Богатырша. Сказ о перстне и тьме

– Князь!

Светловолосый юноша подбежал к ним и поклонился. С его волос капал пот, сам он тяжело дышал. Одежда была запачкана грязью.

– Сенька, давненько я тебя не видел. Где пропадал без разрешения?! – Мирослав навис над юношей и грозно уставился на него. Возрастом они не сильно отличались, но разница в положениях была безоговорочной. Сенька растерялся. Видно, что не хотел врать, но и выдавать своих дел не желал.

– Вере помогал по моему велению. – Идан остановил своего воеводу. – Благодарю за доклад. И за кольцо. Отдыхай. Арсений, следуй за мной.

Они отошли от грубо сколоченного стола, служащего местом для совещаний, туда, где обычно сидела у котла ученица волхва. Ей обустроили место так, чтобы она всегда была в поле зрения Идана.

Они прошли на поляну. Знахарка мирно посапывала в телеге. Вид ее был уставшим. Она ежилась от холодного утреннего ветра. Идан подобрал шкуру и укрыл знахарку. Он всегда начинал и завершал обход посещением Веры.

– Арсений, – тихо произнес он, – жди меня на опушке в противоположной стороне от Межецка.

– Да, князь.

Юноша поклонился и скрылся также быстро, как и появился. Стоило ему исчезнуть, как Идан довольно улыбнулся. Вернулся гонец из Старграда и, судя по всему, с большими новостями. А ведь прошла всего седмица!

Мужчина еще некоторое время понаблюдал за спящей девицей, побродил по лагерю, затем незаметно переоделся в обмундирование обычного дружинника, посильнее натянул шлем на глаза и улизнул к опушке. Перед этим на всякий случай сделал небольшой крюк, чтобы убедиться, что никто не следит. Конечно, князь многое пережил бок о бок со своими воинами, но все ли до сих пор ему верны? В лагере могли быть просоки Олега или кочевников. И не знаешь, кто из них хуже.

Идан подкрался к дереву и выглянул из-за кустов. Убедившись, что Арсений один, вышел к нему. Юноша выглядел свежее, видать, умылся и отдышался. Но под глазами залегли тени усталости, плечи осунулись. Юноша вздрогнул, услышав шаги, и вынул меч.

– Кн…

Идан поднял руку, призывая молчать.

– Пройдемся, по пути все расскажешь.

Они углубились в лес. Шли по еле видимой тропе, что петляла меж деревьев. Солнце ласкало кожу не по-осеннему теплыми лучами. Туман почти рассеялся, оставив в напоминание обильную росу.

– Докладывай, – произнес Идан, когда они ушли на достаточное расстояние от лагеря. Он пошарил по кустам. Где-то здесь бился и скулил зверь, а значит, он угодил в ловушку. Среди ветвей действительно показался заяц. Его лапа застряла в петле. Что ж, это уже лучше, чем ничего. Идан умертвил животное, заново установил ловушку и поднял тушку за уши.

– Есть две новости. – Арсений заговорил шепотом, старался, чтобы слова его не долетали даже до ближайших деревьев. – Княжич Олег в ярости. Он провозгласил себя князем, но не все в Совете встали на его сторону. Игорь Владимирович всячески оттягивает коронацию, говорит, что без перстня нельзя.

– Ты виделся с Игорем? Или с кем-то еще?

– Только с Игорем Владимировичем, как вы и велели. Я уловил момент и передал ему вести с поля боя. Он сказал, что сделает все возможное, чтобы помочь вам. И сообщил, что Федор Андреевич скоро подойдет с частью войска. – Тут же отозвался Арсений.

– Хорошо, продолжай.

– Также княжич Олег послал на поиски перстня множество людей. Вместе с ним ищут княжну Ярославу. Они думают, что она его украла.

– Что ж, здесь они опоздали. – Идан невольно почувствовал тяжесть перстня на груди.

– Это первая новость. Вторая… – Гонец замялся, подбирая слова. – В Старгородское княжество прибыл Император Алтин. Сейчас он в Заречинске для празднования свадьбы принцессы Зенины. Однако…

– Однако? – Идан прищурился, настороженно ожидая продолжения.

– Княжич Олег не оказывает принцессе должного внимания. Ходит молва, что сидеть на троне она будет для красоты, а княжеством править с вашим братом будет его любовница. Даже в Заречинск он приехал в повозке не с принцессой, а с распутной девицей, возомнившей себя княгиней! К тому же, он отказывает в выдаче войска императору, что предусмотрено договором.

Арсений сам не заметил, как повысил голос от негодования. Он резко замолчал, сжал губы в тонкую полоску, будто это поможет заглушить звук. Идан обнажил меч, метая взглядом молнии. Гонец съежился, стиснул зубы, готовясь остаться без головы. Князь с яростью разрубил куст, так кстати оказавшийся на его пути.

– Жениться надумал без перстня? Когда сам император прибыл на свадьбу, смеет так себя вести с ним и принцессой?! Отец столько лет обсуждал дела, договаривался, а теперь этот… Аргх! Он может разрушить все одним махом! Либо, – Идан замер, задумчиво потер подбородок, – у него есть какой-то план. Надеюсь, он не собирается держать императора с его дочерью в заложниках. Нам не нужна среди врагов еще и Империя Алтин.

Мужчина опустил руку и сжал меч так, что послышался скрип кожи рукавиц о рукоять. Через несколько мгновений Идан выдохнул, сдерживая бурю внутри.

– Есть еще какие новости?

– Нет.

– Благодарю за доклад. Можешь отдыхать. Завтра отправишься к Игорю, – бросил молодой князь и двинулся в сторону лагеря. Боле ему здесь делать нечего.

Идан также незаметно вернулся к себе в палатку, облачился в доспехи, отличающиеся нагрудной пластиной – на ней был выгравирована голова волка, а края обрамлял серый мех.

Молодой князь вновь склонился над картой. Вот Старград, а сразу правее Заречинск. Если свадьба будет там, значит все самые влиятельные советники поедут вслед за Олегом. Совет можно будет собрать там. Это сэкономит день пути.

– Странно, что принцесса прибыла раньше назначенного срока. Неужели что-то случилось в Алтин? Надобно это выяснить.

Идан провел пальцем вверх по карте. У северной границы растянулось до самого моря Славское княжество, там же – захваченный Новиград и ближайшие к нему территории, где стоят войска Олега. Примерно двадцать тысяч. Мужчина обреченно вздохнул:

– Вячко прав. Что я буду делать в Старграде или Заречинске с войском в тысячу человек? К тому же, с больными и ранеными. Стоит брату хотя бы десятую часть отправить из Новиграда, как нас разобьют. Мокрого места не оставят.

Олег был гораздо сильнее. Пять зим назад в Славском княжестве на трон сел молодой князь Изяслав. Амбициозный, горделивый и раздражающий. Смог поднять государство, приманив многих на свою сторону красноречием и силой. Не долго ему сиделось на своих территориях. Уже к лету, через год после восшествия на престол, он выступил против Старгородского княжества. Дерзко пересек границу, привел войско на территории, за которые Олег был в ответе. Изяслав действовал стремительно, быстро оттеснил брата. В какой-то момент ситуация стала настолько плачевной, что восточные земли под надзором Идана совсем перестали интересовать советников. Князь направил часть своего войска на помощь княжичу Олегу. Тогда-то в столице появился колдун Траян. Он вызвался тоже помочь разбить Славское княжество, как доказательство верности. Кто же знал, что старший княжич на пару с могущественным колдуном сможет разбить врагов и отобрать плодородные земли с крупным городом, да еще и обогатить его.

И с тех пор, как докладывали Идану, войско жирует в Новиграде. Двадцать тысяч человек стерегут границу и не планируют пробиваться дальше. Идану вдруг стало интересно, мог ли Олег заключил какое-то соглашение с Изяславом. Неспроста на поле боя тихо так долго.

И что он, второй сын почившего князя, может противопоставить брату? Где взять воинов? Даже собери со всех деревень мужиков, способных держать в руках мечи и копья – этого будет недостаточно. Олег силой заставит передать ему перстень и тогда все будет кончено. Не видать Идану трона как своих ушей.

Князь и сам не заметил, как ноги принесли его к поляне с ранеными. Он не понимал, почему приходит сюда каждый раз, когда задумывается.

Вера уже проснулась и сонно варила очередную порцию снадобья. Знахарка была тоненькой как тростинка, худой рукой помешивала варево на огне. Казалось, схвати за запястье, и то сломается. Идану стало больно не нее смотреть. Слишком много сил она отдавала воинам и ему самому. И только благодаря ее умениям многим удалось выжить. Его лечцы на такое не были способны. Да и их по пальцем можно пересчитать, не все пережили мор, а те, что остались, едва были способны даже на толику от умений ученицы волхва. Так, чисто раны промывали да перевязкой занимались.

Идан присел рядом с девушкой. Не получалось подобрать слов. Он всем сердцем хотел, чтобы она пошла с ним в Заречинск, в Старград. И не потому, что без нее может вернуться хворь или раненым станет хуже. Потому что…

Он и сам не знал.

– Князь, – девушка поклонилась, когда заметила тихо подошедшего мужчину, – как ваше самочувствие?

– Благодаря твоим стараниям – хорошо. А вот по тебе так не скажешь. И не нужно снова говорить, что ты в порядке. Я же вижу.

Идан пресек возражения Веры. Девушка только и успела, что открыть и закрыть рот.

– Как много ты ешь? И спишь?

– Не беспокойтесь, достаточно.

– Я планирую передвинуть войско, а часть людей отправить в деревню, из которой ты пришла. Не хочешь пойти с ни…

Вера вдруг подняла голову и удивленно посмотрела на Идана, а сам князь замолчал на полуслове от этого пронзительного и смелого взгляда девушки. У нее глаза темные, глубокие, завораживающие. Сердце мужчины на мгновение пропустило удар.

– Вы желаете меня отослать? Разве моя помощь боле не нужна, княже?

Отчего-то в ее словах слышалась горечь и негодование. От такого тона стало не хорошо на душе. За это время Вера успела стать родной каждому воину. Идан не был исключением.

– Подумал, может ты соскучилась по родным. – Он провел пальцами по волосам, зачесывая их. – Сваришь отвар на два дня вперед, а сама отдохнешь, со своими увидишься. С ранами мы справимся.

– Нет у меня родных. – Знахарка опустила взгляд и помешала варево. – Все давно померли. Лада была подружка моя близкая, да и та… погибла. Воспитывал меня волхв, Дедушка. – Она вновь подняла взгляд. – Князь, не оставлю я войско. Сгинете без меня. Дедушка не просто так велел с вами пойти и не отступать ни на шаг. – Она вдруг опустила глаза. – Прошу простить. Негоже безродной девице взирать на вас. И прерывать вас на полуслове, как ранее, тоже.

– Что, если я хочу, чтобы ты смотрела на меня?

Рука сама потянулась к подбородку девушки. Идан заставил девушку поднять взгляд. Щеки знахарки порозовели.

Мужчина выдохнул и сжал ее прохладную ладонь:

– Когда приедем в Старград, клянусь, прикажу выделить тебе дом, хозяйство, слуг, золото. Если захочешь, даже знахарем при дворе станешь! Если бы не ты, я бы здесь не сидел. Как и многие из остатков некогда большого войска.

Щеки ее зарделись пуще прежнего:

– Что вы! Не нужно мне ничего! Я это от чистого сердца! В деревне меня боялись из-за моих знаний и темных волос. В городе я и вовсе не приживусь.

Как бы человек не отнекивался, не обманывался, но хорошая жизнь нужна каждому. Идан был уверен в этом.

– Глупцы они, раз не разглядели такой самородок. Что ж, решено. При перемещении войск поедешь со мной на коне. – Твердо сказал мужчина, довольно наблюдая за удивленной девицей.

– Как я могу… – едва слышно ответила девушка и прикрыла лицо свободной рукой. – Мое место в повозке с ранеными.

– Слово князя – закон. А теперь мне пора. – Идан улыбнулся и встал.

По приказу Идана на разведку были отправлены трое просоков, разведать, куда лучше переместить войско. К вечеру они не вернулись. Не показались они и тогда, когда ночь опустилась на лагерь. Неужто напасть какая приключилась?

Лагерь уже давно погрузился в дрему, когда молодой князь в нетерпении встал, так и не найдя сна. Не мог он просто сидеть без дела. Его всегда раздражало ожидание. Это мерзкое тянущееся чувство, когда ничего не можешь сделать и остается только размышлять, придумывать что-то, накручивать себя.

Идан переоделся в кольчугу обычного дружинника, поправил доспех, шлем, покрепче подвязал меч и выбрал одну из троп, ведущую вокруг лагеря. Нужно было проветрить голову, побыть в тишине, а не решать вопросы и отвечать на приветствие каждого встречного.

Многие дружинники уже спали. Единицы следили за кострами. Вокруг лагеря: то тут, то там мелькали огни – это просоки выискивали разведчиков и следили за округой.

Уже по привычке Идан добрался до поляны с больными и тут же спрятался в кустах. Вера прошла мимо, не заметила его. Он посмотрел ей вслед и… встревожился. Обернувшись несколько раз, девушка шмыгнула меж деревьев, уходя прочь от лагеря.

Идан поспешил за знахаркой. Вдруг она попадет в беду или… Нет, он не хотел даже думать о том, что она может предать его и войско, которому уже столько дней не позволяет отправиться в Навь.

Тропа была извилистая, будто играла в салки с князем. Глупо ночью потеряться в лесу, поэтому Идан решил все же не сокращать путь сквозь кусты, а следовать за девицей по тропе. Луна стояла высоко, деревья прятали ее за кронами. Она проглядывала через ветви, будто следила за князем. Осень вовсю буйствовала красками, жухлые листья шуршали под ногами. Легкий ветерок ласкал кожу, унося тяжелые мысли. Мужчина старался ступать медленно, тихо, пока не понял, что потерял след. Девушка будто исчезла. Он заозирался, стараясь в свете луны не упустить тень среди деревьев. Прислушивался к каждому звуку. Пока чуть поодаль не увидел голубоватое свечение.

– Что за чудеса? – слова вырвались сами собой.

Где это видано, чтобы ночью незнамо откуда лился свет? Идан подошел ближе и выглянул из-за дерева. Посреди небольшой полянки расположилось крошечное озерцо. Из-под воды било загадочное голубое свечение. Идан многое повидал за свою жизнь, но этого объяснить не мог. Колдовство – не иначе, а значит Вера правду сказала, что с троп сходить нельзя.

Чуть поодаль кусты зашуршали. Идан напрягся и крепче сжал меч. Ежели Вера – станет охранять. Если чужак – пасть ему от княжеского меча. Но из зарослей выскочил заяц и в несколько прыжков оказался у воды. Идан растерялся. Он надеялся, что это его знахарка. Куда же она могла пропасть…

Неожиданно зверек выгнулся, кости его принялись гнуться, ломаться, лапы стали человеческими руками и ногами. Молодой князь не мог поверить собственным глазам.

На берегу озера теперь сидела девица с тонким станом, белой кожей и темными волосами. Как бы ни старался, лица Идан не мог разглядеть. Девушка встала с колен и тут же ступила в воду. Стояла середина осени, вода в водоемах остыла, но ведьму это не пугало. Она смело вошла в воду по бедра. Обеими руками убрала волосы со спины, обнажая необычный рисунок на коже, похожий на спираль. Девица вознесла руки к небу и из ее уст потекла мелодичная молитва на незнакомом языке. Голос ее был похож на Верин. Может это и была ученица волхва?

Свечение под водой усилилось. Идан потер рукавом глаза, не в силах поверить в увиденное. Тонкие голубые линии побежали вверх по ногам, ягодицам, спине девушки, пока не достигли рисунка. Он тотчас зажегся, неестественно засветился. С каждым мгновением разгорался сильнее, когда как свет в озере ослабевал. Тело девушки словно поглощало его.

Вскоре озерцо стало темным, будто в нем скопилась вся тьма. Постепенно погас и рисунок на теле девицы. Она опустила руки, обняла себя за плечи и погрузилась в воду по шею. Темные волосы паутиной легли на глади. Побыв так совсем недолго, ушла под воду с головой. Идан даже сильнее высунулся из-за дерева, желая рассмотреть получше. Вдруг вода задрожала и вместо девицы из глади с плеском вырвался черный ворон и, каркая, улетел прочь.

Князь еще некоторое время постоял в темноте, прежде чем вернуться к тропе. Многие мысли блуждали в его голове. Безумно захотелось посмотреть, если ли такой рисунок на спине Веры. Не просто же так ему показался знакомым девичий голос. Да и вряд ли в такой глуши найдется еще одна такая девица.

В лагерь Идан вернулся, сделав крюк через поляну с больными. Вера уже лежала в телеге, свернувшись калачиком и укрывшись медвежьей шкурой. От сердца отлегла тревога за жизнь девушки, но увиденное все еще вызывало множество вопросов. Однако их пришлось отложить.

– Долго же вы. – Тихомир недовольно сложил руки на груди, рассевшись около входа в княжескую палатку. – Ушли и не предупредили. А если на вас нападут? А если в лагере есть предатели? Вы подумали, что станет с войском? С княжеством?

– Я специально скрыл себя и прошелся только по лагерю. – Соврал Идан. Он почувствовал себя ребенком, как тогда, когда Игорь отчитывал его на тренировочной площадке за дворцом в Старграде. – Не нагнетай, Тихомир.

– Ей богу, княже, что нам с вами делать? – воевода покачал головой. – Просоки вернулись. Они разведали территории.

Молодой князь кивнул на стол у палатки:

– Я скоро выйду, ждите у стола. И вели позвать остальных воевод.

Глава 6. Первый шаг к замужеству

– Принцесса Зенина!

В дверь неистово стучали. Снаружи доносились чьи-то возбужденные голоса. Девушка с трудом разлепила глаза. Голова болела, мысли будто заполонил туман, пока в воспоминаниях вдруг не возник поцелуй с Али. Зенина прикрыла разгоревшиеся щеки. Что, если их увидели? Сердце забилось часто-часто. В груди все сжалось. Вдруг ее сейчас выволокут из покоев и поведут на казнь за предательство, как княжну Ярославу?

Девушка спрыгнула с высокой перины и боязливо подошла к двери. Убирать засов сразу не стала.

– Я проснулась. Что-то случилось?

– Хвала Перуну! – Раздался приглушенный девичий голос. – Доброго утра вам, принцесса Зенина. Нам было велено подготовить вас к первому дню свадьбы. Разрешите открыть дверь!

– Сегодня? – удивилась девушка. - Как же так!

Ворох вопросов вскружил голову девушки. Почему Олег захотел жениться уже сегодня? Почему ни о чем не сообщил заранее? Конечно, хорошо, что княжич решил поторопить события, но это уже не входило в ее планы. Отчего же он вдруг так спешит? Потому что желает занять княжеский престол и заполучить земли, обещанные договором?

Сердце неприятно защемило, стоило представить, как новый князь прикасается к ней. Зенина поморщилась и закусила губу. Но пока что рано переживать. Еще в Алтин ей рассказали, что свадебный обряд в княжестве длится три дня. Стоит перетерпеть сегодня, а завтра она будет уже где-то далеко вместе с Али.

– Принцесса, очень просим вас открыть! – в дверь опять постучали. – Времени совсем мало!

Зенина спрятала одежду с ночной прогулки где-то между периной и стеной, подобрала свалившиеся с нее веточки сена и выбросила в окно. Стоило приоткрыть ставни, как ее обдало холодным осенним воздухом. Зенина поежилась, закрыла окно, неуверенно подошла к двери и отперла засов. В покои ввалились служанки. Пять девиц в массивных домотканных сарафанах закружили по комнате. Одна из них с тряпкой в руках принялась спешно вытирать пыль с кожаных сапожек в углу; другая метнулась к сундуку и начала вытаскивать из него вообще все. Две другие почти силой потянули принцессу и усадили за стол, на который уже поставили деревянную тарелку с прозрачной ледяной водой – она мигом смыла последние капли сна. Все завертелось и закрутилось так стремительно, что девушка едва успевала сообразить, что вообще происходит.

– Меня звать Марусей, Ваше Высочество. – На вид самая старшая из девиц поклонилась, не смея поднять глаз на будущую княгиню. Две тугих светлых косы, скрученных на затылке, прикрывал странной формы расшитый головной убор. – С сегодняшнего дня мы будем следить за вашей одеждой, едой и питьем, после свадьбы некоторые из нас сменятся. Сегодня необходимо пройтись по городу, известить о свадьбе люд и одарить бедных. – Добавила она, погодя.

Здесь Маруся. А в Старграде ей прислуживала Малуша. Неужели в этом княжестве имена всех служанок начинаются на одну и ту же букву? Но беда была вовсе не в этом. В Алтин принцессу всегда окружали несколько девушек. Они не сменялись годами. Им можно было рассказать даже самые сокровенные тайны и быть уверенной, что они не разойдутся слухами по империи. Здесь же не с кем было даже поговорить по душам. Каждый раз приходили новые люди. Служанки менялись быстрее, чем принцесса могла запомнить их имена и лица.

– Хорошо… – Зенина не могла сказать больше. Голос прозвучал как чужой. Все, что она хотела – это вернуться в теплые объятия Али и забыться.

Две девушки в огромных сарафанах и с лентами в косах торопливо поднесли огромный сверток из яркой ткани. Ловкими, но аккуратными движениями они развернули его. Перед Зениной возникло платье: тяжелое, с множеством слоев, его ткань выглядела грубой. Но больше всего внимания принцессы привлек сам узор, щедро рассыпавшийся по вороту, рукавам и подолу. Золотые нити мерцали, а дорогие камни вплетались в вышивку, переливались всеми оттенками алого, белого и золотого. Вышивка была чужда ее привычному взгляду, совершенно не похожа на плавные, извилистые линии, которые она привыкла видеть на одежде в империи. Здесь господствовал угловатый и строгий повторяющийся орнамент. Если узоры Алтин были как волны – мягкие, текучие, грациозные, то эти как камни – тяжелые, массивные, острые.

Зачем служанка рылась в ее сундуке с одеждой, привезенной из Алтин, если они изначально хотели нарядить ее в местную одежду, для Зенины осталось загадкой. Решила, что позже обязательно проверит, не пропало ли что.

– Мы поможем вам одеться, Ваше Высочество. Сам кня… Ваш суженый выбрал это платье.

Зенина ощутила слабость в ногах. Все было так внезапно. Ей почти не был знаком ее «суженый». Да и те разы, в которые удалось с ним поговорить, оставили отвратительные следы на сердце. Сперва не обращал внимания. Потом отсадил прочь по пути в Заречинск. Теперь он за нее даже платье выбирает. Зенина ощутила себя совершенно безвольной. Она могла бы сказать им оставить ее в покое, но знала, что этим ничего не добьется. Придут другие служанки и заставят одеться. Или же Олег начнет давить на отца и трясти пред ним договором. Зенина не сомневалась, что и такое возможно.

Но все же девушка поняла для себя кое-что. Нужно брать все в свои руки. Пусть Империя сейчас и нуждается в помощи, но это не значит, что можно втаптывать гордость родной страны и ее самой в грязь. Да, принцесса собирается сбежать, но она сделает все возможное, чтобы это как можно меньше сказалось на ее стране. А дальше… Дальше отец что-нибудь придумает.

– Я не буду это надеть, – властно и спокойно сказала принцесса. Зенина жестом приказала положить одеяние на перину. Служанки, будто околдованные, застыли, замолчали.

– Но… Но Ваше Высочество, это важный день! – с волнением сказала Маруся, не ожидая такого сопротивления. – Вы должны!

Зенина пронзила ее взглядом темных глаз. Кто их воспитывал, что они смеют вышестоящим говорить, что те должны делать? Девушка позволяла такое отношение только самым близким, и то, они советовали, предлагали другие варианты, но никогда не указывали. В Старграде, пока ведьма дышала в затылок, ей было очень страшно задумываться о таких вещах. Видать, слух расползся, что принцессой можно помыкать.

– Я должна, – Зенина сделала акцент на слове, а служанки еще сильнее втянули головы в шеи, – давать дары бедным в этом? Вы так считать? – Зенина, насколько могла, сверху вниз посмотрела на девиц перед собой. – Это не уважать людей. В Алтин меня учить уважать жителей империи, а не издеваться.

«Каждый наш подданный важен. Не имеет значения, сколько у него богатств», – говорил отец, когда она сидела у него на коленях на имперском совете или в саду у Мирового Древа. – «Не всем повезло родиться в роскоши. Наша задача сделать так, чтобы каждый в империи был сыт и здоров. Ведь правители – это родители для всех жителей. Родители любят и защищают своих детей. Наказывают, если это действительно требуется. Только в этом случае Алтин будет процветать».

В душе принцессы бушевал ураган негодования. Бедняки ненавидят богатых, потому что те не ценят всего злата и еды в своих домах. Когда человек голоден, днями и ночами мерзнет, постоянно борется со смертью, ненависть только возрастает. И они хотят, чтобы принцесса в роскошном наряде раздавала жалкие крохи?

– Нам приказали. Мы не можем ослушаться.

– Я не нашла ничего подходящего в сундуке среди ваших вещей.

Маруся и другие служанки склонили головы.

– Не губите, Ваше Высочество! – выкрикнула одна из девиц, самая младшая, и пала не колени.

Зенина понимала, что девушки ничего не могут сделать в сложившихся обстоятельствах. Они имеют меньше прав, чем она. Служанок накажут первыми, а на их место пришлют других.

– Хорошо. Но снять почти все украшения и сложить их в шкатулку. – И тут же добавила, глядя на Марусю. – И никогда не указывать мне, что я должна делать.

– Как прикажете. – Кажется, служанки выдохнули и снова принялись кружить по покоям. Но теперь была заметна их нервозность. Слова они стали подбирать аккуратнее, а умывать и расчесывать бережнее.