в дом мог проникнуть любой желающий, ей совсем не нравилось.

– Ладно, – после некоторого раздумья произнес Андрей. – Можешь подняться по парадной лестнице и ждать меня на верхней ступеньке. Договорились?

Клара радостно закивала и поспешила вслед за Андреем в бывшую переднюю, где за неприметной дверью скрывался выход к парадной лестнице.

Андрей медленно поднялся по посеревшим от пыли ступенькам и осторожно шагнул на площадку второго этажа. Стараясь держаться поближе к стене, он мучительно медленно двинулся туда, где раньше располагались спальни бывших хозяев усадьбы, позже переделанные в палаты для гостей санатория. Когда Андрей исчез из виду, Клара застыла, внимательно прислушиваясь к его шагам. Время шло, скрип половиц стих, а за окном уже начали сгущаться осенние сумерки. Клара почувствовала себя неуютно и мысленно пожалела, что не уговорила Андрея отложить затею с поиском выхода на лестницу до следующего утра.

– Все в порядке? – крикнула она, когда тишина затянулась.

– Да, прикидываю, где может быть дверь, – отозвался Андрей.

– Можно к тебе? – жалостливо простонала Клара.

– Нет, жди.

Вслед за этим послышался знакомый скрежет, грохот и громкое чихание.

– Спускаюсь, – крикнул Андрей.

– Ты нашел вход? Он не заложен? – спросила Клара, но в ответ никто не отозвался. – Андрей?

Клара начала нервничать. Услышит ли она, если Андрей позовет? Вдруг ступени черной лестницы прогнили, и он сейчас лежит где-то внизу, заваленный щепками и обломками, надеясь, что она приведет помощь, а она просто стоит и ничего не делает! Нет, если бы он упал, она услышала бы грохот. В старых домах, конечно, толстые стены, но в такой оглушающей тишине слышен каждый шорох, каждый скрип. Пока она рисовала в своем воображении картины одна страшнее другой, в темноте заплясал веселый огонек фонаря, а вслед за ним показался целый и невредимый Андрей.

– Ой, Андрей! – Клара настолько погрузилась в свои фантазии, что не заметила, как появился ее напарник. В волосах у него запуталась паутина, а одежду покрывал еще более толстый слой пыли, чем прежде.

– Я все нашел, – Андрей присел на верхней ступени лестницы, и Клара последовала его примеру. – Там темно, пыльно и грязно, но можно спуститься, хотя повторять этот трюк еще раз я бы не стал.

– Оттуда можно попасть в подвал?

– Уже нет, – со вздохом ответил Андрей. – Внизу когда-то была дверь, но она тоже заложена.

– Думаешь, после революции решили не ограничиваться тем, чтобы просто скрыть от посторонних черную лестницу, а замуровали еще и вход в подвал?

– Да нет, – задумчиво почесал подбородок Андрей, – Там более старая кладка, похоже, что подвал замуровал еще первый владелец усадьбы – Карл Рихтер.

– Рихтер? Но зачем? В этом же нет смысла!

– Смотри, – Андрей достал из кармана телефон и повернул к ней экран. На резком из-за яркой вспышки снимке отчетливо был виден заложенный кирпичом дверной проем, но не это привлекло внимание Клары, а надпись, нацарапанная полукругом на старой штукатурке:Per mortis non lates. От смерти не спрячешься.

– Как думаешь, что это значит? – Клара, изучавшая латынь в университете, подняла на Андрея удивленные глаза.

– Не знаю, – задумчиво пробормотал он, безуспешно пытаясь отряхнуться от пыли. – Но у всего может быть простое логичное объяснение: вход в подвал заделали просто потому, что туда оказалось неудобно спускаться с черной лестницы, но эта надпись… Ума не приложу, зачем она там.

– Я бы предположила, что там произошло какое-то несчастье, – сказала Клара. – Возможно, кто-то решил пробраться в подвал, оступился и упал, отсюда заложенный вход и такая мрачная надпись.

– Или именно там Рихтер замуровал свою возлюбленную, и, сломав старую кладку, мы обнаружим за ней груду костей в истлевших одеждах, – пошутил Андрей.

– Не смешно, – строго сказала Клара, – и так после вчерашнего здесь страшно оставаться, а еще ты со своими историями.

– Извини, – сразу посерьезнел Андрей, – я думал, ты во все это не веришь, раз согласилась работать в усадьбе, с которой связано такое огромное количество страшных историй.

– Не верю, но по ночам здесь на самом деле немного жутко, и дело не в том, что вокруг этой усадьбы ходит множество слухов и сплетен, а в том, что в дом может пробраться кто угодно, а наш доблестный сторож уже доказал свою профнепригодность.

– Если тебе страшно, я могу перебраться в твое крыло, там наверняка найдется пригодная для жилья комната.

– Нет, спасибо, – Клара благодарно улыбнулась, хотя Андрей вряд ли мог увидеть это в темноте, – я в порядке, просто не рассказывай мне перед сном байки, связанные с этим местом, и тогда я не буду по ночам просыпаться от каждого скрипа и шороха.

– Договорились!

– Ладно, уже поздно, пора расходиться.

– Я тебя провожу, – Андрей встал и подал Кларе руку, помогая подняться.

Они прошли по коридору до комнаты Клары, Андрей убедился, что она надежно заперла дверь, после чего удалился к себе.

Клара включила обогреватель, которым Андрей с ней любезно поделился, и поднесла к нему озябшие руки. Свет зажигать не стала, побоявшись, что старая проводка не выдержит такой нагрузки. Она слышала, как в противоположном крыле хлопнула дверь, после чего дом снова погрузился в тишину. Днем Андрей взял у сторожа дубликат ключа от парадной двери, поэтому сейчас она чувствовала себя в относительной безопасности. Устроившись поудобнее, Клара достала телефон и ввела в строке поиска имя хозяина усадьбы «Карл Рихтер».

Перед ее отъездом в «Марфино» Петр Фаустов прислал ей объемную папку с информацией об усадьбе: архивные фото, воспоминания тех, кто бывал здесь в разные времена, описания убранства и отделки дворца, чертежи и планы. Клара только задавалась вопросом, сколько времени Фаустов потратил на то, чтобы собрать всю эту информацию. Но в увесистой папке не было ни слова о ее владельцах. Клара же знала только то, что в усадьбе Рихтеров водятся привидения и место это проклятое, поэтому сейчас вознамерилась восполнить столь серьезный пробел в знаниях.

Карл Рихтер во всех отношениях был человеком интересным и разносторонним. Помимо успешной политической карьеры, он интересовался наукой, коллекционировал предметы искусства и был желанным гостем на всех светских мероприятиях Петербурга. Склонные к мистицизму знатные дамы искренне верили, что Рихтер может предсказывать будущее, мужчины же списывали точность его прогнозов на острый ум и феноменальные аналитические способности. Рихтер не скрывал своего увлечения мистикой, скупал многочисленные магические трактаты и даже, по слухам, якшался с чернокнижниками. И несмотря на все это, он был звездой среди знати, хотя благосклонность высшего света его мало волновала. Почти все свое время он проводил в своем подмосковном имении «Марфино», лишь изредка появляясь в столице. В своей усадьбе он часто устраивал театральные вечера, на которые приглашал друзей и соседей.

Однако в какой-то момент все прекратилось. Рихтер превратился в затворника: распустил большую часть прислуги, оставив при себе лишь верного камердинера. Он перестал появляться в городе и по империи поползли слухи, что граф окончательно повредился рассудком во время проведения своих богопротивных экспериментов. Бывшие горничные жаловались, что в усадьбе поселились призраки: по ночам им слышались чьи-то голоса, шаги, а с кухни частенько пропадала еда, хотя в последнем наверняка был замешан вечно голодный мальчишка-посыльный.

Неизвестно, доходили ли эти слухи до самого Рихтера, но он внезапно появился в столице в разгар зимнего сезона. Граф был задумчив и молчалив, светские мероприятия посещал редко, а осенью неожиданно вернулся в «Марфино», правда, уже с молодой женой.

Об этом факте Клара слышала впервые. Все слухи, связанные с усадьбой, строились вокруг одиночества, несчастливой любви и одержимости оккультизмом ее первого владельца, поэтому сейчас она с удивлением узнавала, что, оказывается, Рихтер был женат и, более того, никакой служанки Марфы, в честь которой он якобы назвал усадьбу, в этой истории и вовсе не было. По крайней мере, пока.

Правда, с женитьбой Рихтера не все было гладко. Высокое положение в обществе, дворянский титул и солидное состояние открывали ему двери всех петербургских домов, высшие чины мечтали выдать за него своих дочерей, невзирая на все слухи и толки, что ходили вокруг него, но Рихтер взял в жены безродную сироту, которую из милости держала при себе одна знатная столичная вдовушка.

Лиза Нечаева была на десять лет моложе Рихтера, но, казалось, разница в возрасте ни его, ни ее особенно не волновала. Разумеется, по столице сразу же поползли слухи, что, дескать, Лиза обманом и хитростью заставила Рихтера жениться на себе, в салонах и кулуарах недоумевали, как граф позволил обвести себя вокруг пальца? Он мог заполучить любую девушку Петербурга, а выбрал невзрачную и нищую приживалку. Рихтер на все эти разговоры не обращал ни малейшего внимания, ведь правда была в том, что он просто-напросто влюбился. Свадьбу сыграли скромную, после которой почти сразу новобрачные отбыли в Москву.

Клара потянулась за пачкой печенья и поудобнее устроилась под колючим шерстяным одеялом. Очередная ссылка привела ее на сайт, посвященный городским легендам, где история усадьбы «Марфино» была выделена в отдельный большой раздел. Внимание Клары привлекла статья с броским названием «Смертельный расклад».

Незадолго до своего отъезда из столицы чета Рихтеров заглянула на вечер к княгине Куракиной, которая славилась своим увлечением мистикой и спиритизмом. В тот вечер особой гостьей в княжеском доме была известная гадалка Мари Лемар, чьи предсказания всегда сбывались с пугающей точностью.

Она принимала в малой гостиной. При свете свечей ее хрупкая фигура казалась совсем прозрачной. Мари Лемар что-то шептала, уткнувшись в старую колоду, не обращая внимания, на столпившихся вокруг стола гостей. Рихтер, интересующийся всем, связанным с мистикой, не мог упустить шанса познакомиться с настоящей гадалкой, поэтому, когда госпожа Лемар пригласила к столу желающего узнать свою судьбу, Рихтер без колебаний шагнул вперед.

Гадалка долго изучала его внимательным взглядом, после чего попросила графа вытащить из потрепанной колоды три карты. Рихтер сделал все как было сказано, и принялся ждать, что скажет Лемар. Расклад, однако, ее озадачил. Она долго рассматривала лежащие перед ней карты и молчала. Гости, сгрудившиеся вокруг стола, начали встревоженно перешептываться, Рихтер почувствовал, как Лиза легонько тронула его за плечо.

– Ты обманешь смерть, – наконец провозгласила гадалка. Ее голос был густым и низким и совершенно не вязался с ее хрупким телосложением, – но взамен она заберет у тебя тех, кого ты любишь больше всего на свете.

Рихтер услышал, как за спиной испуганно охнула Лиза. Он повернулся к жене и с удивлением увидел, как в ее глазах блеснули слезы.

– Лизонька, ну что ты? – Он успокаивающе взял супругу за руку. – Это ведь всего лишь развлечение, шутка. Никому не дано обмануть смерть, это все глупости, и поэтому тому, кого я люблю больше всего на свете, ничего не угрожает.

Он взял плачущую жену за руку и повел прочь из мрачной гостиной, а вслед ему раздался громкий голос гадалки:

– Мои карты никогда не врут. Ты будешь обречен вечно оплакивать ту, которую любишь.

Клара оторвала глаза от экрана и поежилась. Дальше в статье пересказывались байки, которые она и так знала, за одним исключением: в предыдущих версиях место Лизоньки занимала служанка Марфа.

Клара перевела взгляд на часы и с удивлением обнаружила, что уже полночь. Она так увлеклась чтением, что даже не слышала, как сторож совершал вечерний обход, хотя прошлой ночью его шаркающие шаги даже вырвали ее из сна.

Клара потянулась, разминая затекшие конечности, и замерла. Где-то совсем рядом с ее комнатой послышался глухой стук. Она осторожно подошла к двери и прислушалась. Звук не повторился, но ей показалось, что она слышит приглушенные голоса. Стараясь не наделать шуму, она медленно повернула в замке ключ и высунулась в коридор. Ночь была безлунная, еще днем небо заволокло тяжелыми серыми тучами, поэтому в темноте коридора отчетливо видно было тусклое мерцание свечей, пробивающееся из-под двери, ведущей в кабинет.

Крадучись она пересекла коридор, молясь про себя, чтобы под ногой не скрипнула половица, и замерла у противоположной стены. Приближаться к двери в кабинет не стала, прекрасно понимая, что, если там находятся злоумышленники, у нее против них нет никаких шансов, поэтому лучшим решением будет вернуться в комнату, запереть дверь и позвонить в полицию. И только она решила, что так и поступит, как кто-то резким движением притянул ее к себе, зажав рукой рот, чтобы она не закричала.

Глава 5

Усадьба «Марфино»

– Это я, не брыкайся, – голос был знакомым, но от страха Клара не сразу сообразила, что он принадлежит Андрею. – Для такой мелкой девушки, ты на удивление сильная, – зашептал он, осторожно ослабляя хватку.

– Ты с ума сошел? У меня чуть сердце не остановилось! – возмущенно прошипела Клара, поворачиваясь к нему. В темноте она не видела его, поэтому пнула наугад, и, судя по сдавленному оханью, попала.

– Я услышал шум, пошел проверить, – жалобно пискнул он в ответ. – Ты же здесь совсем одна, беззащитная. Я решил, что кто-то снова проник в дом. Подхожу к кабинету и вижу, как ты крадешься, подумал, что сейчас вломишься туда, собирался остановить. Но, как вижу, спасать нужно было не тебя, – Клара слышала, как он в темноте растирает ушибленное место. – И откуда только сила берется?

– Я как раз собиралась звонить в полицию, когда ты на меня напал!

– Да не нападал я, говорю же! Спасти хотел!

– Ш-ш-ш, – зашипела Клара, приникнув к двери. Гул в кабинете превратился в протяжные завывания, прерываемые резкими выкриками на неизвестном языке. – Что это такое?

– Не знаю, – растерянно прошептал Андрей, – похоже на молитву. Или заклинание.

– Там что, кто-то проводит ритуал? – не поверила своим ушам Клара.

– Похоже на то.

– И что будем делать?

– Ответим на зов, – Андрей выпрямился и уверенно шагнул к двери.

Клара с трудом могла бы описать все, что произошло потом. Отчасти виной тому был невообразимый шум, который вызвало внезапное появление Андрея, отчасти потому, что в темноте она с трудом различала мечущиеся перед ней силуэты. Кто-то истошно верещал, кто-то сыпал такими ругательствами, которых она за двадцать семь лет своей жизни не слышала ни разу, что-то падало, гремело и скрежетало, и над всем этим разносился звучный голос Андрея, призывающий всех остановиться и успокоиться. Кто-то налетел на нее в темноте коридора, и последовавший за столкновением вопль на мгновение ее оглушил. Появившаяся в освещенном дверном проеме мощная фигура Андрея на секунду согнулась, подняла что-то, а потом резким движением поставила на ноги рядом с собой.

– Клара, ты в порядке? – спросил он в темноту.

– Нормально, – ответила она, поднимаясь с пыльного пола. – Что у вас там?

– Сама посмотри.

Клара вошла вслед за ним в кабинет. На полу горели свечи, расставленные по вершинам начерченной мелом пентаграммы, в центре которой на штативе была установлена камера. В углу жались перепуганные подростки, кто-то из них всхлипывал, кто-то просто в ужасе смотрел на Андрея, который все еще держал за шиворот извивающегося тощего паренька.

– Пусти! Да ты вообще знаешь, кто я? – пропищал тот, все еще пытаясь освободиться.

– Просвети, – великодушно разрешил Андрей.

– Я известный блогер! Джеймс Кроули! У меня три тысячи подписчиков! Я выложу это видео, и тебя посадят!

– Да ну? – удивился Андрей, но все же выпустил парня. Тот сразу бросился к друзьям, на ходу поправляя задравшуюся толстовку. – И так молодежь, рассказывайте, вы зачем сюда забрались и к чему вся эта бутафория?

– Это не бутафория! – Джеймс Кроули шагнул вперед, хотя все еще старался держаться на почтительном от Андрея расстоянии. – Мы снимаем выпуск о призраках в проклятой усадьбе!

– О ком? – переспросил Андрей.

– О жене Рихтера, которую он заживо замуровал в стенах дома, и чей призрак вот уже больше сотни лет бродит по усадьбе в поисках своего убийцы. – Джеймс понизил голос, придавая своему рассказу загадочности.

– А инструменты вам зачем? – Андрей кивнул на объемную сумку, брошенную в углу.

– Мы должны предать ее тело земле, тогда она успокоится, – с вызовом сказал блогер.

– И вы собирались ломать стены? – строго поинтересовался Андрей. – В усадьбе, которой двести лет, и которая находится в аварийном состоянии.

– Ну… – Джеймс несколько сник.

– Мы знаем, где он ее замуровал, – пропищала худенькая девушка, жавшаяся в углу.

– Молчи! – зло шикнул на нее Кроули, но Андрей уже не обращал на него никакого внимания.

– И где же? – поинтересовался он у девушки. – Тебя как зовут, кстати?

– Катя. Мы с Ваней, то есть Джеймсом, и остальными ребятами, – она кивнула в сторону подростков, сбившихся в кучку в углу, – интересуемся историей усадьбы.

– Катька, молчи! Они сейчас нас выгонят, а потом сами найдут кости и выложат видео в интернет!

– Так, – Андрей надвинулся на Кроули, и тот испуганно отшатнулся, – либо вы мне сейчас все рассказываете, либо я звоню в полицию, и пусть они сами с вами разбираются.

Упоминание полиции подействовало на блогера отрезвляюще, и он нехотя сказал:

– Ладно, скажу, но вы обещайте, что мы будем первыми, кто снимет ролик про обнаружение останков.

– Обещаю, – со вздохом сказал Андрей.

Джеймс хитро улыбнулся, шагнул к штативу, на котором была установлена все еще работающая камера, поправил ее, выбирая удачный ракурс, после чего встал перед объективом и, надвинув капюшон так, чтобы на лицо падала тень, начал говорить:

– Она мечтала прожить долгую и счастливую жизнь, но судьба сыграла с ней злую шутку. Одна роковая встреча обрекла ее на вечный плен в стенах проклятой усадьбы. Ее называют Женщиной в белом, Вечной скиталицей, Плачущей девой, но когда-то она носила имя, которое теперь затерялось в коридорах истории. Елизавета Рихтер, или Лизонька Нечаева в девичестве, – невинная жертва жестокого и влиятельного графа, который обрек свою молодую супругу на вечные страдания.

Когда Джеймс замолчал, Катя подскочила к камере и остановила запись. Заметив недоумение на лицах Клары и Андрея, блогер с вызовом произнес:

– А что такое? Мне выпуск надо снимать, еще раз я в эту дыру не полезу.

– Дай Бог терпения, – снова вздохнул Андрей, а Клара тихонько улыбнулась. – Ладно, показывайте, что там у вас есть.

Подростки мигом засуетились, начали переставлять свечи, двигать камеру, создавая подходящую для съемки картинку.

Андрей наблюдал за всеми приготовлениями с выражением страдания на усталом лице, а Клара с любопытством изучала нарисованную на полу пентаграмму.

– А это вам для чего? – кивнула она на рисунок.

– Мы хотели призвать дух Лизы Нечаевой, – объяснила подошедшая к ней Катя. – Мы как раз читали заклинание, когда ваш приятель прервал ритуал. Честно говоря, не знаю, к каким последствиям это может привести… – Девушка испуганно оглянулась, словно ожидала увидеть стоящую за ней призрачную фигуру.

Где-то в стороне застонал Андрей, а Клара поинтересовалась:

– А почему именно здесь, в этой комнате?

– Мы слышали, – шепотом начала девушка, – что здесь обнаружили тело. В городе поговаривают, что это был несчастный случай, но мы уверены, что погибший повстречал дух Лизаветы, это она его убила. Говорят, что она мстит всем мужчинам за то, что с ней сотворил ее муж.

– Понятно, – протянула Клара. – А вам не страшно, что она могла и вас напугать до смерти?

– Мы видели и не такое, – хвастливо заявил подошедший к ним Джеймс. – Тем более, мы подготовились. – С этими словами он извлек из-за ворота толстовки какой-то амулет на цепочке. – Защита от духов. Купил, когда снимал выпуск про русалок.

– И у вас всех такие?

– Нет, – замялась Катя. – У меня вот, – она показала маленький серебряный крестик на длинной цепочке. – У остальных ребят защитные руны. – К ним приблизился долговязый парень и показал нарисованные красной ручкой символы на запястье. – Еще в сумке святая вода, соль и пучок сушеной полыни, чтобы отпугнуть призрака.

– Человечество обречено, – простонал Андрей.

– Это все правда! Призраки существуют! Русалки, демоны – это не выдумки, – Джеймс выпятил вперед впалую грудь, всем своим видом показывая, что за свои убеждения он готов бороться даже с таким великаном, как Андрей.

– А это чье? – вклинилась в их разговор Клара, поднимая с пола маленький блестящий предмет.

– Это же кольцо Рихтера! – даже в полумраке было видно, как вспыхнули глаза Джеймса.

– Что? – переспросил Андрей.

– Вы что же, совсем не интересовались историей усадьбы? – с издевкой спросил блогер. – Кать, записывай.

Девушка метнулась к камере, развернула ее так, чтобы в кадр попадал Кроули, и махнула рукой, когда началась запись.

– Ребята, вы не поверите, что мы только что обнаружили в заброшенной усадьбе! Смотрите, – он поднес к объективу кольцо и покрутил его в руках, чтобы камера поймала фокус, – это кольцо самого Рихтера! Считается, что Карл Рихтер переехал в усадьбу «Марфино», чтобы отдохнуть от столичной суеты и наслаждаться тихим семейным счастьем вдали от света и его интриг. Но правда была в том, что Рихтер давно увлекался магией и алхимией. В своем Подмосковном имении он оборудовал целую лабораторию, в которой ставил свои богопротивные опыты, призывая на помощь низшие силы и испытывая на слугах эликсир бессмертия. Он заключил сделку с самим дьяволом, и тот в обмен на его душу, раскрыл ему секрет изготовления философского камня, дарующего вечную жизнь. Осколок камня Рихтер заключил в кольцо, с которым не расставался…