Ведьма – катастрофа и дракон с гномом

– Знаете, – сказала она, отодвигая кружку. – После вашего гнома и моей сумки это кажется вполне нормальным.

Аберрант хмыкнул. Впервые за весь день он расслабился.

– Знаете, это странно, но я начинаю привыкать к этому хаосу.

– Не привыкайте слишком сильно, – предупредила Друзилла. – Завтра я могу случайно оживить вашу бороду.

Они поднялись в комнату, когда в таверне уже начиналась потасовка между двумя завсегдатаями. Крики и звон разбитой посуды доносились снизу.

– Мило, – заметил Аберрант, запирая дверь. – Надеюсь, они не решат продолжить здесь.

Они молча готовились ко сну, стараясь не смотреть друг на друга. Аберрант снова аккуратно разложил своих фарфоровых котов посередине кровати – целую армию из десяти фигурок.

– Вы точно уверены, что это надёжная защита? – скептически спросила Друзилла.

– Абсолютно, – кивнул он. – Попробуйте перелезть через них ночью. Уверяю вас, звук разбивающегося фарфора разбудит даже мёртвого.

Они легли по разные стороны баррикады из котов. Свет погас. В комнате стало тихо, если не считать доносящихся снизу криков и раздражающего скрипа из кармана Аберранта.

– Знаете, Аберрант, – тихо сказала Друзилла в темноте. – Это был не самый худший день в моей жизни.

– Да, – после паузы ответил он. – У меня тоже были дни и похуже. Например, когда мой дядя решил, что мне нужно пройти обряд инициации, сразившись с горным троллем. Тот тролль оказался сентиментальным типом, который коллекционировал бабочек. Мы в итоге пили чай и обсуждали их миграционные пути.

Друзилла тихо рассмеялась.

– А у меня был экзамен по зельеварению. Я пыталась сварить зелье невидимости, а в итоге получила зелье, которое заставляло всё вокруг пахнуть жареной курицей. Весь факультет неделю ходил голодный и злой.

Они лежали в темноте и рассказывали друг другу истории своих неудач. И странное дело – чем больше они рассказывали, тем менее страшными казались эти неудачи. Как будто, разделённые на двоих, они теряли свою силу.

Первым заснул Аберрант. Его дыхание стало ровным и глубоким. Друзилла лежала и смотрела в потолок, прислушиваясь к скрипу кровати, дыханию соседа и тихому шуршанию своей сумки, которая устроилась на стуле.

Утром их разбудил крик хозяйки. Оказалось, что призрак бывшего владельца не просто пел похабные песни – он ещё и переставлял мебель. Весь первый этаж гостиницы был уставлен столами и стульями в причудливом порядке, образующем гигантское сердце.

– Ну что, – сказал Аберрант, спускаясь по лестнице. – Похоже, даже призраки здесь романтики.

– Или просто бездельники, – добавила Друзилла, пробираясь между стульев.

Они вышли на дорогу, где их уже ждала попутная повозка – ветхая, запряжённая уставшей лошадью, но готовая довезти их до Перекрёстка Трёх Лун.

Знаете, – сказала Друзилла, усаживаясь на мешки с сеном в кузове. – После вчерашнего даже эта повозка кажется роскошью.

Аберрант кивнул, устроившись рядом. Из его кармана послышался одобрительный скрип, а сумка Друзиллы в ответ радостно шуршала.

Путешествие продолжалось. И что самое странное – оба начали понимать, что им уже не так хочется, чтобы оно заканчивалось.

Глава 4. В которой появляется говорящая лошадь, герои теряют последние деньги и находят неожиданный способ заработка

Повозка оказалась не такой уж и роскошной. Она скрипела, подпрыгивала на каждой кочке и пахла так, будто в ней возили не только сено, но и несколько поколений немытых овец. Возница, тощий мужчина в растянутом свитере, всю дорогу молча курил трубку, изредка покрикивая на лошадь: «Ну же, Роза, не притворяйся дохлой клячей!»

Через пару часов Друзилла не выдержала.

– Может, поговорим о чём-нибудь? – предложила она Аберранту. – А то от этого молчания у меня начинают чесаться уши.

– О чём? – недовольно буркнул он, пытаясь устроиться поудобнее на колючем сене.

– Ну, не знаю… Расскажите о своих фарфоровых котах. Почему именно коты?

Аберрант вздохнул.

– Первого, «Бесстыжего Серафима», мне подарила мать. Говорила, у дракона не должно быть таких слабостей, но всё равно подарила. – Он помолчал. – Остальных я находил сам. На свалках, в лавках старьёвщиков. Они были никому не нужны. Как будто ждали, когда кто-то заметит их особенность.

Он повернулся к Друзилле, и в его глазах мелькнуло что-то похожее на понимание.

– А ваша магия… Она всегда была такой? Непредсказуемой?

Друзилла горько усмехнулась.

– С самого первого заклинания. Даже чайник у меня вместо свиста читал сонеты. Все думали, я специально издеваюсь. – Она замолчала, глядя на свои руки. – А я просто не умею иначе.

В этот момент лошадь Роза обернула голову и сказала человеческим голосом:

– А вы, ребята, не пробовали просто сбежать от всех этих проблем? Я, например, сбежала из цирка. Надоело прыгать через горящие обручи.

Возница небрежно ткнул её кнутом.

– Не отвлекайся, Роза. И не пугай пассажиров.

– Ой, да ладно тебе, – фыркнула лошадь. – Раз уж они решили с тобой ехать —ничего не страшно.

Друзилла и Аберрант переглянулись.

– Говорящая лошадь, – констатировала Друзилла. – Почему-то меня это уже не удивляет.

– Добро пожаловать в мою жизнь, – мрачно сказал Аберрант.

Перекрёсток Трёх Лун оказался не городом, а большим посёлком с одной главной улицей, двумя тавернами и рынком, который как раз заканчивал работу.

– Здесь вам сходить, – объявил возница, останавливая повозку. – Дальше идите пешком или ищите другой транспорт. Следующий автобус до Тихой Гавани – через три дня.

Когда повозка скрылась в облаке пыли, они остались стоять посреди улицы с своими скрипучими спутниками.

– Три дня, – подвела итог Друзилла. – И у нас всего двадцать серебряных на двоих.

– И гном, который явно хочет есть, – добавил Аберрант, достав из кармана скрипящего гнома. Тот беспокойно вертел головой, глядя на яблочный ларёк.

Они сняли комнату в дешёвой гостинице – на этот раз с двумя отдельными кроватями, но с такими тонкими стенками, что было слышно, как сосед чихает за три комнаты дальше.

– Ладно, – Аберрант разложил на кровати свою скромную казну. – Деньги на еду и ночлег у нас есть. Но на билеты – нет.

– Может, подработаем? – предложила Друзилла. – Я… э-э… могу попробовать починить что-нибудь.

– Нет! – Аберрант поднял руки в защитном жесте. – Никакой магии в общественных местах. Помните, за нами охотятся.

Вечером они сидели в самой дешёвой таверне «Голодный гоблин», где за пять медяков давали миску похлёбки и кусок чёрствого хлеба. За соседним столиком сидел пожилой эльф и что-то яростно чертил на пергаменте, периодически скомкивая листы и швыряя их на пол.

– Не выходит! – в отчаянии воскликнул он. – Совсем не выходит!

Друзилла с любопытством заглянула через его плечо. На пергаменте был чертёж какого-то сложного механизма.

– Это же усилитель звука? – не удержалась она.

– Бывший усилитель, – мрачно сказал эльф. – Теперь это груда бесполезного металла. Я потратил на него полгода, а он… – Он дёрнул за рычаг, и механизм издал жалкий писк. – Вот.

Аберрант уже хотел отвести Друзиллу назад, но было поздно. Её глаза загорелись.

– А если здесь поменять передаточное число? – она ткнула пальцем в чертёж. – И добавить резонансную камеру…

– Вы разбираетесь в механике? – эльф с надеждой посмотрел на неё.

– Нет, – честно призналась Друзилла. – Но я хорошо разбираюсь в хаосе. Иногда он подсказывает неожиданные решения.

Пока они обсуждали чертёж, Аберрант с ужасом наблюдал, как пальцы Друзиллы начали излучать лёгкое розовое свечение.

– Друзилла, нет… – прошептал он.

Но было поздно. Она уже прикоснулась к механизму, бормоча: «А что если сделать вот так…».

Механизм дёрнулся, завизжал и заиграл. Не просто усилил звук, а заиграл сложную мелодию, при этом его шестерёнки начали переливаться всеми цветами радуги.

– Боги! – воскликнул эльф. – Он прекрасен!

– Он же должен был просто усиливать звук… – растерянно сказала Друзилла.

– К чёрту усиление! – эльф обнял свой механизм. – Он теперь играет музыку! И светится! Я смогу продать это богатому коллекционеру!

Он сунул Друзилле кошель, полный серебряных монет.

– Спасибо! Вы гений!

Когда эльф ушёл, Друзилла с изумлением смотрела на деньги.

– Я… я заработала? Без взрывов?

– Вы создали анимированный музыкальный кошмар, – поправил её Аберрант. – Но да, заработали.

На следующий день они уже целенаправленно искали работу. Их «специализацией» стали неисправные механизмы. Друзилла «вдохновляла» их, а Аберрант вёл переговоры и следил, чтобы её магия не вышла из-под контроля.

Они починили (и анимировали) кофемолку, которая теперь сама выбирала степень помола в зависимости от настроения хозяина. Часы, которые показывали не время, а самые запоминающиеся моменты дня. И даже утюг, который гладил одежду, напевая старинные песни.

К вечеру у них было достаточно денег на билеты и даже на приличный ужин.

– Знаете, – сказала Друзилла, откусывая кусок жареной курицы в хорошей таверне. – Может, нам не стоит спешить в Тихую Гавань? Здесь нас неплохо кормят.

– Нас здесь могут найти, – напомнил Аберрант, но без прежней суровости. – Но да, я понимаю, о чём вы.

Вечером они гуляли по ночному рынку. Друзилла остановилась у ларька с безделушками.

– Смотрите, – она показала на фарфорового кота, точь-в-точь как у Аберранта, только с бантиком. – Почти как ваш.

– «Бесстыжий Серафим» был лучше, – буркнул он, но купил кота с бантиком. – На удачу.

Когда они возвращались в гостиницу, Друзилла заметила объявление на столбе: «Разыскиваются беглые преступники. Ведьма Друзилла Драконова и дракон Аберрант из клана Пламени Вечной Кузницы. За информацию – награда».

Они молча прошли мимо, но настроение было испорчено.

– Завтра едем, – тихо сказал Аберрант. – Здесь нам больше небезопасно.

В номере Друзилла разглядывала купленного кота.

– Знаете, а ведь мы могли бы открыть свою мастерскую. Чинить вещи.

– И привлекать внимание каждого, кто ищет двух беглецов с очень заметными способностями? – Аберрант покачал головой. – Нет. Тихáя Гавань – наша единственная надежда.

Он аккуратно поставил нового кота рядом с другими на тумбочке.

– Но когда-нибудь, – добавил он тихо. – Когда-нибудь, может быть…

Друзилла улыбнулась.

– «Ателье одушевлённых интерьеров»?

– Слишком пафосно, – фыркнул он. – Лучше «Ремонт с характером».

В эту ночь им обоим снилось, что они стоят за прилавком собственной мастерской, а вокруг них – ожившие утюги, поющие часы и фарфоровые коты, которые вежливо принимают заказы от клиентов. Это был хороший сон. Слишком хороший, чтобы быть правдой.

Глава 5. В которой герои знакомятся с местным колоритом, попадают на ярмарку и обнаруживают, что за ними следят

Утренний автобус до Серых Холмов оказался ещё более древним, чем предыдущий. После вчерашних событий в Перекрёстке Трёх Лун они решили сделать крюк – прятаться в безлюдной Тихой Гавани, заехав сначала в шумный приграничный район. Кондукторша, женщина с лицом, не выражавшим никаких эмоций, кроме хронического недосыпа, пробила им билеты и бросила:

– Садитесь сзади. Впереди дует.

– А где не дует? – поинтересовалась Друзилла.

– В соседнем городе, – безразлично ответила кондукторша и пошла дальше.

Они устроились на заднем сиденье, которое действительно оказалось единственным местом, где не свистел ветер из щелей.

– Знаете, – сказал Аберрант, глядя в окно на проплывающий в окне Перекрёсток Трёх Лун, – я начинаю понимать, почему этот автобус ходит раз в сто лет. Кто добровольно поедет этим дважды?

– Мы, – напомнила ему Друзилла. – Потому что у нас нет выбора.

Путешествие обещало быть скучным, но судьба решила иначе. Через пару часов автобус свернул на проселочную дорогу и въехал в деревню, где как раз шла ярмарка. Улицы были запружены народом, повозками и разномастным скотом.

– Объезжаем, – объявил водитель. – Здесь до вечера не протолкнуться.

Но объехать не получилось. Их автобус застрял в толпе как пробка в бутылочном горлышке. Снаружи доносились крики торговцев, мычание коров и весёлая музыка.

– Что ж, – вздохнул Аберрант, – похоже, у нас образовалось свободное время. Может, разомнём ноги?

Ярмарка оказалась тем ещё зрелищем. На центральной площади стояли ларьки с самыми невероятными товарами: от говорящих тыкв до самостригущихся овец. В воздухе витали запахи жареного мяса, пряностей и чего-то ещё, что Друзилла определила как «запах всеобщего веселья».

– Смотрите! – она дернула Аберранта за рукав. – Там продают магические сувениры!

Они подошли к ларьку, где продавались «настоящие летающие метлы» (которые на поверку оказались обычными вениками с привязанными к ним воздушными шарами) и «шапки-невидимки» (дырявые корзины с табличкой «поверьте – вы невидимы!»).

– Настоящее надувательство, – проворчал Аберрант. – Мои фарфоровые коты честнее.

Внезапно их внимание привлекла небольшая толпа, собравшаяся вокруг импровизированной сцены. Какой-то тип в пёстром плаще пытался продавать «эликсир вечной молодости».

– Всего одно зелье – и вы снова в расцвете сил! – кричал он, размахивая бутылочкой с мутной жидкостью. – Проверено на моей бабушке! Правда, она после этого залезла на дерево и отказывается слезать, но зато какая прыть!

Друзилла фыркнула.

– Это же обычная подкрашенная вода с парой капель энергетика!

– Вы разбираетесь в зельях? – удивился Аберрант.

– После того как я случайно сварила зелье, превращающее всё в зелёное желе, меня заставили выучить все учебники по зельеварению наизусть. Я могу отличить настоящий эликсир от подделки с закрытыми глазами.

Внезапно её осенило.

– Подождите здесь! – она бросилась к своей сумке, которая тут же радостно зашуршала, узнав хозяйку.

Через пять минут Друзилла уже стояла на краю сцены рядом с шарлатаном.

– Ваш эликсир – подделка! – громко объявила она.

– Что?! – торгаш нахмурился. – А вы кто такая?

– Я эксперт по магическим субстанциям! – выпалила Друзилла, краснея. – И я могу это доказать!

Аберрант, стоя в толпе, с ужасом наблюдал за происходящим.

– Нет, нет, нет… – бормотал он. – Только не это…

Друзилла достала из рюкзака несколько склянок с ингредиентами, которые она купила ещё в Перекрёстке Трёх Лун «на всякий случай». Её пальцы привычно задвигались, смешивая компоненты. Толпа замерла в ожидании.

– И сейчас она всё взорвёт, – удрученно произнёс Аберрант.

Но взрыва не последовало. Вместо этого Друзилла создала небольшое облачко серебристого дыма, которое сложилось в надпись: «ЭТО ОБМАН». Толпа ахнула.

– Видите? – торжествующе сказала Друзилла. – Настоящая магия выглядит иначе!

Шарлатан, бросив на неё злобный взгляд, ретировался вместе со своим товаром. Толпа стала расходиться, но к Друзилле подошёл седовласый старик.

– Не часто встретишь настоящего мастера, – сказал он. – У меня есть для вас работа.

Оказалось, что старик – организатор ярмарки. Ему нужен был кто-то, кто сможет отличить настоящие магические артефакты от подделок.

– Плачу хорошо, – пообещал он. – И дам вам бесплатный ночлег.

Аберрант был против.

– Это слишком рискованно. Нас могут узнать.

– Кто будет искать нас среди ярмарочной суеты? – возразила Друзилла. – И к тому же, посмотрите – они предлагают целых пять золотых!

В итоге они остались. Друзилла с энтузиазмом принялась за работу, проверяя магические амулеты, летающие ковры и прочие диковинки. Большинство из них оказывались подделками, но иногда попадались и настоящие вещи, которые она аккуратно откладывала в сторону.

– Вы как-то очень уверенно это делаете, – заметил Аберрант, наблюдая за ней.

– Когда твоя собственная магия непредсказуема, начинаешь тонко чувствовать чужую, – объяснила Друзилла.

Вечером, после работы, они сидели за ужином в палатке организатора и считали заработанные деньги.

– Сорок серебряных и пять золотых, – подвела итог Друзилла. – Мы богачи!

– Богачи, за которыми охотятся, – мрачно напомнил Аберрант. – Кстати, вы не заметили, за нами кто-то следит?

Друзилла вздрогнула.

– Что? С чего вы взяли?

– Тот человек в зелёном плаще. Я видел его три раза сегодня в разных местах ярмарки. И он явно не покупатель.

Они вышли из палатки и осторожно огляделись. Сумерки уже сгущались, ярмарка понемногу пустела. И правда – в тени одного из ларьков стоял человек в зелёном плаще и внимательно наблюдал за ними.

– Нам пора, – тихо сказал Аберрант. – Прямо сейчас.

Они быстро собрали вещи и двинулись к выходу из деревни, стараясь не привлекать внимания. Но человек в зелёном плаще последовал за ними.

– Бежим? – прошептала Друзилла.

– Бежим, – кивнул Аберрант.

Они свернули в узкий переулок между домами и припустили что есть сил. Сзади раздались быстрые шаги. Сердце Друзиллы бешено колотилось.

– Сюда! – Аберрант дернул её за рукав в какой-то полуразрушенный сарай.

Они спрятались за грудой старых мешков, стараясь дышать как можно тише. Шаги приблизились, замерли у входа…

– Эй, вы там! – раздался голос. – Я не хочу вам зла! Я видел, как вы работали с магией… Мне нужна ваша помощь!

Друзилла и Аберрант переглянулись.

– Какая помощь? – осторожно спросил Аберрант, не выходя из укрытия.

– У меня проблема с фермой, – сказал человек. – Мои куры несут квадратные яйца. А корова мычит стихами. Я думаю, это какое-то проклятие.

Из кармана Аберранта послышался одобрительный скрип.

– Ваш гном, кажется, «за» помощь, – заметила Друзилла.

– Мой гном – романтик и идеалист, – вздохнул Аберрант. – Но, похоже, у нас нет выбора.

Они вышли из укрытия. Человек в зелёном плаще оказался обычным фермером с усталым лицом.

– Извините, что напугал, – сказал он. – Просто я слышал, как вы разоблачили того шарлатана… Пожалуйста, помогите. Я уже не знаю, что делать.

На следующее утро они отправились на ферму. Картина и правда была странной: куры несли яйца идеальной кубической формы, а корова, заслышав их, продекламировала:

– О визитёры, пришедшие во мгле, поможете ль несчастной в злой беде?

Друзилла осмотрела ферму и через некоторое время нашла источник проблем – старый колодец, из которого лилась слабая, но устойчивая магическая энергия.

– Кто-то вылил сюда остатки неудачного зелья, – заключила она. – Надо нейтрализовать.

С помощью Аберранта, который обеспечивал «магический щит» на случай очередного сбоя, Друзилла создала антидот. Когда они вылили его в колодец, куриные яйца снова стали круглыми, а корова мычала уже вполне традиционно.

Фермер был так рад, что заплатил им вдвое больше оговоренного и отвёз на своей повозке до самого шоссе, где они смогли поймать попутную машину до Тихой Гавани.

Сидя в кузове грузовика, Друзилла смотрела на удаляющуюся деревню.

– Знаете, а ведь это было приятно. Помогать людям.

– Да, – неохотно согласился Аберрант. – Но давайте в Тихой Гавани мы всё-таки будем вести себя потише. А то в следующий раз нам придётся лечить свинью, которая заговорила сонетами.

Друзилла рассмеялась. Из её рюкзака донёсся ответный весёлый шелест. Даже гном в кармане Аберранта издал одобрительный скрип.

Путешествие продолжалось, но теперь в нём появилось нечто новое – слабый, но устойчивый огонёк надежды. Может быть, в Тихой Гавани они и правда смогут начать новую жизнь. Жизнь, в которой их «проклятые» способности наконец-то станут благословением.

Глава 6. В которой герои знакомятся с попутчиком-болтуном, ночуют в настоящем замке и обнаруживают неожиданную связь с Тихой Гаванью

Грузовик, подвозивший их, оказался тем ещё транспортным средством. Он вёз груз с говорящими кактусами, которые периодически вскрикивали: «Эй, полегче там с кочками!» и «Осторожно, у меня колючки!».

Водитель, весёлый детина по имени Гарри, без умолку тараторил всю дорогу:

– Вот видите тот холм? Там по легенде дракон сожрал целую армию! Ну, не целиком, конечно, по частям. Говорят, его золото до сих пор там лежит. А в той долине когда-то воевали два мага – один всё превращал в сыр, другой в бабочек. До сих пор там летают сырные бабочки, вкусные, между прочим…

Аберрант сидел, нахмурившись, и старался не встречаться взглядом с водителем. Друзилла же, наоборот, с интересом слушала дорожные байки.

– А вы часто возите говорящие кактусы? – поинтересовалась она.

– О, это мой обычный рейс! – оживился Гарри. – Раз в месяц вожу партию в Тихую Гавань. Там их очень любят – ставят вдоль заборов вместо сторожевых псов. Дешево и сердито! Один кактус может обложить матом любого вора так, что тот потом к психологу ходит.

– Вы бывали в Тихой Гавани? – насторожился Аберрант.

– Конечно! – Гарри хлопнул рукой по рулю. – Чудесное место! Там даже воздух какой-то особенный. Все друг друга знают, всем друг на друга наплевать, но при этом готовы помочь. Парадокс, да?

Через несколько часов грузовик начал издавать подозрительные звуки.

– Кажется, наш друг устал, – констатировал Гарри. – Придётся сделать остановку в Заброшенном Замке.

– В каком замке? – переспросила Друзилла.

– В Заброшенном! – весело сказал Гарри. – Он так и называется. Владелец – чудаковатый тип, но путешественников пускает переночевать. За плату, конечно.

Замок и правда оказался заброшенным, но в хорошем смысле этого слова. Не мрачные руины, а скорее большой дом с башнями, нуждающийся в небольшом ремонте. Их встретил сам хозяин – пожилой мужчина в бархатном халате и с совой на плече.

– А, новые постояльцы! – приветствовал он их. – Проходите, располагайтесь. Только предупреждаю – привидения в западном крыле сегодня репетируют оперу, так что может быть шумно.

Комната, которую им выделили, была огромной, с высокими потолками и камином, в котором уже потрескивали дрова. На стене висел портрет сурового мужчины, который подмигнул им, когда они вошли.

– Ну что, – сказал Аберрант, осматривая помещение, – здесь хотя бы нет розовых обоев.

Ужин подали в большом зале, за столом, который мог бы вместить человек двадцать, но на этот раз сидели только они, хозяин и ещё пара постояльцев.

– Значит, вы в Тихую Гавань? – поинтересовался хозяин, наливая им вина. – Интересный выбор. Многие туда стремятся, но не все доезжают.

– А что с ней не так? – насторожился Аберрант.

– Да ничего! – хозяин махнул рукой. – Просто место особенное. Там магия работает не так, как везде. Говорят, город сам выбирает, кого пустить. – Он пристально посмотрел на Друзиллу. – Вы, кажется, не совсем обычная пара.

Друзилла поперхнулась вином. Аберрант нахмурился:

– Что вы имеете в виду?

– О, не обижайтесь! – хозяин поднял руки в защитном жесте. – Я имею в виду, что вы дополняете друг друга. Как… огонь и вода. Или порядок и хаос. – Его взгляд упал на рюкзак Друзиллы, который тихонько шевелился у её ног. – И у вас очень интересный багаж.

После ужина хозяин предложил им осмотреть замок. Экскурсия оказалась своеобразной:

– А вот здесь библиотека, – он распахнул массивные двери. – Книги иногда сами переставляются по ночам. Не пугайтесь, они просто ищут более интересных соседей.

– А в этой галерее висят портреты бывших владельцев, – продолжал он. – Они иногда спорят друг с другом по ночам. Особенно о политике.

Внезапно Друзилла остановилась у одного из портретов. На нём была изображена женщина с добрыми глазами и знакомой улыбкой.

– Это… – начала она.

– А, это леди Илма, – кивнул хозяин. – Моя прабабушка. Она когда-то жила в Тихой Гавани. Говорила, что это единственное место, где её понимали.

Аберрант подошёл ближе.

– Что с ней было не так?

– О, она была чудесной женщиной! – хозяин улыбнулся. – Но обладала нестандартными способностями. Могла заставить цвести камни, а вот простой суп сварить не всегда получалось. В Тихой Гавани она нашла свой дом.

Позже, вернувшись в свою комнату, они сидели у камина и обсуждали услышанное.

– Значит, мы не первые «не такие», кто едет в Тихую Гавань, – задумчиво сказала Друзилла.

– Похоже, что так, – Аберрант кивнул. – И это обнадёживает.

Внезапно дверь в их комнату скрипнула и приоткрылась. На пороге стоял тот самый портрет из прихожей.

– Извините за беспокойство, – сказал он вежливым баритоном. – Я не мог не подслушать ваш разговор. Вы едете в Тихую Гавань?

– Э… да, – растерянно ответила Друзилла.

– Не могли бы вы передать кое-что моей сестре? – портрет достал из-за рамы маленький свёрток. – Она живёт там, в доме с синими ставнями. Скажите, что это от Армана.

Аберрант с недоверием посмотрел на свёрток.

– А что внутри?