Грани свободы. Аверс

– Откуда у меня может взяться боевой опыт, если меня не допускают до настоящих магов… – раздраженно выдохнула я.

– Это приказ капитана, сержант Одли! – рявкнула Джоан. – Чтобы через минуту вас там не было. С третьим уровнем не контактировать, если только он не нападет. Выполнять! Конец связи.

Она отключилась, и я изо всех сил постаралась не разбить коммутатор об пол. Тихо зарычала и посмотрела на Тайлера, который стоял с невозмутимым выражением лица. Я всегда поражалась его умению в любой ситуации сохранять спокойствие и уверенность, какие бы чувства не бушевали внутри. Я так не умела – и сразу же выплескивала все наружу. Вспыхивала, как спичка, от каждого обжигающего слова.

– Идем, – железным тоном велел он и, придерживая мужчину, пошел вместе с ним из того, что когда-то было квартирой. – Держись рядом.

– Тай… – начала я, но он резко оборвал меня, пригвоздив взглядом.

– Даже не начинай, Лекс, – друг продолжал упрямо двигаться вперед, а стихийник еле успевал переставлять ноги и подстраиваться под размашистый шаг. – Я знаю, что ты хочешь сказать. Но не вздумай оспаривать приказ командира, если не хочешь проблем. Проявишь самодеятельность – и вылетишь из Отдела, а я следом за тобой.

– Это же полный бред, – тихо ругалась я у него за спиной, быстро спускаясь по лестнице. – Совсем рядом с нами маг третьего уровня, а мы, вместо того, чтобы задержать его, возимся с безобидным магом, – я, извиняясь, улыбнулась мужчине, но он не расслышал мои слова. – И, зная, что мы тут, сюда все равно высылают группу захвата.

– Лекс, – Тайлер устало выдохнул и преодолел последний пролет. – Ричардс командир, и если таков приказ – не тебе ставить его под сомнение. Ты не заработаешь бонусных очков, даже если лично приведешь ему в кабинет пойманного мага третьего уровня. Скорее наоборот, рухнешь еще ниже. Ты должна беспрекословно слушаться своего капитана, какими бы неправильными не казались приказы.

Я шумно втянула носом воздух. Я это прекрасно знала и, как мантру, повторяла каждый день, приходя на службу. Но чувство несправедливости раз за разом опаляло внутренности и грозило в один прекрасный момент все-таки вырваться наружу, чтобы спалить все вокруг дотла. Я до боли стиснула челюсти, чтобы не вывалить на Тайлера очередной поток возмущений. Меня одновременно невыносимо бесило то, с какой стойкостью он принимал каждое раздражающее до мозга костей решение капитана, и восхищало. Мне бы хоть каплю его смирения, и жить определенно станет проще.

Мы вышли на улицу, и напарник побежал к машине, волоча за собой Густава, который периодически забывал переставлять ноги. Я рванула следом, но жуткий грохот сбоку заставил замереть на месте. Я повернула голову, и первое, что увидела – искореженная машина, летящая в нашу сторону.

С отвратительным лязгом и скрежетом она опускалась на асфальт и оставляла на нем растрескавшиеся вмятины, а затем отскакивала, как мячик, и снова устремлялась вперед, посылаемая ужасающей силой. Громче этого звучали только оглушительные крики со всех сторон, и я выхватила боковым зрением бегущих врассыпную людей. Но на самом деле не сводила глаз только с одного – стоящего на расстоянии в пару сотен метров. Отсюда, да еще за пеленой дождя, не получалось разглядеть его лица, скрытого за глубоким капюшоном куртки. Но я видела искры магии в его руках и кожей чувствовала расходящиеся во все стороны волны силы. Опасной, пугающей и заставляющей волоски на шее встать дыбом. Магии третьего уровня.

Машина, превратившаяся в груду металлолома, опустилась в паре метров перед нами, а затем перелетела через головы и рухнула рядом с нашим автомобилем. Представление закончилось, и я скорее ощущала, чем видела довольную улыбку на губах мага. Крики зазвучали громче, или просто так казалось без безумного грохота металла по асфальту. Я еще раз бегло огляделась, и на первый взгляд, жертв не оказалось – все или жались к стенам домов, или в панике бежали, не разбирая дороги. Повреждений, кроме несчастной машины, я тоже не заметила – и это ни в коем случае не случайность. Я слишком хорошо знала, на что способны маги, чтобы поверить, будто сегодня чудом никто не пострадал. Он мог убить всех на этой улице одним небрежным движением руки. Но мы все еще живы, а машина не приземлилась на наши головы.

Это гребаная демонстрация силы. Еще одно напоминание нам, людишкам, насколько мы слабы и ничтожны по сравнению с магами.

– В машину! – рявкнул Тайлер так, что уши заложило.

Я замерла на какую-то долю секунды. Все внутри рвалось остаться, а не бежать, и показать ублюдку, что люди не так слабы, как думают маги. Наша победа в Магической войне – не случайность. Запрет на использование силы – не наказание, а проклятая справедливость за все, что они сделали и за то, сколько жизней унесли. Я пришла в Отдел по контролю за магией именно за этим – день за днем напоминать им об этом и стать тем, кто однажды окажется между очередным сошедшим с ума и захотевшим власти магом и обычным человеком. А вместо этого занималась задержанием тех, кто представлял угрозу разве что для самого себя.

– Лекси! – голос Тайлера зазвучал устрашающе и ударил по мне хлыстом. – Не смей. В машину.

В самом конце я уловила умоляющие нотки, и это меня отрезвило. Я стряхнула с лица капли дождя, негромко выругалась и рывком распахнула заднюю дверь автомобиля, куда Тай, не церемонясь, запихнул Густава. Нырнула на свое сиденье и услышала вой приближающихся сирен – это спешила группа захвата. Через окно, пока Тайлер резко дергал машину с места и одним движением руля разворачивал в обратную сторону, увидела, как маг поднял вверх руку, посылая поток искрящейся магии в небо. Над городом ярко загорелась огромная метка – красная буква “А”, и у меня воздух выбило из легких, а желудок прилип к позвоночнику. Я втянула носом кислород, которого вокруг стало предательски мало, и дрогнувшим голосом шепнула напарнику:

– Тай, наверху.

Он всего на секунду отвлекся от дороги, чтобы бросить взгляд в небо, и выругался сквозь стиснутые зубы:

– Проклятье. Это же не то, о чем я думаю?

– Метка Аластора, – я бы хотела сказать ему, что он ошибся, но Тайлер прав.

В зеркало заднего вида я увидела, что маг уже исчез с того места, где только что стоял. Я не успела заметить, куда он делся – убежал, растворился в воздухе или окутал себя тенями, становясь невидимым? Не так уж важно. Главное, что прибывший на место отряд не обнаружил ничего, кроме висящей в воздухе кровавой метки с именем лидера повстанцев.

Глава 3

– Хорошо, – как можно спокойнее произнесла я, хотя пальцы подрагивали от возбуждения так, что кофе расплескался из стаканчика. – Это еще не значит, что он вернулся, правда?

– Правда. – Тайлер несколько раз надавил на кнопку с цифрой “5” на светящемся табло в лифте. Мы поднимались в Отдел из подвалов с изоляторами, где только что оставили Густава.

– Может быть, это просто очередной псих, который поклоняется Аластору, да?

– Да.

– Ты ведь так не думаешь.

– Нет, – Тай коротко мотнул головой, а взгляд его остался непроницаем. Потом тяжело вздохнул: – Лучше бы он и правда оказался там по душу нашего Густава, а не для того, чтобы напомнить всем об Аластор. Но, думаю, это всего лишь совпадение. Вряд ли он пришёл за стихийником, у него своя цель.

– Какая? Выразить почтение Аластору? Предупредить, что он снова здесь?

– Я не знаю, Лекси. – Плечи друга тяжело поднимались и опускались, словно он дышал через силу.

Двери лифта распахнулись на нужном этаже, и нас сразу окутал гул голосов. Здесь всегда оживленно, но сегодня в воздухе витало не просто рабочее напряжение, а настоящая тревога. Она легко забралась мне под воротник куртки и холодным скользким клубком скатилась по спине вниз.

Отдел по контролю за магией расположился в старинном пятиэтажном здании в самом центре города. Остальные этажи занимали другие отделы Королевского управления: первые два сыскной Отдел, третий и четвертый – Отдел правопорядка. В подвалах прятались камеры для временного содержания преступников. Их обычно занимали стихийные маги в ожидании заключения Договора.

Этаж ОКМ я любила больше всего. Он казался самым величественным и красивым, и я ощущала трепет в груди каждый раз, как заходила в отдел. Мне нравилось здесь все. Огромный залитый светом просторный холл с высокими потолками и разбегающимися в разные стороны коридорам, глянцевый белый пол, стены из шершавого мрамора. Толстые колонны с грубо высеченными профилями людей. Они словно молчаливые стражи охраняли вход от неугодных гостей, и, когда я попала сюда впервые, испытала чистейший страх. Каменные глаза видели меня насквозь, а я, затаив дыхание, ждала молчаливого разрешения двигаться дальше.

Я постаралась не обращать внимания на беспокойно мелькающие лица сослуживцев, выровняла дыхание и направилась к огромному круглому столу в центре холла, где в окружении десятка мониторов сидела Джоан. Выражение обычно милого и приветливого лица сразу мне не понравилось: обычно она не хмурила брови с такой силой, что по коже змейками расползались глубокие морщинки. Гладкие темные волосы, обычно заплетенные в аккуратную косу, сегодня были взлохмачены у затылка, будто Джоан часто запускала в них пальцы, забывшись. Она пристально вглядывалась в экран компьютера и нечеловечески быстро печатала, почти не касаясь пальцами клавиатуры. Нервно облизнула губы, и руки на мгновение замерли, прежде, чем продолжить свой бег.

– Привет, Джоан. – Я облокотилась на стойку перед ней и натянуто улыбнулась. – Какого черта тут творится?

Она подняла на меня глаза, и липкие щупальца сжали мой позвоночник еще сильнее. Спокойствию и безэмоциональности Джоан можно позавидовать, обычно она не позволяла себе проявлять на людях хоть какие-то чувства и оставалась обжигающе холодной со всеми. Девушка больше напоминала андроида, чем живого человека, и первое время я даже немного побаивалась, когда она проходилась по мне ничего не выражающим взглядом. Но сегодня я ее не узнавала.

Впервые за два года, проведенные в ОКМ, я различила в глубине льдисто-голубых глаз настоящие чувства. Джоан до самых кончиков ногтей переполнял страх. Она даже не потрудилась дежурно улыбнуться, тяжело сглотнула и ответила:

– Лекси. Тайлер. Вас ждет Ричардс.

А вот это уже совсем нехорошо. Я зябко поежилась, а Тайлер наклонился поближе к Джоан.

– Джо, что случилось? Все из-за этого мага с меткой Аластора?

Она молча кивнула. А потом понизила голос и сообщила:

– Он был не один. Сегодня пять магов третьего уровня запустили метки в разных частях города.

– Черт! – мы с Тайлером одновременно выругались и переглянулись.

Это не просто нехорошо. Это полная задница.

– Идите, не заставляйте его ждать. Капитан и так в бешенстве.

Кто бы сомневался. Не сговариваясь, мы с Тайлером направились в кабинет Ричардса. Сердце глухо стучало в такт со звуком шагов по коридору, и я пока не понимала, как реагировать на происходящее. Пять магов, выпустивших имя Аластора в небо. Пять магов, нарушивших закон. Они знали: если попадутся к нам в руки, их ждет смертная казнь. Если попадутся…

Я тоскливо закусила губу. Они быстрее и сильнее. Они заведомо на несколько шагов впереди нас. Поймать их сложно, убить – еще сложнее. Мы с Тайлером могли попробовать только потому, что случайно оказались в нужном месте раньше, чем группа захвата. У нас был шанс, а мы его бездарно упустили, потому что Ричардс не видит дальше своего носа. Волна злости окатила с головой, и я с трудом заставила себя затолкать ее подальше. Тайлер прав: перечить командиру – значит, собственными руками вышвырнуть себя из Отдела.

Тай негромко постучался, и мы вошли в кабинет. Там оказалось многолюдно – около десятка человек, помимо самого Ричардс. У него получалось возвышаться над всеми присутствующими, даже сидя за столом. И не только благодаря высокому росту и широкому размаху плеч. И не из-за крепкой стальной хватки – хоть возраст капитана плавно приближался к пятидесяти годам, сил ему было не занимать. А больше из-за внутренней энергии, которая заполняла все пространство вокруг.

Капитан удостоил нас мимолетным взглядом и недовольно поджал губы – своим появлением мы прервали рассказ раскрасневшегося Стива Джейкобса, двухметрового громилы с лицом, больше напоминающим горного тролля из сказок.

– Бенсон, Одли, – прорычал Ричардс, – явились наконец-то.

– Мы доставляли стихийного мага… – начала я, но он грозно цокнул языком и прервал мою речь, всем видом показывая, что меньше всего его сейчас волнуют несмышленыши-стихийники.

Я сглотнула злость, подобравшуюся вплотную к горлу, и впилась ногтями в ладони. Можно подумать, это не он приказал привезти его в Отдел и не приближаться к магу на улице вместо того, чтобы попробовать задержать.

– Джейкобс как раз рассказывал нам, что к моменту прибытия их отряда мага, совершившего преступление, на месте уже не было. Вам есть что добавить?

– Да, – я старалась, чтобы голос звучал ровно, но с сожалением различила нотки обиды. – Мы его видели. Он швырял машину по улице, словно это мячик для пинг-понга, а потом запустил в небо метку с именем Аластора. И могли бы его взять, если бы не ваш приказ уезжать со стихийником.

Тай незаметно пихнул меня в бок, призывая замолчать, и свистящий поток воздуха вырвался из его ноздрей. Ричардс хмыкнул и язвительно спросил:

– И что бы вы сделали, сержант Одли? Как задержали сильного мага, который мог размазать вас одним движением руки? Думаете, он бы рухнул, сраженный вашим очарованием?

Ногти врезались в ладони сильнее, и я точно знала, что они оставляют на коже глубокие красные следы. Медленно вдохнула, но не разорвала зрительного контакта с капитаном. Он смотрел на меня без усмешки, серьезно и твердо, безмолвно заявляя, что не понимает, какого черта я забыла в его отряде. Он видел, как гнев с каждой секундой все больше заполняет мои глаза, но ни один мускул на его лице не дернулся. Ричардс воспринимал меня как маленькую, слабую девчонку, которая годится только приносить кофе по утрам.

Стихийники – рутина нашего Отдела. На поиск и отлов впервые явившихся миру магов отправляли или особо провинившихся, или таких, как мы с Тайлером, молодых и неопытных. И я всей душой ненавидела заниматься этим. Какая польза от поимки стихийных магов, если за все время службы только двое оказали сопротивление при задержании? Все остальные добровольно ехали на подписание Договора и с легкостью отказывались от приобретенных сил. А мне хотелось сражаться с теми, кто осознанно шёл против системы.

Единственный, кто оказался рад такому положению вещей – моя мать. Каждый раз при просмотре новостных выпусков, она в ужасе прижимала руку к груди и хваталась за виски.

"Уму непостижимо, Александра! Каждый день моя дочь рискует жизнью. Какое счастье, что ваш капитан здравомыслящий мужчина и понимает: все, на что ты можешь сгодиться – поимка неопытного мага первого уровня".

Я кривилась от ее слов и мгновенно вскипала, как кастрюля на плите. А если она продолжала, то чаша моего терпения переполнялась также быстро, как ореховая скорлупа под дождем. Поэтому мы с мамой общались не так уж часто – слишком у нас разные взгляды на жизнь. Я верила, что справлюсь с более сложным заданием, а она видела во мне ни на что не способную девочку.

Как и капитан, который считал меня досадным недоразумением, непонятно как попавшим к нему отдел. И плевать хотел, что я честно прошла отбор на это место и сдала тесты на девяносто шесть баллов из ста. А полосу препятствий преодолела за не самое плохое время в отделе. По крайней мере, лучше, чем у половины мужчин в этой комнате, которые едва втиснулись в установленные нормативы для вступления в должность.

Все это было неважно. Капитан видел перед собой хрупкую девушку, которая куда лучше смотрелась в коктейльном платье на приёме в одном из богатых домов города. В этом они так похожи с моей матерью, и именно этим доводили меня до бешенства.

Мягкая теплая рука Тайлера обхватила мою, сжатую в кулак, и дышать сразу стало легче. Он аккуратно, но уверенно, разжал мои пальцы и крепко переплел со своими, успокаивая. У меня было, что ответить Ричардс. Я не слабая и легко могу уложить того же тяжелого и неповоротливого Джейкобса на лопатки. А еще у меня есть оружие, и я могу попасть в цель с расстояния полсотни метров. Какими бы сильными ни были маги – пуля убивает их также легко, как обычных людей. Я могла хотя бы попробовать.

Но я промолчала, в очередной раз проглотив обиду. Потому что до сих пор надеялась: однажды Ричардс поверит в меня, и я смогу заниматься тем, ради чего оказалась здесь. А еще потому, что теплая рука Тайлера напоминала мне – мы в одной лодке, и если меня вышвырнет за борт, друг полетит следом. Его подвести я не могла, ведь в этой лодке мы оказались из-за меня. Тайлеоу не посчастливилось попасть в напарники именно ко мне. Если бы его назначили к тому же Стиву Джейкобсу – Тай уже давно мог устраивать облавы на магов третьего уровня. Плевать, что Джейкобс глуп и со скоростью реакции, как у улитки. Вполне достаточно, что у него имеются опыт и мужские половые признаки.

– Нет, капитан, – сквозь зубы выдавила я. – Вы правы.

Ричардс удовлетворенно кивнул и потерял ко мне всякий интерес. Обвел тяжелым взглядом, не предвещавшим ничего хорошего, всех присутствующих в комнате.

– Итак, что мы имеем. Пять магов третьего уровня почти одновременно запустили в небо метки с именем Аластора, которые видел весь город. И ни один из них не пойман, всем удалось скрыться. Чего они хотели добиться? Посеять панику среди горожан?

– Если так, им это очень хорошо удалось, – из угла донесся хриплый голос Гарри Веста. Он окинул нас скучающим взглядом и сложил на груди руки. – Люди в панике. Все еще прекрасно помнят события трехлетней давности и не хотят оказаться в эпицентре сражения.

– Ситуация под контролем, – отрезал Ричардс. – Немного позже я выступлю с обращением к населению – нам нужно, чтобы горожане сохраняли спокойствие, а не бежали, сея хаос. Пять магов, решивших напомнить об Аластор, – это еще не сам Аластор. И не гарантирует, что он снова вернется.

Я постаралась не поморщиться. Можно допустить мысль, что один маг, пускающий метку в небо, мог оказаться спятившим фанатиком, но пятеро… И даже, если не Аластор стоит во главе этих преступлений, сами по себе маги, сбивающиеся в группы и использующие силу с его именем на устах, не менее опасны.

– Все свободны! – распорядился Ричардс, встал и громоздкая фигура заполнила все пространство в помещении. Все зашевелились, пытаясь побыстрее протиснуться к выходу, потому что все внутри отчаянно желало поскорее выполнить приказ и исчезнуть из кабинета. – Всем быть в повышенной боевой готовности. Эти пятеро были первыми, но не факт, что последними.

Глава 4

Остаток рабочего дня прошел относительно спокойно, хотя всеобщее беспокойство витало на этаже, не давало сосредоточиться и спокойно заняться отчетом по нашему стихийнику. Я больше часа пыталась связать мысли в слова и не прислушиваться к несмолкающим разговорам сослуживцев, в которых все чаще встречалось имя Аластора. Наконец Тайлер со вздохом забрал у меня бумаги и избавил меня от этой участи, справившись минут за пять.

Зато следующее утро началось с собрания всего отдела, на которое капитан Ричардс позволил себе ворваться, с грохотом приложив дверь о стену. Мы подскочили на месте, и я уверена – все без исключения напряглись, как сжатая пружина. Капитан замер перед нами с хмурым лицом, не предвещавшим ничего хорошего. Обвел всех сидящих суровым взглядом холодных серых глаз и остановился на двоих в первом ряду.

– Сержант Коллинз! Сержант Говард! Доложите о дежурстве! – рявкнул он. По его тону ясно – что-то произошло, но он, конечно, уже обо всем в курсе. Это представление – исключительно для нас.

Двое мужчин подскочили со стульев и повернулись лицом к остальным. Генри Коллинз – мужчина лет сорока, но уже почти полностью седой, невысокий и полноватый, выглядел настолько жалко, что хотелось подойти ближе  и похлопать по плечу в знак поддержки. Его напарник – Стэнли Говард – высокий и широкоплечий, хоть и старше Генри, но выглядел на десяток лет моложе. Обычно суровое и невозмутимое лицо Стэнли побледнело и покрылось бисеринками пота на лбу. Похоже, дела совсем плохи.

– Сегодня ночью в 3:17 зафиксирована вспышка магии на Кинг-стрит, – заикаясь, начал Коллинз. – Мы незамедлительно выехали на место и прибыли в 3:25. К этому моменту там никого не оказалось, при проверке выявлено использование магии четвертого уровня.

Последние слова он сказал севшим от напряжения шепотом, и по залу прокатился рокот голосов. Я тоже тяжко выдохнула и выругалась. Это могло означать только одно.

– Аластор снова вернулся, – мрачно изрек капитан то, что пришло в голову всем в комнате.

Все заговорили разом, вскакивая со своих мест. Комната наполнилась десятками голосов, но разобрать что-то в этом гомоне оказалось практически нереально. Словно в зал залетел рой пчел, и теперь жужжал, не переставая. Один из самых опасных и могущественных магов снова появился в городе – я понемногу начала привыкать к этой мысли, пробуя ее на вкус.

– Тишина! – Ричардс со всей силы хлопнул ладонью по столу, и все дружно замолчали. Авторитет капитана непререкаем – его или боялись, или уважали. Или и то, и другое сразу. – Тишина. Это чрезвычайное происшествие, которое, так или иначе, заденет всех нас. Аластор не появлялся больше трех лет, и все надеялись, что он исчез навсегда.

И очень глупо надеялись. Не нужно быть гением, чтобы понимать: Аластор ведет какую-то одному ему известную игру, а мы даже не в курсе всех правил. Он никуда не исчезал, а затаился в ожидании нужного момента.

В зале повисла напряженная тишина. Я поняла, что нервно отстукиваю ботинком по ножке стоящего впереди стула только, когда Мелани Брукс повернулась ко мне и раздраженно шикнула.

– Извини, Мел, – шепнула я, но она махнула рукой.

– Я думаю, никому из вас не нужно напоминать, что использование магии пятого уровня карается смертью без возможности альтернативы в виде пожизненного заключения. Поэтому наша с вами задача – найти преступника и предоставить королевскому суду. А мне сегодня еще предстоит встретиться с королем и доложить об этом происшествии. И, боюсь, он будет совсем не рад.

Сложно радоваться тому, что один из твоих главных соперников снова поднял голову и планирует нарушить мир в королевстве. Хрупкий и непрочный, построенный на костях и сломанных судьбах.

Король Алфрид пришел к власти совсем молодым, в возрасте двадцати лет. Он сменил на троне отца, погибшего в Магической войне. Маги, с которыми люди десятилетиями жили в мире и согласии, захотели власти и признания собственного превосходства. Из обычных людей хотели сделать рабов, а всех несогласных убить. Победить магам не удалось, но за это пришлось заплатить чудовищно огромную цену.

Алфрид взошел на престол и сумел подавить мятеж. А потом нас всех ждали большие перемены. Особенно они коснулись магов – с этого дня вошел в силу запрет на использование магии. Она осталась доступна только королевской семье с самым сильным – четвертым уровнем,

Целым магическим династиям магов третьего уровня в один день запретили использовать их силу. Для них создали отдельный регистр, внесли всех до единого магов и продолжали записывать рожденных после войны. Всех противников нового порядка, или жестоко убили, или отправили в тюрьму на пожизненное заключение. Остальным разрешили остаться полноправными членами общества, но лишь с тем условием, что колдовать они больше никогда не будут. Большинство все-таки смирилось с новыми правилами, ведь альтернатива – смерть – куда хуже.

Запрет затронул и стихийных магов первого уровня. Их сила не столь сильна, но только, если сравнивать с другими магами. Любой, даже самый слабый и молодой стихийник, опасен для обычного человека.

Существовала ещё магия второго уровня, но со времен окончания Магической войны она больше не регистрировалась. Маги второго уровня – те же стихийники, только сильнее. Им подвластны заклинания, которые никогда не осилит обычный стихийник – например, магия созидания. У первого уровня отлично получалось разрушать: разорвать дерево в щепки или выбить все окна в доме. А вот собрать осколки воедино и получить целое стекло – для такого требовалась магия посильнее.

Многие назвали второй уровень стихийным третьим. Существовало множество версий, почему стихийная магия оказывалась настолько сильной. Кто-то считал, что это все-таки третий уровень, и достаточно хорошо покопаться в родословной мага и убедиться в этом. Кто-то считал, что дело именно в человеке, на которого свалилась магическая сила. Теорий много, а правды не знал никто. Как и причины, почему за последние пару десятков лет не появилось ни одного мага второго уровня.