В плену падшей принцессы

(фр. Я служу только Семье Вальмон!)

Я усмехаюсь, отворачиваясь к окну.

Габриэль новенький, и все новенькие ведут себя одинаково. Я тоже когда-то гордился этой мерзостью.

Фабьен перечисляет ещё несколько безупречно завершённых дел и медленно подходит ко мне. Его губы почти касаются моего уха.

— Леон Кастель скончался от ранений в голову в своей машине. — Я молчу в ответ. Что тут скажешь? Я облажался. — Свидание в Монте-Карло — это красиво, но это не твой уровень, Марс. Однако я не собираюсь ругать тебя за отсутствие фантазии. Может, тебе просто нужен отпуск, Марс?

— Фабьен…

Его палец мгновенно взлетает вверх, заставляя меня замолчать. Терпеть не могу, когда он так делает, но сейчас, рядом с ним, я должен соблюдать рабочую субординацию.

— И я бы с радостью предоставил его тебе, если бы не... ты знаешь, кто такая Жюли Бошан?

Слова застревают в горле, ведь на меня в упор смотрит пара немигающих глаз за маской. Этот взгляд я знаю слишком хорошо. Несмотря на спокойствие и мягкость в голосе, Фабьен в ярости.

— Впервые слышу, — честно отвечаю я.

— А ты запомни её имя. Ведь Жюли Бошан — это та самая маленькая сучка, которая рассказала фликам о «дяденьке в красивом чёрном пиджаке», который не только прикончил её отца, но и соседа.

— Merde!

(фр. Дерьмо!)

— Именно, Марс. Однако все имеют право на ошибку. — Мой босс делает паузу. Его пальцы заботливо стряхивают капли дождя с лацкана моего пиджака. — Но помни, что всего на одну.

Фабьен отступает от меня, и его взгляд тут же переключается на Реми. В этот самый момент двери с грохотом распахиваются, и в зал вталкивают девушку. Её руки связаны за спиной, а рот заклеен широкой полосой скотча.

Реми нервно сглатывает и бросается к девчонке, но я успеваю уловить знак от Фабьена, известный только нам двоим. Я тут же срываю ремень со своих брюк и накидываю его на шею Реми. Делаю рывок, и мой брат начинает задыхаться.

— Ты предал свою стаю, Реми, — спокойно говорит Фабьен, проводя рукой по растрёпанным волосам девушки. — Ты нарушил главное правило.

Реми хрипит и отчаянно дёргается, а я сжимаю ремень ещё сильнее. Так, чтобы его тело страдало, но сознание не отключалось.

— Она красивая, — задумчиво произносит Фабьен, нежно поглаживая большим пальцем скулу девушки, которая всхлипывает сквозь скотч. — Сабрина Мон, та самая дочь банкира из шестнадцатого округа, от которой ты должен был избавиться. Неужели ты думал, что я не узнаю? Неужели думал, что я поверю в те фальшивые фотографии? И что я не узнаю, где ты прятал её всё это время и трахался с ней?

Вот дерьмо! Реми испытал чувства к своей цели. Он решил попробовать стать человеком. А такие, как мы, не могут позволить себе такой роскоши! Ведь человек — существо слабое и предсказуемое. Его сознание — это клетка, сотканная из чувств. И именно чувства делают его уязвимым: любой из его вида может просчитать его шаги, потому что все мы мыслим в одних и тех же рамках.

Человек против человека — это рулетка с вероятностью 50%. Равные условия, равные слабости. Но человек против льва? Шансов нет. Это уже не драка. Это убой.

Чтобы вырваться из этой клетки, я и братья отказались от человечности, приняв ясность зверя. Мир зверя прост: есть жизнь и смерть. И только те, кто принял инстинкты и отрёкся от слабостей, поднимаются на вершину. Поэтому мы всегда в нападении…

Фабьен вынимает пистолет из пояса Реми, взводит курок и вкладывает его ему в руку, а я слегка ослабляю ремень на его горле.

— У всех есть право на ошибку. И я великодушно даю тебе шанс её исправить, брат мой. — Наш Босс даже помогает ему нацелиться прямо в лоб девушке. — Исправь свою ошибку!

«Будь умным, будь умным, мать твою! Будь умным, Реми», — мысленно шепчу я, продолжая удерживать парня.

— Давай же! Верни всё на свои места, — шипит Фабьен.