
Полная версия:
Кисельные берега
В дверях спальни браслет зацепился за расстёгнутую манжету. Дмитрий пытался высвободить ткань, застёжка уходила в петлю всё глубже. Лена попросила снять браслет целиком. Пока он возился с замком, ей пришлось обнять его другой рукой, чтобы не тянуть сцепленные вещи в разные стороны.
Без платья стало неловко: на животе обнаружился след от резинки колготок. Лена машинально прикрыла его ладонью, потом взялась за пуговицы на Дмитриевой рубашке. Одной стоять в белье было обидно.
— Не торопись, — сказал он.
— Я не тороплюсь. Она у тебя намертво.
Под снятой рубашкой белел неровный шрам. Обняв Дмитрия за пояс, Лена прижалась губами к его плечу и почувствовала, как медленно он расслабляется. Утром она представляла себе этот вечер совсем иначе, без застрявшей пуговицы и колготок, через которые пришлось переступать.
Дмитрий выключил верхний свет, оставив гореть только светильник у кровати. Полная темнота только добавила бы неловкости, а так Лена видела его лицо и успела потребовать половину подушки, прежде чем придвинуться ближе.
Поначалу Лена думала только о том, куда деть локоть, как повернуться, чтобы ему было удобно и собственный живот казался поменьше. Она снова отодвинулась, и Дмитрий позвал её обратно — почти сердито. Лена прижалась к нему. Под ладонью он вздрогнул, она провела пальцами по тому же месту ещё раз и забыла, как сама сейчас выглядит.
Он приподнялся на руке и неожиданно переменился в лице. Лена замерла.
— Дим?
— Рука. Подожди.
Он перевернулся, раздражённо вытянул руку вдоль тела. Лена подложила ему вторую подушку. Несколько секунд они лежали рядом, ни к чему не прикасаясь. Она уже испугалась, что сделала ему больно, но Дмитрий потянул за край простыни, под которой она успела спрятаться.
— Иди ко мне.
— Ты скажи, если так нельзя.
— Так можно.
Теперь она устроилась так, чтобы видеть его лицо — открытое, нетерпеливое, совсем не то, с которым он обычно слушал её за столом. Она попыталась поправить волосы, но Дмитрий снова её поцеловал. Лена попросила не торопиться, а когда он не расслышал, удержала его за плечо и повторила. Потом уже не хотелось ни за чем следить.
Когда понадобилось одеяло, оказалось, что Дмитрий лежит на нём. Пока вытягивали, Лена окончательно замёрзла и пристроила ступни к его икрам. Он дёрнулся и выругался сквозь зубы, но ноги она всё-таки не убрала.
Браслет она вспомнила значительно позже. Сказала, что опять чуть не ушла бы без него, и только тогда поняла, что никуда ещё не собирается.
Через некоторое время Дмитрий спросил про машину.
— Ты ещё хочешь свою?
— Конечно.
— Я думал, пока могу тебя возить.
— Иногда можешь. Но я же не только к тебе собираюсь ездить.
— Жаль.
— Возьму тебя покататься, если будешь хорошо себя вести.
— Я умею.
— Вот в этом как раз и сомневаюсь.
Он притянул её обратно. Смех помешал первому поцелую, со вторым всё получилось.
Среди ночи захотелось пить. На кухне горел свет, и Лена пошла туда, натягивая на ходу его рубашку. Дмитрий отмывал противень, который они после ужина оставили возле раковины.
Она остановилась в дверях, закутавшись в его рубашку.
— Всё-таки рыба победила?
Услышав её, он обернулся и улыбнулся. Лена подошла к нему, обняла сзади, прижавшись щекой к спине.
— Холодно? — спросил он.
— Уже нет.
Дмитрий закрыл воду и повернулся к ней, скользнув ладонями под рубашку. Лена прислонилась к столу и сказала, не успев подумать, как это прозвучит:
— Я бы хотела иногда вот так. Просто вставать ночью и знать, что ты рядом.
Он предложил четверг и спросил, забрать ли её после работы. Лена согласилась. Про Аню и мамин вечер надо будет узнать утром, а сейчас она стояла босиком в его рубашке и слушала, как он перечисляет, в какие ещё дни они могли бы остаться вдвоём.
Глава 7
— Нет, меняйте. Сегодня, — сказал Дмитрий кому-то по телефону.
Половина седьмого. Лена разглядела на стуле свою блузку в прозрачном чехле и снова прикрыла глаза. Её будильник должен был прозвенеть через сорок минут.
Дмитрий прошёл мимо двери в брюках, с рубашкой в руке. Заметив, что она проснулась, поднял палец, обещая сейчас закончить.
После короткой ночи вставать было удивительно легко. На соседней подушке осталась вмятина от его головы. Лена придвинулась к ней и полежала ещё немного, пока за дверью обсуждали перепутанную поставку.
На кухне пахло кофе. Дмитрий прижимал телефон плечом к уху и наполнял дорожную кружку.
— Я же сказал: не принимать. Если водитель уже уехал, пусть возвращается.
Увидев Лену, он достал вторую чашку и банку кофе. Пока она наливала воду, положил перед ней хлеб, а сыр Лена взяла из холодильника сама.
— Прости, — сказал, отключившись. — С утра поставка не та. Надо ехать.
— Сейчас?
— Да. Они через полчаса начнут разгружать.
Вчера они шутили, как хорошо утром никуда не бежать. Теперь Дмитрий торопился на работу, а Лена стояла рядом в его рубашке и ждала, когда он наконец подойдёт к ней. Она всё ждала, что он отложит телефон и они сядут завтракать вместе.
— Кофе сделаешь? — спросила она.
— Ты же уже налила.
В её чашке плавали крупинки растворимого. Она не знала, как включить его машину, и решила обойтись тем, что нашла. Объяснять теперь было глупо.
— Да. Всё нормально.
— Побудь сколько хочешь. Захлопнешь дверь.
— Мне тоже на работу.
— Конечно. Я помню.
В прихожей он проверял карманы и искал ключи, так и не предложив подвезти, хотя со вчерашнего вечера Лена рассчитывала ехать с ним. Он уезжал раньше, чем собирался, а ей теперь надо было самой добираться до соцзащиты.
В дверях он обернулся.
— Сегодня вечером свободен буду.
— У меня Аня.
— Можно вместе.
— У нас с ней свои планы.
Он чуть нахмурился.
— Хорошо. Позвоню позже.
Свою чашку Лена так и оставила недопитой. Вода оказалась едва тёплой, растворимый кофе — дрянью, и от этого обида только росла, хотя виноватыми в таком утре никак не могли быть ни вода, ни кофе.
Одеваясь, Лена заметила на стуле выпавший волос и сняла его с обивки. Потянулась и за крошками на столе, но оставила их. Вчера Дмитрий никуда не спешил, держал её, пока закипал чайник, а теперь она прибирает после себя и боится забыть косметичку.
В лифте Лена заметила, что надела только одну серьгу. Вторую нашла в косметичке и уже на улице пыталась застегнуть, глядя на своё отражение в стекле машины. Едва не уронила, рассердилась и пошла к остановке, так и не закрепив застёжку.
* * *
В кабинете её ждала новая сотрудница — Евгения Олеговна, в тёплом жилете поверх блузки. Она принесла блокнот с наклейкой «План Б» и сразу попросила показать программу.
— Сначала чай? — предложила Лена.
— Лучше программу. С чаем я могу увлечься.
Через час Евгения освоилась с повторными запросами, быстро находила нужную папку и уточняла только непонятное. Придраться было не к чему, кроме «приложечек», которые та упорно искала в конце каждого дела, и это слово раздражало Лену всё сильнее.
Евгения открыла дело с двумя повторными запросами и спросила, что делать, если ответа опять не будет. Лена нашла номер, которого не было в общей справочной, и объяснила, кому звонить. Только после двух, когда у сотрудника закончится приём.
— Вы всё это помните? — удивилась Евгения.
Лена собиралась ответить, что привыкла. Но, глядя, как Евгения старательно записывает номер, Лена поняла, сколько всего так и не объяснила. Сама-то делала по привычке. В соседнем деле обнаружилась другая такая же мелочь — две разные суммы под одной датой.
В обед Дмитрий прислал фотографию разгруженного склада. «Победили», — написал.
Лена ответила: «Поздравляю». Прочитала своё сообщение и увидела, насколько оно сухое. Исправлять не стала.
Он позвонил через минуту.
— Обиделась?
— Я на работе.
— Лен.
Она вышла к окну в коридоре.
— Мне утром было неприятно. Всё.
— Я не мог остаться.
В коридорном окне отражалась вполне собранная женщина в рабочей блузке, с аккуратно уложенными волосами. Час назад она уговорила посетителя не писать жалобу сразу в четыре места, а теперь не могла объяснить мужчине, что утром ей хотелось побыть с ним. И злилась оттого, что об этом вообще нужно просить.
— Я вечером заеду? — спросил он.
— Мы с Аней идём выбирать ей материалы. Я обещала ещё в воскресенье.
— Могу отвезти.
Лена представила, как они вместо неторопливого вечера вдвоём с дочерью втроём быстро покупают всё, что нужно, и потом проводят остаток времени так, как удобнее Дмитрию.
— Нет. Мы сами. Давай завтра, как договорились.
— Завтра, — повторил он после паузы, уже без предложения заехать сегодня.
Евгения отодвинула папку, освобождая ей место за столом. Лена села за стол с облегчением: о делах сейчас было говорить проще, чем о себе.
— Тут, кажется, один лист не из этого дела.
* * *
Аня перебирала пачки бумаги: у одной мятый край, у другой слишком гладкая поверхность. Продавец отошёл к другим покупателям. Лена сравнила два листа на ощупь и снова не поняла разницы.
— Эта слишком гладкая.
После второй попытки взять первую попавшуюся пачку Аня попросила не мешать. Лена уступила ей место у полки. Обещая вечер вдвоём, она не думала, что придётся так долго выбирать бумагу, а дочь торопиться не собиралась и на её вздохи не оборачивалась.
— Ты же раньше любую брала.
— Раньше я не понимала.
— Теперь понимаю.
— Мам, я про себя.
Они рассмеялись. Аня выбрала пачку дешевле той, что понравилась сначала, потому что к ней полагалась картонная подложка. На сэкономленные деньги попросила большой карандаш.
В кафе у выхода они взяли кусок пирога на двоих. Дочь рассказывала, как на экскурсии трясло автобус и как мальчик, называвший поездки переоценёнными, заснул до выезда из Москвы. Учительница дважды пересчитывала детей, потому что один всё время уходил фотографировать дверь.
Лена смеялась, стараясь не уронить кусок пирога с вилки. В сумке завибрировал телефон, но заметила это только Аня.
— Это Дима? — спросила Аня.
— Может быть.
— А почему не отвечаешь?
— Потому что я сейчас с тобой.
Дочь подумала.
— Можно ответить. Только ненадолго.
Лена всё-таки проверила. Дмитрий спрашивал, какую бумагу выбрали. Следом прислал: «Разобрался с кофе. Надо было показать кнопку».
Она представила, как он в одиночестве обследует собственную кофемашину, и фыркнула.
Лена отправила «Надо было», стала писать дальше и стёрла. Кнопку-то он покажет, теперь она и сама справится. А вот как объяснить, чего ждала от него с утра, посреди кафе не придумала.
— Он смешное написал? — спросила Аня.
— Не очень.
— Тогда чего улыбаешься?
— Вот вырастешь, узнаешь, сколько мы улыбаемся несмешному.
— Я уже знаю. Когда Полинка рассказывает про своего хомяка.
На обратной дороге Аня несла пакет сама и всё время задевала им Лену по колену. У подъезда выяснилось, что большой карандаш остался в кафе. Возвращаться не было сил. Лена пообещала позвонить туда завтра, и дочь до самой двери молчала.
Ватман дома не помещался на столе, поэтому лист опять прикладывали на полу. В сумке звонил телефон, но отпускать край ватмана пока было нельзя: клей ещё не схватился.
— Подожди, — сказала дочь. — Сейчас приклеим, и можешь смотреть.
Глава 8
До автобуса оставалось двенадцать минут, а пальцы окоченели так, что пришлось сунуть руки под мышки. В первый рабочий понедельник Лена приехала слишком рано и теперь не решалась отойти от остановки, хотя в нескольких шагах светились окна круглосуточного магазина.
В служебный автобус Лена села последней. Поздоровавшись, нашла свободное место возле женщины с большим термосом. Та подвинула сумку и спросила, новенькая ли она.
— Да.
— Тогда выходите с нами. А то водители иногда думают, что все всё знают.
Мама успела написать, что Аня встала, а Дмитрий спрашивал, доехала ли она до остановки. Лена отвечала обоим в автобусе, с трудом попадая холодными пальцами по буквам. Завтра можно выйти позже, дорогу она запомнила.
Из соцзащиты она ушла в пятницу. Светлана Викторовна принесла пирог, Евгения подарила ей блокнот — без надписи про план Б — и ещё раз уточнила, кого искать после двух. Лена обещала отвечать, если совсем застрянут, и поймала предостерегающий взгляд бывшей начальницы.
— Не надо на две работы устраиваться, — сказала Татьяна Сергеевна. — Здесь мы разберёмся.
Теперь эти слова пригодились. Лена выключила уведомления старого рабочего чата.
В раздевалке её ждали комплект одежды, шапочка и обувь. На листке возле шкафчика были имя и фамилия. Елена Куликова. Лена провела пальцем по своей фамилии. Ещё непривычно было видеть её здесь, в раздевалке сыроварни.
Ирина Сергеевна встретила её у входа.
— Доброе утро. Как дорога?
— Ещё не привыкла так ездить.
— Привыкнете. Кольцо снимите, браслет тоже. Шкаф закрывается, не потеряете.
Украшения она заперла в шкафчике, короткие пряди подколола по одной, убирая под шапочку. Ирина Сергеевна ждала у двери. Лена задержалась у зеркала, пытаясь спрятать последний выбившийся волос, и попросила ещё минуту.
В рабочей комнате стояли весы, небольшие приборы, контейнеры с наклейками. На стене висел график, исписанный разными ручками. Лена поставила сумку на указанную ей полку и достала тетрадь.
Ирина Сергеевна показала, где хранить записи, у кого брать расходные материалы и с кем согласовывать время проб. Затем подвела к столу, на котором лежали три головки сыра.
— Ваши, — сказала она.
Они должны были стать её сыром. Один образец выглядел знакомо, с чуть неровной поверхностью и светлым срезом. Второй был выше и суше по краю. Третий под ножом ломался там, где Лена ждала ровный ломтик.
Она попробовала первый, затем второй. Вкус отличался меньше, чем ощущение во рту. Тот, что она привезла на выставку и потом переделывала с Ириной Сергеевной, был нежнее. Здесь хотелось запить.
— Это один рецепт? — спросила Лена.
— Записи те же. Объём другой.
Она успела рассказать Жанне о новой работе, маме — о своих задачах и теперь не знала, с чего начать. Почему-то казалось, что на правильном оборудовании и с профессионалами всё должно стать легче. Ирина Сергеевна ждала, пока она ещё раз попробует второй образец.
Ирина Сергеевна заметила, как она расстроилась.
— Давайте без похорон. Ещё и недели не начали.
— Я думала, мы хотя бы узнаем его.
— Узнаем. Только сначала поймём, что делали на самом деле.
В производственных журналах записи были привязаны к часам, а в её тетради между точными цифрами попадалось «потом ещё немного». На ферме это означало вполне определённое ожидание: пока Андрей принесёт формы, пока пройдёт трактор за окном, пока удастся поставить чайник. Перевести эти промежутки в минуты теперь было некому, кроме неё.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

