Олоры заката. Корабли-призраки

Даже теперь – когда она объединилась с олорой, когда сделала то, чего от неё ждали столько лет.

– Объявляю этот приём открытым, – голос Тереона прозвучал ровно, без эмоций.

– С сегодняшнего дня моя младшая дочь, Орхидея, стала полноправной наследницей Валеса. Она объединилась с крылатой.

Он поднялся с трона лишь на миг – ровно настолько, сколько требовал протокол, – и тут же снова сел.

Ни взгляда.

Ни кивка.

Ни тени гордости.

Куара сразу сошла с постамента и растворилась среди придворных. Даже не оглянулась. Не позвала. Не замедлила шаг.

Только тёмно-серое платье мелькнуло – и исчезло.

В груди у Орхидеи поднялась боль – острая, унизительная.

Чем она это заслужила?

Если бы она хотя бы понимала – в чём именно виновата…

Быть без вины виноватой оказалось хуже любого наказания.

Или Куара всё-таки винила её в смерти матери?

Орхидея спустилась с постамента и направилась к столу с закусками. Здесь было шумно, людно, душно – и всё же она чувствовала себя пугающе одинокой.

Ей хотелось уйти. Исчезнуть. Но правила требовали остаться хотя бы на час.

– Орхидея, прошу на танец.

Король Георис возник слишком близко. Его присутствие вызвало у неё резкую волну раздражения – словно он не замечал ни траура, ни боли, ни неловкости момента.

– Прости, Георис. Сегодня я не могу.

Она не улыбнулась. Даже не попыталась.

Мысль притворяться, играть роль счастливой наследницы была невыносима. С уходом матери в их доме будто что-то надломилось – и трещины расползались всё шире.

– Понимаю, – кивнул он и отступил.

Не успела Орхидея перевести дыхание, как рядом появилась Изида.

Мать Тереона. Женщина, которая всегда смотрела на неё как на ошибку.

– Даже не ожидала, что у тебя появится пара среди олор, – произнесла она с холодным любопытством. – Но не обольщайся. Ты ведь не думаешь, что это даёт тебе право на трон?

– Куара может забрать трон себе, – спокойно ответила Орхидея. – Мне он не нужен.

– И правильно. Из тебя вышла бы никчёмная королева. Валесу повезёт, если править будет достойнейшая.

Изида ушла, оставив за собой тяжёлый шлейф презрения.

Её шёпот – «Выродок» – догнал Орхидею, как пощёчина.

Милая у тебя семейка, – сухо заметила Илара.

Орхидея потянулась к бокалу вина – хотелось хотя бы на миг приглушить внутренний шум.

Дея, пожалуйста, не пей, – тихо, почти умоляюще сказала олора.

И именно в этот момент взгляд Орхидеи наткнулся на Алька.

Посол Триды стоял у противоположного конца стола.

Пальцы сами собой сжались, ногти впились в ладони. Это он принёс жёлтые орхидеи. Его подарок стал приговором.

Разве справедливость не требовала расплаты?

Альк поднял глаза – и тут же отвёл взгляд, словно испугался того, что увидел в её лице. Он поспешно ушёл.

Из его кармана выпала записка.

Орхидея подняла маленький белый клочок бумаги. От него пахло женскими духами – сладко, слишком интимно для официального приёма.

Жду в восемь на балконе.

Почерк был знаком.

Слишком знаком.

Но мысль ускользала.

Без пяти восемь.

Внутри всё сжалось – будто мир на мгновение затаил дыхание.

Орхидея знала: ей не стоит идти.

И всё же пошла.

Дея, это опасно, – встревоженно сказала Илара.

Я просто посмотрю, – ответила она и шагнула в тёмный коридор, чувствуя, как за спиной захлопывается что-то невидимое.

Глава 11

Выбор

Дея, уходи отсюда. Тебе нельзя туда идти! – сбивчиво шептала Илара, и её тревога отзывалась в голове резким, рваным курлыканьем.

Я уже почти пришла, – ответила Орхидея и остановилась у тёмной ниши, ведущей на балкон.

Она шагнула вперёд – и сразу почувствовала холод.

Балкон был пуст. Ни посла, ни женщины, назначившей встречу. Только тишина – слишком плотная, настороженная.

Затем она увидела кровь.

Альк лежал на каменном полу, неловко раскинув руки, будто до последнего не верил, что удар предназначен именно ему. Кровь медленно растекалась, пропитывая светлый камень.

– Нет… – выдохнула Орхидея и бросилась к нему.

Беги! – резко сказала Илара.

Орхидея опустилась на колени, коснулась холодного лица посла, поднесла руку к его носу.

Ничего.

– Альк… – голос предательски дрогнул.

В этот миг за её спиной мелькнула тень.

Орхидея вскинула голову —

и увидела Куару.

Старшая сестра замерла у входа на балкон. Её взгляд скользнул по телу Алька – и тут же рванулся в сторону, туда, где между колоннами что-то шевельнулось.

Фигура.

Чужая.

Быстрая.

Куара побледнела.

– Нет… – вырвалось у неё.

И в следующий миг она сорвалась с места – вслед за убийцей.

– Куара… – едва слышно прошептала Орхидея.

Она уже хотела вскочить, но было поздно.

На балкон вышли новые фигуры.

Король Триды Гиар.

Рядом с ним – Тереон.

Взгляд Гиара лишь на миг скользнул по телу посла – без удивления, без шока – и сразу остановился на Орхидее. Внимательный. Изучающий. Почти довольный.

Словно он видел здесь именно то, что ожидал.

– Я… я нашла его здесь, – глухо сказала Орхидея, поднимаясь с колен. – Он уже был мёртв.

– Любопытно, – медленно произнёс Гиар. – Ты стоишь над телом посла… одна.

Он сделал шаг вперёд.

– И, как удачно, рядом с тобой – нож.

– Что?.. – Орхидея резко обернулась.

У её ног, на каменных плитах, лежал окровавленный нож.

Холод пробежал по позвоночнику.

И в этот миг Орхидея поняла:

на её месте должна была быть Куара.

Ловушка была не для неё.

Она подняла взгляд на Гиара – и всё стало ясно.

Он ждал.

Ждал, кто окажется здесь.

В эту секунду у неё был выбор.

Или она —

или Куара.

Орхидея выбрала сразу.

На балкон вернулась Куара. Одна.

Без убийцы.

Её лицо было серым, словно из неё выкачали кровь. Взгляд – пустым.

Она посмотрела на Орхидею.

Младшая сестра встретила её взгляд – спокойно.

И едва заметно кивнула.

Молчи.

– Я убила его, – сказала Орхидея.

– Он был причастен к смерти моей матери, – продолжила она, глядя прямо на короля Триды. – Я отомстила.

Тереон резко поднял взгляд.

– Орхидея…

– Я действовала одна, – твёрдо сказала она. – Никто не знал. Никто не помогал.

Гиар прищурился, изучая её лицо.

– Смело, – произнёс он. – И глупо.

Он повернулся к Тереону:

– Мы требуем наказания. Иначе все договорённости будут расторгнуты.

– Мы заплатим за причинённые неудобства, – холодно ответил король Валеса.

– Я приму наказание, – Орхидея шагнула вперёд.

– Дея… – почти неслышно сказала Куара.

– Это мой выбор, – тихо ответила Орхидея, не оборачиваясь.

– Принцесса Орхидея лишается титула и права наследования трона Валеса, – произнёс Тереон.

Орхидея кивнула.

– Твоё присутствие в этом доме больше нежелательно, – добавил он.

Куара смотрела, как младшая сестра стоит прямо —

не плачет,

не оправдывается.

И впервые в жизни поняла:

этот долг

она не сможет вернуть.

Никогда.

Глава 12

Без имени и титула

Орхидея спокойно покинула балкон.

Она не оглядывалась.

Не бежала.

Шла ровно – будто внутри неё уже всё закончилось.

Лишь у самых дверей дворца лицо дёрнулось – на миг, едва заметно.

А затем она резко ускорила шаг и почти выбежала наружу.

Зимний воздух ударил в лицо.

Иригард встретил её тишиной, снегом и равнодушием.

Она шла по заснеженным улицам, не разбирая дороги, не чувствуя холода. Под тонкими туфлями хрустел лёд, под подолом бального платья собирался снег – но Орхидея этого не замечала.

Я сделала правильный выбор, – повторяла она про себя, словно заклинание.

Куара была достойной королевой Валеса.

Сильной. Умной. Подготовленной.

Если бы сегодня убрали её, Орхидее пришлось бы занять трон.

А она к этому не была готова.

И никогда не хотела этого по-настоящему.

Мысль была правильной.

Но от этого не становилось легче.

Она не заметила человека на пути – просто врезалась в него и упала, больно ударившись о ледяную дорогу.

– Эй, малышка! – раздался мужской голос с лёгкой насмешкой. – Не стоит так бросаться на людей.

Орхидея медленно поднялась, стряхнула с себя снег.

Перед ней стоял мужчина – широко расставив ноги, со скрещёнными на груди руками. Из-под лёгкой жилетки проступали крепкие, натренированные плечи. Он смотрел на неё без осуждения – скорее с любопытством.

– Ты не мёрзнешь? – растерянно спросила она.

– А ты, значит, тепло одета? – усмехнулся он, скользнув взглядом по её тонкому платью. – И куда ты так шла?

– Это уже не важно, – тихо ответила Орхидея и опустила глаза.

И правда – всё уже было не важно.

Она опустилась прямо в снег.

И вдруг расплакалась – беззвучно, надломленно. Так плачут, когда сил больше нет.

– Эй… – мужчина сразу присел рядом и неловко положил руку ей на плечо. – Не раскисай. В любой ситуации есть выход.

Он помолчал и добавил:

– Я Рид.

– У меня нет выхода, – всхлипнула она. – Меня зовут Дея. У меня больше нет ни дома, ни семьи. Я… я не знаю, где мне жить.

Рид нахмурился.

Орхидея подняла глаза – и заметила жёлтую татуировку на его запястье.

– У тебя есть олора?..

– Есть, – кивнул он. – Жёлтая. Лина. Моя красавица.

– Я тоже… – Дея машинально коснулась своей руки. – Я совсем недавно объединилась с Иларой.

Голос дрогнул.

– Меня выгнали из дома. Мне негде жить.

– Дрянь дело, – честно сказал Рид.

Он несколько секунд смотрел на неё, словно что-то прикидывая.

– Слушай, малышка… а не хочешь ко мне в клин?

– В гвардию олоров? – Орхидея недоверчиво подняла взгляд. – Я думала, туда берут только самых опытных.

Рид рассмеялся.

– Все мы начинали неопытными юнцами.

Он поднялся и протянул ей руку.

– Ну что? Ты с нами?

Орхидея колебалась всего мгновение.

А потом вложила свою ладонь в его.

– Полетели в пещеры Азар?

– В поселение Фадор? – выдохнула она, поражённо прикрыв рот руками.

Её вдруг затрясло от холода.

– А у тебя… нет тёплой куртки?

– Сейчас будет, – сказал Рид и на миг замер. – Я позвал Лину.

Он посмотрел на неё внимательнее:

– А твоя олора?

– В пещерах Азар.

– Тогда полетим на моей, – решил Рид. – Не будем терять время. Тебе ещё оформляться.

Орхидея кивнула.

И впервые с того момента, как вышла из дворца, почувствовала:

она больше не одна.

Глава 13

Наездники своих не бросают

Когда жёлтая олора приземлилась на огромном полигоне, Орхидея на миг задержала дыхание.

Здесь всё было другим.

Шумным.

Живым.

Настоящим.

Рид первым спрыгнул на землю и подал ей руку. Полигон гудел, словно улей: наездники громко смеялись, перекрикивались, кто-то спорил, кто-то ругался. Клинья олоров с мощным курлыканьем взмывали в небо и исчезали за скалами.

Никакой выверенной тишины дворца.

Никаких натянутых улыбок.

Внутри управления горел яркий свет. По коридорам ходили мужчины и женщины в штанах и лётной форме, с клинками, кинжалами и арбалетами за спиной. Орхидея невольно замедлила шаг, разглядывая их – сильных, уверенных, свободных.

И почувствовала себя чужой.

В широкой чёрной кожаной куртке Рида и тонком шёлковом бальном платье она выглядела здесь нелепо – словно попала не в тот мир. Взгляды скользили по ней с усмешками, кто-то тихо хихикал.

Рид здоровался с наездниками, пожимал руки. С одним из них задержался дольше.

– Новенькую привёл? – прищурился мужчина с зелёными глазами.

– У Деи проблемы с семьёй, Керт, – коротко ответил Рид. – Выставили за дверь. У неё есть олора. Я предложил пожить у нас.

– Не уверен, что у такой домашней девочки нервы выдержат первое боевое крещение, – хмыкнул другой наездник и рассмеялся.

Орхидея вскинула подбородок и посмотрела на него прямо – холодно, без вызова.

– Заткнись, Роб, – резко оборвал его Керт. – Все мы когда-то летали в первый раз.

– А я думаю, у неё есть талант, – задумчиво протянул Рид, почесав подбородок. – Видел бы ты, как она держалась в седле Лины. И это при том, что объединилась с олорой всего неделю назад.

– Серьёзно? – Керт внимательнее посмотрел на Орхидею.

– Моя сестра разрешала мне летать на её олоре, – спокойно ответила Дея. – Когда она была рядом, я могла понимать её птицу – как и твою.

Наездники присвистнули.

– Понимать чужих олоров? – Керт приподнял брови. – Это редкий дар.

– Вот именно, – кивнул Рид. – Ладно, не будем терять время. Нам ещё с Кростом воевать.

Он подтолкнул Орхидею к коридору.

– Удачи, Рид! – крикнул Керт им вслед.

– Кто это был? – тихо спросила Дея, обернувшись.

– Керт. Командир одного из клиньев, – ответил Рид.

Он остановился у двери на первом этаже.

– Крост – тот ещё жук, – скривился он. – Я сам с ним разберусь. Ты подожди здесь.

– Мне нужна одежда… и лётная форма, – неловко заметила Орхидея.

Щёки всё ещё горели от чужих взглядов и смешков.

– Будет, – кивнул Рид и скрылся за дверью.

Первые пятнадцать минут он говорил на повышенных тонах.

Потом – уже откровенно орал.

Орхидея сидела на скамье и невольно прислушивалась. Таких слов она не слышала за всю свою жизнь. В доме отца за одно подобное выражение ей бы тут же дали по губам.

Через полчаса дверь распахнулась.

– Паразит! – сплюнул Рид прямо на пол.

Орхидея вздрогнула.

– Держи, – он сунул ей ключи. – Единственная свободная квартира. После смены получишь часть жалования. Завтра летим на Орант.

Он говорил быстро, без пауз:

– Смена с десяти. Не опаздывай.

– Подожди, – Орхидея схватила его за рукав. – Мы только два раза летали с Иларой… Это совсем плохо?

Рид посмотрел на неё внимательнее.

– На Лине ты сидела уверенно. Ты явно не новичок.

– Я тайком летала на олоре сестры, – слабо улыбнулась Дея. – С пяти лет, наверное.

– Тогда у тебя опыта больше, чем у меня было, – усмехнулся он. – Я впервые сел на Лину в тринадцать.

Он протянул ей мешок.

– Тут вещи. Пойдём, я покажу квартиру. Завтра сам за тобой зайду – не хочу, чтобы ты потерялась.

– Спасибо… – голос у Орхидеи сорвался.

Слёзы снова подступили к глазам.

– Эй, – Рид мягко хлопнул её по плечу. – Хватит мокроту разводить.

Он усмехнулся:

– Наездники своих в беде не бросают. Это первая заповедь Фадор.

И в этот момент Орхидея поняла:

впервые за долгое время

она оказалась в месте, где её не судили —

а принимали.

Глава 14

Свободная жизнь

В единственном зеркале маленькой квартиры отражалась она – в чёрных, слишком обтягивающих штанах. Орхидея чувствовала себя в них почти обнажённой, уязвимой.

В бальном платье летать ещё тяжелее, – насмешливо заметила Илара.

– Но это… неприлично, – пробормотала Дея и покачала головой.

Она не стала заправлять рубашку в штаны – так хотя бы можно было прикрыться. Натянула чёрную кожаную куртку и направилась к выходу. Пустая квартира отозвалась гулким эхом на каждый шаг, будто подтверждая: теперь она здесь одна.

Вчера вечером у неё не было ни сил, ни времени осматриваться. Сегодня Орхидея позволила себе остановиться.

Квартира располагалась на последнем этаже. С маленького балкончика открывался вид на поселение: горы Азар, полигон, откуда бесконечно взлетали и приземлялись цветные клинья. Олоры с тяжёлым хлопаньем крыльев проносились над домами, словно напоминая – здесь живут те, кто не привязан к земле.

Она отвернулась от окна.

Квартира была просторной, но старой. В спальне – потрёпанный платяной шкаф и широкая кровать. В гостиной – буковый стол и стулья с облезлой обивкой. На кухне – морозильный шкаф, небольшая плита и светло-жёлтые шкафчики с аккуратно расставленной посудой.

Орхидея медленно обвела взглядом белые стены.

– Я их обязательно покрашу. Куплю занавески. И стулья поменяю, – перечислила она вслух, словно заключая договор с самой собой.

И тут же горько усмехнулась:

– Только вот… откуда взять деньги?

Во дворце ей никогда не приходилось думать о таких вещах. А сегодня утром она не позавтракала – просто потому, что платить было нечем.

В квартире имелись ещё душевая и туалет. Для бездомной, бывшей принцессы это было почти роскошью. Дея стояла посреди комнаты, чувствуя, как её разрывает между смехом и слезами.

Вся её жизнь теперь принадлежала только ей.

Свобода была настоящей – и оттого пугающей.

Никто не пришёл. Никто не искал. Даже Куара не появилась и не попыталась поговорить после того, что случилось на балконе.

Словно Орхидею хладнокровно вычеркнули – из семьи, из дворца, из самой жизни короны.

Дея тяжело вздохнула и стала надевать чёрные сапоги, застёгивая их до колен.

В дверь постучали.

На пороге стоял запыхавшийся Рид.

– Я уже готова, – улыбнулась Орхидея, стараясь говорить спокойно.

Руки всё равно похолодели. Это был её первый день в Гвардии олоров.

– Зато… теперь я понял, почему эта квартира так долго стояла свободной… единственная такая… – он неловко откашлялся.

– Она просторная и светлая, – быстро ответила Дея и махнула рукой в сторону комнаты.

Она взяла ключи, вышла в подъезд, закрыла дверь и дёрнула ручку – на всякий случай.

– В любом случае, лучше, чем жить на улице.

Они вышли на мороз. Утреннее солнце слепило глаза, отражаясь в каждой снежинке на крышах и дороге. Орхидея неуверенно пошла следом за Ридом – вчерашний путь она почти не запомнила.

– Пойдём к месту сбора, – сказал он и повёл её по улицам поселения.

Дея с любопытством разглядывала лавки и магазинчики. Продавцы раскладывали товар: украшения, оружие, пряности, еду. Были даже бары и танцевальные клубы – бабушка назвала бы это место воплощением неприличия.

Азар состоял из невысоких четырёхэтажных домов с одинаково серыми фасадами. Запомнить дорогу здесь было почти невозможно – всё сливалось в однообразную мозаику.

Над городом постоянно летали олоры. Наездники шли по улицам, смеясь и переговариваясь, не стесняясь лётной формы и чужих взглядов.

На следующем углу Дея увидела страстно целующуюся парочку.

– А разве… так можно? – у неё непроизвольно приоткрылся рот.

Она дёрнула Рида за рукав.

– Можно. Нам, наездникам, можно всё, – рассмеялся он и подтолкнул её к серому зданию. – Дорогу запомнила?

– А… нет, – смущённо призналась Орхидея.

Ей стало не по себе. В первый же день – и уже повод выгнать.

– Ладно, – Рид хмыкнул. – После смены покажу ещё раз. Но в последний.

Он бросил взгляд вперёд и добавил:

– Сегодня летим на Орант.

И у Деи внутри что-то дрогнуло —

словно там впервые расправлялись крылья,

которых у неё никогда не было.

Глава 15

Первый клин

Рид и Дея вошли в круглую комнату. Несколько наездников сидели на скамьях, переговаривались, смеялись – но стоило им заметить вожака, как разговоры мгновенно стихли.

Взгляды – быстрые, оценивающие – скользнули по девушке.

– Это наша новенькая, – начал Рид.

– Дея, – спокойно перебила она.

Если бы он назвал её полным именем, всё было бы кончено. Орхидея Валесская не могла стоять здесь – только Дея.

Обычная.

Без прошлого.

Без титулов.

Она не видела ни одного из этих наездников раньше – даже на парадах. И надеялась, что так и останется.

Рид прищурился, будто понял больше, чем она сказала вслух, и едва заметно усмехнулся.

– Её зовут Дея. Недавно объединилась с олорой.

Он кивнул на остальных:

– Это мой клин. Саймон, Дана, Сэлли, Бекки и Иохим.

Пятеро наездников коротко кивнули – без особого энтузиазма, но и без враждебности.

– Ты встанешь в хвост клина, – добавил Рид.

Одна из наездниц тихо рассмеялась.

Орхидея непонимающе посмотрела на неё.

– Новенькие всегда начинают с хвоста, – пожала плечами та. – Я тоже так начинала. Десять лет назад.

– Десять?.. – глаза Деи расширились.

– Мы летаем этим клином уже тринадцать лет, – спокойно добавил Саймон, надевая защитный шлем.

– Во сколько лет вы начали летать? – вырвалось у неё.

– Кто в десять, кто в одиннадцать, кто в тринадцать, – усмехнулся Рид. – Моя олора будет передавать ментальные команды твоей. Чтобы ты знала, куда держать курс.

– И куда мы летим сегодня? – спросила светловолосая наездница, закидывая ногу на скамью.

– На Орант. Сопровождение корабля на Эбурн.

Рид криво усмехнулся:

– Чует мой зад – будут пираты с Анепса.

Он хлопнул в ладони:

– Быстро переодеваемся. Идём.

Дея натянула шлем. Грубые выражения Рида вызывали в ней странную смесь ужаса и восторга.

Здесь не было ни отца, ни бабушки.

Никто не одёргивал.

Никто не следил за каждым словом.

Свободная жизнь наездников пугала —

и манила всё сильнее.

Они вышли на полигон.

– Зовите олоров! – приказал Рид.

Лети, моя родная, – мягко попросила Дея.

Пока они ждали, мимо с гиканьем пронёсся другой клин – быстрый, идеально выстроенный.

Орхидея невольно раскрыла рот.

– Клин Керта, – с ухмылкой сказал Саймон. – Лучшие из лучших.

В его голосе прозвучала зависть.

– Ты пробовал попасть туда? – тихо спросила Дея.

– Дважды. И оба раза – мимо, – он отвернулся.

Олоры опустились рядом со своими наездниками.

Илара приземлилась чуть неровно – слишком поспешно.

– Привет, моя красавица, – прошептала Дея и обняла её за шею, прижавшись щекой к тёплым перьям.

Смех с другой стороны полигона резанул слух.

– Свежеобъединённая, – фыркнул Саймон.

Илара недовольно щёлкнула клювом.

Запрыгивай в седло, – фыркнула она. – Покажем этим гусыням.

Под чужими взглядами Дея чуть не соскользнула, взбираясь по крылу. Сердце колотилось слишком громко.

Наконец она уселась и защёлкнула ремни. Только тогда смогла выдохнуть.

Рид подал сигнал.

Его олора первой рванула в небо.

– Когда мы? – спросила Дея, стараясь, чтобы голос не дрожал.

Последними, – Илара расправила крылья.

Один за другим клин поднялся в воздух.

Илара оттолкнулась когтями от земли —

и мир под ними провалился вниз.

Небо приняло их.

Клин вытянулся, как нить цветных бусин. Олоры перекликались, корректируя строй.

Шлюз – и резкий переход.

Орант встретил их палящим солнцем.

Жара навалилась сразу. Пот стекал по спине, под шлемом было душно, ткань липла к коже. Дея терпела, боясь сделать хоть что-то не так.

Они приземлились у гавани.

Дея соскользнула с крыла и едва не рассмеялась от облегчения. Сняла шлем, расстегнула куртку и жадно вдохнула горячий воздух.

– Шлем и куртка всегда должны быть на тебе в полёте, – строго сказал Рид. – Это не обсуждается.

Он помолчал, затем добавил:

– Но первый вылет ты выдержала хорошо. Ты уверенно сидишь в седле.

Дея смутилась.

– Я почти ничего не делала. Илара летела сама…

Рид помрачнел.

– Запомни, Дея. Олорами управляют наездники. Не наоборот.

Его взгляд стал жёстким.

– Твоя птица не должна выбирать путь за тебя.

– Но… у нас получается, – растерянно ответила она.

– Пока – да, – отрезал он. – Но ты должна научиться приказывать. Иначе однажды она полетит не туда.

Дея опустила голову.

– Хорошо.

А Илара молчала —

и это молчание было куда тревожнее любых слов.

Глава 16

Смех пиратов

Её щёки горели – и от жары, и от стыда.

Дея украдкой посмотрела на Илару. Олора вытянула шею, расправила плечи-крылья, словно нарочито подчёркивая свою гордую стать. В ней было что-то царственное, недосягаемое.

Как можно было приказывать такой красавице?

– Нам нужен ещё час на погрузку! – выкрикнул с борта корабля один из матросов.

– Подождём, – откликнулся Рид. – Клин распускаю. Можете пройтись по базару.

Наездники разошлись кто куда. Дея пошла следом, стараясь не отставать, хотя Рид – задумчивый, напряжённый – держался чуть в стороне.

Чем дальше они уходили от гавани, тем сильнее хотелось есть.

С базара тянуло густыми, тёплыми запахами – жареные колобки, пряное мясо, сладкое тесто. Желудок болезненно сжался. Дея втянула воздух и невольно облизнула губы.