Читать книгу Мы всего лишь осколки: собирая себя по частям (Алина Смирнова) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Мы всего лишь осколки: собирая себя по частям
Мы всего лишь осколки: собирая себя по частям
Оценить:

5

Полная версия:

Мы всего лишь осколки: собирая себя по частям

Смотрю на не-Снежану, и мое сердце сжимается. Почему-то вживую она напоминает мне ее еще сильнее. Стоит в стороне, прижавшись к стене и так же, как и я, осматривает собравшихся. Рядом с ней брюнетка с самоуверенным лицом смотрит на всех свысока, а затем что-то говорит девушке, стоящей справа от нее, и та усмехается в ответ. Эта девушка ее подруга, я понимаю это потому, как она придвигается ближе и что-то быстро показывает ей пальцами. Они обе легко понимают свои жесты, считывают их и смеются.

Ох и задачку задал мне Костя. Подружиться с этими тремя. Эта задачка была бы посильна для Оли, ведь она всегда со всеми легко находит общий язык. Оля будто слышит мои мысли и чуть сжимает мою руку, а я вдруг понимаю, что ладонь у нее потная, влажная.

Перевожу взгляд и смотрю туда, куда смотрит она: на Костю, Сергея и этого, как его там, мы видели его фото первым. Артем. Да, Артем, тот, который учился с Костей в академии. Они все трое о чем-то болтают, даже смеются.

Костя, хватит с ним болтать. Ты же сам сказал, что и не общался с этим Артемом в академии, но ты же знаешь его, значит, он не шпион. Посмотри вокруг, шпионом должен быть тот, кто молчит.

Но потом я вспоминаю Кирилла с его непробиваемым лицом. Его даже я знаю уже год. И еще утром я подумала о том, что он вполне мог бы быть шпионом.

Вот Костя смотрит на браслет, встает и командует нам:

— Умолкли все.

И все тут же замолкают.

Он начинает говорить, и я понимаю — приветственная речь та же самая, что и когда в группу попала я. Правила группы о том, что главный всегда Костя, о конфликтах и прочем. На третьем пункте я перестаю слушать и снова обвожу взглядом собравшихся и натыкаюсь на нагловатые глаза напротив меня, у противоположной стены.

Эти нагловатые глаза рассматривают меня, а их обладатель, заметив, что я смотрю на него в ответ, не отводит взгляд, а нагло улыбается мне. Ему лет двадцать пять, заложил руки в карманы и стоит так, будто пришел на танцы и высматривает подходящую девушку для знакомства.

Снова смотрю на Костю, а он зачитывает правила, будто не замечая никого вокруг. Переходит к шестому. Правило о запрете отношений. Поворачиваю голову и впиваюсь взглядом в наглые глаза, но никакие правила его не смущают.

А Костя заканчивает свою речь словами:

— Рома сейчас вам экскурсию по базе проведет. Новички — на экскурсию, остальные свободны.

Мы все вместе выходим из переговорки, немного тормозим у двери, которая не способна выпустить тридцать человек разом. Я ощущаю легкое незнакомое прикосновение к своей руке и вздрагиваю. Поворачиваю голову и вижу обладателя наглых глаз:

— Номер комнаты не подскажешь? — спрашивает он меня.

— Нет, — отрезаю я и быстро выхожу. Кожей чувствую, что он по-прежнему раздевает меня глазами.

Злюсь на него всю дорогу до своей -555. Нет, если бы это было еще какой-то месяц назад, я бы так и не удивилась. Но сейчас, по-моему, я мало похожа на девушку, с которой хочется позаигрывать. Захожу в комнату, беру вещи и отправляюсь в душ.

Как можно так нагло себя вести? Ведь наш командир только зачитал правила, где ясно сказано, что отношения запрещены. А он спросил номер комнаты. Может, я схожу с ума, и он просто так спросил. Возможно, он забыл, где живет сам. Ага, конечно, а перед этим рассмотрел тебя с ног до головы.

Выхожу из ванной и обнаруживаю Олю перед раскрытой дверцей шкафа. Она расстегнула кофту и рассматривает в зеркале себя со всех сторон.

— Как ты думаешь, я еще симпатичная? — спрашивает она меня.

— Э-э, — тяну я, — ты красивая.

Оля трогает свое лицо руками, ощупывает скулы, а затем пощипывает их.

— Нет же. Сейчас я бледная и уставшая, — она поворачивается боком к зеркалу и смотрит на свой профиль, — какая-то несоблазнительная вовсе.

Я вытягиваюсь на кровати:

— А ты кого-то соблазнять собралась?

Она вздыхает:

— Вероятно, — а затем морщится и качает головой, — не спрашивай лучше.

Закрывает шкаф и идет в ванную.

Я лежу и смотрю в потолок. Что с ней вдруг? К чему это «вероятно»? Но в моей голове как-то пусто. Мысли вспархивают и снова ложатся, и очень скоро я закрываю глаза.


Глава 4

Чертовы шесть утра! Я еле-еле разлепляю глаза со звонком будильника и смотрю на присланное мне расписание на весь день. Непривычно расписано все буквально по минутам. Надо вставать: сегодня на утро и на завтрак отведено катастрофически мало времени.

Мы выходим в коридор с Олей и буквально сталкиваемся с Никитой и Егором.

— Доброе утро, — здороваюсь я.

— Утро добрым не бывает, — ворчит Егор, и сонно трет глаза.

Мы идем вперед, и я тихо спрашиваю Никиту:

— Как Ванька?

Он честно отвечает:

— Не очень.

— По-моему, пора уже что-то с этим делать, — говорит Оля, скрещивая руки на груди, — то, что он так набирается каждый вечер…

— А ты что, сейчас жаловаться хочешь побежать? — спрашивает Никита угрожающе, и я вспоминаю тот случай с Пашкой.

— Может, и побегу, — отвечает Оля, — здесь так-то недалеко.

Она разворачивается, делает шаг, но Егор становится прямо перед ней, преграждая дорогу:

— То есть ты планируешь стукачить?

— Я планирую не топить себя, — говорит Оля, упрямо глядя на него, — и сейчас, раз уж все продолжают делать вид…

Она не успевает договорить, как позади нас раздается голос:

— Настя!

Я оборачиваюсь и вижу нашего шефа и су-шефа. Ну конечно, мы живем теперь на одном этаже, и встретить друг друга проще простого.

— Быстро иди к нему, — шепчет мне Никита. Но я не могу сделать и шага, стою рядом с Олей.

— Девчонки, не надо болтать, — Егор быстро меняет угрожающую тактику на дружелюбную и хватает Олю за локоток, — пошли, мы тебя на завтрак проводим, а Настюха…

— Остальные тоже стойте, — говорит Сергей, и я чувствую, как парни замирают на месте, а Оля сильнее сжимает челюсти.

Егор отпускает локоток Оли и делает шаг к стене, опирается на нее и принимает расслабленную позу, еле заметно качая головой, как бы говоря «не вздумай!», а Оля незаметно показывает ему средний палец.

Сергей даже с клюкой передвигается уже довольно резво, и они с Костей доходят до нас быстро.

— А где третий? — спрашивает Костя, окидывая нас быстрым взглядом. — Где Дурачок?

Никита находится быстро:

— Спит еще. Но на трени будет.

Оля бросает на него взгляд и произносит:

— Но у него явно проблемы, он каждый день пьет…

Сергей ее перебивает:

— Да, я вчера тебе сказать хотел, но столько дел было.

Костя морщит брови, вздыхает.

— Опять невменяем? Отправь его в карцер. Потом разберемся.

Сергей поднимает свой планшет к глазам.

— На сколько?

Костя машет рукой раздраженно, будто прогоняя.

— Пока я не вспомню о его существовании.

А дальше он берет меня за руку и тащит вперед к лестнице. Я бросаю последний взгляд на собравшихся.

На ступенях он меня отпускает и спрашивает:

— Я тебе вчера ясно сказал, что сделать. Почему ты тормозишь?

— Торможу в чем? — не понимаю я. Ах, да, я должна подружиться с новенькими. — Сегодня начну.

— Вчера начинать надо было, — угрожающе шепчет он, — нужно было взять подружку и заявиться к ним, будто познакомиться хотите.

Я прикрываю глаза. Да, надо было сделать так. Но с этой задачей легко бы справилась Злата, улеглась бы на кровать и быстренько бы всех раскусила. Возможно, Майя с ее непрекращающейся болтовней. Но их больше нет.

— Прости, я просто… не умею, — признаюсь я, — ты бы лучше Оле это сказал.

— У меня на нее другие планы, — отвечает Костя. Другие планы. Значит, Оля уже часть какой-то его игры, о которой я не знаю. и Он оглядывается по сторонам. — А ты должна быть моими глазами. и уУшами. Всем. и докладыватьДокладываешь мне все, что происходит в группе.

Я вздыхаю:

— Так точно, — отвечаю я и сама слышу безысходность в собственном голосе.

И Костя смотрит на меня.

— Не грусти и сосредоточься на том, что надо сделать здесь.

Я киваю. Мы уже у столовой, заходим внутрь и садимся на разных сторонах стола: он во главе, а я у дальнего края. Сегодня за столом шумно: наши новички совершенно не поддерживают мрачного настроения. Я смотрю на новые лица и пытаюсь запомнить каждого. Один из них пришел сюда не для того, чтобы тренироваться вместе с нами. И теперь я оцениваю: кто как сидит, с кем говорит, как смотрит. Хотя и не могу пока сделать никаких выводов.

В столовую заходит Пашка с тем парнем с короткими волосами, с которым он ходил на кружок для умников, и они опускаются на стулья рядом со мной, обмениваются парой фраз, и Пашка зачем-то представляет меня ему:

— А это Настя. Мы с ней вместе были у Сантавии на базе тогда…

Он говорит, а мне хочется провалиться сквозь землю, зачем он только это вспомнил?

— Петр, — говорит парень и пожимает мне руку. Я выдавливаю из себя улыбку. — Даже не верится, что такое возможно. Вы прям в рубашке родились.

Я смотрю на Пашку. А как же правило, по которому нельзя рассказывать ничего из того, что было на операциях? Он в ответ на мой взгляд пожимает плечами.

— Про вас уже легенды ходят, — говорит этот Петр. — Это правда, что вы сначала убили все руководство, а только потом взорвали базу?

Ясно. Болтун не Пашка. Просто история ушла в народ и обросла не мысленными подробностями.

— Да, представляешь, мы грохнули каждого ножом для чистки овощей, — отвечаю я со всей серьезностью. — Даже нож потом затупился.

На мою версию Пашка закатывает глаза, показывая, что я чокнутая, но этот непримечательный Петр смеется:

— Да ты гонишь.

— Кстати, почему Петр? Петей можно? — спрашиваю я.

— Можно, конечно, но Петр мне больше нравится. Я же не ребенок.

Я вежливо улыбаюсь в ответ и ловлю взгляд наглых глаз на себе. Прямо смотрю на их обладателя, и сегодня мне он кажется не таким отталкивающим. Самоуверенный, привлекательный красавчик. Мне кажется, девчонки так и падают к его ногам.

— Скажи, а ваш шеф всегда такой суровый, — от созерцания красавчика меня отрывает Петр, и я перевожу взгляд на сидящего во главе стола Костю, и вид у него такой, будто он мечтает кого-нибудь прямо сейчас придушить. Меня, если быть честной.

— Нет, он бывает довольно мил, — говорю я, — но все же лучше его не злить. — Это уже я напоминаю сама себе. Я должна подружиться с девочками, а не заигрывать с парнями. Вот они сидят совсем рядом. Всего через два стула от меня сидит не-Снежана, а напротив нее та самоуверенная и ее подружка. Нужно лишь заговорить с ними, но что сказать?

И если честно, меня пугает то, что я с кем-то подружусь, так же, как дружила с Майей, Златой и Таней, а после их так же не станет… Я делаю глоток чая, пытаясь прогнать ком из горла.

В столовой появляется Оля, Никита, Егор и Сергей. Они идут так, будто только наличие последнего останавливает этих троих от драки.

Оля отодвигает стул, прочертив ножками по полу, и я дергаюсь от жуткого звука. Она садится рядом со мной.

— Все в порядке? — спрашиваю я.

— Да, — коротко отвечает подруга. А затем жмет на кнопку браслета, просматривая расписание.

— Надеюсь, обойдемся без драк? — шепчу я ей.

— Почему же, — так же шепотом отвечает она, — мне надо сбросить напряжение.

И я больше не лезу. Тем временем люди за столом начинают подниматься и идти в большой спортивный зал. Я остаюсь с Олей и жду, когда она доест, а сама мысленно прокручиваю приказ Кости: подружиться с тремя девушками и докладывать ему все, что я вижу и слышу.

Мне кажется, мое практически бесконфликтное существование в группе держалось именно на том, что я не докладывала ему ничего. Да он и не требовал. Даже когда мы побили Пашку. Хотя там, я думаю, Костя и сам догадался. Но все же. Теперь времена изменились. Интересно, я должна ему сказать, что моя подруга хочет врезать двум друзьям? И какие планы у него на Олю?

Глава 5

Мы идем в зал и ждем начала тренировки, а Костя с Сергеем будто специально стоят в дверях зала и долго неторопливо о чем-то беседуют. Рядом со мной опять оказывается этот Петр.

— Нам дают время поболтать, — говорит он, а я киваю.

— Угу.

Затем смотрю на рядом стоящую Олю и знакомлю их. Энтузиазма у Оли еще меньше, чем у меня, а вот у Петра его хоть отбавляй.

— Вечерком все в гостиной тусят?

— Да, обычно так, — отвечаю я.

— Карты и настолки? — спрашивает Петр.

— Угу, — бурчу я, глядя на не-Снежану. Она сняла резинку и распустила волнистые волосы, спадающие чуть ниже плеч. Мне нужно болтать с ней, а не с Петром. Следующий вопрос от него я игнорирую и направляюсь к не-Снежане. Становлюсь рядом и смотрю, как она собирает небрежный пучок на затылке. Я не нахожу ничего лучше, чем сказать:

— Ты похожа на мою сестру.

— Правда? — удивляется она. — Надеюсь на хорошенькую младшую?

— Да, — соглашаюсь я, чувствуя, как все внутри холодеет, и на спине появляется липкий пот. Она что, знает, что у меня есть хорошенькая младшая?

— Ну слава богу, а то на прошлой базе новички меня на «вы» назвали, я себя старухой чувствовала, — смеется она, и я тоже усмехаюсь. Не знает. Это просто я себя накручиваю. — Прикинь, один даже ухитрился обратиться ко мне «Оксана Валерьевна». Вот умора.

— Ага, — усмехаюсь я. — Если бы кто-то меня по имени-отчеству назвал, я бы тоже себя чувствовала не очень. Я — Настя.

И вот уже мы пожимаем друг другу руки. Разговариваем ни о чем еще минут пять, и я ловлю себя на мысли, что сходство со Снежаной не исчезло. Оно, как это ни странно, усилилось. У нее те же повадки, надувание хорошеньких губок, да и остальная мимика похожа на мою сестру. А еще она так же стреляет глазками в стоящих рядом парней. И это прям бесит.

К нам подходит этот с наглым взглядом и скользит глазами уже по моей подружке и так же, как и сестру, мне хочется закрыть ее собой.

— Если бы знал, что в группе будут такие красотки, рвался бы сюда сильнее, — говорит он.

Не-Снежана (она Оксана, напоминаю я себе) закатывает глаза.

— Марк, мы с тобой знакомы меньше суток, но ты ко мне уже третий раз подкатываешь. Достал уже, честно.

— А к кому тут еще подкатывать? — он обводит взглядом зал, где только наша группа. — К двум стервам? Нет уж, увольте. Они реально жуткие стервы, особенно Аврора. А Маринка ей во всем всегда поддакивает. Я с ними бок о бок год проработал. А вон та рыжая ведьма того и гляди кого-нибудь прибьет.

При фразе «рыжая ведьма» у меня вырывается истерический смешок. Я смотрю на Олю, и она сейчас сверлит взглядом Егора, и тот показывает ей средний палец. Наверное, сейчас мне стоит вернуться к подруге, но я же должна выполнять свое задание.

К счастью, Костя от двери кричит:

— Рома, проводи разминку!

И дальше у нас тренировка в полном объеме. Мы разминаемся, бегаем, отрабатываем удары, и в конце нас ждут спарринги, на которых Оля встает в пару с Егором. У этих двоих такой вид, будто они сейчас друг друга убьют, но вмешивается Сергей, и Оля переходит к одной из стерв — самоуверенной Авроре.

Чувствую, этот спарринг будет началом очень крепкой дружбы. Я полна сарказма и смотрю на Костю, а он уже уселся на траву и наблюдает за происходящим.

Ловлю себя на мысли, что хочу, чтобы Оля проиграла. Тогда будет больше шансов, что потом мы просто начнем болтать вместе с Авророй. Но Оля намерена сегодня непременно кого-нибудь убить, и потому она даже не ждет команды, а лупит Аврору в солнечное сплетение. Но Аврора — достойный соперник. Она уходит в глухую защиту. Оля не останавливается, бьет серией коротких ударов, заставляя соперницу отступать. В какой-то момент Аврора резко уходит в сторону и контратакует, попав Оле в плечо. Та сжимает челюсти так, что «рыжая ведьма» подходит ей как никогда раньше. А затем снова наносит удар.

Я стою и наблюдаю за этой битвой, сжимая кулаки до предела, болея за подругу. И в то же время боюсь ее победы. Боюсь, что эта Аврора будет мстить, она и так мне кажется довольно неприятным человеком.

Но вот инициатива переходит к Авроре, и она бьет ногой Олю, и та в последний момент уклоняется, а затем резко разворачивается, делает подсечку. Соперница не успевает и падает на газон на живот, а Оля с искаженным от ярости лицом запрыгивает на нее сверху и делает удушающий.

Аврора кряхтит, царапает ногтями по Олиной руке, пытается ее с себя скинуть, но Оля безжалостна. На лице подруги проскальзывает что-то похожее на осознание, и она громко спрашивает:

— Мне ее прям задушить надо?

Мне кажется, будто она хочет, чтобы ей сказали «да».

Оборачиваюсь на Костю, и он все так же сидит, замерев и сузив глаза, будто не слыша вопроса вовсе.

— Не стоит, — отвечает Сергей. — Все закончили. — А затем ворчит: — А то потом рапорт подавать придется.

И Оля отпускает Аврору, та пыхтит и переворачивается на спину, пытаясь отдышаться. Моя подруга даже не думает подать ей руку, просто отходит в сторону. Вот сейчас мне самой надо подойти к этой Авроре, что-то сказать, может какую-то шутку, что Оля просто зверь во всех драках, но я иду не к ней, а к подруге.

— Ты как? — спрашиваю я, протягивая ей бутылку воды.

Она тяжело дышит и говорит:

— Нормально.

А затем откручивает крышку и делает пару глотков. К нам подходит Костя. Он выглядит все так же расслабленно-спокойно, но задает вопрос, и я по голосу понимаю, что это маска:

— Ну как пар выпустила?

Оля не отвечает. Когда с тобой разговаривают таким угрожающим шепотом, отвечать вовсе не обязательно.

— А теперь займись делом, — рычит Костя, а дальше переводит взгляд на меня: — И ты тоже.

Я прикрываю глаза, а Костя идет дальше. Оля ему вслед шипит что-то матерное, но тихо, и я не разбираю слова. Она делает еще один глоток.

— Займемся делом и поговорим позже? — спрашиваю я.

— Ок, — вздыхает Оля. А затем как-то поводит плечами, будто стряхивая с себя что-то, и отходит от меня первой.

Я смотрю на Аврору, она уже сидит на газоне в стороне, а рядом ее подруга. Иду к ним и опускаюсь рядом.

— Это было неплохо, — говорю я.

И Аврора неопределенно хмыкает и произносит:

— Не подлизывайся, подружку уже поздравила, вот и вали к ней.

Я не двигаюсь с места. Смотрю прямо на нее:

— Мы же тренировались…

— Да, конечно. Извини, я была резка, — она будто действительно извиняется, а затем говорит: — А теперь вали в свой детсад и дай взрослым поговорить.

И она с этой дурой рядом хохочет, с превосходством глядя на меня. Мне хочется ей врезать, придушить, как десять минут назад ее душила Оля, но я сдерживаю себя. Встаю и отхожу от нее, а уже через пять минут вижу, как она разговаривает с Костей. Она сняла кофту и стоит в одной спортивной майке, выставляя грудь напоказ. Болтает, смеется, поправляет волосы. Откровенно кокетничает с ним. Он вроде и не отвечает ей тем же, но и не гонит прочь. А я сжимаю кулаки и отворачиваюсь.

Весь день я представляю, как убью эту стерву. Вырву ей язык и выколю бесстыжие глаза. Буду душить, а она снова будет кряхтеть, царапая уже мои руки своими ногтями. Думаю о том, что она вполне могла бы быть шпионкой Сантавии, и тогда мои бы действия были бы оправданы.

Не знаю почему, но я вспоминаю, как раньше представляла маньяка, живущего у меня внутри, и девочку, которую я упорно хотела спрятать. А затем вспоминаю тот день, когда маньяк впервые вышел на свободу и убил тех двоих в машине. Помню кровь, крики и то, как за мной кто-то гнался, а я боялась, что верх возьмет девочка и просто начнет реветь. Сейчас же понимаю, что девочки больше нет, а маньяк… я и есть маньяк. Он поглотил меня всю, не оставив и кусочка. И теперь я только и делаю, что думаю об убийствах.

Вечером как бы не хотелось мне зарыться под одеяло с головой, я иду вниз в гостиную в компании Оли, которая перед этим приняла душ и помыла голову, тщательно обмазала тело ароматным кремом. И сейчас, идя рядом со мной, нервно обрывает кусочки кожи вокруг ногтя.

— Какое у тебя задание? — спрашиваю я тихо.

— Позаигрывать с Артемом, — отвечает она, и меня передергивает.

— Ты должна с ним переспать? — спрашиваю я прямо, вспоминая, какая цель у Оли была на обучении: чтобы больше ни один мужик не дотронулся до ее тела.

Она вздыхает:

— Нет. Ну, то есть, это типа на мое усмотрение. — А дальше шепчет: — Мне надо установить жучок в его планшет.

— У него есть планшет? — удивляюсь я.

И Оля смотрит на меня:

— Ты что, с луны свалилась? Он по рангу равен Сергею. Как я поняла, хотят позже сделать две группы, одна под начальством Сергея, вторая — под Артемом, а Костя над ними.

На это я не успеваю ответить, как позади нас раздается голос Никиты:

— Девчонки, подождите нас.

Он и Егор быстро спускаются по ступеням. Учитывая то, что произошло утром, я как-то не надеюсь на мир и потому становлюсь перед подругой.

— В гостиную идете? — как ни в чем не бывало спрашивает Никита.

— Нет, в парк, — дерзит Оля. — Может, сразу скажите, что надо?

— А мы не к тебе, так что можешь валить, — отзывается Егор.

— Эй, хватит ругаться, — возмущаюсь я. — И вообще я бы сама сказала. Это же правильно, ему нужна помощь, а пряча это, мы ему никак не помогали, — произношу я и понимаю, что это правда. Просто пряча проблему, мы ее никак не решали, а только усугубляли бы. И с моей стороны было глупо не сказать Косте о своих подозрениях.

— Ну раз ты так считаешь, — говорит Никита, — то не могла бы ты сказать шефу, что Ваньке просто чуток прокапаться нужно и отдохнуть. Не стоит его сразу куда-то переводить.

— А он собрался его уже куда-то перевести?

— Да, блин, — вмешивается Егор, — он так и сказал Кирюхе, что его надо перевести.

Я открываю и закрываю рот. Оборачиваюсь на Олю, и она поражена не меньше меня. Как все быстро. Утром отправил в карцер, а теперь уже решил перевести.

И хуже всего, что сейчас мне на браслет приходит сообщение: «???» и такое же получает Оля и парни.

Вот же черт. Похоже, у нас у всех есть свое задание, а мы стоим тут на лестничной площадке и болтаем вместо того, чтобы выполнять его.

Никита находится первым.

— Пошли в гостиную, — говорит он, — не стоит еще больше нервировать Костю.

Мы киваем и идем молча вниз. На минус двенадцатом этаже я произношу:

— Я попробую. Но он сильно злой что-то. Вот бы ему что-то настроение подняло.

Но заходя в гостиную, сложно поверить, что Костя зол. Он сидит за столом с картами в руках и хохочет в компании этой чертовой Авроры. Нет, они, конечно, сидят не вдвоем: с ними Сергей, Ромка, этот Артем и эта подружка Авроры, имя которой я до сих пор не запомнила. Но чертова Аврора сидит прямо рядом с ним и, смеясь, стреляет в него глазами.

Костя, кажется, не замечает нас, а мы усаживаемся за соседний стол к Оксане, Марку, Петру и Пашке. Играем в карты, и этот Петр продолжает со мной заигрывать. Марк тоже заигрывает, но он уделяет столько же внимания и Оле, и Оксане, и вообще обращает на каждую входящую в большую гостиную девушку, так что мы быстро начинаем потешаться над этим. Но вот Петр пересаживается, чтобы оказаться рядом со мной, а я не нахожу ничего лучше, чем отвечать ему, то и дело бросая взгляд на Костю.

Пашка смотрит на меня вопросительно. Еще бы, чтобы я так себя вела, нужна веская причина. Некстати вспоминаю, как целовала его тогда в окружении врагов. И сейчас, мне кажется, это было не меньшим предательством, чем напялить на себя форму врага.

Смотрю на Оксану, вот уж кто образец легкомысленности. Она уже встала из-за стола и направилась к парню из хозяйственного отдела. Легко знакомится с ним, кокетничает. Мне кажется, Косте надо было поручить кому-то из парней переспать с ней, это было бы просто.

Олю тем временем зовет Сергей, и она опускается на стул рядом. Секундное замешательство проступает на ее лице, и вот она уже произносит игриво:

— У меня не такая легкая рука, как кажется.

Я отворачиваюсь. Она начала играть роль легкой и привлекательной. Смогла же она когда-то соблазнить Сергея, но сейчас я испытываю такую гамму чувств, что сжимаю челюсти и скриплю зубами.

Неожиданно рядом со мной оказывается Костя. Он наклоняется и шепчет мне прямо в ухо:

— Пошли ко мне.

— Окей, — быстро соглашаюсь я. Протягиваю свои карты сидящему рядом Петру. — Доиграй за меня.

Поднимаюсь, чувствуя, что меня провожают взглядом все новички, и иду к двери. Нажимаю кнопку и уже выхожу, но перед выходом Костя шлепает меня пониже спины и, мне кажется, звук шлепка разносится на весь этаж и уж точно по шумной гостиной.

Как только дверь закрывается, я бросаюсь к нему:

— Что ты делаешь?

— Обозначаю границы, — отвечает он, усмехаясь, и идет вперед.

— Да, только теперь все будут знать…

— И не будут к тебе липнуть, и ты наконец займешься делом, — перебивает меня Костя. — А вот тот, кто нам нужен, будет липнуть вдвойне.

bannerbanner