Война за наследницу

– Тогда тебе придется потерпеть.

Я улыбнулась.

– Ты такой заботливый.

Он ничего не ответил.

Я снова закрыла глаза, слушая ровный шум двигателя и музыку ночной трассы, которую, к сожалению, приходилось заменять звуком шин по асфальту. Впереди простиралась дорога – темная, пустая и совершенно незнакомая. Где-то далеко находился мой отец, который, вероятно, уже успел уничтожить половину чужого бизнеса и собирался уничтожить вторую.

Я не знала, что именно происходило в нашем городе. Не знала, кто начал войну, кто в ней участвовал и сколько людей уже погибло. Не знала даже, действительно ли Брайан был тем, за кого себя выдавал. Его появление в клубе выглядело достаточно убедительно, а кодовая фраза подтверждала, что он имел отношение к отцу. Но это еще не означало, что я должна была доверять ему безоговорочно.

Просто я никогда не отличалась чрезмерной подозрительностью. Кроме того, мне было совершенно неинтересно паниковать. Паника редко помогала решить проблему, зато прекрасно портила настроение, макияж и пищеварение. Я предпочитала дождаться момента, когда станет понятно, насколько серьезно все происходящее, а уже потом решать, стоит ли беспокоиться.

В конце концов, если бы мне хотелось спокойной жизни, я бы родилась в другой семье. А я родилась Монро. И, судя по всему, скучать мне в ближайшее время не придется.

Я перевернулась на бок, устроилась поудобнее и попыталась уснуть. Брайан продолжал вести машину, время от времени проверяя зеркала. Его молчание больше не казалось мне странным. Скорее, оно было частью его характера, такой же неизменной, как широкие плечи, светлые волосы и выражение лица человека, которому весь мир задолжал деньги.

Перед тем как окончательно провалиться в сон, я подумала, что, возможно, стоило все-таки согласиться на предложение Алекса. У него, по крайней мере, был номер в хорошем отеле, шампанское и, вероятно, нормальная подушка. Но теперь было поздно – впереди меня ждали пять дней с Брайаном. И я почему-то была уверена, что он пожалеет о своем решении гораздо раньше, чем я.

Глава 2. Два шершня

К рассвету я окончательно пришла к выводу, что путешествовать на автомобиле с человеком, который не умеет поддерживать разговор, – одно из самых сомнительных удовольствий, которые когда-либо выпадали на мою долю. Причем я была готова признать, что за свою жизнь успела испытать немало сомнительных удовольствий. Некоторые из них начинались с бокала шампанского, продолжались в чужих спальнях и заканчивались телефонными звонками от отца. Другие обходились без звонков, но оставляли после себя куда более неприятные воспоминания. Однако ни одно из этих приключений не требовало от меня столько времени проводить в обществе человека, который, казалось, воспринимал человеческую речь как личное оскорбление.

Брайан оказался удивительно последовательным в своем нежелании общаться. Он не разговаривал, не шутил, не реагировал на мои попытки выяснить подробности семейной войны и даже не проявлял должного интереса к моим рассуждениям о том, что пять дней в дороге – слишком много для женщины, привыкшей к обслуживанию высшего класса. Время от времени он бросал на меня короткие взгляды, но исключительно такие, которыми обычно одаривают назойливых насекомых, обнаруженных в салоне автомобиля. Я уже успела несколько раз поймать себя на мысли, что, вероятно, он предпочел бы везти в багажнике мешок картошки. Картошка, по крайней мере, не задавала бы вопросов и не требовала остановок.

Я, разумеется, не обижалась. Напротив, находила его поведение забавным. В конце концов, у каждого человека должны быть недостатки. Кто-то слишком много пьет, кто-то слишком громко смеется, кто-то не умеет пользоваться столовыми приборами, а Брайан, судя по всему, был совершенно не приспособлен к обычному человеческому общению. Это не делало его менее привлекательным. Скорее, добавляло ему своеобразного очарования, хотя я пока не решила, насколько долго смогу выносить его общество, прежде чем захочу проверить, умеет ли он разговаривать под угрозой физического воздействия.

Солнце постепенно поднималось над горизонтом, окрашивая небо в тусклые персиковые оттенки. Ночная прохлада отступала, и в салоне становилось душно. За окном медленно менялся пейзаж: темные силуэты деревьев уступали место открытым участкам дороги, редким домам и полям, на которых еще лежал утренний туман. Мир выглядел удивительно мирным для места, по которому, возможно, уже двигались люди, готовые убивать друг друга из-за приказов моего отца. Где-то там, за горизонтом, продолжалась война, а я сидела в машине рядом с угрюмым мужчиной и пыталась придумать, как бы устроиться поудобнее.

Я откинула голову на подголовник, вытянула ноги и некоторое время рассматривала собственные ступни, обутые в босоножки на тонких каблуках. Кожа на пятках уже начала неприятно натираться, а ремешок на левой лодыжке оставил красную полоску. Платье, которое еще несколько часов назад казалось мне идеальным выбором для вечеринки, теперь выглядело совершенно неуместным. Оно было создано для дорогих клубов, красивых фотографий и чужих восхищенных взглядов, но никак не для многочасовой поездки по незнакомым дорогам. Я мысленно пообещала себе, что в следующий раз, когда отец снова решит эвакуировать меня посреди ночи, обязательно надену что-нибудь более практичное. Правда, учитывая мой характер, вряд ли это обещание когда-нибудь будет выполнено.

– Брайан.

– Нет.

Я повернула голову и посмотрела на него.

– Я еще ничего не сказала.

– Знаю.

– Поразительно. Ты научился читать мысли?

– Нет. Просто у тебя всегда что-нибудь нужно.

– Это называется женская интуиция. Ты не поймешь.

Он не ответил. Даже не посмотрел в мою сторону, продолжая следить за дорогой с таким сосредоточенным выражением лица, словно от его способности удерживать автомобиль в пределах полосы зависела судьба всего мира.

Я вздохнула и немного подалась вперед.

– Мне нужно в туалет.

Брайан посмотрел на меня, затем снова перевел взгляд на дорогу.

– Потерпишь.

– Ты собираешься заставить меня терпеть пять дней?

– До ближайшей заправки.

– Какое облегчение. А я уже начала думать, что ты хочешь избавиться от меня самым негуманным способом.

– Не сомневайся, я рассматриваю варианты.

Я улыбнулась. Он сказал это настолько спокойно, что я даже не сразу поняла, шутит он или действительно размышляет о способах решения возникшей проблемы. Впрочем, чувство юмора у Брайана, похоже, было таким же своеобразным, как и все остальное.

– Ты мне нравишься, – сообщила я.

– Это взаимно не работает.

– Ничего. Я привыкла к сложным отношениям.

Он промолчал, и я снова отвернулась к окну. Некоторое время я наблюдала за проплывающими мимо деревьями, пытаясь угадать, в какой части страны мы находимся. Я не особенно интересовалась географией, когда речь не шла о местах, где можно было хорошо провести отпуск, поэтому определить наше положение по дорожным знакам и случайным поселкам было бы для меня непростой задачей. К тому же Брайан не считал нужным сообщать мне маршрут. Вероятно, он полагал, что пассажиру достаточно знать, что его везут в нужном направлении. Я же придерживалась другого мнения: если меня собирались куда-то доставить, я имела полное право хотя бы представлять, куда именно.

Через некоторое время автомобиль свернул с основной трассы на более узкую дорогу. По обеим сторонам тянулись невысокие деревья, за которыми время от времени открывались поля и редкие фермерские постройки. Мы давно покинули курортную зону. Здесь не было ни дорогих отелей, ни ресторанов, ни привычных мне людей, которые улыбались при виде моей фамилии. Только дорожные знаки, заправки и бесконечная полоса асфальта. Даже заправки выглядели так, словно их владельцы давно смирились с тем, что цивилизация обошла эти места стороной.

Я начала подозревать, что Брайан действительно собирается довезти меня до отца именно таким способом. Пять дней в дороге. Пять дней в обществе мужчины, который разговаривал со мной исключительно в ответ на прямые вопросы и, судя по всему, считал мои потребности досадной помехой. Я посмотрела на его профиль. Широкая челюсть, короткие светлые волосы, крепкая шея, руки, уверенно лежащие на руле. Внешне он вполне соответствовал образу человека, способного пережить пять дней без единого слова. Я же не была уверена, что выдержу столько времени без желания его придушить.

– Слушай, – произнесла я, повернувшись к нему. – А если я захочу домой?

– Мы едем домой.

– Нет. В свой настоящий дом. Где бассейн, нормальная кровать и персонал.

– Потерпишь.

– Ты удивительно часто используешь это слово.

– Потому что ты удивительно часто задаешь глупые вопросы.

Я задумчиво посмотрела на него. Мне даже стало любопытно, как он умудряется сохранять такое выражение лица. Казалось, мышцы его лица были созданы исключительно для того, чтобы хмуриться. Возможно, когда-то он умел улыбаться, но потом произошло нечто ужасное, и теперь эта способность была безвозвратно утрачена.

– А ты всегда такой раздражительный?

– Нет.

– Значит, я вызываю в тебе особенные чувства?

Брайан сжал челюсть. Я заметила, как напряглась линия его скулы, и рассмеялась. По крайней мере, реакция у него все-таки была. Маленькая, почти незаметная, но вполне достаточная, чтобы я могла считать разговор успешным.

Он, наверное, никогда не встречал таких женщин, как я. Или встречал, но они быстро переставали с ним разговаривать. Мне же нравилось проверять границы чужого терпения. Особенно если мужчина обладал таким внушительным телосложением и столь выразительным лицом, что даже его раздражение выглядело привлекательно. Я не испытывала к нему каких-то серьезных чувств и уж точно не собиралась влюбляться в человека, который обращался со мной как с неудобным грузом. Но флирт был приятным способом скоротать время, а Брайан, несмотря на все свои недостатки, представлял собой весьма достойный объект для развлечения.

Я уже собиралась задать следующий вопрос, когда услышала странный звук.

Сначала он напоминал отдаленный гул двигателя, который постепенно становился громче. Я повернула голову к заднему стеклу, но из-за угла обзора не смогла сразу рассмотреть источник шума. Затем заметила движение в боковом зеркале. Автомобиль приближался к нам с огромной скоростью. Черный внедорожник двигался прямо по нашей полосе, хотя дорога была достаточно широкой, чтобы спокойно обогнать нас. Он не пытался перестроиться, не сбрасывал скорость и, казалось, вообще не собирался учитывать наше присутствие.

– Брайан.

Он посмотрел в зеркало. В его лице что-то изменилось. Исчезла привычная раздраженность, взгляд стал жестким и сосредоточенным. Он чуть сильнее сжал руль, а затем быстро оценил расстояние до обочины.

– Держись.

Я даже не успела спросить, что происходит. Удар пришелся в заднюю часть автомобиля. Меня резко бросило вперед, ремень безопасности врезался в грудь, а голова почти ударилась о приборную панель. Раздался оглушительный скрежет металла, будто кто-то с силой провел огромным ножом по корпусу машины. Брайан попытался выровнять автомобиль, но его занесло. Колеса проскользили по асфальту, и мы едва не врезались в ограждение.

– Какого черта?! – выкрикнула я, хватаясь за ремень.

Машину снова качнуло. На этот раз удар оказался сильнее. Меня бросило в сторону, плечо больно столкнулось с дверью, а в ушах зазвенело от резкого скрежета. Брайан выругался, выкручивая руль. Я ухватилась за дверную ручку, пытаясь удержаться на сиденье. Впереди мелькнуло дерево, затем дорога исчезла из поля зрения, и автомобиль с глухим ударом остановился на обочине.

Несколько секунд я сидела неподвижно, пытаясь понять, что именно произошло. Сердце колотилось где-то в горле, дыхание сбилось, а перед глазами все еще плавали обрывки дороги и темные пятна. В салоне пахло раскаленной резиной, пылью и чем-то металлическим. Я осторожно пошевелила руками, затем ногами, проверяя, все ли части тела по-прежнему находились на своих местах. Кажется, ничего не сломалось. По крайней мере, пока.

Мой бокал шампанского, который я предусмотрительно оставила в клубе, сейчас казался невероятно желанным. Я даже подумала, что могла бы простить этому утру практически все, если бы рядом вдруг появился официант с бутылкой холодного игристого и стаканом воды. Но вместо официанта рядом сидел Брайан, и выглядел он значительно хуже, чем несколько минут назад.

Я медленно повернула голову.

Он сидел, наклонившись вперед, упершись лбом в руль. Его плечи были напряжены, одна рука по-прежнему сжимала рулевое колесо, а другая безвольно свисала возле двери.

– Брайан?

Он не ответил.

Я подождала несколько секунд.

– Эй.

Никакой реакции.

Я осторожно коснулась его плеча. Его голова слегка качнулась, но он по-прежнему не реагировал. На мгновение мне стало не по себе. До этого момента я воспринимала происходящее как очередное неудобство, которое рано или поздно разрешится. Но неподвижность Брайана заставила меня вспомнить, что люди действительно могут погибать. Не где-то там, в новостях, не в разговорах отца и не в историях, которые я слышала с детства, а прямо рядом со мной.

– Замечательно, – пробормотала я. – Только этого не хватало.

Я попыталась отстегнуть ремень, но механизм заклинило. Пришлось несколько раз дернуть его, прежде чем замок наконец поддался. Я выдохнула, потерла место, где ремень врезался в грудь, и потянулась к двери. Руки немного дрожали, хотя я старалась не обращать на это внимания. Мне хотелось выбраться из машины, вдохнуть свежий воздух и понять, насколько сильно мы пострадали. А еще хотелось выяснить, кто именно решил, что столкновение с нами – хорошая идея.

Именно в этот момент рядом с пассажирским окном появился мужчина.

Он стоял так близко, что я могла рассмотреть его лицо сквозь стекло. Высокий, худощавый, одетый в темную одежду. Черные волосы были зачесаны назад, но несколько прядей выбились и падали на лоб. У него было необычное лицо: тонкие, резкие черты, прямой нос, четко очерченные скулы и подбородок. Он выглядел слишком аристократично для человека, который только что участвовал в автомобильной аварии. Впрочем, возможно, я просто привыкла видеть в подобных обстоятельствах мужчин с разбитыми костяшками пальцев и выражением лица, будто они готовы немедленно кого-нибудь пристрелить.

Особенно запомнились глаза. Серые. Холодные. С таким неподвижным выражением, словно происходящее вокруг совершенно его не интересовало. Он смотрел на меня не с тревогой и не с удивлением. Скорее так, будто уже давно знал, что найдет меня именно здесь, и теперь просто выполнял очередной пункт в списке дел.

Он открыл дверь.

– Шершень в улье.

Я моргнула. Посмотрела на него. Потом на Брайана. Затем снова на незнакомца.

– О, нет, – произнесла я. – Только не опять.

Мужчина протянул руку.

– Выходи.

Я посмотрела на его ладонь, потом на лицо. В голове постепенно складывалась картина, которая мне совершенно не нравилась. Та же кодовая фраза. Та же уверенность в том, что я должна немедленно подчиниться. Та же манера разговаривать со мной так, будто я не человек, а чемодан, который необходимо забрать из пункта выдачи.

– Подожди. Ты тоже из службы доставки?

Он не ответил.

– У вас там что, акция? Привези дочь Монро – получи вторую бесплатно?

– Элспет.

Я удивленно подняла брови.

– Ты знаешь мое имя?

– Выходи.

– Сначала представься.

Он посмотрел на меня так, словно я была самым неприятным препятствием на его пути. Просто братец-близнец милашки Брайана. С одним отличием – в его взгляде не было ни раздражения, ни злости – только холодное нетерпение человека, который привык получать желаемое без лишних разговоров.

– Ди.

– Просто Ди?

– Да.

– Как-то не очень информативно.

– Тебе достаточно.

Я усмехнулась. Он явно не собирался облегчать мне задачу. Впрочем, после Брайана я уже начинала привыкать к мужчинам, которые считали, что чем меньше слов они произнесут, тем внушительнее будут выглядеть.

– Мне многое достаточно. Например, хороший завтрак, удобная кровать и мужчина, который умеет поддерживать разговор.

Ди протянул руку еще ближе.

– Сейчас не время.

– Ты удивительно похож на моего предыдущего знакомого.

– Какого?

Я кивнула на Брайана.

– Этого. Он тоже не умеет разговаривать.

Ди бросил короткий взгляд в салон, оценил состояние Брайана и снова посмотрел на меня. Впервые за все время в его лице появилось что-то похожее на эмоцию. Она была настолько мимолетной, что я не успела понять, что именно он почувствовал, но взгляд задержался на неподвижной фигуре за рулем чуть дольше, чем требовалось.

– Выходи.

На этот раз я решила не спорить. Во-первых, мне хотелось посмотреть, что будет дальше. Во-вторых, я начинала подозревать, что происходящее не имеет никакого отношения к обычной эвакуации. Слишком странно было встретить второго мужчину с той же кодовой фразой, причем после того, как нас намеренно вытолкнули с дороги. Если бы все это было частью плана моего отца, он мог бы хотя бы предупредить меня, что за мной приедет целая очередь вооруженных красавцев.

Я выбралась из автомобиля и поправила платье. Ноги немного дрожали после удара, а каблуки казались совершенно неустойчивыми на неровной обочине. Ди придержал дверь, дождался, пока я поставлю обе ноги на землю, после чего закрыл ее.

– А Брайан? – спросила я.

– Останется здесь.

– Он умер?

– Нет.

– Ты уверен?

– Да.

Я посмотрела на мужчину, пытаясь уловить в его лице хоть какую-то подсказку. Он говорил так уверенно, словно лично проверил состояние Брайана и мог гарантировать, что тот очнется через несколько минут. Но почему-то мне не хотелось оставлять его одного. Он, конечно, был не самым приятным попутчиком, но все же вытащил меня из клуба и, судя по всему, пытался выполнить приказ отца. Было бы невежливо бросить его на обочине после первой же неприятности.

– Вы знакомы? – спросила я.

Ди промолчал. Я улыбнулась. Вот теперь становилось интересно.

Он направился к стоявшему неподалеку внедорожнику. Его автомобиль выглядел значительно хуже машины Брайана: передняя часть была помята, на бампере виднелись царапины, а лобовое стекло пересекала длинная трещина. Судя по всему, именно он и был тем самым автомобилем, который несколько минут назад врезался в нас. Я еще раз оглянулась на поврежденную машину Брайана и посмотрела на Ди.

– Это ты нас ударил?

Он не остановился.

– Ди!

– Иди сюда.

– Я правильно понимаю, что ты только что устроил аварию, а теперь собираешься увезти меня на своей машине?

– Да.

– Поразительная честность.

Он не ответил. Я на секунду задержалась, глядя на него вслед. В его поведении было что-то настолько странное, что я пока не могла решить, стоит ли бояться или просто продолжать задавать вопросы. Впрочем, я никогда не отличалась способностью вовремя выбирать безопасный вариант.

Я обошла автомобиль и села на пассажирское сиденье.

Внутри пахло кожей, оружейной смазкой и горьким кофе. На заднем сиденье лежала какая-то одежда, а возле центральной консоли находилась небольшая сумка. Никаких личных вещей, фотографий или прочих мелочей, которые обычно рассказывали что-то о владельце. Машина выглядела так же, как ее хозяин: функциональная, холодная и лишенная всего лишнего. Даже музыка не играла. Я невольно подумала, что Ди, вероятно, из тех людей, которые считают музыку бессмысленным шумом, а разговоры – пустой тратой кислорода.

Он сел за руль.

Я повернулась к нему.

– Итак.

Он завел двигатель.

– Итак, – повторила я.

Молчание.

– Как тебя зовут?

– Я уже сказал.

– Нет, ты сказал, что я могу называть тебя Ди. Это совершенно не одно и то же.

Он выехал на дорогу. Ответа так и не последовало.

Я задумалась, глядя на его профиль. С ним определенно было сложнее, чем с Брайаном. Тот хотя бы позволял себя провоцировать, реагировал на мои слова, иногда огрызался. Ди же словно заранее решил, что любое мое замечание недостойно ответа.

– Хорошо. Ди. Ты красивый.

Он никак не отреагировал. Я подождала. Потом добавила:

– Очень красивый.

Ничего.

– Ты меня слышишь?

– Да.

– И?

Он снова промолчал!

Я рассмеялась. Господи, да он был еще хуже Брайана. По крайней мере, тот не делал вид, что не понимает очевидных вещей. Ди же, кажется, мог бы выслушать признание в любви и спросить, не нужно ли мне пристегнуться. Я устроилась поудобнее и посмотрела в окно. Несколько минут мы ехали молча, пока я не решила вернуться к вопросу, который с самого начала не давал мне покоя.

– Кстати, Брайан тоже сказал мне эту фразу.

Ди продолжал смотреть на дорогу.

– Шершень в улье, – уточнила я.

Никакой реакции.

– Точно так же. Подошел, произнес, закинул меня на плечо и увез. Я, конечно, оценила его энтузиазм, но теперь немного запуталась.

Он не ответил.

– Так кто из вас настоящий?

Тишина.

– Ты или он?

Молчание.

– Или вы оба настоящие, а мой отец решил устроить какой-то странный конкурс на лучшего похитителя?

Ди слегка повернул руль, объезжая выбоину. Я наблюдала за его руками. Движения были точными, спокойными, без лишней суеты. Он не выглядел человеком, который только что пережил аварию, и это заставляло меня думать, что столкновение было частью его плана. Или, по крайней мере, он заранее знал, что оно произойдет.

Я снова попытала удачу:

– Ты слишком мало говоришь.

Я вздохнула, но сдаваться не собиралась. Если он не хотел отвечать на вопросы, придется предложить ему целую теорию, чтобы он хотя бы случайно подтвердил одну из ее частей.

– Давай рассуждать логически. Один из вас может быть человеком моего отца, а другой – подставным. Возможно, человек другого клана решил похитить меня, чтобы использовать против папы. Или, наоборот, мой отец послал вас обоих, но по каким-то причинам вы не знаете друг о друге. Хотя это было бы глупо. Папа, конечно, не самый умный человек на свете, но он не настолько идиот.

Ди не отреагировал.

– Еще вариант: вы оба работаете на моего отца, но один из вас решил устранить второго. Это объяснило бы аварию. Или вы оба работаете на другой клан, и тогда мне вообще не повезло.

Я повернулась к нему.

– Как думаешь?

– Никак.

– Ты не знаешь, на кого работаешь?

– Знаю.

– И кто это?

Он промолчал. Я улыбнулась.

– Понятно.

На самом деле все было довольно просто. Кем бы ни был этот мужчина, ему было невыгодно убивать меня прямо сейчас. Если он действительно собирался использовать меня как заложницу, то я представляла собой весьма ценный актив. Если же он работал на отца, то должен был доставить меня к нему живой. Разумеется, существовали и другие варианты, но я предпочитала не рассматривать их слишком подробно. Не потому, что была уверена в собственной безопасности, а потому, что тревога редко помогала принимать правильные решения. К тому же паниковать в компании Ди было бы бессмысленно: он вряд ли стал бы меня успокаивать.

– Знаешь, – произнесла я спустя некоторое время, – мне кажется, ты все-таки не человек моего отца.

Ди бросил на меня короткий взгляд.

– Почему?

Я улыбнулась.

– Потому что ты слишком красивый.

Он снова посмотрел на дорогу. Я попробовала еще немного его спровоцировать:

– А у них лица такие, словно они в детстве слишком часто падали с лестницы.

Ди снова ничего не ответил. А я снова рассмеялась и откинулась на спинку сиденья. С каждым часом мне становилось все интереснее. Не потому, что я хотела разобраться в происходящем. Скорее, потому что рядом со мной находился человек, который совершенно не поддавался привычным способам общения. Брайан раздражался, огрызался и иногда демонстрировал эмоции. Ди же напоминал закрытую дверь, за которой, возможно, вообще ничего не происходило.

Мне захотелось узнать, что он скрывает. Хотя бы ради развлечения.

– Ди?

– Что?

– Ты женат?

– Нет.

– Есть девушка?

– Нет.

– Мужчина?

Он повернул голову. Я рассмеялась.

– Прости. Просто пытаюсь понять, почему ты такой несговорчивый.

– Я занят.

– Чем?

– Работой.

– Какой скучный ответ.

Я повернулась к окну и некоторое время наблюдала за дорогой. Солнце уже окончательно поднялось, и теперь было видно, насколько сильно пострадал автомобиль. Переднее стекло покрывала сеть трещин, а капот слегка подрагивал на неровностях. Ди вел машину уверенно, но я замечала, что он периодически поглядывает в зеркала. Его внимание было распределено между дорогой впереди и тем, что происходило позади нас. Он не расслаблялся ни на секунду. Он тоже не считал ситуацию безопасной.