Гарут. Дом с витражами

Тур недовольно отставив солонку, которую крутил в руках, и поднялся со стула.

– Ладно, пошли, – он направился в коридор и остановился, оглянувшись на замершую и не ожидавшую, что ее слова возымеют силу Граю: – Ну? Ты идешь?

И Грая, извинившись перед Дмитрием, побежала догонять Турина.

– Там в шкафу сидело какое-то существо. Я сняла амулет, и оно выбралось, – по пути на чердак Грая посвятила Тура в произошедшее.

– Существо? А как оно выглядело?

– Не знаю, я не разглядела ничего, кроме темного пятна. И оно гналось за мной.

– Может это был кто из низших, – предположил Тур, входя в комнату и оглядываясь. – Но сейчас тут никого нет.

Он подошел к шкафу и открыл тот.

– Видишь, тут нет никого. Бери, что тебе надо и пошли.

И ,не дожидаясь Граи, он пошел вниз.

А девушка, не желая оставаться на чердаке одной, быстро взяла нужное зелье и поспешила за ним.

– Девицы, – пожал плечами и покачал головой, вернувшись на кухню, Тур, смотря на Княжева и садясь на стул.

Грая же зашла следом и чуть не вскрикнула.

В кухонное окно смотрело нечто лохматое. Это было то самое существо, вырвавшееся из шкафа.

Тур проследил за взглядом Граи и почесал бровь:

– Люфирен, – проговорил он, тоже заметив гостя.

А Дмитрий с удивлением посмотрел на Турина, удивляясь незнакомому слову:

– Что, простите?

– Вспомнил имя старого друга, – на лице волха появилось озадаченное выражение, и он, подойдя к окну, занавесил то.

– Мне кажется, тебе пора заняться приготовлением лекарства, – будто между делом произнес Тур, заставляя девушку оторвать взгляд от окна.

– Да, конечно.

Грая кивнула и встала к плите, достав ингредиенты и собираясь сделать сонное зелье.

Дмитрий все равно не понял бы, что она готовит что-то другое.

Но невольно взгляд девушки то и дело возвращался к окну, от которого Люфирен не собирался отходить и силуэт которого она видела сквозь шторы. А еще пока Тур не успел задернуть шторы, она смогла рассмотреть коричневую сваляную шерсть и похожее на птичье лицо или скорее морду.

– Может быть, – предложила она, смотря на Тура и надеясь, что он поймет ее, – стоит позвать Марту и попросить помочь очистить территорию от галок?

Да, пожалуй, Люфирен и впрямь напоминал ей галку.

– Не думаю. Это не по ее части, – отмахнулся Тур.

И тут, услышав его голос, незваный гость за окном словно понял, что видит не просто девушку и двух молодых людей. Он узнал среди них Тура!

– Эй, Тур! Это ведь ты! – закричал Люфирен, прыгая за окном. – Точно ты, не делай вид, что не видишь меня, наглая рожа! А ну, открывай окно и пускай меня внутрь!

Эти слова заставили Граю нахмуриться. Меньше всего она желала видеть в доме еще одно создание из Гарута. Ей хватало Гирли, Марты, Турина и огромной блохи имя которой она забыла.

– Эй, открывай! – Люфирен принялся колотить в окно.

Грая же, чтобы не смотреть в окно и не слушать то о чем кричит Люфирен, принялась растирать траву в ступке.

– Не хочешь по-хорошему? – не оставлял своих попыток Люфирен. – Ты меня знаешь. Со мной шутки плохи! Тур, ты еще пожалеешь, если оставишь меня снаружи. Я найду другой дом и нашлю на твой кучу бед. Я ведь могу. Ты знаешь, о чем я говорю. А еще сам знаешь, секреты – мое богатство. И иногда я их не очень умею хранить.

– Что-то душно, – Тур встал и пошел к окну, собираясь открыть то.

И не успела Грая остановить его, как он распахнул ставни, впуская Люфирена.

– Тут и впрямь душно из-за варящегося зелья, – кивнул Дмитрий.

Но его речь заглушило недовольное болтание Люфирена:

– Так бы сразу. А то навешали на окна и двери амулетов.

И, отряхнувшись, он прошел и сел рядом с Княжевым.

Глава 29

Глава 29

Кто друг, кто враг-не разберешь.

Но за спиной держи ты нож.

– Что же, раз вы оба можете меня видеть, – протянул Люфирен, рассматривая Граю и Турина, – значит, старый упырь помер. А мне никто и не сказал. – и он даже надулся. – Обидно. Если бы девица не пришла и не открыла шкаф, я бы там так и сидел. Не по-приятельски это как-то.

И он с прищуром посмотрел на Турина, который равнодушно крутил в руках солонку.

– Хорошо, что я не обидчивый, – продолжил Люфирен. Хотя вряд ли его тон можно было бы назвать дружеским. – Но пусть тут мне и не рады, хотя бы есть чем поживиться.

И он раскрыл свой рот-клюв, открывая ряд мелких треугольных желтых зубов, из-за которых вывалился длинный язык. А взгляд Люфирена упал на Княжева, который ничего не подозревая, спокойно сидел и не видел создание нижнего мира.

И когда от кончика языка Люфирена оставалось пару сантиметров до лица Дмитрия, на стол просыпалась соль.

– Хитрая шельма, – по лицу Люфирена расплылась недобрая улыбка, подаренная Грае, которая замерла с солонкой, забранной у Тура.

– Давай помогу, – перебивая злой смех Люфирена, проговорил Княжева и потянул руку к столу.

Но Грая его резко остановила:

– Не стоит. – и видя его удивленный взгляд, продолжила, – плохая примета. Сама уберу чуть позже.

– Выкрутилась, – в этот раз не то одобрительно, не то злясь еще больше проговорил Люфирен и внезапно подскочил с места.

Грая вздрогнула, а волх превратившись в галку, вылетел в окно и уселся на кустах, растущих под окном. От этого ветки склонились и недовольно зашуршали листвой, будто их потревожил ветер. А Дмитрий перевел настороженный взгляд на окно.

– Видимо, какая-то птица, – Грая поторопилась поскорее подойти и закрыть створки, надеясь, что больше ей не доведется увидеть Люфирена.

И что Турин больше не станет пускать того внутрь. Хотя узнать, почему сейчас он сделал иначе, ей все же стоило. Но это она сделает, после того как уйдет Дмитрий. Главное, чтобы Тур, как всегда, не отмахнулся от ее вопросов.

С этими мыслями она вернулась к котелку и продолжила делать вид, что готовит снадобье.

Вскоре отвар был готов, и она перелила его в небольшую стеклянную баночку, быстро заменив ее на принесенную сверху:

– Держи. Это надо добавлять в питье и накладывать на рану, – она дала наставления Дмитрию и, отдав баночку ему в руки, принялась собирать рассыпанную соль.

– Благодарю. И надеюсь, что когда-то смогу отблагодарить и помочь, – Дмитрий склонил голову, а после достал мешочек с деньгами и сказав, что это плата, попрощался и поспешил покинуть дом колдуна.

– Ты молодец, отлично справилась, – похвалил Граю Турин, когда дверь за Княжевым закрылась и они остались одни.

– Кто такой Люфирен, почему Барта держал его в плену и зачем ты его впустил? – поддаваться на лесть волха Грая не собиралась. – И не думай уйти от ответа, – добавила она, вставая в дверях.

– О, – глаза Турина наигранно округлились, и он развалился на стуле, будто у него вдруг прихватило сердце и стало плохо. – Да ты никак научилась выражать свои мысли и не бояться их говорить. – Он резко подскочил вверх, оказавшись на ногах, и, одернув рукава, подошёл к Лесницовой. – Вот это ты, конечно, молодец, – рука Тура опустилась на плечо Граи, похлопав ее.

И волх уже хотел было пройти мимо. Но пальцы девушки поймали ворот его рубахи:

– Стоять. Я же сказала, что пока не ответишь – не уйдешь.

– Ммм, да ты и впрямь не шутила, – на лице Тура появилась усмешка. – Даже боюсь тебя.

И хотя в его словах слышался смех, его голос и глаза оставались ледяными. И невольно по спине девушки пробежали мурашки. Будто на Граю кто-то вылил ушат холодной воды. И ей стоило неимоверных усилий не отступить, пропуская Тура.

– Ну ладно, – волх убрал руки в карманы, все еще нависая над Граей. – Барта ловил нас, чтобы использовать. У Люфирена есть шерсть, которая при добавлении в зелья усиливает их.

– А зачем ты его впустил? И зачем ему надо было вернуться сюда, если вернее было бы убежать, оказавшись на свободе?

– Зачем ему было сюда я не знаю. Не интересовался, – равнодушно пожал плечами блондин, приняв равнодушный вид.

Хотя Грае показалось, что Тур был слишком тороплив в своих словах, будто пытался поскорее ее убедить и оставить эту тему.

– А пустил я Люфа сюда, потому что он орал и мешал тебе, и мог выдать тебя перед этим аристократишкой. – в голосе волха послышался укор и обида.

– Хорошо, – оставалось только согласиться, поэтому Грая кивнула и отправилась к себе.

Остаток дня она провела в одиночестве, думая о предстоящей встрече с императором и том, как ей, находясь там, не выдать себя. А еще о том, что ей придется притворяться магом всю оставшуюся жизнь. Жизнь, которая могла оборваться, или из-за Гарута, ставший видтмым  для Граи; или  из-за мира людей, которые могли догадаться о том, что она так и осталась ученицей. А значит, в любой момент могла соцти с ума и стать опасной.

И выходило, что только эгоцентричный, сумасбродный и ведущий свою собственную игру Тур был ее союзником… Хотя и в этом она была до конца не уверена.

– Я вернулся! – громкий крик внизу заставил Граю отвлечься от переживаний.

А Люфирен, которого она увидела еще до того, как успела спуститься, стоя на втором этаже у начала лестницы, сделал и без того плохое настроение и вовсе отвратительным.

Кажется, никогда раньше Грая так быстро не преодолевала лестницу:

– Что? Почему он здесь и кто его впустил? – сдерживать гнев было непросто.

– Да ладно, – голос Тура был, как всегда, спокойным, а от легкомысленного тона волха Грае захотелось что-нибудь разбить. – Он же уже был тут. Не на улице же ему ночевать.

– А вернуться к себе он не может? – злость, накатившая на девушку, пожалуй, впервые за все время, что она узнала о волхах, Гаруте и том, что весь окружающий ее мир совсем не такой, как она привыкла думать ранее, сейчас готова была выплеснуться.

– Мадам, – неожиданно раздался голос Люфирена, заставив Граю посмотреть на него.

Она замерла, во все глаза смотря на пленника шкафа, не в силах хоть что-то сказать не то от удивления, не то от изумления. Потому что сейчас перед ней стоял мужчина с кучерявыми темными волосами и не менее роскошными усами. Хотя еще секунду назад на этом самос месте стояло нечто, напоминабщее галку.

– Люфирен? – она с сомнением разглядывала мужчину с острым носом и отдаленно напоминающими птичьи черты лицом.

– Он самый, – волх склонился в галантном поклоне.

Грая смотрела на него и не понимала, что ей делать с ним и для чего Турин пустил его. Ведь ответа она так и не получила. И это злило.

Но не появление Люфирена и его человеческий образ было самым удивительным. А то, что в этот момент в дом Зел Барты посыльный принес наряды Тура. И отдал он их подоспевшему к двери вперед всех Люфирену!

Выходило, что его, как и Турина, могли видеть все!

Поэтому едва дверь за посыльным закрылась, как Грая, не собираясь дать этим двоим уйти от ее вопросов, встала в дверном проходе, перегораживая дорогу:

– Почему  Люфирена видят другие, почему ты снова впустил его и почему он стал таким галантным?! – она пристально посмотрела на Тура, который было уже раскрыл рот, чтобы ответить.

Но уже по его взгляду Грая поняла, что он сейчас будет повторять ей все то, что сказал раньше. Но в этот раз Грая хотела слышать правду. Поэтому осекла Турина на полуслове:

– Или ты говоришь правду. Или же моей крови ты больше не увидишь, – припечатала она.

В один миг в ней откуда-то взялась решимость. Если еще пару минут назад она все еще думала и сомневалась, стоит ли говорить о том, что ей многое неясно и у нее много сомнений, в том числе и в искренности Тура. То сейчас ей хотелось только одного – ясности.

– Хорошо, – Тур закатил глаза, словно Грая была сердобольной матушкой, отчитывающей нерадивого сына за хулиганство, а тот уже в десятый раз слушал ее проповеди. – Люфирен знает один мой секрет. И я не хотел, чтобы о нем знала ты.

– И что это за секрет?!

– Я съел Барту по его просьбе, – буднично проговорил Турин и поднял одну бровь, глядя на Граю.

Глава 30

Глава 30

Советы слушай да смекай

А сам и рта не раскрывай 

– Я съел Барту по его просьбе.

Это было те слова, которых девушка совсем не ожидала.

– Он сказал, что если умрет, то я должен его съесть.

– Зачем? – верить или нет словам Турина Грая пока не знала наверняка, поэто