Нет ничего прекраснее воздуха свободы

Иния кивнула, потом, немного помедлив, добавила:

– Кстати, вчера вечером, когда я вышла от тебя, во дворе встретила Изабеллу. Она расспрашивала о тебе… как-то странно: не болеешь ли ты, чем занята и так далее. А потом спросила, не возвращался ли голубь. – Иния лукаво улыбнулась. – Ну, я, конечно, ответила, что ты здорова, занимаешься вышивкой, а про голубя сказала, что ты его и не ждёшь особо. Но мне интересно… с чего это она так им заинтересовалась? Может, это она пыталась его остановить?

– Действительно… – Флорина задумалась, но тут же махнула рукой. – Об этом ещё поговорим. А сейчас пора отпускать птицу, пока дворец не проснулся.

Они аккуратно привязали к лапке голубя свёрнутое в трубочку письмо. Флорина осторожно приоткрыла окно, огляделась – вокруг было тихо – и выпустила голубка, слегка подбросив его вверх.

Птица взмыла в небо, уверенно набирая высоту, пока совсем не исчезла в сереющем утреннем тумане.

В груди Флорины снова затеплилась надежда. Она закрыла глаза, представив, что летит вместе с голубем, чувствуя пронизывающую прохладу утреннего воздуха. И от этой мысли ей становилось радостно и легко.

Глава 12. Навстречу судьбе

Джек сидел на террасе, задумчиво всматриваясь в безоблачную даль. Небо медленно меняло цвет, подёрнутое утренней дымкой. Его взгляд скользил по макушкам могучих деревьев, выискивая малейшее движение в рассеивающемся сумраке. Мысли, словно поднятая ветром пыль, кружились в возбуждённом сознании, смешивая давние горькие воспоминания с лёгким, ещё не оформившимся шлейфом дум о предстоящем походе. Вся эта затея напоминала ему волшебную сказку из детства: историю об ужасном драконе и прекрасной принцессе, заточённой в неприступной башне.

Руки Джека тем временем работали чётко и автоматически: он разбирал и смазывал трофейный мушкет, лежавший у его колен. Он был уверен – принцесса ответит. А значит, нужно готовиться к дороге. Прошло уже больше суток с тех пор, как голубь с письмом улетел в ту самую даль, куда молодой муравьин устремил свой нетерпеливый взгляд.

В дверном проёме появилась фигура старого муравьина. —Джек, идем пообедаешь! Я приготовил индейку! Сынок, тебе нужно подкрепиться – ты ведь со вчерашнего утра ничего не брал в рот, – упрекнул отец. – Я поем здесь. Не могу пропустить возвращение голубя, – ответил Джек.

Старик принёс на террасу поднос с горячим, ароматным обедом – от запаха у Джека невольно потекли слюнки. Собака Пицца, учуяв лакомство, радостно заскулила. Вскоре и ей перепало немного угощения.

Джек уже собрался приступить к еде, как Пицца вдруг бросилась к ограждению, позабыв обо всём. Джек встал и подошёл к краю террасы, вглядываясь вдаль. Неужели голубь?

Солнце слепило глаза, и сначала он ничего не мог разглядеть. Но вскоре сверху донёсся знакомый звук хлопающих крыльев. По телу Джека пробежала волна возбуждения. – Это он! Наш голубь вернулся! – не сдерживая эмоций, крикнул он.

Птица на мгновение замерла в воздухе, а затем опустилась прямо в его раскрытые ладони. – С возвращением, родной! – радостно воскликнул Джек.

На голос прибежал отец. Они вдвоём окружили голубя, ласково разговаривая с ним и угощая жареными семечками. Старик помог снять с птичьей лапки свёрток с письмом.

Джек развернул послание на столе и начал читать вслух. Даже Пицца притихла, словно прислушиваясь к каждому слову.

Когда чтение закончилось, на террасе воцарилась тишина. Первым её нарушил старый муравьин: – Что намерен делать, сынок?

Джек задумчиво молчал. – Ларгиндия, – продолжил старик, – это двое суток пути на лошади. Я бывал в тех краях. А вот Цвилиндария… О таком месте я даже не слышал. Видимо, оно на другом конце континента. Значит, ехать туда за помощью нет смысла, – подытожил он.

– Да, пап, мне пора в дорогу. Я долго думал об этом и уже давно принял решение. Теперь сомнений нет – это моя судьба и мой путь.

Он резко поднялся. – Я пойду седлать лошадь. А ты, пап, вынеси мой походный мешок – он в спальне, за шкафом. Ещё прихвати картечь и порох. – Хорошо, Джек, сейчас всё соберу, – кивнул отец.

Через час у террасы стояла навьюченная лошадь. Конечно, не ларгинский скакун, но всё же лучше, чем идти пешком. К седлу была прикреплена клетка с голубем.

В последний раз проверив снаряжение, Джек обнял отца: – Не волнуйся. Если что – отправлю весточку с голубем. – Постой, Джек, я совсем забыл, память уже не та. Хотел рассказать тебе одну историю, но боюсь, времени сейчас в обрез. Зато я нарисовал карту – если пойдёшь напрямик по этому маршруту, окажешься на месте почти на сутки раньше, – сказал старик. – Вот это неожиданность! – удивился Джек. – Там же сплошные скалы! – Там есть очень узкий проход между скал, лошадь пройдёт. Это сократит твой путь вдвое. Если строго следовать карте – ты отыщешь его. Но будь осторожен. – Откуда ты это знаешь, пап? – Долгая история, как-нибудь в другой раз расскажу. Мы в составе сотни солдат-муравьинов выходили по этому ущелью в тыл врага. Места непроходимые, это точно. Но у тебя получится, – заключил старый муравьин. – Ну, прощай, а то судьба тебя заждалась. Поезжай с Богом, ей навстречу.

Ещё крепче обняв старика, ощутив прилив щемящей любви и знакомый запах его седых волос, Джек на мгновение вспомнил детство: как отец учил его садиться на лошадь. С каким терпением и любовью он это делал! В груди заныло. Джек мысленно отогнал нахлынувшие чувства. Отойдя от отца и потрепав Пиццу за холку, он вскочил в седло и двинулся на восток – туда, откуда прилетел голубь.

Проехав пару часов по широкой накатанной дороге, Джек остановил лошадь у большого камня, поросшего мхом. Всматриваясь то в отцовскую карту, то в густую чащу у обочины, но все же пришпорив лошадь, он свернул вглубь леса. В полумраке его глаза постепенно начали различать едва заметную тропинку, извивавшуюся, словно змейка, на изумрудном ковре мха и папоротника. Время от времени приходилось останавливаться, чтобы отыскать путь среди зарослей и свериться с картой. Казалось, этой дорогой давно никто не ходил.

К вечеру, изрядно вымотавшись от борьбы с непролазными дебрями, Джек вывел уставшую лошадь на широкую дорогу, покрытую жёлтой пылью. На обочине он разглядел поваленный столб и рядом лежащую потемневшую табличку с надписью: «Ларгиндия». Отцовская карта сэкономила больше суток. Теперь предстояло как можно ближе подобраться к дворцу. «И это будет непросто – его территория охраняется. Остается один способ известить принцессу, это голубь», рассуждал Джек.

Джек остановился на опушке леса, откуда открывался вид на дворец. Солнце клонилось к закату. Привязав лошадь к дереву, он достал лист бумаги и начал писать:

«Здравствуйте, Наталина! Я получил Ваше письмо и приехал к Вам на помощь. Дворец охраняется, но я надеюсь, у Вас будет возможность со мной связаться. Место и время – на обороте записки. Желаю удачи. До встречи. Джек».

Глава 13. Бабочка для императора

Дорогу к дому королевского герольда, Туаро проходил уже во второй раз. Аллея, ведущая к усадьбе, была обрамлена мандариновыми деревьями, наполнявшими воздух сладким цитрусовым ароматом. Дорожка из красной брусчатки выглядела нарядно и празднично. Впереди возвышалась небольшая усадьба из красного кирпича, чей центральный вход обрамляли золотистые колонны. Крыша, покрытая коричневой черепицей, венчалась бронзовым флюгером в виде бабочки.

Впервые детектив побывал здесь на прошлой неделе в компании муравьина в красном колпаке по имени Винсенто, приходившегося тестем хозяину дома – Карлу. Их связывало не только родство, но и страсть к коллекционированию бабочек. Если собрание Винсенто было богатым, то коллекция его зятя превосходила его в разы.

Туаро, в прошлом увлекавшийся энтомологией, сумел поддержать беседу, поделившись собственными наблюдениями за этими прекрасными созданиями. Его познания впечатлили обоих коллекционеров, и вскоре детектив получил приглашение – на торжественный обед в честь дня рождения Карла. На этот раз он явился не с пустыми руками: в руках он держал изящную коробочку, присланную ему королевой Цвилиндарии.

Знакомство с Винсенто тогда прошло легко. Муравьин, оживлённо жестикулируя, показывал Туаро свою коллекцию, красочно описывая повадки редких экземпляров. Детектив вторил ему, дополняя рассказы научными деталями. Восхищённый эрудицией гостя, Винсенто представил его зятю как путешественника-натуралиста.

Трое энтузиастов увлеклись разговором настолько, что не заметили, как пролетело время. Туаро был доволен: его легенда сработала безупречно, и теперь он был вхож в круг местной аристократии.

За чашкой цветочного чая разговор невольно коснулся императора. Оказалось, монарх тоже увлекался коллекционированием бабочек, но не только их. Особое место у императора Ларгина занимала коллекция муравушек-красавиц, собранных нелегальным путём со всего континента. Методы, конечно, были незаконными, но никто не решался вступить с ним в конфликт – слишком могущественным был император. Именно тогда Туаро услышал новые подробности, связанные с Наталиной, которые дополнили рассказ Винсенто при их первой встрече. Теперь сомнений у детектива не оставалось: это была та самая принцесса Наталина из Цвилиндарии.

Теперь Туаро нужно было попасть во дворец – встретиться с принцессой и получить от неё письменное подтверждение для королевы. Это стало бы гарантией выполненного задания. А дальше – пусть государи разбираются сами.

И вот он снова стоит у дверей дома Карла, императорского герольда. Проследовав за лакеем, Туаро вошёл в гостиную, где уже собрались гости. Просторная комната была украшена торжественно, в воздухе лилась спокойная мелодия, слуги разносили угощения. Гости стояли небольшими группами: кто-то оживлённо беседовал, кто-то, слушая музыку, разглядывал картины на стенах, а кто-то был увлечён рассказом хозяина, демонстрировавшего свою коллекцию.

Туаро не стал отрывать Карла от гостей и тихо принялся прохаживаться по залу, рассматривая полотна. О бабочках он уже наслушался вдоволь. А вот картины действительно восхитили его: собрание работ редких художников поражало глубиной, яркостью красок и проникновенной точностью передачей пейзажей – будто он смотрел на них в живую.

Вскоре виновник торжества со своей очаровательной супругой пригласил всех к столу. Гости расселись вокруг праздничной трапезы. Карл произнёс тост, благодаря всех за поздравления. Началась трапеза, перемежающаяся тостами и вручением подарков.

Последним выступил Туаро. Он представился другом Карла и преподнёс небольшой коробок. Супруга Карла, опередив мужа, с лёгкостью развязала красную ленту и открыла крышку. Она с изумлением взглянула на супруга, который застыл в недоумении, но затем быстро пришёл в себя.

– О, Боже! Этого не может быть! Господа, посмотрите! Это же… красноглазый махаон! Его уже давно нет в природе! Дорогой друг, откуда вы его достали? Это фантастика! Вы меня так глубоко тронули, что я не знаю, чем могу вас отблагодарить!

– Что вы, право! Я просто тоже увлекаюсь бабочками, но моя коллекция куда скромнее вашей, – скромно ответил Туаро.

Туаро лукавил. Ему нужно было как можно ближе подобраться к императорскому двору, и в этом мог помочь именно Карл. Для этого он и попросил королеву Цвилиндарии прислать эту редчайшую бабочку.

– Не скромничайте, дорогой друг! Я исполню любую вашу просьбу!

Вот так, благодаря хрупкому крылу, Туаро решил проблему, которая откроет ему путь к принцессе.

Глава 14. Ночной посланник

До бракосочетания принца Ларгиндии с принцессой Флориной оставалось всего два дня. Всё было готово к пышному празднованию.

Принцессе принесли свадебное платье на последнюю примерку. Оно было прекрасно: белоснежное, воздушное, с тончайшей голубой вышивкой, повторявшей цвет её глаз. Плавные узоры напоминали морские волны, а лёгкая полупрозрачная фата скрывала лицо. На голове лежал небольшой венок из незабудок. Воротник и манжеты были обрамлены изящной вышивкой серебром. На груди покоилась брошь – подарок императора. Это был поистине королевский наряд.

Флорина, облачённая в эту красоту, кружила перед зеркалом, искренне радуясь прекрасному наряду. Её движения были так естественны и грациозны, а эмоции столь чисты и вдохновенны, что Иния, наблюдая за ней, невольно почувствовала укол ревности и щемящей боли. «Неужели она притворяется?» – мелькнуло в голове подруги.

Но Флорина – или, точнее, Наталина – вовсе не мечтала о браке с Оскаром. Её воображение рисовало другого принца, таинственного и прекрасного, ведущего её под венец в далёкой сказочной стране. Она не любила навязанного ей избранника, и, самое главное, не хотела разрушать счастье Инии, своей лучшей подруги. Ведь Иния и Оскар любили друг друга…

Наталина отчаянно надеялась, что скоро всё останется позади. Она с захватывающей тревогой ждала почтового голубя и полностью доверялась помощи Джека. Почему-то она была уверена в этом спасителе. Несмотря на то, что они никогда не встречались, в сердце Наталины теплилась капелька симпатии к этому муравьину. Слишком убедительны были его слова в послании.

Принц Оскар без всякого энтузиазма ожидал собственную свадьбу. Его сердце по-прежнему принадлежало Инии. Он с горечью осознавал, что его возлюбленная по воле отца должна была стать ему мачехой. Становилось грустно и больно от уходящего счастья. Как видно, благосклонность императора не способна на жертвенность ради сыновьего счастья. Такое бывает лишь в сказках.

А пока молодой голубоглазый брюнет скакал на своём коне по лесным тропам Ларгиндии. В последнее время такие прогулки стали для него единственным утешением. Мысли о предстоящей женитьбе были невыносимы, как и лицемерные поздравления друзей. Оскар едва сдерживал досаду, охватившую его изнутри. Отец решительно отвергал любые доводы о нежелании жениться, считая их мальчишеским капризом.

В поисках утешения принц мчался в таком исступлении, что чуть не столкнулся с возникшим на его пути странно одетым всадником. Конь Оскара резко затормозил, поднявшись на дыбы, едва не сбросив опешившего всадника.

Незнакомец верхом на лошади проскакал в мгновение ока перед скачущим конём принца и скрылся в кустах, растворившись под покровом сгущавшихся сумерек. Оторопевший принц лишь заметил болтавшуюся птичью клетку на спине скрывшейся лошади. Оправившись от неожиданной встречи, Оскар ослабил поводья и спокойной поступью направил коня к дворцу, чтобы эмоционально обсудить недавнее происшествие с друзьями.

-–

Уже почти стемнело, когда в окно что-то сильно ударило. Послышалось хлопанье крыльев по стеклу. Наталина соскочила с постели и подбежала к окну. Её дрожащие руки с трудом открыли старый шпингалет, и створки с силой распахнулись, ударившись о стены оконного проёма. К счастью, стёкла выдержали. На подоконнике оказался пернатый почтальон.

Успокоив взволнованную птицу, Наталина дрожащими пальцами развернула письмо. Суть послания была ясна: нужно действовать решительно и смело, иначе о свободе можно забыть. Всё начиналось не так, как она себе представляла. Она не была готова к побегу, к трудным переходам и погоням. Но выбора, похоже, не оставалось.

Просить о помощи можно было только у Инии. Преданней и ближе в этой чужой стране у Флорины никого не было. Незаметно пройдя по тёмному коридору дворца, Наталина постучала в дверь комнаты подруги. – Кто там? – послышался сонный голос Инии. —Это Флорина. Открой, скорее!

Иния впустила ночную гостью. – Что случилось? – спросила она, протирая глаза. —Голубь вернулся. Весточка от Джека, он здесь. Вот, читай.

Иния зажгла свечу и, шевеля губами, прошептала короткую записку. Закончив, вопросительно взглянула на Флорину: – Что мы будем делать?

Флорина подробно изложила план и ту важную роль, которую в нём должна была сыграть Иния. Выслушав подругу, та взволнованно спросила: – Но что будет с тобой? Как я узнаю, что ты в безопасности? – Думаю, нам поможет голубь. Но для этого тебе придётся переехать в мои покои. Всё получится, я уверена. А теперь мне нужно идти. Завтра ты должна встретиться с Джеком и рассказать ему всё. Доброй ночи, милая.Обняв Инию, Наталина бесшумно выскользнула за дверь.

-–

Ранним утром Иния поднялась в покои Флорины. Коротко поговорив, они расстались, и Иния устремилась на кухню, надеясь застать там Изабеллу.

Так и вышло: Изабелла раздавала поварам указания насчёт праздничного обеда. Иния постояла в стороне, наблюдая, как властно и строго её привычная добрая наставница командовала прислугой. В её голосе звучала непреклонность, не терпящая возражений. Такую Изабеллу Иния видела впервые.

Заметив её, та мгновенно смягчилась: – Дорогая, ты что-то искала? Чем я могу тебе помочь? – Да, наставница, мне нужно с вами поговорить.

Изабелла взяла её под руку и вывела из шумной кухни. – Ну? Как там Флорина? – Всё в порядке, но есть небольшая проблема, – сказала Иния. – Сломалась застёжка на императорской броши. Будет неловко, если я не приколю её к свадебному платью невесты. – Так беги скорее в ювелирную мастерскую к господину Франсуа! Он всё исправит. – Да, наставница, но для выхода за территорию мне нужен пропуск… —Пойдём, милая. И перестань меня так называть. Просто Изабелла или Белла. – Хорошо, наставница Изабелла, – согласно кивнула Иния. – Карл, должно быть, уже подошёл, идём скорей.

Они застали Карла как раз в тот момент, когда он припудривал раскрасневшиеся щёки. – Доброе утро, Карл! – Доброе утро, госпожа, – неуклюже склонился в лёгком реверансе герольд. – Чем могу служить? – Выдай, пожалуйста, пропуск для Инии. Ей срочно нужно сходить в город.

Через пару минут Иния уже выходила за дворцовую ограду. Конечно, она шла не к ювелиру, а на встречу с Джеком.

Глава 15. Скрытые намерения

Под прикрытием тёмной мантии и с пропуском в кармане Иния без проблем прошла мимо дворцовой стражи, крепко сжимая в руках небольшую картонную коробочку. Городок Беруа, находился в пяти минутах ходьбы от дворца. Это тесное соседство позволяло обитателям резиденции, уставшим от строгого этикета, иногда погружаться в простую, неторопливую жизнь провинции. Идя по узким улочкам Беруа, Иния думала, как хорошо было бы раствориться в этом уютном городском великолепии, забыть все тревоги и заботы дворцовой суеты.

По знакомым переулкам она вышла на центральную площадь, где без труда можно было затеряться в толпе. На северной стороне возвышалось двухэтажное здание местной управы, по соседству располагались административные корпуса. Напротив, полукругом, теснились частные магазинчики, лавки, трактиры и прочие заведения. Муравьинный рынок находился чуть поодаль, слева от управы. На восточной стороне стояла элитная гостиница, а по правую руку, на западной стороне, раскинулся большой постоялый двор. Даже в будний день на площади было тесно, и раствориться в толпе не составляло труда. На углу у торговых рядов притулился тот самый постоялый двор, окна которого выходили как раз на обувной магазин – место назначенной встречи.

У открытого окна своей комнаты в гостинице стоял Джек, неспешно изучая суетящихся внизу муравьинов. Время встречи подошло, но того, кто походил бы на посланника принцессы, он пока не видел. Решив подождать, Джек продолжал наблюдать за прохожими – такими разными, шумными и вечно куда-то спешащими. Стояло прекрасное утро; солнце поднималось над черепичными крышами, заливая тёплым светом узкие улочки Беруаса. Торговцы только начинали раскладывать товар, подъезжали повозки со свежими продуктами – городок постепенно пробуждался.

Обувной магазин уже открылся, и Джек внимательно следил за входом. Вскоре он заметил муравьина в тёмной мантии, который вёл себя немного скованно и оглядывался по сторонам. «Похоже, это он», – подумал Джек. Он быстро спустился вниз и, выждав момент, направился к незнакомцу.

– Хорошая погода, не правда ли? – начал Джек. – Говорят, к вечеру будет дождь, – тихо ответила Иния. —Если будет дождь, то непременно нужно купить пару хороших голыш, – продолжил условленный диалог Джек. – Давайте пройдём внутрь и подберём на свой размер.

Он догадался что перед ним муравушка и пропустив её вперёд, слегка оглянувшись, последовал за ней. Магазин оказался намного просторнее, чем казался снаружи. Его сводчатый потолок был высоким и светлым. На полках вдоль стен стояла обувь на любой вкус – от простых плетёных тапочек до изящных ботинок с серебряными пряжками. Выбор говорил о щепетильности и тонком вкусе хозяина.

Джек взял для примерки рыжие мокасины и присел на примерочную скамейку. Его спутница выбрала тёмные туфли на каблуке. Иния не стала снимать капюшон, а просто присела рядом, делая вид, что примеряет обувь. Не повышая голоса, Джек изложил свой план спасения принцессы. В ответ Иния рассказала о варианте Флорины. Подытожив и уточнив детали, они, ничего не купив, вежливо попрощались с продавцом и вышли на улицу.

Проводив спутницу за угол рыбной лавки, они остановились, чтобы попрощаться. Иния протянула Джеку коробку, которую бережно держала всё время встречи.

– Что это? – спросил он. – Голубь. Теперь он и твой. Ведь ты его спас. Пусть побудет у тебя, сейчас ему во дворце не место.

Внезапный порыв ветра сорвал с головы Инии капюшон. Перед Джеком предстала очень красивая муравушка, и её лицо почему-то показалось ему до боли знакомым. Он смутился и на мгновение застыл, будто увидел призрак. Иния, накинув капюшон, ничего не сказала и спешно удалилась.

-–

До свадьбы оставался ещё один день.

– Иния, Иния, девочка моя, ну-ка подойди ко мне, – окликнула Изабелла входившую в покои Инию. —Да, Изабелла? – отозвалась та, приближаясь к наставнице. —Как прогулка в ювелирную мастерскую? Починили брошь? – спросила Белла. – Да, всё в порядке. Господин Франсуа правда отсутствовал, уехал к сестре в соседний городок, но его помощник сказал что он появится в середине дня и брошь можно будет забрать вечером, – ответила Иния. – Хорошо, милая. Ступай к Флорине. Там муравушки около неё.

Сделав реверанс, Иния удалилась в покои Флорины. Войдя в спальню, она не стала сразу подходить к подруге, а осталась в стороне, наблюдая, как муравушки веселятся и болтают. Флорина же сидела в одиночестве на подоконнике, и её грустное лицо резко контрастировало со счастливыми лицами подруг. Заметив Инию, принцесса резко оживилась. Она спрыгнула с подоконника, подошла к веселившимся муравушкам и попросила оставить их наедине. Те, недоумённо переглянувшись, нехотя вышли.

– Дорогая, рассказывай! Какой он? Опиши мне его! – забросала её вопросами Флорина. – Высокий блондин с голубыми глазами. Сама потом рассмотришь при встрече, – сухо ответила Иния. – Думаю, он нам поможет. Мы обсудили с ним ваш план. Когда я передавала коробку с голубем, ветром сдуло мой капюшон, и он увидел моё лицо. – Ну и что тут страшного? – с лёгким сарказмом заметила Флорина. —А то, что он посмотрел на меня так, будто встретил знакомого после долгой разлуки. Знаешь, я не знаю почему, но лицо этого муравьина… Джека… показалось мне очень знакомым. И его взгляд… так и стоит у меня перед глазами. – Дорогая, ты случайно не влюбилась? – улыбнулась Флорина. —Думаю, это просто наваждение. Ты же знаешь, что я люблю Оскара, – сказала Иния. – Да, милая, я знаю и желаю вам счастья. Именно поэтому я исчезну с вашего пути. В свадебном платье будешь ты. Я очень хочу, чтобы вы были вместе. Всё получится, все примут это как должное, и нас с Джеком не станут искать. А я благополучно вернусь домой, – резюмировала Флорина. – И всё же я опасаюсь за завтрашний день. Вдруг всё пойдёт не так, как мы спланировали? Мне страшно, – волнительно произнесла Иния. —Тебя все любят во дворце и простят такую маленькую шалость. В конце концов, есть ли сердце у нашего Императора? Думаю, он всё поймёт и примет как должное, – сказала Флорина, больше стараясь убедить себя, чем подругу.

А в это время на другом конце дворца юный Оскар вёл тяжёлый разговор со своим отцом.

– Дорогой отец, ты всегда избегал откровенных разговоров со мной. Тебе неинтересна моя жизнь. Тебе безразлично моё счастье. Но теперь я прошу выслушать меня. Я не хочу этой свадьбы. Я не люблю Флорину. Мне нужна Иния. Я люблю её, и она отвечает мне взаимностью. Я знаю, что ты хочешь взять Инию в жены. Но зачем она тебе? У тебя их целая гора – выбирай любую. Смягчи своё сердце, сделай двух влюблённых счастливыми!

– Флорина красива, умна, она принцесса – в конце концов, мне стоило огромных усилий договориться об этом союзе. То, что ты её не любишь, – ерунда. Стерпится – слюбится. Тем более ты её ещё как следует не разглядел. Уверен, она тебе понравится, и ты забудешь свою Инию. Она тебе не пара – чужая кровь, неизвестно чья. Этого я не потерплю. Будь мудр, прими разумное решение. Ты мой наследник. Не заставляй меня идти на крайние меры, – пригрозил Ларгин.

– Отец, я люблю Инию, и мне больше никто не нужен. На эту «коллекционную особу» из твоего гарема я смотреть не хочу!