Тенлис Хилл. Проклятие

«– Тебя больше никто не обидит, Роуз. Я не позволю», – сказал он, протягивая руку заплаканной Агате.

Так началась дружба длиною в целую жизнь.

После этого Агата узнала, что мальчик оказался сыном шерифа города, который и вынес приговор её отцу, назначив огромный штраф. Первой мыслью было прекратить это неправильное общение, которое казалось невозможным, но Дин сдержал своё слово, и её действительно больше никогда не называли «дочерью Вора», а вот собственный отец не смог сдержать обещание, и приговоры шерифа стали обыденностью, на которую Агата не имела права обижаться.

Глава 4. Плоды грехов наших

«Смерть окружает нас. Она неизменно граничит с жизнью, ведь умирая, мы обязательно перерождаемся».

День сравнительно быстро подошёл к своему завершению. Могучий ветер разошёлся не на шутку, склоняя верхушки ближайших молодых деревьев до земли, немногочисленные облака сменились набежавшими угольными тучами, и первые капли ледяного дождя упали на задремавшую девушку. Агата утомлённо потёрла глаза, приходя в себя и поднимаясь на ноги. Поёжившись от проникающего под олимпийку ветра, она огляделась, оценивая непогоду, и двинулась домой. Свернув с поляны на лесную дорогу и миновав колышек, девушка всё же оказалась под сильным осенним ливнем и, не разбирая дороги, трусливо побежала от природной стихии.

Дождь, становился всё сильнее, он насквозь промочил одежду, усложняя и без того непростую дорогу. Ноги по щиколотку утопали в вязкой грязи, что бурными ручьями мчалась по единственной тропе. Небо почернело, за стеной дождя Агата не заметила, как сбилась с привычного пути и оказалась в самой чаще леса. Холодные капли больно ударяли по лицу, заставляя закрывать глаза и двигаться на ощупь, борясь с колотящимся сердцем в груди.

Пробежав, казалось, несколько миль, девушка всё же запуталась в торчащих из земли корнях и упала на колени в глубокую лужу грязи. Пальцы противно провалились в подушку влажного мха, вызывая приступ тошноты. Из-за непроглядной стены воды, бегущей с небес, видимость становилась нулевой, рваное дыхание сбивалось, мешая оценить обстановку вокруг, но спустя секунду, когда глаза, наконец, привыкли к полумраку, Агата с ужасом осознала, что споткнулась вовсе не об многочисленные корни деревьев.

– Что за хрень? – дрожащим голосом произнесла девушка, нащупав руками в вязкой жиже очертания человеческой ступни.

По телу пронёсся разряд тока, руки заскользили по ледяному телу, пока не уткнулись в рваную рану на шее. Взгляд забегал по синюшной коже подростка с остекленевшими глазами, утопающего в потоках грязи.

Агата отпрянула, трясущимися руками стёрла с лица застилающие взгляд бегущие капли дождя и вновь склонилась над выглядывающим из потока воды телом.

–Боже…Это же Тони… – онемевшими губами прошептала она, продолжая в упор таращить глаза на теперь уже мёртвого одноклассника, с которым неделю назад курила на крыше сарая.

Его излишне худощавое телосложение теперь выглядело ещё более неестественным. Русые волосы, перепачканные в грязи и собственной крови, слиплись, закрывая половину лица, но карие глаза оставались открыты, стеклянные, с расширенными зрачками они устремили последний взгляд в чёрное небо. На шее не осталось живого места, кровь смешалась с грязью и теперь казалась просто пятном, которое можно с лёгкостью отмыть под краном. Тони походил на сломанную куклу с шарнирами, что кто-то случайно обронил в лесу и забыл вернуться.

Задыхаясь от подступающей к горлу тошноты, Агата схватила парня за плечи и яростно затрясла, вторя раскатам грома:

– Очнись! Очнись, чёрт тебя дери!

Потоки несущейся с утёса воды грозились смыть тело в сторону глубокого обрыва, где его никогда не найдут. Агата безуспешно пыталась нащупать пульс на посиневшей коже, пальцы проваливались в открытую рану, давая понять, что биться здесь уже нечему.

– Ар-р-р-р! Помогите! – охрипший голос растворился в стихии, накрывшей город словно купол.

Девушка со всей силы дважды ударила себя по щекам и только ощутив острую боль от собственных рук, наконец пришла в себя. Ухватившись за промокшую и ставшую тяжёлой куртку трупа, она, зарычав от напряжения, с трудом вытянула тело одноклассника из лужи, образовавшейся от стремительного ливня.

– Соберись, идиотка! Нам нужно сообщить шерифу Уитмор! Я не позволю тебе сгнить в этом чёртовом лесу!

Она кричала сама на себя, в надежде заставить мозг концентрироваться. Затащив труп на выступающие корни дерева, Агата, не отводя взгляда, дрожащими руками достала свой телефон и набрала номер полицейского участка, прислонившись к стволу векового дуба. Связь прерывалась, дозвониться казалось чем-то неестественным, но когда надежда почти рухнула, сигнал всё же появился. Сообщив о своём примерном местонахождении, девушка включила слабый фонарик, продолжая сидеть с каменным лицом посреди леса, и только крупные слёзы, стекающие по щекам, смешиваясь с дождём, выдавали настоящие эмоции, разрывающиеся атомами в душе.

Дальше всё происходило словно в густом тумане. Погруженный во мрак тихий городок разбудила неумолкаемая сирена полицейских машин, что мчались по главной улице. На заднем сиденье пикапа шерифа Уитмор, бледная как призрак, сидела Агата, неотрывно разглядывающая собственные руки в бликах фонарей. Кровь Тони всё ещё была на дрожащих пальцах, и девушке казалось, что отмыть их больше не получится. Агата давно не испытывала чувство страха, считая его откровенной слабостью. Но пережитое этой ночью словно клеймо отпечаталось в сердце, оставив след на всю оставшуюся жизнь. В голове роились несвязные мысли, вопросы, на которые не находилось ответа, и страх, панический, удушливый, не дающий обладателю шанса на спасение. Она не понимала, кто мог сотворить такое с ребёнком и где этот кто-то прячется теперь. Чтобы отвлечься от мучительных вопросов и окончательно не сойти с ума, Агата достала из кармана часы, надеясь занять руки хоть чем-то.

–Стоят… Часы стоят…

«Они оповестят о беде» – слова Эвердин продолжали крутиться в голове, словно проклятие, выплюнутое из уст старой ведьмы. Девушка злобно трясла безделушку, больно ударяя по колену, но молчаливые стрелки не двигались с места, остановившись на отметке «полночь».

– Приехали, Агата, – сообщил шериф, повернувшись к своей подопечной. – Ты как вообще? Идти можешь?

У входной двери уже ждала мать, отблески полицейской мигалки окрашивали её бледное лицо в ужасающий красно-синий цвет, и Агата, не говоря ни слова, выскочила из машины, бросаясь в объятия единственного близкого человека, которому сейчас всецело могла доверить свою жизнь.

– Шериф, спасибо, что привезли её домой, – голос Кеталин непривычно дрожал, но женщина мастерски умела скрывать эмоции. Ей не в первый раз приходилось держать лицо в таких сложных ситуациях, отец Агаты прекрасно научил её разговаривать со стражами порядка.

– Ничего, это моя работа, – сдержанно ответил шериф Уитмор и, прикоснувшись к плечу женщины, продолжил: – Кет, ей надо поспать. Агата очень помогла мне сегодня, но она провела два часа рядом с трупом своего друга, не каждый такое перенесёт.

–Грег, спасибо тебе, – Кеталин натянуто улыбнулась, прижимая всё ещё мокрую и дрожащую дочь к груди.

– Муж дома? Ты справишься сама? – не скрывая беспокойства, спросил мужчина.

Кеталин не стала отвечать, прикусив нижнюю губу до крови и кивнув на дочь. Грег снова понимающе коснулся её плеча и вернулся в машину. Проводив взглядом шерифа, она завела Агату в дом и сопроводила в спальню, пытаясь найти в себе хоть какие-то слова утешения, для своей взрослой и такой сильной девочки, что несмотря на весь ужас, дождалась полицию рядом с телом. Кет и сама не ожидала от неё такого мужества, не думала, что в этой ещё совсем юной и жизнерадостной девчонке кроется такая сила.

Мысли самой Агаты были далеко, смешались события ночи и пророчество старухи, образовав огромный клубок паники. В другой ситуации она бы всё списала на дождь и старый механизм, но теперь же мозг сам подталкивал беспорядочные мысли в неестественном направлении. Тело отказывалось повиноваться, и мать самостоятельно раздела её, уложив в тёплую постель. Стакан с огромной для её возраста дозой успокоительных не подействовал. Говорить смысла не было, девушка испытывала панический страх, который, как гремучая змея, проникал под шерстяное одеяло, щекотал нервы и мурашками пробегал по всему телу. Что-то изменилось в голове Агаты в эту ночь, сломался важный механизм восприятия реального мира, и пути назад уже не было.

–Помоги мне, Агата! Помоги! – охрипший, булькающий голос погибшего одноклассника то стихал, то становился громче.

Девушке снилось, что она снова в лесу, и кто-то преследовал теперь уже её, словно охотничий пёс, что гоняет по безмолвному лесу затравленного зверя и не даёт перевести дыхание. Агата спотыкалась, падала, натыкаясь на заострённые ветки деревьев, и каждый раз находила Тони. Его стеклянный взгляд ужасающе действовал на сознание, проникая в самую душу, словно ища там ответа на один-единственный вопрос:

«За что?»

Казалось, утро никогда не наступит, но ленивые лучи солнца всё же пробрались сквозь тонкую штору, коснувшись лица. После успокоительного, что всё же начало действовать на рассвете, сонный морок не хотел отпускать, и Агата, натянув одеяло на голову, надеялась провести оставшийся день в кровати. Внушительная фигура едва помещающегося в проёме шерифа быстро изменила все планы. Девушка понимала: спорить с Грегори Уитмором и его сыном – пустая трата времени.

Тщательный допрос, заполнение официальных документов и дача бесконечных показаний крайне истощили моральные силы девушки, и Агата оказалась безмерно рада вернуться после всего этого в школу. Шёл уже четвёртый урок, она пересекла парковку, направляясь сразу в школьный двор, где несколько классов собрались на открытом уроке, разместившись на траве. Взглядом, выцепив из толпы Дина с растрёпанными на ветру волосами и Кэрол в расписанной джинсовке, девушка нацепила капюшон и приблизилась к друзьям, стараясь не привлекать внимания к своей персоне.

– Привет, ребята.

– Агата, прости, я не успел прийти к тебе утром, – виновато ответил Дин, заключая в объятия подругу.

Он сам не сомкнул глаз этой ночью, вести о смерти друга выбивали почву из-под ног, но состояние Агаты казалось куда важнее собственного.

– Ничего страшного, зато твой отец подвёз меня прямо к воротам, перед этим выжав все соки, – пробормотала Агата, наконец скинув капюшон и показав друзьям синяки под глазами от бессонной ночи.

– Выглядишь не очень хорошо, тебе удалось поспать? – парень нервно провёл рукой по её волосам, пытаясь зачесать их назад, и выдавил глупую улыбку, чтобы поддержать девушку.

– Я не знаю, что ты забыла в лесу вчера, но сейчас у нас открытый урок для всей параллели, и все парни будут присутствовать. Лучше приведи себя в порядок, – безразлично сказала Кэрол, поправляя короткую клетчатую юбку.

Она никогда не вникала в чужие проблемы, своих было достаточно. Кэрол тоже не спала всю прошлую ночь, слушая, как мать развлекается в гостиной с очередным мужчиной, и это волновало её куда больше, чем подруга, нашедшая какой-то труп бестолкового парня, вечно попадающего в неприятности. Мир Кэрол крутился вокруг неё, она не позволяла себе растрачивать эмоции на чужие невзгоды.

– Роуз, ты что трупак нашла?

– Роуз, признавайся ты его и грохнула!

– Конечно, она, видели, как наваляла рыжей?

Гнусные высказывания посыпались неожиданно со всех сторон. К ней подходили смеющиеся школьники, перекрикивая друг друга в надежде зацепить девушку сильнее. Адам из параллели резко выскочил из-за спины и закричал, изображая монстра, отчего Агата нервно дёрнулась, неторопливо попятившись назад, на лице отразился ужас, и вместо сдачи, она развернулась, бросаясь бежать, расталкивая мешающих людей на своём пути.

Дин, не сдержавшись, со всей силы, ударил шутника в челюсть, отчего Адам повалился на землю. Бросив рюкзак под ноги Кэрол, Дин рванул следом за подругой.

– Роуз, подожди! – крикнул парень, но девушка, казалось, была не в себе, она не слышала ничего, кроме биения собственного сердца, и только добравшись до самой дальней скамейки в тени старинного клёна, наконец села, поджав под себя ноги.

– Какого чёрта я бегаю за тобой?! – выругался одноклассник, догнав девушку и согнувшись пополам в попытке отдышаться.

– Мог не бежать! – заявила она самым серьёзным тоном, доставая из рюкзака сигареты.

– Я прекрасно понимаю, что ты напугана, Агата, но всё уже позади, – Уитмор младший присел на корточки и взял девушку за руки, заглядывая в глаза. – Давай же, Роуз, ты же не трусиха.

– Нет…

– Мне тоже тяжело, я понимал, что с Тони что-то случилось.

– Тебя там не было! Это был настоящий кошмар, я не могла спокойно спать! Дин, я два часа смотрела в его пустые глаза, прижимая окровавленное тело к себе, чтобы чёртов дождь, не уволок его в обрыв!

Перед глазами тут же возник образ шерифа с фонариком, что пробирался по лесу с командой, разыскивая девушку. При виде живого человека Агата вцепилась в его руки перепуганная до смерти и не могла заставить себя расцепить окоченевшие пальцы.

– Отец разберётся со всем, то, что произошло вчера, не повторится, тебе нечего бояться.

– Да я не боюсь…просто его глаза. Они мне всю жизнь в кошмарах будут сниться.

Выкурив сигарету, друг крепко сжал ладонь девушки и заставил подняться следом за собой, чтобы вернуться к классу.

Урок проходил в раскинувшемся у школы парке. Ещё зелёный газон приятно щекотал пальцы рук, помогая забыть ночные ужасы. Птицы распевали спокойные трели, синее небо освободилось от плена дождевых туч, и яркое полуденное солнце согревало готовящуюся к холодам природу. Дин сидел с другой группой, объясняя перепуганному Тому что-то о разложении трупов. Слыша это краем уха, Агата почувствовала приступ тошноты, и, медленно поднявшись, направилась к стадиону, смотря себе под ноги и пытаясь прогнать неприятные ощущения.

– Эй, задира! – за спиной прозвучал громкий, уверенный голос, и девушка без особого желания обернулась на его источник.

Сэм быстрым шагом догонял её, широко улыбаясь. Его спортивная куртка местной футбольной команды была расстёгнута, и белая футболка облепляла вспотевшее тело, вынуждая отводить взгляд от проступающего рельефа.

– Выглядишь великолепно, – сказал парень, но, поравнявшись с подругой, уже тише добавил: – Красавица, я слышал, что ты нашла тело Сквирдовски в лесу?

Агата кивнула, стараясь не представлять перед глазами стеклянного взгляда своего одноклассника.

– Что ты делала в лесу ночью? С ума сошла? – спросил Сэм, сменив тон.

– Я уснула на поляне после пробежки, – ответила Агата, закатив глаза, понимая, что непременно последует нравоучение.

Парень резко остановился и, по-хозяйски развернул её к себе лицом, вглядываясь в золотистые оттенки глаз, напоминающие свежий мёд, стекающий с чайной ложки. Сэм не мог до конца понять, что именно его привлекло в этой вызывающей и всегда грубой девчонке, которая умудрялась влипнуть в самые громкие скандалы города. Она казалась воплощением всего тёмного, омрачала жизнь вечным негативом, что, вместо крови пульсировал в её венах, но в то же время одного взгляда Агаты Роуз хватало, чтобы день заиграл новыми красками, и его личная тьма отступила хоть на мгновение. Агата была моложе всех прошлых подруг, неприступная, холодная, такая не будет вешаться на шею просто потому, что самый популярный парень школы обратил внимание именно на неё. Но именно её чрезмерная худоба с ямочками в ключицах просто сводила футболиста с ума, заставляя слепо ревновать к каждому однокласснику, включая родного брата Тома. Сэм понимал, что вернуть её доверие почти нереально, и каждый день проклинал себя, за ту вечеринку, где алкоголь вытеснил все мысли и позволил залезть под юбку Кэрол Херсон.

– Кто вообще может бегать по лесу? – наконец спросил Сэм, отрываясь от её глаз.

– Какая тебе разница? – зашипела девушка, теряя терпение.

– Если ты не хочешь думать своей головой, могла бы позвать кого-то с собой, – Сэм нервно сглотнул и взъерошил рыжие волосы. – Честно говоря, ты просто магнит для неприятностей, Агата.

– Кого позвать-то? Тебя, что ли? – с усмешкой спросила девушка, сверля взглядом холодные глаза футболиста.

– Конечно, задира, я тебя в обиду не дам, – Сэм уверенно сжал её руку в своей, наслаждаясь таким редким чувством её тепла.

– Мы расстались, Сэм, – как бы между прочим, напомнила девушка, но руку не стала вырывать, нуждаясь в поддержке как никогда сильно.

Футболист почувствовал это и неожиданно свернул прямо в центр стадиона, приземляясь на влажную траву.

– Давай, приляжем рядом, как будто мы на крыше старого сарая летом, – сказал Сэм, похлопав по месту рядом.

Агата засмеялась, мотая головой, но футболист ловко схватил подругу за руку и притянул к себе.

– Ты идиот!

– Я знаю, глупая, я идиот и хочу исправить это, но ты почему-то упорно не даёшь мне шанса, Агата.

Сэм старательно делал вид, что ничего не изменилось между ними, что всё ещё можно исправить, как в детстве, приложив к ране подорожник. Он, смеясь, указывал на небо, придумывая забавные названия проплывающим над ними облакам цвета распустившейся сирени, и, казалось, даже небо сегодня оказалось на его стороне, прогнав дождевые тучи подальше. Агата звонко смеялась, подшучивая и валяясь в траве, как маленькая девочка, пока звук приближающихся шагов не нарушил эту идиллию.

Глава 5. Семейная идиллия

«Когда что-то осознаёшь, жить становится проще. А когда что-то чувствуешь – тяжелее. Но почему-то всегда хочется чувствовать, а не понимать!»

– Кто бы, мать вашу сомневался! – словно гром, ударивший в ясный день, прошипел Дин, глядя на пару сверху вниз.

Его зелёные глаза показались Агате вспышкой адского пламени, которая вот-вот вырвется и обрушится на их головы. Неизвестно откуда взялось глупое стеснение, что грозилось разорвать девушку на атомы.

– Дин, урок нудный, присоединяйся к нам лучше, – предложила Агата, приподнимаясь на локтях. – Мы просто смотрим на небо.

– Делать мне нечего, я тебя ищу здесь по всему парку, вообще-то, – грубо заключил Дин, сложив руки на груди.

Агату больно кольнуло в области груди, противное чувство вины пробиралось под кожу, заставляя щёки краснеть. Захотелось провалиться сквозь землю и исчезнуть где-то в Аду только бы не смотреть в глаза друга.

– Не стоило беспокоиться, парень, она в надёжных руках, – пытаясь задеть соперника, сказал Сэм, неожиданно приобняв Агату за талию, отчего девушка вскочила на ноги, ещё гуще покраснев.

– Это в твоих то? – прошипел Дин, сверля его взглядом. – Заткнись лучше, Девис!

– А то, что? – футболист лениво поднялся на ноги и с вызовом взглянул на парня.

– А то башку твою пустую оторву!

– Дава-а-ай, малыш Уитмор, посмотрим, на что ты там способен, – ухмылка Сэма растянулась, напоминая волчий оскал, скинув куртку на землю, он остался в одной футболке и размял руки. – Хочешь побиться за сердце прекрасной дамы? Я только за.

– Что вы здесь устраиваете? Мне как будто без вас мало проблем? – Агата толкнула лучшего друга в плечо в надежде образумить, но пламя уже разгорелось и тушить было слишком поздно.

– Ты уже забыла, почему вы расстались, Роуз? Напомнить, как этот урод трахал Мирстоун, прямо в туалете кафе, а потом эта стерва в глаза тебе смотрела? – зашипел Дин в ответ, прожигая её взглядом.

Воздух вокруг накалился до состояния вулканической лавы, Агате показалось, что она задыхается. Сэм не сдержался первым и схватил Дина за рубашку, из-за чего оба рухнули на землю в попытке ударить друг друга. Дин оказался гораздо быстрее, несмотря на явную разницу в телосложении, его военная подготовка помогала наносить точные удары, не жалея соперника. Девис же, будучи просто накачанным футболистом, пропускал удары один за другим, теряясь в идеальной технике Уитмора. Сэм постоянно вскакивал на ноги, пытаясь уворачиваться, но каждый удар находил свою цель так или иначе.

Агата молча выкурила сигарету, давая парням выпустить накопившийся пар, и наконец, вставая между двух огней, что есть силы закричала.

Сэм уже замахнулся и едва не попал ей по лицу, Агата не успела бы увернуться, но Дин ловко схватил девушку за талию, притягивая к себе.

– Агата, чёрт возьми! – почти прорычал Дин в её ухо, сжимая талию.

– Агата, прости…я... Я не хотел, – затараторил Сэм.

– Совсем с ума сошли? Успокойтесь оба, или я больше не скажу вам ни слова! – закричала Роуз, обводя взглядом обоих парней.

Ситуацию спас преподаватель, что уже бежал в их сторону, размахивая руками.

Домой шли в напряжённом молчании, даже погода ухудшилась, накрывая друзей моросящим дождём. Дин в наушниках шагал чуть впереди, бездумно пиная попадающиеся камешки. Кэрол и Агата намеренно отставали, обсуждая произошедшее на уроке.

– А я говорила, что драться начнут за твою белокурую головку! – прошептала Кэрол, сжимая локоть подруги.

– Это их проблемы! Хотят – пусть хоть в лепёшку расшибутся оба!

– Ты должна простить Сэма и уже начать сначала! Девис хоть и идиот, но с ним у тебя плюсом вырастит популярность, да и секс с ним шикарен. От Уитмора какой толк? Папаша разве что отмажет от очередной драки.

Агата резко остановилась, чётко уловив только одну фразу подруги.

– Откуда тебе знать про секс? У меня с ним ничего не было, откуда ты знаешь, какой он в сексе, Кэрол?

– Господи, Агата, ты слышишь, да не то! Мирстоун трепалась об этом, вот и знаю!

Дин прекрасно слышал их разговор и молча пытался понять только одно, как поступить ему самому, чтобы не наделать новых ошибок, но и любой ценой не позволить девушке вернуться к Девису.

– Ну что, Роуз, идём, я тебя провожу, – ехидно сказал он, когда Кэрол была доставлена домой.

Агата улыбнулась, стараясь показать, что ничего не случилось и завтра всё забудется. Но напряжение Дина ощущалось в воздухе.

– Дин, я понимаю, что ты беспокоишься обо мне, но всё, правда, в порядке, – тихо произнесла она, когда ребята оказались у дверей её дома.

– До завтра, Роуз. Доброй ночи, – проигнорировав её слова и, закинув рюкзак на плечо, парень двинулся в сторону своей улицы, насвистывая мелодию знакомую только ему.

Девушка проводила его взглядом и вдруг ощутила, как гнев захлёстывает изнутри. Хотелось закричать от обиды. Броситься за ним, зарыться в дружеские объятия, спасающие от всего. Но стоило открыть дверь собственного дома, как кошмар ворвался в реальность. В кирпичную стену рядом с девушкой врезалась фарфоровая тарелка, чудом не задев головы. Все мысли об инциденте тут же растворились, забылась и драка, и найденный вчера труп, всё вновь закрутилось вокруг одного человека – её отца.

– Что у вас происходит?! – завопила Агата, уставившись на отца, застывшего в гостиной с подушкой в руках.

– Семейный Ад! – Кеталин с опухшими от слёз глазами, выскочила из кухни с новой порцией дорогих фамильных тарелок.

От Агаты не укрылся пунцовый след от ладони на бледной щеке матери. Она никогда не видела её в таком состояние, разбитую, уставшую от всего, с горящими ненавистью глазами, что вот-вот поглотят все вокруг, утопив в бесконечной боли.

– Твоя мать не понимает, что делает! – прокричал отец.

– Замолчи! – Кеталин запустила в его сторону ещё одну тарелку, которая со звоном врезалась в камин, осыпавшись кучей разноцветных осколков на дорогой ковёр. – Твой отец предал всех нас снова! Его посадят! Весь это блеф о работе! Он трахал свою секретаршу и придумывал новый план, как бы обмануть людей!

Мать дрожащими руками протянула дочери скомканное письмо от судебных приставов. Агата давно привыкла к таким письмам, но каждый аккуратно напечатанный текст словно отдалял её от родного человека, создавая глубокую пропасть между ними.

–Опять… – прошептала она, прочитав первые строки, и с упрёком посмотрела на отца. На глазах навернулись горькие слёзы, ей не хотелось верить, что после последней стычки с законом, отец снова предаст их и вернётся к своим прежним делам, но реальность была перед ней. – Папа, что это? Ты же обещал…