Лабиринты души

Женские руки подняли погибшую семилетнюю девочку, прижали её бездыханное тело к груди. Раздался нечеловеческий стон, рыдания. Тело ребёнка вырвали из рук несчастной, крепкий мужчина демонстративно поднял погибшую вверх, окружающие ликовали.

Истощённый мужчина стоял на коленях, он был окружён электами. Чья-то большая мощная рука держала за волосы голову пленника, запрокинутую наверх. Безвольная слеза стекала по его щеке. Откуда-то из толпы вывели белокурую маленькую девочку лет восьми. С ней обращались аккуратно и нежно. Её подвели к пленнику, она мило улыбнулась и подняла ладошку. Всепоглощающая боль раздирала, тело извивалось в конвульсиях. Мы оба упали на землю. Ужасающие события прервались: видимо, мой новый знакомый в момент истязания потерял сознание.

Не дожидаясь очередной кошмарной сцены, не видя ничего перед собой, я ползком добралась до стены, отчаянно водя по ней руками в поисках выхода из этой пыточной. Но следующее воспоминание настигло меня слишком резко.

Всё та же белокурая особа, но уже взрослая, держала руками лицо темноволосой девушки и зловеще что-то шептала. Боль пронзила нас обеих.

В ужасе я схватилась за голову руками, извергавшийся из меня крик заполнил пространство.

– Пожалуйста! Не надо! Хватит! Это невыносимо! – отчаянно кричу я.

Вдруг чьи-то руки схватили меня за плечи, я не видела, кто это, только слышала нежный цветочный запах.

– Ювента, это ты? Я не вижу тебя! Помоги, пожалуйста, помоги…

Внезапно звонкая пощёчина, а затем и вторая приводят меня в сознание. Передо мной стояла королева ледяного взгляда.

– Возьми себя в руки! – её голос звучал, словно сталь. – На тебя возлагают большие надежды! Прекрати жалеть себя, как маленькая сопливая девочка. Если ты окажешься в плену у электов, никто не станет тебя жалеть и уж тем более помогать! Соберись, сопротивляйся натиску! Вспомни, чему тебя учил Вихо. – Юва резким движением подняла меня на ноги и усадила обратно в кресло.

Мой взор невольно встретился с матерью погибшей девочки, по её щекам стекали слёзы.

– Сопротивляйся! – прорычала Ювента мне на ухо. – Господа, продолжаем!

К сожалению, стресс и боль стёрли из памяти всё, чему учил меня старший Ахига. Собравшись, я принялась бороться с бесцеремонной информацией силой намерения. Около минуты мне удавалось держать оборону, после чего меня снова пленили чужеродные видения.

Измождённый мужчина, стоя на коленях, смотрел в бледно-голубые глаза рыжеволосой женщины. Улыбаясь, она легко забирала его волю. Протягивая несчастному клинок, приказала убить друга. Разум его кричал, метался, противился, но всё было тщетно. Слёзы отчаяния стекали по впалым щекам. Поравнявшись со своим товарищем, он видел его измождённые болью глаза, которые смотрели на него с принятием неминуемой гибели. Холодное острие легко проникло в плоть. Страшный хохот раздался эхом.

– Повторяй за мной! Дефенсио! – я прошептала заветные слова, но всё так же оставалась поглощена событиями прошлого.

– Громче! Мощнее! – яростно шипела Ювента. Я следовала за её голосом, как за тоненьким лучом света, что мог вывести меня из тьмы.

– Дефенсио! – прокричала я что есть мочи. Всё прекратилось.

Около пяти часов без перерыва Ювента обучала и тренировала меня сопротивляться: выборочно смотреть желаемое, определять истинные и ложные воспоминания, блокировать эмоциональный и физический опыт. Спустя несколько часов мне всё же удалось овладеть этим искусством. Несмотря на проявленную Ювой жёсткость, я испытывала чувство благодарности. Отсутствие жалости помогло мне справиться с этим кошмаром. Каторжный процесс измучил нас обеих.

***

Полумрак. В комнату постучали. Измождённая тяжёлыми событиями дня, я была не в силах ответить и даже пошевелиться. Скрипнув, дверь приоткрылась, и в образовавшейся щели появилась чья-то голова.

– Тэна! Можно войти? – голос Даниэля звучал обеспокоенно. Я попыталась ответить, но вместо слов извергся набор странных звуков.

– Мы заходим! – со всей ответственностью заявил тот.

Я лежала в позе эмбриона, укутанная всем, чем только было можно. Мелкая дрожь пробивала тело, глаза болели и слезились. В полумраке я видела силуэты внуков Ахиго. Один из них копошился у камина, а второй приближался ко мне.

Комнату осветило ласковое пламя разгорающегося огня, и я увидела освещённое янтарными бликами лицо Нуто. Склонившись, он коснулся ладонью моего лба и спросил:

– Тэна, ты меня слышишь? – Всё, что было в моих силах, – это моргнуть в ответ.

– Она в сознании? – встревоженно спросил подошедший Даниэль.

– Да, но состояние тяжёлое, – голос Нуто звучал тревожно.

– Что будем делать?

– Давай проведём ритуал «Вовачхинтанка». Это поможет вернуть внутреннюю и духовную энергию. Подожжём сладкую траву, заплетённую в косу: её дым привлекает добрых духов и восстанавливает гармонию – окурим комнату, а после, погрузившись в медитацию, проведём обряд исцеления.

– Хорошая идея, давай приступим.

Нуто и Даниэль аккуратно положили меня на спину, отчего тело стало биться в непроизвольных движениях. Из глаз неконтролируемо текли слёзы.

– Ничего, ничего! Сейчас мы поможем, потерпи немного! – суетливо произнёс обладатель милых веснушек.

Комнату быстро заполнял густой серый дым, сопровождаемый сладковатым запахом. Сквозь бредовое состояние мне мерещились разные образы, создаваемые из пелены, что окутала меня. Это были силуэты мужчин и женщин, которые танцевали и пели. Распущенные тёмные длинные волосы – как знак свободы и магической силы. Украшенная бахромой одежда – символ потока энергии. Откуда-то доносились нежные звуки пан-флейты, напоминавшие дыхание ветра в горах.

Я стремительно отдалялась от действительной реальности, всё больше погружаясь в потусторонний мир. Мои новые знакомые радушно приняли меня в своё племя и помогли перенестись на их дикие, свободные поля. Чёрное безграничное полотно, распростёршееся над нашими головами, было усеяно звёздной россыпью. Мы танцевали вокруг огромного костра, синее пламя которого повторяло наши движения. Никто и ничто не существовало отдельно – мы были единым организмом. Я была воздухом, пламенем, временем, жизнью, любовью; глазами каждого присутствующего – дыханием, сердцебиением.

Когда ритуал моего исцеления был окончен, ко мне вышел старейшина. Его лицо было расписано белыми и чёрными полосами, а голову украшал венец из орлиных перьев. Каждый шаг был сопровождён звоном костяных подвесок и бубенцов. Он молча протянул мне маленький синий мешочек с лекарственными травами. Преисполненная благодарности, я низко поклонилась. Он взмахнул рукой, и я стала возвращаться в свои пределы.