Единственная для злодея

Он нервно усмехнулся, но его глаза остались серьезными.

– Алекс, я не хочу обсуждать это.

– А я не хочу делать вид, будто ничего не произошло. Мы должны обратиться в полицию. Хотя бы сообщить о том, что в офисе стреляли.

Гарри резко поднялся с кресла и подошел к окну. Несколько секунд он молчал, глядя на город, затем повернулся ко мне.

– Ты действительно думаешь, что это поможет?

– Я думаю, что это единственное разумное решение.

– А я думаю, что ты не понимаешь, насколько все серьезно.

– Так объясни!

Он провел рукой по волосам, явно пытаясь сдержать раздражение.

– Алекс, если этот человек смог пройти сюда вчера вечером, значит, у него есть связи. Очень серьезные связи. Ты ведь видела его людей? Ты видела, как они обращались с оружием? Ты понимаешь, что они могли сделать с нами, если бы захотели?

– Именно поэтому я и предлагаю обратиться в полицию.

– А если полиция окажется бесполезной? Если они просто передадут информацию тем, кто вчера был здесь? Что тогда?

Я замолчала. В его словах была логика, пусть и неприятная. Я не знала, насколько влиятельным являлся этот мужчина, но вчерашнее происшествие ясно показало, что обычные правила поведения в деловом мире к нему не применялись.

– Кто он? – спросила я наконец.

Гарри отвернулся.

– Неважно.

– Для меня это важно, Гарри. Я работаю здесь. Я сижу в этом офисе каждый день. Если ты собираешься втягивать компанию в какие-то сомнительные дела, я имею право знать, с кем мы имеем дело.

– Ты ничего не знаешь и лучше тебе ничего не знать.

Его слова прозвучали настолько резко, что я невольно отступила на полшага.

– Хорошо, – произнесла я, стараясь не показывать, насколько меня задел его тон. – Но если ты думаешь, что я буду спокойно сидеть и ждать, пока кто-нибудь снова начнет стрелять в твоем кабинете, то ты ошибаешься.

Гарри посмотрел на меня, и в его взгляде появилось что-то странное. Не злость, не раздражение, а скорее усталое отчаяние.

– Алекс, пожалуйста. Просто делай свою работу.

Я не ответила. Развернувшись, я вышла из кабинета и закрыла за собой дверь.

Мне хотелось кричать. Хотелось встряхнуть Гарри, заставить его объяснить, что происходит, и напомнить, что мы не живем в каком-нибудь криминальном фильме, где вооруженные люди могут приходить в офисы и стрелять друг в друга без последствий.

Но вместо этого я села за свой стол, открыла ежедневник и начала разбирать дела.

В конце концов, именно этим я и занималась последние десять лет: приводила в порядок чужой хаос, даже когда сама совершенно не понимала, что происходит.

К девяти часам приемная постепенно наполнилась привычными звуками. Телефон звонил практически без перерыва, на электронную почту приходили новые сообщения, а сотрудники отдела логистики то и дело заглядывали ко мне с вопросами, которые, по их мнению, генеральный директор должен был решить немедленно. Я отвечала на звонки, переносила встречи, согласовывала график Гарри и одновременно пыталась разобраться с отчетами, оставшимися после вчерашнего вечера.

Работа помогала отвлечься. Когда я сосредотачивалась на цифрах, таблицах и документах, тревожные мысли отступали, уступая место привычному раздражению из-за чужой неорганизованности. Но стоило мне на секунду остановиться, как я снова вспоминала темные глаза незнакомца.

Кто же он?

Около девяти дверь приемной распахнулась, и внутрь вошла Эванджелина Меритон.

Ее появление всегда сопровождалось ощущением, будто в помещение впустили дополнительный источник света. Эва была невысокой, рыжеволосой, с аккуратными чертами лица и огромными голубыми глазами, которые придавали ей сходство с дорогой фарфоровой куклой. Она предпочитала женственные платья, нежные оттенки и туфли на высоких каблуках, а ее светлая сумочка, как мне казалось, стоила больше, чем мой месячный заработок.

В руках она держала два стаканчика кофе.

– Алекс, доброе утро! – весело произнесла она, подходя к моему столу. – Я принесла тебе кофе. Ты ведь еще не успела выпить свой?

Я улыбнулась, принимая стаканчик.

– Спасибо, Эва. Очень кстати.

– Я знала! – Она довольно рассмеялась, поправляя волосы. – Гарри опять наверняка сидит над какими-нибудь ужасными документами и забывает обо всем на свете. Представляешь, он сегодня даже дома не ночевал!

Я удивленно подняла брови.

– Не ночевал?

– Да! – Эва поставила второй стаканчик на поднос, который принесла с собой, и присела на край моего стола. – Я вчера ждала его до полуночи. Потом позвонила, а он сказал, что задерживается. А утром выяснилось, что он вообще не возвращался.

Я задумалась.

Вчерашний вечер действительно был непростым. После того, как незнакомец покинул кабинет, Гарри остался там один, а я уехала домой. Возможно, он решил провести ночь в отеле, чтобы не тревожить Эву своим состоянием. Или, что было еще вероятнее, просто не хотел объяснять ей, почему его лицо выглядит так, словно он несколько часов провел в компании профессиональных убийц.

– Может быть, у него были срочные дела? – предположила я.

– Наверняка! – Эва беззаботно махнула рукой. – Но я все равно немного обиделась. Мы же скоро женимся, а он в последнее время такой странный. Постоянно занят, раздражается из-за всякой ерунды, даже не хочет обсуждать подготовку к свадьбе.

Я посмотрела на нее с искренним сочувствием. Эва действительно любила Гарри. Это было заметно по тому, как она говорила о нем, как улыбалась, когда упоминала его имя, и как старательно пыталась оправдать его невнимательность. Возможно, она была немного наивной, иногда слишком восторженной и не всегда понимала, что происходит вокруг, но в ней не было ни злобы, ни притворства.

– Он сейчас в кабинете, – сказала я. – Можешь зайти к нему.

– Правда? – Ее лицо мгновенно озарилось улыбкой. – Тогда я отнесу ему кофе. Может быть, он наконец перестанет хмуриться.

Я едва заметно улыбнулась.

– Надеюсь.

Эва поднялась, взяла стаканчик и направилась к кабинету Гарри. Перед тем как войти, она обернулась ко мне и подмигнула.

– Если он опять будет ворчать, я заставлю его пообещать, что сегодня вечером мы пойдем выбирать цветы.

Я тихо рассмеялась, наблюдая, как за ней закрывается дверь.

Несколько минут все оставалось спокойно. Я вернулась к работе, проверила расписание встреч и ответила на очередное письмо от финансового отдела. Однако примерно через пять минут из кабинета Гарри начали доноситься голоса.

Сначала я не обратила на них внимания. Эва и Гарри иногда спорили, особенно когда речь заходила о свадьбе. Она хотела пышное торжество, большое количество гостей, красивую церемонию и несколько дней празднования. Гарри же предпочитал решать все быстро и без лишних хлопот.

Но постепенно их разговор становился все громче.

– Гарри, ты вообще меня слушаешь? – донесся до меня голос Эвы.

Я замерла над клавиатурой.

– Эва, не сейчас.

– Ты постоянно говоришь «не сейчас»! Когда же будет сейчас? Мы должны выбрать место, обсудить список гостей, заказать приглашения…

– Я сказал, что не хочу этим заниматься!

Наступила короткая пауза, после которой голос Эвы прозвучал уже совсем иначе – растерянно и обиженно.

– Я просто хочу, чтобы ты уделил мне немного внимания.

Я невольно вздохнула. Мне было неприятно слышать их ссору, особенно учитывая, что Эва не заслуживала такого отношения. Гарри в последнее время действительно стал невыносимым. Он постоянно нервничал, раздражался по пустякам и, казалось, совершенно перестал замечать людей вокруг себя.

– Гарри, что с тобой происходит? – спросила Эва. – Ты меня больше не любишь?

Я подняла голову, прислушиваясь. Ответа не последовало. Вместо этого раздался какой-то резкий звук, словно Гарри отодвинул кресло, а затем голос Эвы:

– Знаешь что? Я не понимаю, почему ты так со мной обращаешься!

Дверь кабинета распахнулась. Эва вылетела наружу, едва не задев плечом дверной косяк. Ее глаза были полны слез, губы дрожали, а лицо покраснело от обиды. Она не посмотрела на меня, не произнесла ни слова и стремительно направилась к лифтам.

– Эва! – окликнула я ее, поднимаясь со своего места.

Но она даже не обернулась.

Я проводила ее взглядом, чувствуя неприятное беспокойство. Мне хотелось догнать ее, поговорить, успокоить, но я понимала, что сейчас ей, вероятно, нужно побыть одной.

Вернувшись к столу, я несколько секунд колебалась, а затем поднялась и направилась к кабинету Гарри.

– Гарри, – произнесла я, осторожно заглянув внутрь.

Он сидел за столом, сжав пальцы в кулаки. Кофе, который принесла Эва, стоял нетронутым. На его лице застыло выражение раздражения, а взгляд был направлен куда-то в сторону окна.

– Что? – резко спросил он.

Я нахмурилась.

– Ты в порядке?

– Да.

– Эва только что ушла в слезах.

– Алекс, я не хочу сейчас обсуждать Эву.

– Но…

– Я сказал, что не хочу обсуждать это!

Я замолчала, с удивлением глядя на него. Гарри никогда прежде не разговаривал со мной так грубо. Даже в самые напряженные периоды работы он умел сохранять дружелюбие, а сейчас словно намеренно пытался оттолкнуть всех, кто находился рядом.

– Хорошо, – произнесла я после небольшой паузы. – Тогда я вернусь к работе.

– Да. И не беспокой меня.

Я вышла из кабинета, аккуратно прикрыв за собой дверь.

Теперь у меня не оставалось сомнений: вчерашнее происшествие изменило Гарри гораздо сильнее, чем он пытался показать. Он был напуган, и его страх постепенно превращался в раздражение, которое он срывал на окружающих. Я не могла понять, почему вчерашний незнакомец обратился именно к Гарри, но была уверена, что этот человек стал причиной всех его нынешних проблем. И чем больше я об этом думала, тем сильнее мне хотелось, чтобы этот опасный мужчина больше никогда не появлялся в нашей компании.

Время тянулось медленно. Я успела подготовить презентацию для предстоящего совещания, проверить несколько договоров и даже выпить принесенный Эвой кофе, который к тому моменту окончательно остыл. Гарри больше не выходил из кабинета, а я старалась не думать о том, что в десять часов нас ждет очередная встреча с представителем Кристиана Коллинза.

Без одной минуты десять дверь приемной открылась.

Я подняла голову и увидела мужчину, который совершенно не вписывался в мое представление о людях, подобных вчерашнему незнакомцу. Ему было около пятидесяти лет. Черные волосы с благородной сединой на висках были аккуратно уложены, лицо отличалось приятными, интеллигентными чертами, а темно-серый костюм выглядел так, словно его шили на заказ у одного из лучших портных города. Он держался спокойно и сдержанно, не проявляя ни малейшего признака нервозности или спешки. Если бы я встретила его на деловом мероприятии, то без колебаний приняла бы за представителя крупной юридической фирмы или финансового консультанта.

– Доброе утро, мисс, – произнес он, остановившись возле моего стола. Его голос был мягким, хорошо поставленным, с едва заметной хрипотцой. – Я пришел к мистеру Хаддарду. Меня ожидают.

Я невольно взглянула на часы. Десять утра. Несмотря на время, он точно не мог быть от того бандита с пушкой.

– Доброе утро. У вас назначена встреча?

– Можно сказать и так. Я от мистера Коллинза.

Я нахмурилась.

– Мистера Кристиана Коллинза, – повторил мужчина.

Это имя точно мне ни о чем не говорило, а, значит, все-таки представитель того незнакомца. Внутри меня что-то неприятно сжалось. Я внимательно посмотрела на мужчину, пытаясь обнаружить хотя бы какую-то связь между его безупречным внешним видом и вчерашним вооруженным вторжением. Но он выглядел совершенно обычным, если не сказать располагающим к себе человеком.

– Мистер Хаддард сейчас занят, – осторожно произнесла я. – Я могу сообщить ему о вашем приходе.

– Разумеется.

Мужчина достал из внутреннего кармана пиджака визитную карточку и протянул ее мне.

– Вот. На всякий случай.

Я приняла карточку и посмотрела на нее. На плотном белом картоне было напечатано имя – Эдвард Уитмор. Ни названия компании, ни должности, ни контактных данных, кроме номера телефона. Странно для человека, который пришел на деловую встречу, но я решила не задавать лишних вопросов.

– Благодарю. Одну минуту.

Я нажала кнопку внутреннего коммутатора.

– Гарри, к тебе пришел мистер Уитмор. Он от мистера Коллинза.

В трубке повисла тишина. Я уже собиралась повторить сообщение, когда услышала короткое:

– Пусть заходит.

– Мистер Хаддард вас примет, – сообщила я посетителю.

– Спасибо, мисс Уоллис.

Я растерялась. Откуда мужчина знает мою фамилию? Он слегка кивнул и направился к кабинету генерального директора. Я проводила его взглядом, после чего посмотрела на визитку, которую все еще держала в руках.

Эдвард Уитмор.

Имя казалось вполне обычным, но сама ситуация – нет.

Я убрала карточку в ящик стола и вернулась к работе.

Встреча продолжалась около сорока минут. Все это время я слышала лишь приглушенные голоса, доносившиеся из кабинета Гарри. Они не повышали тон, не спорили, не ругались. Напротив, разговор протекал настолько спокойно, что временами мне казалось, будто они обсуждают обычный контракт на перевозку строительных материалов. Однако я прекрасно помнила вчерашний вечер и потому не могла воспринимать происходящее как нечто безобидное.

В десять сорок дверь кабинета открылась. Эдвард Уитмор вышел, поправляя манжету рубашки. Его лицо оставалось таким же спокойным, каким было при появлении, и он направился к выходу из приемной.

Я поднялась со своего места.

– Мистер Уитмор, – окликнула я его.

Мужчина остановился и повернулся ко мне.

– Да, мисс Уоллис?

– Простите за любопытство, но я хотела бы задать вам один вопрос.

– С удовольствием выслушаю.

Я слегка замялась, подбирая слова. Мне не хотелось выглядеть бестактной, но любопытство оказалось сильнее осторожности.

– Почему мистер Коллинз выбрал именно нашу компанию? Насколько я знаю, в городе достаточно крупных логистических предприятий. У нас не самые большие мощности, и я не уверена, что мы сможем предложить ему условия лучше, чем наши конкуренты.

Уитмор посмотрел на меня с легкой улыбкой. В его глазах мелькнуло что-то, чего я не смогла понять. Возможно, удивление. Возможно, сожаление.

– Вы весьма проницательны, мисс Уоллис.

– Я просто пытаюсь понять ситуацию.

– И это совершенно правильно. Однако иногда обстоятельства складываются таким образом, что выбор партнера определяется не только его профессиональными качествами.

Я нахмурилась.

– Не совсем понимаю.

– Не сомневаюсь, – мягко произнес он. – Но это дело касается только мистера Хаддарда и мистера Коллинза.

– То есть дело не в самой компании?

Уитмор чуть наклонил голову.

– Видите ли, мисс Уоллис, гораздо удобнее сотрудничать с человеком, которому есть что терять, и он уже ступил на этот путь.

Я несколько секунд молча смотрела на него.

– Простите?

– Всего доброго, мисс Уоллис.

Он не стал отвечать на мой вопрос и направился к лифтам. Я осталась стоять возле своего стола, пытаясь осмыслить сказанное.

Человеку, который уже на пути к потере? Что это вообще означало?

Я посмотрела на автоматически, с помощью доводчика, закрывшуюся дверь приемной и почувствовала, как внутри постепенно нарастает тревога. Мне совершенно не нравились подобные намеки. Они были слишком туманными, слишком двусмысленными и, судя по всему, имели какое-то отношение к Гарри.

Я села на свое место и несколько минут сидела неподвижно, глядя на визитную карточку, которую достала из ящика. Затем, не выдержав, поднялась и вошла в кабинет генерального директора.

Гарри сидел за столом, уставившись в монитор. Его лицо выглядело еще более бледным, чем утром, а губы были плотно сжаты.

– Гарри, – тихо произнесла я.

Он поднял голову.

– Что?

– Кто такой Кристиан Коллинз?

Мой вопрос заставил его заметно напрячься. Он несколько секунд смотрел на меня, словно пытался решить, стоит ли отвечать, а затем устало откинулся на спинку кресла.

– Алекс, я оказался между двух огней.

– Что это значит?

– Это значит, что у меня теперь серьезные проблемы.

Я подошла ближе к столу.

– Какие проблемы? Что ты подписал? О чем вы говорили с этим Уитмором?

Гарри провел ладонью по лицу и нервно усмехнулся.

– О том, как мне не сдохнуть в ближайшее время.

Я почувствовала, как по спине пробежал холодок.

– Гарри…

– Алекс, пожалуйста. Просто оставь меня в покое.

– Но я же пытаюсь помочь!

– Ты ничем не можешь мне помочь!

Его голос прозвучал настолько резко, что я невольно замолчала. Гарри отвернулся к окну, и я увидела, как напряглись его плечи.

Мне стало неприятно. Я не понимала, почему он отталкивает меня, почему не хочет хотя бы немного объяснить происходящее. Мы дружили столько лет, и я всегда считала, что между нами нет секретов, которые могли бы разрушить наше доверие.

Но сейчас он словно намеренно возводил между нами стену.

– Хорошо, – тихо сказала я. – Если ты не хочешь говорить, я не буду настаивать.

Гарри ничего не ответил.

Я вышла из кабинета и вернулась к своему рабочему месту. Сев за стол, я открыла ежедневник, но буквы перед глазами расплывались, а мысли никак не желали возвращаться к привычным делам.

В голове снова возник образ Кристиана Коллинза.

Его жесткие черты лица, темные глаза, покрытые татуировками запястья и холодная уверенность, с которой он распоряжался чужими судьбами. Я вспомнила, как он посмотрел на меня вчера, прежде чем уйти, и невольно почувствовала, как щеки начинают гореть.

Мне было страшно. Но, пожалуй, еще сильнее меня тревожило другое: почему этот человек проявил такую странную реакцию, когда один из его охранников выстрелил в сторону Гарри? Почему он прострелил тому бедро, заявив, что не просил трогать девушку? Меня. Он говорил обо мне.

Я не могла понять, что это означало, и не хотела даже пытаться. Мне совершенно не нравилось ощущение, что я каким-то образом оказалась в центре внимания человека, которого стоило бы избегать любой ценой.

Я вздохнула и посмотрела на экран компьютера.

Впереди был долгий рабочий день, множество отчетов и презентаций. Мне хотелось верить, что все происходящее – лишь временное недоразумение, которое вскоре разрешится и позволит нам вернуться к нормальной жизни.

Но где-то глубоко внутри я уже понимала: Кристиан Коллинз не был человеком, который просто исчезал из чужой жизни. И его интерес ко мне, каким бы странным он ни казался, вряд ли закончится на вчерашнем вечере.

Глава 3. Нежеланные гости

Прошла почти неделя. За эти дни ничего особенно не изменилось, и одновременно изменилось все. Гарри продолжал появляться в офисе раньше меня, задерживаться допоздна и отвечать на телефонные звонки таким тоном, словно каждый собеседник держал у его виска заряженный пистолет. Впрочем, после знакомства с Кристианом Коллинзом я уже не считала подобное сравнение преувеличением.

Сам Гарри старательно изображал, что все под контролем. Он шутил с сотрудниками, улыбался на совещаниях, обсуждал с партнерами перспективы компании и даже несколько раз приглашал меня выпить кофе. Но стоило ему остаться одному, как улыбка исчезала, а лицо приобретало тот самый болезненный оттенок, который я заметила еще в день появления Коллинза.

Я старалась не задавать лишних вопросов. Не потому, что перестала беспокоиться о друге, а потому, что прекрасно понимала: ответов у него все равно не будет. По крайней мере, тех, которые он захотел бы мне дать.

В пятницу после обеда я разбирала документы, когда на внутренний телефон поступил звонок. Гарри попросил зайти к нему. Голос у него был непривычно напряженный, и я, прихватив блокнот, направилась в его кабинет. Он сидел за столом, откинувшись на спинку кресла, и смотрел на экран ноутбука. На столе стояла чашка нетронутого кофе. Судя по выражению лица, содержимое экрана не доставляло ему ни малейшего удовольствия.

– Ты меня звал? – спросила я, прикрывая за собой дверь.

– Нет. Это тебя зовут.

Я нахмурилась.

– Кто?

Гарри медленно перевел на меня взгляд.

– Коллинз.

На мгновение мне показалось, что я ослышалась.

– Что ему нужно?

– Завтра у него будет званый вечер. На его территории. Он приглашает всех партнеров, с которыми сейчас ведет дела, и мы, разумеется, тоже должны присутствовать.

Последние слова Гарри произнес с таким выражением, будто сообщил мне о необходимости лично прыгнуть с крыши бизнес-центра.

– Завтра? – переспросила я. – Но у нас нет никаких договоренностей на субботу.

– Теперь есть.

Он развернул ко мне телефон, на котором было открыто сообщение. Короткое, предельно вежливое и совершенно не оставляющее пространства для обсуждений. Мистер Коллинз приглашал мистера Хаддарда и мисс Уоллис на вечернее мероприятие. Время, адрес, пожелания к дресс-коду. Ни просьбы подтвердить присутствие, ни вопроса, смогут ли они приехать.

Просто уведомление о том, что мы будем там.

– А если мы не сможем? – осторожно спросила я, хотя уже знала ответ.

Гарри посмотрел на меня так, словно я предложила ему добровольно лечь под поезд.

– Алекс, ты серьезно?

Я опустила глаза на экран.

– Просто спрашиваю.

– Тогда не спрашивай.

Он потер переносицу, затем откинулся на спинку кресла и закрыл глаза. На его лице промелькнуло выражение, которое я уже научилась узнавать: страх, тщательно замаскированный под раздражение. Мне стало его жаль. Я ведь знала Гарри много лет. Помнила его еще студентом, когда самой большой проблемой в его жизни была неудачная оценка на экзамене или очередной спор с отцом. Теперь же он оказался в положении человека, который вынужден улыбаться тем, кого боится до дрожи.

– Это просто вечер, Гарри, – попыталась успокоить я. – Придем, побудем немного и уедем.

– Ты не понимаешь, – тихо произнес он.

– Чего именно?

Он открыл глаза и посмотрел на меня.

– Там будут не обычные деловые партнеры, Алекс.

Я промолчала. Кажется, это было единственное, что я могла сделать.

Разумеется, я понимала. Не до конца, не во всех подробностях, но достаточно, чтобы представить себе компанию людей, которые привыкли решать проблемы не судебными исками, а пулями. И все же Гарри, судя по всему, боялся этого вечера гораздо сильнее меня.

– Нам придется пойти, – наконец сказала я.

– Да, – согласился он с тяжелым вздохом. – Придется.

На этом разговор закончился.

В субботу я потратила на сборы гораздо больше времени, чем обычно требовалось для выхода в свет. Не то чтобы мне особенно хотелось произвести впечатление на явно криминальных личностей, но появляться на мероприятии в неподходящем наряде я тоже не собиралась. Если уж нас пригласили в гости к человеку, который мог прострелить кому-нибудь ногу за неосторожный выстрел, следовало хотя бы соблюсти дресс-код.

Я остановилась на длинном вечернем платье глубокого изумрудного оттенка. Оно мягко облегало фигуру, подчеркивая талию, а открытые плечи и аккуратный вырез придавали образу необходимую торжественность. Волосы я оставила распущенными, лишь слегка уложив их крупными волнами. К платью подобрала тонкие серьги, браслет и туфли на высоких каблуках. Посмотрев на себя в зеркало, я осталась довольна результатом. Выглядела я действительно хорошо. Даже слишком хорошо для женщины, которая собиралась провести вечер среди людей, чьи имена вполне могли бы фигурировать в полицейских сводках. Хотя в Интернете я не нашла упоминания имени Кристиана Коллинза.

Гарри уже ждал внизу у дома. На нем был темный костюм, белая рубашка и галстук. Он выглядел безупречно, как всегда, но напряжение не скрывали ни дорогие часы, ни идеально уложенные волосы.

– Отлично выглядишь, – сказал он, когда я подошла к машине.

– Спасибо. Ты тоже.

– Постараюсь не испортить тебе вечер.

Я усмехнулась, но шутка повисла между нами без ответа.

Дорога заняла около сорока минут. Чем дальше мы удалялись от центра, тем меньше становилось привычных городских улиц и тем больше появлялось закрытых территорий, частных владений и дорог, по которым, казалось, редко ездили случайные автомобили. В конце концов мы подъехали к массивным воротам. Охрана проверила машину, документы и наши имена в списке приглашенных, после чего пропустила внутрь.

Территория оказалась огромной. За высоким ограждением располагался роскошный особняк, окруженный ухоженным садом и широкими подъездными дорожками. Вдоль них стояли дорогие автомобили, а у входа дежурили мужчины в темных костюмах. Некоторые из них выглядели как обычные сотрудники службы безопасности, другие даже не пытались скрывать оружие под одеждой.