Полная версия:
Наше время
За соседним столиком трое школьников делили картошку и спорили из-за отчета, а у кассы курьер ждал запечатанный бумажный пакет.
– Кстати, у нас ведь еще три предмета есть, к которым также нужно подготовиться. С ними мы что будем делать? – спросила Акияма, пока я внимательно проверял ее задачи.
– В этот четверг устроим контрольную проверку всех трех. – Я отметил ручкой неправильно решенную задачу в тетради Акиямы.
– То есть ты про них не забыл? – удивилась Акияма.
– Я никогда ничего не забываю.
Акияма прокрутила стакан на картонной подставке и отпила яблочного сока. Сегодня она предала мяту и перешла на сторону зла. Но все остальное за столом выглядело настолько привычно, что я почти перестал воспринимать наши занятия как что-то необычное. Эти булки, учебники, вечно жующая Акияма…
– Кен-кун, неужели тебе действительно настолько важно поехать в Киото?
– Да, я хочу погулять по историческим местам и увидеться с мамой. Она живет там, – неожиданно выпалил я и перестал водить ручкой по тетради.
Почему я так спокойно об этом ей сказал?
– В-вот как, так у тебя там мама живет? – Акияма откусила булку. – Значит, эта поездка столько для тебя значит… Я не знала… А сейчас ты, получается, живешь с папой?
– …
В этот момент я полностью замер. Ещё секунду назад я смотрел на её тетрадь и думал, как объяснить ошибку в задаче. Теперь цифры перед глазами почему-то перестали складываться во что-либо осмысленное.
Я опустил взгляд и положил ручку на стол.
…
Рядом со столом остановилась официантка.
– Ваш заказ.
Передо мной поставили маленькую тарелку с кусочком торта, который я заказал пару минут назад.
– Приятного аппетита.
Я ничего не ответил.
Официантка не сразу убрала руку с края подноса, словно ожидая реакции, а затем ушла к следующему столику.
– …
– К-Кен-кун? Т-ты чего завис? – Акияма дернула меня за плечо.
Я поднял голову. Акияма сидела напротив, подавшись вперёд, и будто забыла убрать руку с моего плеча.
– Р… Акияма… – Я сделал глубокий вдох. – Прости, я очень сильно задумался, что мне не свойственно. Вот… Прости.
– Что с тобой?
– Я не живу с папой. И с мамой тоже не живу. Я один живу, – сказал я, опустив взгляд в тарелку с тортом.
Акияма несколько секунд молчала, а затем сказала:
– А… К-Кен-кун, прости, можешь не продолжать, если не…
– Мы закончили на сегодня. У тебя 2 ошибки. Разберем потом. Давай сейчас просто прогуляемся. – Я поднял глаза на Акияму.
Сейчас я не хотел тут больше находиться.
Акияма уставилась на меня широкими глазами. Ее пальцы замерли на молнии пенала. Она смотрела на меня, словно пыталась убедиться, что со мной все в порядке.
– Хорошо, Кен-кун. Пойдем отсюда. – Акияма улыбнулась и начала собирать учебники.
***
Через пару минут мы вышли из кафе и направились куда глаза глядят. У входа пришлось пропустить двух школьников с подносами, а на тротуаре нас обогнал велокурьер. Акияма все это время молча шла, глядя перед собой.
Тот факт, что она у меня ничего не спрашивала и не лезла с вопросами, пока мы шли, немного меня успокаивал. И чем дольше мы вот просто так молча гуляли, тем сильнее возникало желание рассказать ей все. За все время нашего знакомства она никогда не пыталась вытянуть из меня то, что я сам не хотел рассказывать.
Почему в тот момент я впал в ступор? Раньше такого не случалось. Отца давно нет в живых, я же ведь к этому уже привык… Но почему-то услышать вопрос про него из уст другого человека для меня оказалось небольшим испытанием.
А еще сильнее я не понимал, почему вообще моя голова вдруг забилась несвойственными мне мыслями. Я просто должен идеально учиться, и все – это все, что от меня требуется. Это все, чего я всегда хотел. Точно. Так и есть…
Акияма продолжала молча идти и лишь иногда оборачивалась в мою сторону, как будто бы проверяя, что я все еще иду рядом.
Через 10 минут неторопливой прогулки я заговорил:
– Акияма.
– М? – Она ответила слишком быстро и резко повернула голову ко мне.
– Ты спрашивала у меня про родителей.
– А… Кен-кун, если не…
– Я знаю, что сейчас твое время, – перебил я, продолжая смотреть перед собой, – но я хочу его сегодня взять в долг. Можно?
– Кен-кун, что ты имеешь в виду?
Я сделал глубокий вдох и ответил:
– Зайдешь ко мне в гости? Отсюда до дома минут 10–15. – Я посмотрел Акияме в глаза.
Акияма оборвала шаг и осталась стоять посреди тротуара.
…
Что я, твою мать, только что сказал? Зачем я это сказал?
Мой дом.
Я пригласил Акияму в свой дом.
Но почему-то отступать я уже не хотел.
Позади звякнул велосипедный звонок, и нам пришлось отойти к краю тротуара.
Постояв пару секунд в полной тишине, Акияма ответила:
– Хорошо, Кен-кун, сегодня мое время – твое. – Она улыбнулась, подтянула на плече ремень сумки и встала рядом со мной, ожидая, когда мы двинемся дальше.
…
***
Время уже близилось к 18:30. Мы подошли к моему дому, и я дважды провел ключом мимо скважины, а потом едва не уронил его. Последние 10 минут руки вообще меня не слушались.
Я пригласил девушку к себе в гости, да и не просто девушку, а Акияму. Ту самую Акияму, которая с каждым днем появлялась в моем графике все больше и больше.
– К-Кен-кун, тебе помочь открыть дверь? – спросила Акияма, стоя за моей спиной.
Я перестал мучить замок и обернулся.
– А, н-нет, п-прости. Сейчас, минуту. – Я сделал вдох, перехватил ключ поудобнее и аккуратно сунул его в дверной замок.
– Я дома, – привычно произнес я в пустоту, открыв дверь и зайдя внутрь.
– Прошу прощения за вторжение, – отдалось эхом по всей прихожей.
Я невольно остановился. Очень непривычно слышать другие голоса в этих стенах.
С улицы донесся щелчок велосипедного замка и чей-то короткий разговор у соседней двери, но внутри снова стало тихо.
Пока Акияма снимала обувь в гэнкане и разворачивала ее носками к выходу, я пытался сообразить, что должен делать дальше.
Я тоже кое-как снял обувь и повернулся к Акияме, которая…
Эй, почему она отвела взгляд?
– Э… В общем, ванная справа от входа, если тебе нужно помыть руки. Ты проходи, а я пока заварю нам чай.
– К-Кен-кун. – Акияма дернула меня за рукав пиджака, посмотрев в сторону гостиной. – Т-точно можно? – спросила она невинным голосом.
– Можно что? Помыть руки? Конечно, можно. Что за вопрос? – непонимающе ответил я.
– Р-руки? При чем тут… Ох, ладно. – Акияма вздохнула и медленно направилась в ванную, неловко оглядываясь по сторонам.
Я постоял еще пару секунд, пытаясь обработать ее последний вопрос, но, так ни к чему и не придя, направился на кухню заваривать чай.
Твою же гребаную мать. Я совершенно забыл, что у меня дома был нереальный бардак. Я ведь никого сюда не приводил, и, соответственно, уборка стояла у меня ниже в списке приоритетов.
Так. Я включил режим полной концентрации. Первостепенная задача – убрать трусы в углу комнаты – их я оправдать перед Акиямой не смогу. Второстепенная задача – убрать пустые контейнеры от еды – их оправдать еще можно. В самом конце – собрать оставшуюся одежду, заварить чай и посадить Акияму на диван в гостиной. Дальше – по ситуации.
Сделав у себя в голове точный план, я подхватил с пола ближайшую футболку и ринулся к трусам
Через пару секунд из ванной вышла Акияма.
Я провалился на первой же задаче. Прямо сейчас я стоял посередине гостиной с трусами в руках и выдерживал каменный взгляд Акиямы.
Дерьмо…
Акияма медленно зашла в гостиную и уже собиралась что-то сказать, но её взгляд вдруг остановился на небольшом алтаре в углу комнаты. Улыбка сошла с ее лица; она замерла, не отводя глаз от алтаря. Затем молча прошла чуть дальше и сама присела на диван.
– Кен-кун, я представляла твой дом именно таким. – Она обвела комнату взглядом и усмехнулась.
– Д-да… Погоди, почему именно таким? – спросил я, запихивая всю одежду в шкаф.
– У тебя идеально точно расписан распорядок дня, а дома бардак и упаковки из-под еды. Идеальное сочетание. Я довольна тем, что оказалась права.
Так, во-первых, зачем она представляла мой дом? Во-вторых, это нихрена не сочетание, а в-третьих… Ладно, неважно…
– П-прости за этот беспорядок. Я не ожидал гостей. Я, в принципе, никогда сюда никого не приводил, поэтому уборка у меня не в приоритете, – ответил я, пока насыпал мяту в стаканы на кухонном столе.
– Не переживай, Кен-кун, это ты еще мою комнату не видел, ха-ха! – Акияма улыбнулась и перевела взгляд с книжных стопок на пустые контейнеры у стены.
Ее комнату? Почему-то в моей голове сейчас вспыхнули идеализированные образы девчачьей комнаты с плюшевыми игрушками и розовыми обоями.
Отогнав странные мысли, я неспешно заварил мятный чай и поставил обе кружки на стол в гостиной.
– Кен-кун? – Акияма сверлила меня взглядом и ухмылялась.
– Что? – спросил я, сев на другом конце дивана.
– Откуда у тебя в доме мята? Ты вроде пьешь черный чай.
– А… Это… – Я закрыл глаза и попытался представить взятие Берлина. – Ну, помнишь, ты меня угостила мятным чаем в школе, когда мне было не очень хорошо? После того раза я решил попробовать сделать его самостоятельно и прикупил немного сухой мяты в комбини.
– Понятно, понятно. – Акияма продолжала весьма странно улыбаться, а затем отпила из кружки.
После глотка она покрутила кружку за ручку, поставила ее на стол и сказала:
– Кен-кун, ты абсолютный дилетант в заварке чая. В следующий раз я сделаю его сама, – отрезала Акияма и отвела взгляд.
В следующий раз?
– Извини, хочешь, я переделаю? – спросил я, вставая с дивана.
– Нет! – Акияма ответила быстро и громко, а затем продолжила: – Я не сказала, что мне не понравилось. – Она взяла кружку и жадно отпила еще раз.
Да твою же мать, сплошные противоречия в твоих словах.
– Кстати, я давно хотел поинтересоваться… – продолжил я. – Почему он тебе так нравится? Ты всегда берешь его с собой в школу и даже после уроков покупаешь именно его.
Акияма сделала еще один глоток, затем встала и начала ходить по комнате, рассматривая все вблизи.
– Мята напоминает мне о доме, – сказала она, взяв в руку мой бумажный задачник.
– О доме?
– Ага, раньше мы жили в другом городе. Там было очень тихо и спокойно… И тогда все было по-другому… Мы с мамой, папой и братом постоянно пили его по утрам.
Я провел большим пальцем по краю своей кружки. Я ведь почти ничего не знаю о ее прошлом.
Сейчас мне захотелось узнать побольше о ней, но я почувствовал, что еще не время. Хотя наверняка кто-нибудь другой на моем месте продолжил бы мусолить эту тему.
Или уже время?
Да черт… Я не понимаю, что со мной.
…
Акияма… Расскажешь ли ты мне о себе, если я спрошу в лоб?
– Эй, Акияма, – обратился я к ней.
– Что такое?
– Расскажи мне о себе что-нибудь. Чего-нибудь, чего я не знаю… К-конечно, е-если ты х-хочешь. – Я начал чесать затылок и прятать глаза.
Акияма перестала листать задачник и ухмыльнулась в своей привычной манере:
– Хорошо, Кен-кун. Расскажу. Но только сначала ты. Это будет наша вторая сделка. – Она присела обратно на диван и уставилась на меня.
Опять сделка…
Я молча ей кивнул и сказал:
– Сейчас я живу один. Мама работает в Киото, а отец…
Акияма молча смотрела на меня и не перебивала.
– Он умер, когда мне было 10 лет. Вот и вся история на сегодня…
Акияма встала и подошла к алтарю.
– Как его звали? – спросила она, наклонившись к фотографии.
– Такуя. Нарусэ Такуя, – ответил я.
– Каким он был, Кен-кун?
Я задержал взгляд на фотографии.
– Он был лучшим человеком, которого я только знал. Всегда веселый, даже когда приходил с работы с мешками под глазами от усталости. А еще… – Я уставился в потолок. – Он был заядлым геймером. Часто приносил в дом какие-то новые игровые приставки и игры и вечно пытался меня втянуть в это. И ни разу не поддался мне. Ни разу. Кто вообще так поступает с собственным ребенком? – спросил я с легкой улыбкой.
Я сцепил пальцы и продолжил:
– Однажды он притащил в дом какую-то ретроконсоль, купленную на распродаже, и заставил меня играть в доисторические игры про каких-то прыгающих человечков. Я помню, что тогда еще сильно злился на него, потому что он оторвал меня от задач по математике. А сейчас бы я…
Акияма продолжала слушать, стоя у алтаря с фотографией.
– В общем, как-то так. Он был замечательным отцом, – закончил я свой рассказ.
Акияма улыбнулась, продолжая смотреть на фотографию, затем отошла от алтаря и присела обратно на диван.
– Похоже, он и правда был веселым. Прямо как ты, Кен-кун!
– Э… Прямо как я? Я же камень.
– Неправда. – Акияма улыбнулась. – Ты смешной, когда начинаешь серьезно объяснять какую-нибудь очевидную вещь. И когда достаешь свои эти кирпичи из рюкзака с умным видом, будто собираешься прочитать лекцию всему классу.
Охренеть. Я-то думал, что я странный. Но теперь полностью убедился, что Акияма еще страннее.
– Кхм… я никому никаких лекций не читаю.
– Вот про это выражение лица я и говорю, хи-хи.
– …и, к слову, твоя очередь выполнять часть сделки, – сказал я.
– Точно… Ну, э… – Акияма сжала кружку в руках. – Раньше мы жили в Кагосиме. Там было намного тише. По утрам мы все собирались на кухне и пили мятный чай – мама, папа, Наоки и я.
Наоки – это ее брат?
– Потом папе предложили высокую руководящую должность, и мы переехали сюда. В Мусасино мы живем уже почти 6 лет.
Я уставился в потолок.
– Тебе тут не нравится, Акияма? Ты говорила, что раньше у вас все было по-другому.
– Ну… сейчас уже все в порядке. Но раньше все равно было по-другому.
И как это понимать?
– Кстати, Кен-кун! – Акияма подалась ко мне через диван, отчего я почувствовал капли пота, стекающие по моей роже. – Дай мне! – Она протянула свой телефон.
– Что тебе дать? – переспросил я и отодвинулся от нее.
– Свой номер! Мы уже три недели друзья, а у меня до сих пор нет твоего номера. Это ненормально, – сказала Акияма.
Я замер.
И правда.
А вдруг кто-то из нас заболеет и не сможет прийти на парное занятие? Обменяться номерами – вполне разумное решение.
– Конечно… – Я достал свой телефон и продиктовал ей свой номер.
Акияма вбила его в свою контактную книжку, а затем дала мне свой номер.
– Записал? – спросила она, протягивая телефон к моему лицу.
– Н-нет, подожди, сейчас, не торопи, – неловко сказал я.
Я перепечатал ее номер телефона и вбил имя контакта:
Акияма Рэйна.
– Рэйна, значит? – раздалось совсем рядом.
Я поднял голову. Акияма наклонилась к моему экрану и теперь смотрела на меня, довольно ухмыляясь.
– Значит, написать смог, а вслух произнести до сих пор не можешь?
Я так и остался с телефоном в руке и снова посмотрел на экран.
– …
Я выключил экран телефона.
– Кен-кун, ты чего завис?
– Р… Рэйна-сан.
Улыбка на лице Акиямы дрогнула и исчезла.
– Можно мне теперь так тебя называть? – спросил я.
Несколько секунд Акияма просто смотрела на меня. Потом опустила глаза на свой телефон и тихо сказала:
– Нельзя.
– А?
– «Рэйна-сан» нельзя. – Она сжала телефон в руках. – Если уж решился… тогда просто Рэйна.
У меня пересохло во рту.
– Т-тогда ты тоже можешь просто Кен.
Она подняла глаза.
– Просто Кен?
– Ага.
Наступила короткая тишина.
– Рэйна, – произнёс я.
Она едва заметно вздрогнула, а затем улыбнулась:
– Кен.
Я еще раз посмотрел на имя в телефоне.
– Рэйна…
– М?
– У тебя очень красивое имя.
Она замерла, потом медленно отвела взгляд к своей кружке. Уши у неё заметно покраснели.
– С-спасибо, Кен.
***
Мы молча сидели в гостиной, отведя взгляды друг от друга. С того момента, как мы начали называть друг друга по именам, прошло около 4 минут и 20 секунд, но по ощущениям мы сидели так уже недели 2, не меньше.
За окном проехала группа школьников в спортивной форме, а у соседнего дома остановился фургон доставки.
Время тянулось неимоверно долго.
От осознания того, что вообще происходит сейчас в моем доме, у меня начала кружиться голова.
Может, обои в доме поменять? Нет. Мне нужно срочно что-то сделать с этой неловкостью.
Я уставился с умным видом в стену, и в тот момент ко мне пришло озарение:
– Акиям… Т-то есть Рэйна…
– Да, Кен?
– Раз уж мы оказались в такой обстановке, где нас никто не потревожит…
– К-кен-кун? Ч-чего ты з-задумал? – Рэйна уперлась ладонями в диван и привстала. Ее плечи напряглись.
Я снял с ближайшей стопки огромный сборник задач по физике и положил его на стол прямо перед Рэйной.
– Займемся физикой! Тестирование уже в эту субботу, а у тебя до сих пор ошибки в некоторых формулах. Это ни в какие ворота… Если и дальше так пойдет, плакала моя поездк…
– ИДИОТ! – крикнула Рэйна и отвернулась от меня.
Я завис. Че это она так заорала? Это же всего лишь физика…
И схренали это я идиот?
– Рэйна, нам выдалась такая прекрасная возможность позаниматься в тишине. Такого шанса может и не быть…
– Не собираюсь я решать задачи по физике и тем более сейчас и тут! – сказала Рэйна и продолжила: – И вообще, в следующий раз выражай свои намерения прямо, а не такими кусками!
Какие намерения?
– Да и к тому же сейчас у нас время отдыха. Даже если ты у меня одолжил время, то не надо из него делать очередную лекцию!
Ну тут она права. Но такая возможность…
В этот момент у Рэйны неожиданно заурчало в животе. Она прижала ладонь к животу и отвернулась.
Бинго.
– Ладно, отложим это. Сейчас давай закажем еды. Мы ведь сегодня толком и не пообедали, – предложил я.
Рэйна посмотрела на меня сверкающими глазами. Но радость на ее лице быстро сменилась недовольством.
– Опять готовую есть собрался? Ну уж нет. – Она встала и подошла к холодильнику, словно была у себя дома.
Постояв пару секунд у открытого холодильника, она уверенно сказала:
– Кен, тут у тебя муха повесилась.
– Я в курсе, поэтому и предложил заказать.
Рэйна почесала затылок, а затем добавила:
– Но тут есть яйца. И одинокий помидор… – Она взяла помидор в руку и с грустным лицом покрутила его. – Предлагаю пожарить парочку яиц: это будет намного полезнее, а сверху добавим несколько долек помидора.
Ну, в целом, хорошая идея. Иногда я и правда жарил яйца, вот только… Сейчас-то готовить буду не я один…
Это немного… Это охренеть как сильно меня сейчас смущает.
– Х-хорошо, давай так и поступим. Кстати, может, потом все-таки немного позанима…
– Отказано, – буркнула Рэйна и достала 4 яйца из холодильника.
Черт…
Спустя пару минут приготовлений мы с Рэйной принялись за совместную готовку. Если так подумать, то Рэйна, стоящая рядом со мной на кухне, выглядит довольно мило.
Аккуратно разбив 4 яйца, я вылил все в сковородку. Рэйна же начала ловкими движениями шинковать этот бедный помидор. Как только она закончила, я добавил нарезанный помидор в сковородку и включил плиту.
С улицы донеслись велосипедный звонок и чей-то смех; через несколько секунд всё снова заглушило шипение сковородки.
В этот момент у Рэйны зазвонил телефон.
Опять мама?
– Извини, мне нужно ответить, – сказала Рэйна и отошла в гостиную, пока я стоял у плиты и дожаривал яйца.
По моим подсчетам, им жариться еще примерно 2 минуты и 23 секунды.
Я достал телефон и глянул время: 19:40. Наша прогулка должна была закончиться 40 минут назад. Впрочем, кому сейчас на это не плевать.
Сейчас-то да… Но потом я обязательно должен наверстать упущенные минуты учебы.
– Ага, да… хорошо… поняла… скоро буду… нет, я у друга… нет… это не парень… – до меня доносились весьма странные обрывки ее разговора.
– …что значит тогда неинтересно? А?! …я же говорю… Подожди, то есть если меня похитят, тебе будет плевать?! …Что значит да?!
Что к чертовой матери у нее там за диалог такой? И я вообще-то не собирался никого похищать.
Я глянул на стену. Обои все-таки стоит поменять.
– …приберись в комнате и перестань уже курить в доме! …сам пошел туда! Все, пока!
Да что происходит? Я впервые слышу, чтобы Рэйна так с кем-то общалась. Это ее брат? Если так, то весьма странно, что это она его наставляет, а не наоборот. И весьма странно, что она отчитывается брату, а не родителям.
И, кстати, куда он должен был пойти в конце?
– Конченый придурок! – донеслось в этот момент сбоку от меня.
– А?! – От испуга я даже подпрыгнул на месте.
– А? Ой, хи-хи, – засмеялась Рэйна. – Прости, это я не тебе. Наоки взбесил меня!
– Твой брат?
– Ага.
Вот это нихрена себе у них отношения… Становилось все интереснее…
– Все в порядке? – спросил я.
– Да, прости за эти крики. Кстати, у тебя яйца подгорают, – сказала Рэйна, затем потянулась через мое плечо к ручке плиты и выключила конфорку вместо меня.
– Да, спасибо. – Я достал 2 тарелки и аккуратно положил нам по 2 яйца. Сверху лежали тонко нарезанные дольки помидора.
Рэйна поднесла тарелку ближе, осмотрела ее и снова открыла холодильник.
– Кен, можно взять? – Она достала майонез.
– Бери, конечно. А ты так любишь майонез?
– Ага, всегда заправляю им яйца.
Вот как. Я тоже.
С этими мыслями я взял обе тарелки и отнес их на стол в гостиную. Рэйна присела рядом на пол.
– Приятного аппетита! – сказала она.
– А.. Ага… И тебе… То есть… Приятного аппетита…
Вот так мы и приступили к ужину. Впервые за долгое время я ужинал в этом пустом доме с кем-то, кроме собственных мыслей.
– Эй, смотри в тарелку! – сказала Рэйна.
– А… Э, да, прости.
Придурок.
***
Спустя какое-то время Рэйна уже почти закончила есть, но желток всё ещё аккуратно лежал в стороне.
– Ты не любишь желток? – спросил я.
– Наоборот, это мое любимое в этом блюде: я всегда оставляю желток под конец трапезы.
Я посмотрел на свою тарелку, где от желтка уже давно ничего не осталось.
Странная логика. Хотя от Рэйны другого ожидать и не стоило. Я улыбнулся и продолжил размазывать майонез по всей тарелке.
После такого замечательного ужина так и захочется открыть какой-нибудь огромный сборник с задачами и сесть решать его вместе с Рэйной. Но она ни за что не согласится.
Но почему-то расходиться сейчас я не хотел. Я оглянулся по сторонам, и мой взгляд зацепился за старую PS3, одиноко стоявшую рядом с телевизором.
– Рэйна, не хочешь после ужина поиграть? – Я указал пальцем на консоль. – У меня остался старенький кооперативный шутер, в который мы играли в детстве с отцом.
– Ого, довольно неожиданно услышать это от тебя, Кен. По канону ты сейчас должен был уверенно достать какой-нибудь учебник и с умным видом предложить мне позаниматься.
Черт, так у меня все-таки был шанс?
– Но, мне кажется, уже слишком поздно, прости… – сказала Рэйна. – Я бы хотела вернуться домой пораньше.
– Точно, ты права. Я сегодня совсем потерял счет времени, – сказал я и опустил взгляд.
Я и так позволил себе слишком много, пригласив ее в свой дом, – нужно на этом остановиться.
Рэйна встала, поставила одну тарелку на другую и радостно улыбнулась:
– Большое спасибо за еду! Говоришь, кооперативный шутер? – спросила она.
– А… Э, да. Но ведь уже поздно, сама же сказала?
– Да, ты прав. Но я передумала.
Передумала? Твою мать, Рэйна…
– А родители не будут волноваться? – спросил я.
– Спасибо, что переживаешь. Я напишу брату сообщение и предупрежу его, что немного задержусь.
– А… Э, ладно, но, мне кажется, лучше позвонить родителям.
– Все в порядке. Не переживай.
Похоже, мои слова о родителях она проигнорировала.
Пока Рэйна писала сообщение, я подошел к столику, на котором стоял телевизор, присел и аккуратно протер пыль с консоли. Старая добрая PS3.
Нахлынули воспоминания о том, как отец постоянно обыгрывал меня во всем, в чем только можно.
Я повернулся лицом к алтарю.
Старик, серьезно, ну хоть раз бы поддался ребенку!
– Давай уже играть! Мне не терпится попробовать. – Рэйна выдернула меня из моих мыслей, по всей видимости, дописав сообщение.
– Да, включаю. Вот, держи геймпад. Правила тебе объяснить?
– Кен, мой брат – киберспортсмен. Как думаешь, нужно ли мне объяснять, как работают игры?
– И то верно, – тихо выдавил я. – А твой брат случайно по совместительству не профессор физических наук? Может, в таком случае…
Она скрестила руки и посмотрела на меня. Я тут же закрыл рот.
