Спасение заблудших

– Удивительно! Но рэйфоки должны об этом знать!

– Они уже прислали наблюдателей и сообщили Совету, но и с жителями тоже согласились.

Фьёлла не могла описать то состояние, в котором она находилась. В её теле, мыслях, в ощущениях происходило что-то, что она никогда не переживала ни на одной планете, где наблюдала всевозможные события. И вроде бы ничего необычного. Просто водоросли светились белым светом, но в тоже время он принимал такие разнообразные оттенки, что ты даже никогда бы не подумал, что этот цвет может быть таким красочным и завораживающим. Мало того, он имел какое-то гипнотическое воздействие на всё вокруг. И Фьёлла, поддавшись этому воздействию, стояла как зачарованная пока из оцепенения её не вывел голос Йолуна.

– Ну а теперь пора вызвать платформы и навестить Священный Огонь!

Всё дальнейшее происходило будто во сне. Ещё не совсем придя в себя Фьёлла медленно двигалась за Йолуном и Ёйли. И чем дальше они продвигались от берега, тем меньше становилось свечение и наступали сумерки.

Приближение к Священному Огню всегда и везде сопровождалось усилением света, но не в этот раз. Огромный исполин уходящий высоко в небо был цветом окружавшего остров океана и из него почти не исходил свет.

– Он что погас? – повернувшись к Йолуну спросила Фьёлла.

– Думаю он созревает, а что будет дальше мы не знаем. У синомаи были знания о том, как цветёт Хокла, но после катастрофы были утеряны. Сейчас у нас появился шанс восстановить утраченное.

– И сколько нужно ждать?

– Вряд ли это будет быстро. Может нам с Ёйли и не удастся этого дождаться.

– Ну что ты пугаешь Фьёллу, Йолун! Нужно возвращаться в жилище, а то я что-то устала. А ты, Фьёлла, побудь ещё здесь.

После того, как Йолун и Ёйли удалились, Фьёлла решила внимательней рассмотреть, что происходит внутри Священного Огня. Вспомнив как Лафия делала это на острове родителей, она приблизилась вплотную и начала разглядывать те процессы, которые должны были закончиться чем-то удивительным. От напряжения глаза быстро устали, и она повернула голову что бы отвлечься и увидела перед собой Скума.

– Скум! Большой Радости!

– Фьёлла! Большой Радости! Я рад встретить тебя!

– Ты здесь по работе или решил посмотреть необычное явление?

– Явление, действительно, необычное, но я сопровождаю группу рэйфоков.

Правда я совершенно свободен, так как они непрерывно наблюдают, измеряют, фиксируют.

– И какие у тебя чувства по поводу происходящего?

– Да, тут есть над чем задуматься. Когда находишься здесь, то всё как обычно, а ближе к берегу, где свечения больше появляется чувство эйфории, и навязчивая мысль остаться на этом острове.

– Тебе тоже приходила эта мысль?

– Это была первая мысль, которая посетила меня, когда я стоял на берегу с рэйфоками.

– А что говорят рэйфоки?

– Пока наблюдают. Выводов не делают.

– Про экспедицию есть у тебя новости?

– Про моё участие пока ничего.

– И про моё ничего.

– Будем надеяться на положительный исход для нас. Пока это всё, что остаётся.

Скум посмотрел на пришедшее ему сообщение и заявил:

– Ну вот мне пора. Рэйфоки хотят вернуться к побережью.

– Была рада увидеться с тобой, Скум.

– Надеюсь, скоро встретимся.

После прощания с другом, Фьёлла потеряла интерес к происходящему и решила направиться в жилище к старшим родителям. Она уже отпустила платформу и собиралась войти в дверь, как на её руке загорелась связь с Трансидоры. Пришло сообщение о зачислении её в состав экспедиции. Она так долго ждала этого сообщения, но сейчас не испытала ни каких эмоций, кроме навязчивой мысли остаться на этом острове.

Йолун и Ёйли к приглашению в экспедицию отнеслись на удивление спокойно. Высказали много пожеланий и советов. До момента отъезда они делились воспоминаниями из своей жизни и надеялись на новую встречу. Странное поведение старших родителей Фьёлла отнесла к последним событиям. Если быть честной, своё поведение тоже не считала нормальным, но пришло время, и, она направилась на свой маленький остров отправив приглашение родителям и Ньённе.

И только оказавшись в своём жилище, Фьёлла вспомнила, что не воспользовалась оборудованием для фиксации того грандиозного события, которое происходило на древнем острове. «Как такое могло со мной случиться? – подумала Фьёлла – Нужно дать задание Ньённе, что бы всё зафиксировала».

До приезда родных ещё оставалось время и Фьёлла решила прогуляться по берегу, поплавать и попрощаться со своей зифурлой. В этот момент она ясно осознала насколько кардинально скоро изменится её жизнь.

Возвращаясь, она услышала радостные голоса. Сердце Фьёллы сжалось от нежности, когда она увидела своих родных. Папа Элхит, как всегда, суетился у очага, стараясь создать уют и тепло, а Ньённа, внимательная и заботливая, помогала ему. В их присутствии Фьёлла почувствовала прилив сил. Вскоре прибыла и мама Аэлла. Она казалась уставшей, но глаза её неизменно светились добротой. Фьёлла обняла ее крепко, чувствуя, как переполняет ее благодарность за все, что она получила от своих родителей. Вечером, сидя у костра, они долго разговаривали. Фьёлла делилась своими сомнениями и радостями, рассказывала о своих встречах со старшими родителями и о таинственном цветении древней Хоклы. Аэлла слушала внимательно, стараясь понять, что происходит в душе ее дочери. Ньённа, увлеченная заданием по фиксации цветения Хоклы, тут же умчалась на древний остров, обещая вернуться к ужину.

– Знаешь, доченька, мы с отцом никогда не думали, что ты отправишься в такую даль. Когда мы узнали об изменениях, не поверили своим ушам... Ты точно уверенна в этом? – с тревогой в голосе спросила мама Аэлла.

– Да, мама, я уверена, я должна лететь.

Папа Элхит медленно встал и подошёл к своей старшей дочери и взял её руку – Наша драгоценная доченька, мы очень гордимся тобой и рады твоим успехам. Только береги себя, а то мы устроим межгалактические поиски! – пошутил он, легонько обвёл пальцем нос старшей дочери.

– Это от нас, в нём записаны все наши воспоминания. Пусть они согревают тебя в дали от дома. – мама Аэлла протянула маленькую жёлтую сферу дочери.

– Спасибо, мама. Это самое ценное для меня. – приняла подарок Фьёлла.

На следующий день, стоя на платформе, готовая к отбытию, Фьёлла ощутила странную смесь грусти и предвкушения. Она окинула взглядом свой маленький островок, свой дом, своих родных, и прошептала: «Я вернусь». Платформа взмыла в небо, унося Фьёллу навстречу новым приключениям, но частичка ее сердца навсегда осталась на той светящейся Хокле, где даже водоросли умели устраивать феерическое шоу.

Рис. 20 «Старшие родители Фьёллы»

Рис. 21 «Затмение»

Рис. 22 «В сердце Хоклы»

Рис. 23 «Прощание»

ГЛАВА 15

Планета Земля. В ожидании чуда.

Моё представление о столицах было такое же, как и о планете – по фильмам. Поэтому, наученный горьким опытом, я не стал воображать сияющей картинки, но всё-таки рассчитывал на некое соответствие. Но даже такие скромные мои мечты не оправдались. Город был чистым и аскетичным. Нигде не было и намёка на излишества. Редкие прохожие, в основном военные, были сосредоточены и молчаливы. Создавалось впечатление какой-то обречённости. Я быстро прогнал от себя эту мысль, помня, что первое впечатление обманчивое.

Мой не менее молчаливый сопровождающий, между тем, привёл меня в гостиницу, протянул ключ и назвал номер:

– Двадцать первый, отдыхай. За тобой придут. Столовая этажом выше. Расположившись я встал у окна и стал рассматривать улицу. Город, видимо, был компактным поэтому и был выбран для временной столицы, так как было легче закрыть куполом. Таких столиц по стране было несколько в разных районах. Подумав, решил никуда не ходить, а просто лечь спать.

Спал, на удивление, спокойно. Видимо моя психика уже была, за последние несколько дней, перенасыщена впечатлениями и на новые не реагировала.

Проснувшись, сходил в столовую, принял душ и снова лёг спать, слегка удивившись самому себе. Так прошло два дня. На третий день, после обеда, когда я было собрался снова завалиться в кровать, в дверь постучали. На пороге стояла совсем юная девушка, на вид младше меня, в военной форме младшего лейтенанта. Я не стал показывать своего удивления и пропустил девушку в комнату услышав от неё:

– Спасибо.

– За что?

– За то, что не стал уточнять сколько же мне лет. Зовут меня Ксения и лет мне намного больше чем кажется. Генетика постаралась.

– Понятно.

– Ну а теперь к делу Громов Юрий. Мне поручено сопроводить тебя к Васильеву Эдуарду Васильевичу для беседы. Жду тебя в низу, пять минут на сборы.

Развернувшись по-военному она вышла, а я взглянув на себя в зеркало, пригладил отросшие за эти несколько дней волосы, последовал за ней. Ксения сидела за рулём неизвестного мне автомобиля жестом пригласив меня сесть на соседнее сиденье. Машина тронулась плавно и бесшумно, скользя по идеально ровным улицам. Ксения, не проронив ни слова, сосредоточенно вела автомобиль.

Видимо моё первое впечатление о городе оказалось не верным. Сейчас, глядя в окно, я увидел много исторических зданий и небольшую церквушку.

И даже редкие прохожие показались мне не такими хмурыми, как накануне.

Машина остановилась перед невысоким зданием. Ксения вышла и, пригласив меня следовать за ней, направилась к массивной двери. Она бесшумно открылась, и мы оказались в длинном, хорошо освещённом коридоре по обеим сторонам которого было много дверей. Мы прошли несколько поворотов и, наконец, остановились перед дверью с надписью «Васильев Э.В.». Ксения постучала, и изнутри послышался приглушённый голос: «Войдите». Она открыла дверь и, пропустив меня вперёд, осталась стоять в коридоре.

В кабинете за большим столом сидел пожилой мужчина в строгом костюме. Перед ним, на столе, лежала моя вторая папка, а на стене висела карта страны, испещрённая разноцветными отметками. Васильев поднял на меня взгляд и жестом предложил сесть.

– Здравствуйте, Юрий. – сказал он. – Рад, что вы добрались. Надеюсь, вас хорошо приняли?

– Здравствуйте, да, спасибо.

– Это важно, что вы хорошо отдохнули, так как разговор будет тяжёлым.

Васильев откинулся на спинку кресла, сложив руки в замок. В его взгляде читалась усталость, но и твердость. Он помолчал, словно подбирая слова, а затем продолжил:

– Вы ведь понимаете, Юрий, что ситуация на Земле далека от идеальной? Ресурсы истощаются, купол, как вы, наверное, уже знаете, не вечен.

И те столицы, что разбросаны по территории, лишь временное решение. Мы ищем выход, и ваша кандидатура, судя по вашим данным, показалась нам перспективной для выполнения той задачи, которая будет на вас возложена.

Ваше поколение готовили совсем к другому, но природа не даёт нам другого выхода. Всё, что вы сейчас от меня услышите является информацией под грифом «совершенно секретно», и вам предстоит подписать соответствующие документы. Вы готовы к этому?

Я несколько секунд смотрел в усталое лицо моего собеседника, пытаясь осмыслить сказанное, и затем твёрдо произнёс:

– Да, готов.

Васильев открыл мою папку и достав несколько листов подвинул их мне.

– Прочти и подпиши.

Пока я читал и подписывал, на столе оказались два стакана с горячим чаем и свежие вкусно пахнущие булочки.

– Я сегодня ещё не ел, составь мне компанию. – произнёс Васильев.

Какое-то время мы молча пили чай и было видно, что ему не так просто начать разговор. И будто услышав мои мысли, он отодвинув стакан со вздохом заговорил:

– Каждый раз так трудно это произносить. Всё дело в том, Юрий, что наша планета гибнет. Ядро Земли нестабильно, и мы уже не можем это изменить.

Учёные говорят, что у нас есть примерно десять лет. Сейчас создаётся несколько команд, для решения этой проблемы. Вернее, решение уже есть, его нужно воплотить в жизнь. И работать над этим будет всё ваше поколение включительно. Вам предстоит построить большой орбитальный корабль для длительного нахождения в космосе и собрав всех детей, которые родятся за это время и выбрать тех, кто полетит с ними. Правда дети последнее время рождались не очень, а те, кто рождался почти не выживали. Атмосфера не способствовала. Но ваше поколение молодо и почти здорово, думаю в космосе дела пойдут лучше.

Он замолчал, встал и подошёл к окну. Я сидел не в силах произнести даже звука. Всё услышанное не укладывалось в моём сознании. И тут я вспомнил Ульяну, как она уговаривала нас с Зафаром забраться ночью на вышку и что вдруг нас кто-то услышит в космосе и что у нас мало времени. Эта картина так ясно всплыла у меня перед глазами, что я невольно выкрикнул:

– Так она всё это время была права!?

Васильев вздрогнул и резко повернулся.

– Кто была права?

– Ульяна. – уже неуверенно прошептал я.

– Кто такая?

– Мы учились вместе. Однажды она попросила нас с другом закрепить своё изобретение на центральную антенну в надежде, что её сигнал кто-то услышит в космосе. Как же она жила с этим знанием всё это время? – поразился я своей догадке.

– Да, это тяжёлая ноша. – согласился Васильев. Дальнейший наш разговор шёл о деталях, относящихся к конкретной работе и месте моего дальнейшего пребывания.

К себе, в гостиницу я пришёл за полночь в разобранных чувствах и долго не мог заснуть. Утром мне предстояло отправиться к месту моей работы, которая воплощала все мои детские мечты, но была с очень горьким привкусом.

Я лежал, уставившись в потолок, и комната словно давила на меня своей тишиной. Сердце гулко билось, отзываясь на каждое слово Васильева, на каждое воспоминание об Ульяне. Как она носила в себе эту страшную правду, как пыталась докричаться до небес, пока мы, слепые, жили своей обычной жизнью. Боль за нее, за всех нас, затопила меня с головой.

Утром, прощаясь с городом, я смотрел на этих немногочисленных прохожих, и теперь видел в их глазах не хмурость, а затаенную тревогу. Каждый из них, возможно, знал, чувствовал приближение конца и невозможность покинуть колыбель человечества, ставшую для него могилой.

ГЛАВА 16

Галактика Флиос. Решение Лаксэк.

В последнее время Лафия пребывала в абсолютном покое. Так всегда бывает, после выполнения какой-то задачи и дальнейшее от тебя не зависит – наступает покой. И действительно, сейчас от лакси ничего не требовалось, кроме семян рёсфа. После возвращения с Трансидоры Лаксэк велела ей больше отдыхать и созерцать окружающий мир, чтобы хорошо приготовится к новому заданию. Лафия понимала, что задание будет участие в экспедиции и старалась укрепить свои способности. Сейчас она направлялась на встречу с единокровным Лайфаном.

Последнее время, занятая срочными делами, она мало уделяла ему внимания, на что он ей всё время указывал. Лайфан ждал её в их укромном месте, где они играли в детстве. Завидя Лафию он начал переливаться различными цветами показывая свою радость.

– С Новым светом! – так же радуясь встрече приветствовала своего единокровного Лафия.

– С Новым светом, Лафия! Мы так давно не встречались, что я стал забывать, как ты выглядишь.

Лайфан веселился и радовался, как ребёнок и его настроение быстро передалось Лафии, и они стали кружиться по полянке, как делали это в детстве.

Устав они присели на ближайший цветок и долго молчали, прислушиваясь друг к другу.

– Лайфан, я скоро снова оставлю тебя, Лаксэк направляет меня в экспедицию. Мне очень грустно расставаться так надолго. Вот после этого ты меня точно не узнаешь.

– Я всегда узнаю тебя. – неожиданно серьёзно произнёс Лайфан.

– Знаешь, со мной, последнее время происходит много странного. Я слышу и вижу много того, о чём прежде не догадывалась. Внутри меня растёт что-то сильное, способное преодолевать любые преграды. Наверное, если я постараюсь, смогу разговаривать с тобой мысленно, на каком бы расстоянии не была.

– Я буду рад обменяться мыслями, если у нас это получится. Расскажешь мне что-нибудь интересное. Я хотел бы быть с тобой рядом в этой экспедиции.

– Это было бы прекрасно. Можно спросить разрешение у Лаксэк.

– Я спрашивал. Она сказала, что у меня другой путь, но объяснять не стала.

– Ты не уверен в её решении?

– Нет, я не уверен в себе. Вот ты никогда не сомневаешься. Нужно, идёшь и выполняешь. Я и хочу полететь, но тут же сомневаюсь. Я не такой отважный, как ты.

– Ты о себе плохо думаешь, так не хорошо. Нужно хорошие мысли о себе думать, а то у тебя ничего не получиться. Лаксэк ведь не просто так это поручила, наверняка в тебе тоже что-то растёт, просто ты пока этого не замечаешь.

Лайфан немного погрустнел, но тут же засиял яркими красками.

– Ладно, не будем об этом. Расскажи лучше, куда ты летишь?

– Ты знаешь, что поступил сигнал и Совет изменил план экспедиции. У меня нет точного направления, но это не соседняя галактика, куда собирались первоначально.

– Но в первую экспедицию Лаксэк тебя не отправляла. Почему в эту отправила?

– Наверное потому, что это намного дальше, и могут понадобится способности лакси.

– Надеюсь, это не опасно.

– Ты же понимаешь, что это незнакомое пространство, и там может случится разное, но Совет всё продумал и подготовил, так что всё будет хорошо.

– Да, ты права, я слишком волнуюсь. Как скоро это произойдёт?

– После нашей встречи я отправлюсь к Лаксэк, и она примет решение.

Экспедиция отправится только с разрешения Лаксэк.

– Тогда не буду тебя задерживать. Чем быстрее ты улетишь, тем быстрее вернёшься.

Лайфан плавно двинулся в сторону своего поселения, на прощание переливаясь разноцветными всполохами. Лафия смотрела ему вслед, пока его фигура не скрылась в зарослях, отметив как хорошо научилась скрывать свои мысли и чувства, затем отправилась к Лаксэк.

После их последней встречи, Лаксэк изменилась, она стала как будто заметно меньше. Чувство тревоги, на мгновение пронеслось в её мыслях, но Лафия быстро справилась и взяла эмоции под контроль.

– Это хорошо, что ты почти научилась владеть энергией мысли. Но у нас нет времени и тебе придётся учится всему в процессе полёта. Ты справишься, я знаю. На корабле, всё, что не относится к обязанностям команды и лэгра – твоя ответственность. И помни, другие миры обманчивы и живут по своим законам, поэтому экономь энергию и применяй её в крайних случаях. Наша с тобой встреча, возможно, будет последней если экспедиция задержится. Всё что касается твоей силы, найдёшь в моём жилище. Ты следующая Лаксэк и постарайся вернуться к своему народу вовремя. Семена рёсфа готовы?

– Да, Лаксэк, они в крио хранилище, как ты и велела.

Лаксэк кивнула и протянула руку из которой вырвался луч света, коснувшийся лба Лафии.

– Да будет так! Экспедиция отправляется с первым лучом нового света. Да пребудет с тобой мудрость предков, и сила лакси! Иди.

Лафия склонила голову в знак уважения и вышла из жилища Лаксэк. Она знала, что впереди её ждёт долгий и опасный путь, но в душе не было ни страха, лишь предвкушение новых открытий и не разгаданных тайн.

*****

Ооги собирал последний Совет, перед отлётом экспедиции, и всё время ловил себя на мысли что забыл что-то важное. Уже весь состав экспедиции находился на корабле, кроме представителя лакси и лэгра Цитага, с которым ещё нужно было провести беседу. «Надо поручить это Ратцегу, два представителя Тамраса быстрее поймут друг друга.» – подумал Ооги, двигаясь по привычному направлению в зал Совета.

Ооги вошел в зал, все представители как всегда были на месте. В центре зала возвышалась голографическая сфера, отображавшая маршрут экспедиции. Он окинул взглядом присутствующих, отмечая напряжение и сдержанное волнение. Ооги понимал их опасения, ведь экспедиция отправлялась в неизведанное, и никто не мог предсказать, что их там ждет.

– Большой радости! – громко произнёс Ооги.

– Большой радости! – ответили представители.

– Как вы знаете, Совет изменил направление экспедиции в связи с новым сигналом. Изначальный план был тщательно разработан и просчитан, но обстоятельства изменились, и мы должны адаптироваться. Новый маршрут пролегает через неизведанные территории, что, безусловно, несёт в себе риски, но также открывает беспрецедентные возможности для исследований и открытий.

Он сделал паузу, обводя взглядом собравшихся.

– Я понимаю вашу тревогу, но хочу заверить, что Совет сделал всё возможное, чтобы обеспечить безопасность экспедиции. Корабль, благодаря усилиям многих разумных, достойно оснащён, экипаж состоит из опытных сотрудников, а новые данные были тщательно проанализированы. Кроме того, присутствие лакси значительно увеличивает наши шансы на успех. Лафия обладает уникальными способностями, которые могут оказаться бесценными в неизведанных пространствах.

Вдруг Ооги резко перевёл взгляд на представителя Тамраса.

– Уважаемый Ратцег! Нужно поставить в известность лэгра Цитага об особенностях миссии. Поручаю вам провести с ним личную беседу.

Ратцег многозначительно кивнул и не проронив ни звука вышел.

– Ну что ж, если у кого-то остались вопросы или предложения по поводу подготовки экспедиции, прошу высказываться так как приготовления заканчиваются и может не остаться времени для решения.

Халус поднял свою карточку и встал.

– Наша планета не заявляла об участии в прежней экспедиции, но в данную вызвались два представителя Сапфоса. Мы хотели уточнить, всё ли готово для их участия?

– Да, мне подтвердили выделение и оборудование отсека для вашей планеты.

Ооги увидел поднятую карточку Экьюл.

– Представитель Юнекса Экьюл, прошу.

– Юволы интересуются, завершилось ли строительство специального помещения для объекта ккайно?

– Защитный радиационный комплекс готов, все приборы подключены и проверены. Сейчас идёт заселение ккайно. У кого ещё есть вопросы?

На это Ооги не получил ответа, так как в зале Совета появилась платформа на которой находилась Лафия.

– Большой радости! – произнесла она приветствие Совету.

– Большой радости!

Лафия направилась к Ооги что бы известить его о времени начала экспедиции, но он опередив её заключил:

– Сейчас Лафия объявит Совету время начала старта.

Лафия повернулась к представителям и спокойно произнесла:

– Лаксэк определила время старта Олцеры с первым лучом нового света.

В помещении раздался лёгкий шум. Все представители, исключая Лэксит, стали искать информацию, когда на Прокси-Ло произойдёт момент смены лун. Видимо Ооги справившись с этим быстрее всех, заявил:

– Значит у нас есть немного времени, нужно объявить по галактике время старта.

Он подошёл к хотлюцу и набрал сообщение, которое мгновенно получили все разумные галактики Флиос.

– На этом, наверное, нужно закончить Совет, если больше нет вопрос-сов. Представителям нужно связаться с планетами и проверить всё ли исполнено для экспедиции.

Ооги уже было собрался попрощаться, но увидел поднятую карточку Склоса.

– У меня возник вопрос к Лафии. – не дожидаясь разрешения произнёс он.

– Я слушаю.

– Я хотел бы узнать, могут ли лакси обучить других разумных тем знаниям и умениям, которыми владеют сами?

Лафия на мгновение задумалась, а затем задала встречный вопрос:

– А могут ли шлюсы обучить всех разумных умению вести переговоры?

– Нет, мы и сами не знаем, как это у нас получается.

– Вот вы и ответили на свой вопрос. Каждый разумный делает то, что у него получается лучше. К тому же, чувствам научить невозможно. Лакси чувствуют умирание каждого листочка на своей планете и воспринимают это как закон. На других планетах галактики нам нужно время, чтобы понять, как живёт и взаимодействует всё живое и разумное. Лакси почти не покидают свой дом и только зов может заставить подчиняться исключительно своим чувствам, но это случается крайне редко. Все передвижения лакси определяет Лаксэк, а она руководствуется только чувствами.

– А Лаксэк может ошибиться?

– Нет, у неё опыт всех предыдущих Лаксэк.

Склос удовлетворенно кивнул, но было видно, что его вопрос не был праздным любопытством, а имел более глубокий смысл. Ооги, заметив это, нахмурился, но решил не углубляться в этот вопрос сейчас, когда до старта оставались мало времени.

– Благодарю, Лафия, за исчерпывающий ответ. Теперь действительно пора заканчивать Совет.

Представители поспешили к своим платформам, чтобы как можно быстрее связаться с родными планетами и передать последние