Злодейка-(не)удачница и дракон-сладкоежка

После такой жизни решение покинуть родные земли и переехать сразу по достижении совершеннолетия казалось единственным возможным.

В смешанном городе всё иначе. Здесь никого не волнуют древние предрассудки и пустые суеверия. Даже если кто-то из кицуне и сторонился меня, это всего лишь несколько человек, а не весь город. Здесь можно дышать полной грудью… или хотя бы пытаться.

Я утерла слёзы тыльной стороной ладони и, сделав глубокий вдох, поднялась с кровати. Ноги были ещё чуть ватными, но послушными. Я вошла в умывальню, плеснула на лицо прохладной воды и почувствовала, как капли стекают по коже, смывая остатки сна и тяжёлых мыслей. Сделав несколько глотков чистой воды, медленно вернулась в комнату.

И тогда мой взгляд снова упал на зеркало.

В нём отражалась всё та же девушка, чья красота казалась неземной: длинные серебристые волосы, мягкий изгиб шеи, пушистые лисьи ушки, мерцающие при свете лампы. Но теперь, в отличие от того первого момента, я не чувствовала, что смотрю на чужое лицо. Каждая черта, изгиб губ, блеск в глазах… всё это было моим.

Этой ночью я окончательно переродилась, как Юкино Харухимэ — проклятая наследница великого клана.

***

Огромное спасибо за награды, Gabriel Cipher, анонимные пользователи

Глава 6. Прекрасный незнакомец

После целого года безделья в больничной палате я уже просто не могла сидеть на месте. Каждая клеточка моего тела жаждала движения. Мне хотелось идти куда угодно, лишь бы чувствовать под ногами землю, вдыхать воздух, слышать шум улиц.

За те несколько дней, что я прожила в этом удивительном городе, я успела обойти почти все улочки, заглянуть в самые укромные закоулки и даже завести знакомства. Особенно меня притянул рынок — шумный, пёстрый, наполненный ароматами свежей выпечки, пряностей и фруктов.

Там я и подружилась с парой милых торговцев. Каждый день, идя за свежими продуктами, я пробовала что-то новое: странные фрукты с нежным ароматом, овощи, которые невозможно было встретить в моём мире. Со временем мы начали общаться всё теплее, и эти встречи стали чем-то вроде моего маленького ритуала.

В тот день, едва я появилась у знакомых рядов, меня тут же заметила Мидори — добродушная женщина с круглым лицом и глазами, которые светились теплом. Увидев меня, она широко улыбнулась и, отложив товар, замахала рукой, подзывая:

— Милая, ну наконец-то! Иди-ка сюда, я тебе кое-что покажу.

Я ускорила шаг и подошла к её лавке. Мидори держала в руках необычный плод. Он был похож на крупную клубнику, но поверхность переливалась всеми цветами радуги.

— Красота, правда? Это радужная хосига, редкость даже в нашем городе. Говорят, если съесть её в одиночестве — вкус будет обычным, но если разделить с тем, кого любишь… — она многозначительно улыбнулась, — …то она раскроет своё настоящее волшебство. Знаю, ты ведь любишь всякие диковинные штучки. Попробуй одну, — Мидори протянула мне чистую ягодку.

Отказываться я, конечно, не стала. Плод оказался удивительно крупным, едва помещался в ладони. Первый же укус заставил мои уши предательски дёрнуться от удовольствия, сладость мягко накрыла, но за ней последовал лёгкий, едва уловимый холодок, как утренний ветерок в начале весны. Вкус был похож на клубнику… и в то же время совсем не похож. Он будто раскрывался слоями, меняясь с каждым мгновением. Я точно знала, что никогда в жизни не пробовала ничего подобного.

Я увлеклась настолько, что не заметила, как капля прозрачного сока скатилась по пальцу, оставив за собой блестящую дорожку. Ещё секунда — и она грозила упасть прямо на моё кимоно. Я уже открыла рот, чтобы попросить у Мидори платок, но… меня опередили.

Прямо на уровне моих глаз появился платок из тончайшего белого шёлка, а следом за этим, откуда-то из-за моего плеча, раздался глубокий, бархатный голос:

— Возьмите.

Я быстро дожевала ягодку и осторожно взяла платок, стараясь не коснуться протянувшей его руки. Сердце почему-то забилось чуть быстрее, а пальцы, сжимавшие ткань, оказались теплее обычного.

— Спасибо, — выдохнула я, оборачиваясь, чтобы взглянуть на своего неожиданного спасителя.

Но стоило мне увидеть его, как все мысли разом вылетели из головы. Мой язык будто забыл, как произносить звуки, а я сама превратилась в безмолвную статую, способную лишь глупо хлопать ресницами.

Это был он. Тот самый красавчик, чей взгляд на рынке несколько дней назад зацепил меня так, что сердце сбилось с ритма. И вот теперь он стоял передо мной — живой, близкий, такой, что до него можно дотянуться рукой.

Я почувствовала, как к щекам поднимается жар. Особенно от того, что он, не отводил взгляд, словно изучал каждую черту моего лица. Я сглотнула, попыталась собрать мысли в кучку и, наконец, выдавила из себя тихое, смущённое:

— Я постираю и верну вам платок…

Вблизи он оказался ещё более невыносимо великолепным. Широкие плечи, мощная шея, и этот запах… густой, обволакивающий, как осенний вечер у камина — кофе с корицей. Я на мгновение прикрыла глаза, впитывая его, и едва не забыла, что мы вообще разговариваем.

— Не стоит, — он чуть склонил голову, и на губах заиграла заразительная, уверенная улыбка. — Можете оставить себе… как напоминание о моей доброте.

Он выдержал паузу и добавил, глядя прямо в глаза:

— Но я был бы не против прогуляться с вами, прекрасная незнакомка.

От такого прямого заигрывания я почувствовала, как уши предательски дрогнули, а затем прижались к голове. Вот уж от кого я точно не ждала удара в спину, так это от собственных ушей!

— Ой… — тихонько вырвалось у меня, и я поспешно прикрыла их ладонями, надеясь, что он этого не заметит.

Конечно, заметил. Его взгляд стал чуть теплее, в уголках глаз притаилась едва заметная улыбка, словно он уже считал меня чем-то… очаровательным. А я, вместо того чтобы отвести глаза, всё продолжала тонуть в его, забыв обо всём на свете.

— Ваши прелестные ушки подсказывают мне, что вы совсем не против, — его голос стал мягче, но в нём по-прежнему скользило озорство. — Но всё же, — он чуть склонился ближе, — я бы хотел услышать это лично от вас.

Мужчина улыбнулся так, что у меня внутри всё перевернулось. Казалось, мой мозг просто вытек… да, именно через те самые уши, которые его так позабавили.

— Я… да… конечно, — выдохнула, чувствуя, как голос предательски дрожит. Пришлось прокашляться, чтобы вернуть себе хоть каплю достоинства. — Я не против с вами прогуляться. Куда вы предлагаете сходить?

— Почему бы нам не зайти в чайную? Мы сможем спокойно поговорить, узнать друг друга лучше… и всё это за чашечкой чего-то тёплого и ароматного.

Он протянул мне локоть — не просто жест вежливости, а по-настоящему галантное приглашение. Я невольно задержала взгляд на его руке, ощущая внутреннюю борьбу: принять или сделать вид, что не поняла намёка?

Такое прямое внимание смущало меня до дрожи. Раньше со мной ничего подобного не происходило. Ни в моём прежнем мире, ни в этом. У меня всегда была одна-единственная цель: выжить. И любые романтические увлечения казались пустой тратой сил и времени.

Но как бы я ни пыталась держать лицо, внутри меня что-то тепло расправляло крылья. Это внимание… оно льстило. Оно грело. И, если быть честной, чертовски радовало. Ведь красивый парень так открыто проявлял симпатию именно ко мне. И пусть я ещё не знала, куда это всё приведёт, но впервые за долгое время мне хотелось просто позволить себе плыть по течению.

Зайдя в чайную, я едва заметно поморщилась. Место было слишком шумным, слишком строгим… и совершенно лишённым того уюта, по которому я успела соскучиться. В моём мире были маленькие кофейни с мягкими креслами, приглушённым светом и тихим ароматом свежего кофе. Здесь же всё казалось… пустым.

Он, похоже, уловил моё настроение.

— Вам не нравится место? — в его голосе не было ни тени укора, только вежливая забота. — Мы можем пойти в другое, если вам здесь некомфортно.

Ах, если бы можно было… Но я уже исследовала весь город и так и не нашла уголка, который был бы по-настоящему моим. Вздохнув, я всё же чуть улыбнулась и грустно качнула головой.

— Всё в порядке. Давайте присядем.

Он задержал взгляд на мне ещё на пару секунд, будто проверяя, не притворяюсь ли я, и только потом повёл к самому дальнему столику. Здесь, по крайней мере, можно было слышать друг друга без надобности перекрикивать других.

Мы сделали заказ, и, когда на стол поставили чай с лёгкими закусками, он, наконец, заговорил первым:

— Восхитительная незнакомка, могу ли я узнать ваше имя? — его голос обволакивал, мягкий и глубокий. Каждое слово будто скользило по коже, заставляя мои уши непроизвольно подрагивать, а сердце — выбиваться из привычного ритма.

Я сглотнула, стараясь взять себя в руки, но он, кажется, уже прекрасно видел, какое впечатление производит. Лёгкая тень хитрой улыбки тронула его губы, и он, не сводя с меня взгляда, плавно поднялся со стула.

— Чтобы не быть грубым, — продолжил мужчина, — я, разумеется, представлюсь первым.

Он чуть склонил голову набок, как будто изучая мою реакцию, а затем, с почти кошачьей грацией, сделал театральный поклон. Его движения были точными и красивыми и в то же время в них чувствовалась уверенность хищника, который знает, что добыча уже сама идёт к нему в лапы.

— Рэн Кагецу, к вашим услугам, — произнёс он почти мурлыкая, и этот звук отозвался внутри меня тёплой дрожью.

Это имя прозвучало, как удар колокола. Я знала его, слишком хорошо знала. Именно так звали главного героя книги, в которую я каким-то чудом угодила.

И вот он — сидит прямо напротив, смотрит на меня так, будто видит насквозь, и хитро улыбается.

Я точно влипла. Оказалась в эпицентре сюжета, где одно неверное слово или взгляд могут стать началом лавины событий.

Сердце колотилось в бешеном ритме, а в голове, вместо здравых мыслей, звучала только одна:

«Как теперь из этого выбраться?.. И хочу ли я вообще?»

Глава 7. Поцелуй

Я ещё толком не придумала, как выкрутиться из этой ситуации, как этот обаятельный злодей начал мягко, но уверенно на меня давить.

— Как же зовут вас? — его голос был бархатным и чуть насмешливым, а взгляд — слишком пристальным, словно он читал мня, как открытую книгу. — Мне было бы очень интересно узнать о вас больше… намного больше.

И сидит, улыбается, чертёнок. Причём так, что хочется одновременно и спрятаться, и подойти ближе.

Мои уши стояли торчком, мех на них чуть взъерошился, а глаза и мысли бегали в разные стороны, словно испуганные воробьи. Я смотрела куда угодно, только не на него.

Вот же вляпалась. Я-то прекрасно знала, чем всё это закончится — и для меня, и для тех, кто по глупости решит влезть в отношения главных героев, которые в книге были буквально созданы на небесах.

Он может сколько угодно улыбаться, говорить комплименты и подсовывать мне шелковые платки, но как только появится оригинальная главная героиня, мои шансы испарятся. Нет, даже не испарятся — уйдут в минус. Причём с положительной вероятностью того, что меня ждет какая-нибудь темница… или, что ещё хуже, возвращение в клан.

«Нет. Нет. Нет! — я мысленно заорала, так что даже в груди защемило. — Я никогда не вернусь в клан!»

Я решительно отогнала эту мысль, но, бросив на него осторожный взгляд, всё-таки продолжила внутренний диалог с самой собой:

«Ну… может, если стараться не пересекаться с ними и не делать ничего, что разозлит Харуку, всё это пройдёт мимо меня. Может…»

Собравшись с мыслями и загнав сердце обратно на положенное место, я постаралась ответить ему как можно спокойнее. Но, как я ни пыталась, в голосе всё равно проскальзывали смущение, осторожность и тень недоверия:

— Юкино Харухимэ. Приятно познакомиться, — выговорила я и, пытаясь смягчить момент, изобразила улыбку… но по ощущениям вышло скорее что-то вроде оскала.

— Снежная принцесса весны… — медленно произнес Рэн, будто пробуя имя на вкус. — Какое красивое имя, прямо под стать вам.

Он не отрывал взгляда, и мне на мгновение показалось, что я утону в этих глубоких, светло-серых глазах.

— Спасибо, — пробормотала, чувствуя, как щеки предательски нагреваются.

Как бы я ни старалась держаться холодно и отстранённо, Рэн обладал каким-то магнетизмом. Его улыбка была опасным оружием, ей вполне под силу было растопить сотню ледников.

— Юкино, расскажите… чем вы занимаетесь? Что вам интересно? — его голос был мягким, но в нём слышалось неподдельное любопытство.

— Я… ну… — я замялась. Признаться, что толком ничем не занимаюсь, было стыдно. Я судорожно пыталась придумать что-то приличное, и тут шум от одного из посетителей подкинул мне блестящую идею. — Кафе. Я планирую открыть своё кафе. С вкусными напитками и сладостями. А из интересов… люблю читать и гулять.

Рэн чуть приподнял брови, и в его взгляде мелькнуло настоящее удивление. Кажется, он не ожидал от меня подобного. Но что ж… удивлять я умела.

И, как ни странно, именно эта его реакция окончательно меня успокоила. Мои уши вернулись в привычное положение, а сердце перестало стучать где-то в горле, возвращаясь на своё место в груди.

— Как необычно… Думаю, это вам подходит. Вы уже нашли здание? Сотрудников? Я мог бы помочь. У меня… маленький семейный бизнес, которым управляли несколько поколений нашей семьи, так что кое-что в этом я понимаю.

Он всё ещё улыбался, так ослепительно, что я почти физически ощущала, как таю. Ну как он так может? Улыбается, говорит такие тёплые слова, предлагает помощь… Не влюбиться в него — это, кажется, что-то из разряда невозможного. Но я всё же попробую. Хотя в глубине души уже знала, что провал близок.

— Нет, пока это только задумка, — призналась, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Думаю, скоро начну искать здание, а сотрудники мне не нужны. Я хочу заниматься этим сама: печь сладости и заваривать самые вкусные напитки. Это моя маленькая мечта.

И я даже не соврала… Ещё до болезни я работала в кафе, и мне нравилось. Там всегда было тепло, пахло свежей выпечкой и кофе, и мне было приятно дарить людям ту атмосферу уюта, которую сама так любила — через улыбку, через вкусно сваренный капучино.

— Сами? — он чуть склонил голову и снова улыбнулся. — Вы не перестаёте меня удивлять, Юкино. Ещё немного и моё сердце окажется в вашей безраздельной власти.

Рэн произнёс это почти мурлыкая, и слова, хоть и смущающие, ложились на слух так мягко, что сердце у меня начинало колотиться быстрее. А вместе с ним — и ушки… Предатели.

Мы ещё немного поболтали о погоде, о сладостях, и, когда вышли из чайной, вечер уже окутал улицы мягким полумраком.

— Можно ли вас проводить? — он галантно подставил мне локоть, как и днём. — Уже довольно поздно, и я бы не хотел, чтобы с вами случилась беда.

Я не стала спорить. Осторожно положила руку на его, и даже сквозь ткань юкаты ощутила, какой он тёплый.

Такой близкий контакт сводил меня с ума. Не зря он главный герой: красивый, обаятельный, и от него исходили едва ощутимые, но мощные волны силы. Это чувство было слишком явным, чтобы списать его на фантазии. Очевидно, он точно не человек. Вот только кто он — для меня оставалось загадкой. В книге до этого момента мы не дошли, а сама я в этих местных расах разбиралась, мягко говоря, поверхностно.

Мы шли рядом, и я ловила себя на том, что невольно подстраиваю шаг в его ритм. Он проводил меня до дома, и, уже на крыльце, его пальцы осторожно коснулись моих ушек. От этого лёгкого движения по телу прокатилась дрожь, будто сквозь меня прошёл тихий, но мощный разряд тока.

Я смотрела на него, пытаясь вспомнить, как дышать. Он же просто стоял и улыбался, так, словно видел меня насквозь.

«Нет, Юкино, не вздумай… Не вздумай! — шипела я сама на себя. — Это плохая идея. Очень плохая. Сюжет книги против тебя, главная героиня где-то рядом, ты — лишняя. Просто поблагодари и уходи. Да, уходи. Вот прямо сейчас».

…Но ноги не слушались.

И чем дольше я смотрела на него, тем громче внутри раздавалось другое:

«А почему нет? Почему я должна всегда отступать?»

В итоге я просто плюнула на здравый смысл. Приподнялась на носочки и коснулась его щеки поцелуем — лёгким, быстрым, но от которого у меня внутри всё перевернулось.

— До свидания, — выдохнула я, почти спотыкаясь на первых ступенях лестницы, и убежала, пока не натворила чего-то ещё глупее.

Я буду бороться за своё счастье. Чего бы мне это ни стоило. Пусть я знаю, что это против сюжета, но на этот раз я не намерена проигрывать.

Глава 8. Здание

— Что я наделала?.. — это была моя первая мысль, как только я открыла глаза. А за ней, будто ледяной дождь, обрушились неутешительные выводы: меня теперь точно либо убьют, либо бросят в темницу.

Вчерашний вечер упорно не хотел укладываться в рамки логики. В моём плане всё было просто. Чёткий список действий… и я умудрилась провалить каждый пункт. Особенно третий.

Я влюбилась.

И, что самое странное, мне стало смешно, до абсурда смешно, от того, насколько быстро и просто это произошло.

Рэн… он был восхитительным. Словно самими небесами создан как моя идеальная пара. Его улыбка грела сильнее солнца, а взгляд цеплял так, что уже не хотелось вырываться. И всё же я знала, знала этот чёртов сюжет наизусть. Мне отведена роль злодейки. Той, что страдает от неразделённой любви, совершает глупости и мешает главной героине. Я не должна быть центром этой истории.

Но с моим появлением здесь всё уже пошло не по плану.

В книге не было попаданки. Не было магического кафе. И уж точно первая встреча Юкино с Рэном выглядела совершенно иначе.

Так почему теперь, в этой новой, изменённой реальности, я не могу быть главной героиней? Почему должна смириться с ролью, которую мне навязал кто-то другой?

Я достойна лучшего. Достойна счастья. И, судя по тому, как он вчера на меня смотрел, Рэн… явно заинтересован во мне.

Выпив свой кофе с корицей, я почувствовала, что готова покорять этот мир.

Глоток за глотком я как будто возвращала себе силы, а аромат корицы ласково подталкивал: вперёд, действуй.

Планы на день были… грандиозные. Идея об открытии собственного кафе стала моим навязчивым спутником: она приходила в голову в больничной палате, шепталась во время прогулок, подкрадывалась в каждом разговоре. Так почему бы и правда не открыть его?

С торговцами я уже сдружилась, они улыбались мне как старой знакомой, а значит, проблем с поставками точно не будет. Осталось «всего лишь» найти здание, оформить всё в городском управлении… и убедить саму себя, что я справлюсь.

Я как раз переодевалась, собираясь в город, когда в дверь моей квартиры постучали.

Это меня насторожило. Настолько близких знакомых, чтобы они приходили без предупреждения, у меня здесь точно не было.

— Кто там? — я прижала уши, инстинктивно ожидая подвоха.

— Рэн, — из-за двери раздался тот самый бархатный голос, от которого у меня неизменно учащался пульс.

Услышав это, я заметалась по квартире, как мышь, которую застали в кладовой: сгребла бардак в шкаф, пригладила торчащие волосы, сунула гребень обратно на стол… и почти на световой скорости подлетела к двери.

Когда я её открыла… мир будто сделал паузу.

Рэн стоял на пороге во всей своей безупречной красе, и, что обидно, выглядел так, будто специально пришёл, чтобы лишний раз напомнить мне, что я смертельно уязвима к этому мужчине.

Казалось, он был ещё красивее, чем обычно. Или это я уже совсем пропала?

— Доброе утро, Юкино, — он чуть склонил голову, и солнечный луч, словно по чьей-то задумке, упал на его волосы, заставив их мягко блеснуть.

— Эм… утро, — выдавила я, всеми силами стараясь сделать вид, что не разглядываю его слишком откровенно. Хотя, кого я обманываю? Разглядывала. И ещё как.

— Можно? — он кивнул в сторону квартиры.

Я зависла на пару секунд.

Можно? Нет, конечно, нельзя! Тут же… стопка немытой посуды в раковине, крошки на столе, и моя гордость — плед с клубничками, растянувшийся на диване.

— Я… э-э… может, мы… — попыталась я дипломатично предложить альтернативу, но он уже переступил порог. Чёрт.

Рэн окинул взглядом комнату, задержав его на кружке с остатками кофе, потом на стопке книг, а затем — на том самом пледе. Его улыбка стала чуть мягче, теплее.

— Уютно, — произнёс он, и в его голосе не было ни тени насмешки, только тёплое одобрение.

Я фыркнула, стараясь спрятать в этом звуке тот факт, что внутри меня уже расправили крылья целая стая бабочек.

— Ну, если тебе уютно среди хаоса… — пробормотала я, опустив взгляд, чтобы он не заметил, как уголки губ сами собой предательски приподнимаются.

Он подошёл ближе, и всё вокруг будто сжалось, оставив нас наедине в крошечном пространстве, где слышно только наше дыхание.

— Я пришёл пригласить вас на прогулку. Куда бы вы хотели сходить?

Я чуть приподняла бровь.

Хм… вариант неплохой. Кто знает, может, он сможет мне помочь?

— Собиралась присмотреть место для будущего кафе, — ответила, стараясь, чтобы голос звучал спокойно, хотя внутри уже мелькнул азарт. — Если вы знаете что-то подходящее, я была бы благодарна за помощь.

И, чтобы уж наверняка обезоружить его, прижала ушки к голове. Не слишком явно, но достаточно, чтобы они выглядели чуть трогательнее обычного.

Рэн, конечно, заметил. В его глазах промелькнула тень улыбки, опасно тёплая и чуть лукавая, как у охотника, который видит, что добыча сама вышла на свет.

— В таком случае, думаю, у меня есть кое-что, что вам понравится.

Мы вышли из квартиры, и он предложил локоть, как делал это прежде. На этот раз я даже не колебалась, просто вложила свою руку в его. Было почти… привычно. И слишком приятно.

Шли мы недолго. Рэн почти не говорил, только иногда бросал на меня короткие взгляды и чуть улыбался, так, будто знал о моих мыслях больше, чем я сама. А мысли у меня… да, они всё ещё кружились вокруг того легкого, почти невесомого поцелуя в щёку. Стоило вспомнить — и внутри всё сжималось от тепла и смущения, а щеки наливались жаром. Даже ушки, эти маленькие предатели, выдавали меня, слегка дёргаясь от волнения.

Когда впереди показалось здание, я непроизвольно замедлила шаг. Оно было похоже на традиционную японскую чайную, но в архитектуре неожиданно угадывались изящные европейские линии — высокие окна с тонкими переплётами, изысканный кованый балкончик. Смешение стилей оказалось таким гармоничным, что я едва удержалась, чтобы не выдохнуть вслух восхищённое «вау».

— Это то самое здание? — я не скрывала восторга. — Оно мне очень нравится. Для моей задумки — просто идеально.

— Всё верно, — мягко подтвердил он. — Мой старый друг как раз ищет того, кто смог бы выкупить его, но пока не нашёл. Хотите взглянуть внутри?

Он шагнул вперёд, распахнул дверь и, как в лучших романах, приглашающе подался в сторону. Это было так галантно и романтично, что мне пришлось взять себя в руки, чтобы не застыть на месте с глупой улыбкой.

— Прошу, — промурлыкал он почти у самого моего уха, стоя совсем близко.

Я ощутила, как по спине пробежала лёгкая дрожь. Он просто говорил, а я… я уже начинала понимать, почему в книге у него было столько поклонниц.

Внутри здание оказалось ещё интереснее, чем снаружи. Высокие своды, светлые деревянные балки, витражи, преломляющие свет в мягкие цветные отблески. Здесь и правда можно было создать что-то особенное.

Я уже собиралась повернуться к Рэну и сказать, что беру это помещение, как вдруг…

Прямо перед нами, в воздухе, начали появляться очертания фигуры. В следующую секунду на полу стоял тануки — пушистый, с умными глазами, в которых была странная, почти древняя мудрость. Он посмотрел прямо на меня и произнёс:

— Я ждал вас, хозяйка.

Глава 9. Волшебные пирожные

— Хозяйка? — я замерла, не понимая, что вообще происходит.

— Всё верно, — спокойно кивнуло странное существо. — У вас есть сила пробудить это место ото сна.

— Ото сна?.. — я нахмурилась. — Что это вообще значит? И кто ты такой?

— Я дух этого здания, — с достоинством ответил он, сложив лапки за спиной, будто какой-нибудь мудрый старец. — Моя задача помогать достойным людям дарить радость другим. Первый хозяин поручил мне это несколько сотен лет назад, и с тех пор я исполняю его волю.

Слова прозвучали так торжественно и убедительно, что у меня голова пошла кругом.

Я резко обернулась к Рэну, надеясь, что он хотя бы внесёт ясность. Но вместо этого увидела его хитрую, довольную улыбку. И всё стало предельно ясно. Он знал. Знал с самого начала.

— Что это за здание? — выдохнула я, чувствуя, как в голосе вместо растерянности появляется твёрдость. — Ты же всё с самого начала знал.

Это не был вопрос, скорее обвинение. А ещё я поймала себя на том, что перешла на «ты». Но Рэн, кажется, был только рад этому, в его глазах сверкнула искра, а губы тронула ещё более обольстительная улыбка.