Единственная для злодея

Александра Княжина

Единственная для злодея

Глава 1. Чужие правила

Середина апреля выдалась на редкость холодной для этого времени года. За панорамными окнами бизнес-центра медленно угасал вечер, окрашивая стеклянные фасады соседних зданий в тусклые оттенки серого и синего. Город, который еще несколько часов назад казался бесконечно шумным и суетливым, постепенно затихал, освобождая улицы от дневного потока машин. Однако в офисе «Хаддард Логистикс» жизнь продолжалась, и, судя по количеству открытых таблиц на моем мониторе, заканчиваться она собиралась нескоро.

Я сидела сбоку от рабочего стола Гарольда Хаддарда, моего начальника, близкого друга и, по совместительству, человека, который совершенно не умел правильно распределять рабочую нагрузку. На экране передо мной был открыт финансовый отчет за первый квартал, а рядом лежала стопка документов, требовавших его подписи. Мои туфли на высоких каблуках давно стали причиной неприятного ощущения в ступнях, волосы, собранные утром в аккуратный низкий пучок, постепенно теряли первоначальную форму, а серый брючный костюм, который я выбирала исключительно из соображений деловой сдержанности, теперь казался мне едва ли не самой неудобной одеждой на свете.

Впрочем, я не жаловалась. Работа ассистента генерального директора редко предполагала возможность уйти домой ровно в шесть вечера, особенно в период отчетности. К тому же наши результаты за первые три месяца года были настолько хорошими, что даже я, человек, не склонный к чрезмерному оптимизму в вопросах финансов, испытывала некоторое удовлетворение. Мы выполнили сорок процентов годового плана. Сорок процентов за один квартал! Если бы все продолжалось в том же темпе, к декабрю Хаддард Логистикс могла бы продемонстрировать результаты, которые заставили бы даже старшего Хаддарда, известного своей скупостью на похвалу, хотя бы на мгновение перестать смотреть на сына как на недостаточно компетентного наследника.

– Гарри, я еще раз говорю: здесь цифры не сходятся, – произнесла я, указывая кончиком ручки на строку в отчете. – Если мы учтем расходы по последнему контракту в этом разделе, то получим совершенно другую картину. И мне не нравится, что в приложении отсутствует подтверждение по нескольким крупным платежам.

Гарольд, сидевший в своем кресле за широким столом из темного дерева, раздраженно провел ладонью по русым волосам. Он был одет в белую рубашку с расстегнутой верхней пуговицей и темно-синие брюки. Галстук, который утром выглядел безупречно, теперь лежал рядом с клавиатурой. В обычные дни Гарри представлял собой воплощение дружелюбия: улыбался, шутил, легко находил общий язык с сотрудниками и умел создать впечатление, будто любая проблема решается парой звонков и чашкой хорошего кофе. Сегодня же от привычной легкости не осталось практически ничего. Он постоянно ерзал, постукивал пальцами по столешнице, мельтешил таблицами и отчетами, будто это карусель в парке аттракционов.

– Алекс, давай не будем сейчас зацикливаться на мелочах, – сказал он, резко закрывая один из файлов. – Отчет практически готов. Мы уже все проверили.

– Мы проверяли его трижды, и каждый раз находили что-то новое, – возразила я, стараясь сохранять спокойный тон. – Я не хочу, чтобы твой отец обнаружил ошибку раньше нас. Ты прекрасно знаешь, как он относится к подобным вещам.

Гарри поморщился. Упоминание его отца всегда действовало на него примерно так же, как холодный душ на человека, который только что собирался расслабиться. Старший Хаддард был владельцем корпорации, объединявшей несколько строительных компаний, транспортных предприятий и логистических подразделений. Его деловая репутация строилась на жесткости, расчетливости и абсолютной нетерпимости к чужим просчетам. Гарольд, несмотря на свой статус генерального директора дочерней компании, до сих пор чувствовал себя подчиненным, которому необходимо заслужить одобрение.

– Я знаю, Алекс. Не нужно мне напоминать.

– Тогда позволь мне закончить проверку.

– Господи, ты можешь хоть иногда просто доверять мне?

Я подняла на него глаза. Вопрос прозвучал настолько неожиданно, что на мгновение я даже забыла, что собиралась ответить. Гарри редко разговаривал со мной в таком тоне. Мы познакомились еще в университете, когда вместе учились на факультете менеджмента, и за прошедшие годы я привыкла к его привычкам, недостаткам и бесконечным попыткам изображать из себя человека, которому все дается легко. Он был моим другом, и именно поэтому я не понимала, почему сегодня он словно намеренно пытался отгородиться от меня.

– Я доверяю тебе, – ответила я после небольшой паузы. – Но доверие не отменяет необходимости проверять документы.

– Все в порядке, – буркнул он, отводя взгляд. – Просто подпиши свою часть и оставь остальное мне.

Я снова посмотрела на экран. В отчете действительно имелись странные расхождения, однако Гарри настолько явно не желал обсуждать их, что я решила не продолжать спор. В конце концов, он был генеральным директором, а я – его ассистентом. Моя работа заключалась в том, чтобы помогать ему принимать решения, а не пытаться руководить компанией вместо него. Хотя, если быть совершенно честной, временами мне казалось, что именно этим я и занимаюсь.

– Хорошо, – вздохнула я. – Но завтра утром я все равно вернусь к этим платежам.

– Завтра, – быстро согласился Гарри, и в его голосе прозвучало такое облегчение, что я невольно нахмурилась.

Я не успела задать следующий вопрос, поскольку в ту же секунду дверь кабинета распахнулась с такой силой, что ударилась о стену.

Моя первая реакция была чисто инстинктивной: я вздрогнула и резко обернулась, едва не уронив ручку. Гарри вскочил со своего кресла, а я застыла, не сразу понимая, что именно происходит. В кабинет вошли пятеро мужчин. Первый двигался впереди остальных, не торопясь и совершенно уверенно, словно находился не в чужом офисе, а в собственном доме. За его спиной следовали четверо вооруженных, сразу вызвавших ассоциацию с охранниками, одетых в темные костюмы. Их лица были бесстрастными, а руки лежали на оружии так непринужденно, будто пистолеты являлись привычным дополнением к деловому гардеробу.

Человек, возглавлявший эту странную процессию, был высоким, широкоплечим и обладал внешностью, которую трудно было назвать приятной. Его черные волосы были аккуратно уложены, а жесткие черты лица, тяжелая линия челюсти и почти черные глаза создавали впечатление постоянной угрозы. На нем был черный костюм, идеально сидевший по фигуре, белая рубашка и темный галстук. Однако даже безупречная одежда не могла скрыть того, что перед нами стоял человек, привыкший решать вопросы не переговорами, а силой. Его руки, когда он снял пиджак и небрежно поправил рукав рубашки, привлекли мое внимание. На запястьях виднелись татуировки, уходящие вглубь под одежду.

Я не знала, кто он такой, но совершенно точно понимала, что этот визит не имеет ничего общего с обычными деловыми переговорами.

– Кто вы, черт возьми, такой и что вам здесь нужно? – Гарри попытался придать голосу уверенность, однако его слова прозвучали заметно слабее, чем он, вероятно, рассчитывал.

Незнакомец даже не удостоил его немедленным ответом. Он спокойно оглядел кабинет, задержав взгляд на панорамных окнах, массивном столе и кожаных креслах, после чего направился к гостевому месту, расположенному напротив Гарри. Сев, он чуть откинулся на спинку кресла и наконец посмотрел на нас.

Точнее, сначала на меня.

Взгляд его темных глаз оказался настолько пристальным, что я почувствовала себя неуютно. Он словно изучал каждую деталь моей внешности: светлые волосы, выбившиеся из пучка пряди, строгий костюм, тонкие пальцы, сжимавшие ручку. Я невольно выпрямилась, заставляя себя сохранять спокойное выражение лица. Не то чтобы я считала себя особенно привлекательной женщиной. Мне всегда казалось, что у меня слишком резкие черты лица, тонкие губы и совершенно обычная фигура. Единственным достоинством, которое я могла без особого смущения признать за собой, были большие зеленые глаза. Однако этот мужчина смотрел на меня так, словно я представляла для него какой-то особый интерес.

Я отвела взгляд первой, испытывая раздражение из-за собственного смущения.

– Мистер Хаддард, – произнес незнакомец, обращаясь к Гарри, – вы занимаетесь грузоперевозками. Насколько я понимаю, это ваша основная специализация.

– Да, – осторожно ответил Гарри. – Но если вы хотите обсудить сотрудничество, вам следует предварительно связаться с нашим отделом…

– Теперь вы будете перевозить кое-что, – мужчина как-то по-особому выделил последнее голосом, – для меня.

Я нахмурилась. Судя по всему, мужчина представлял какую-то крупную компанию, которая решила воспользоваться услугами нашей логистической службы. Возможно, речь шла о новом контракте, хотя его манера вести переговоры была настолько странной, что я не могла представить, каким образом он собирался согласовывать условия с нашим юридическим отделом.

Гарри, напротив, словно перестал дышать.

– Я не понимаю, о чем вы, – произнес он, и его лицо начало стремительно бледнеть.

Незнакомец усмехнулся, едва заметно наклонив голову.

– Неужели? Мне кажется, вы прекрасно понимаете, о чем идет речь. Или мне напомнить про ваш контракт с Шилдами?

Слово «Шилды» прозвучало для меня совершенно бессмысленно. Я попыталась вспомнить, встречала ли когда-нибудь подобное название среди наших контрагентов, но ничего не приходило на ум. Возможно, речь шла о какой-то зарубежной транспортной компании или частном предприятии, которое Гарри предпочитал не обсуждать в моем присутствии.

Однако реакция моего начальника заставила меня насторожиться. Он словно потерял способность двигаться. Его пальцы судорожно сжали край стола, а взгляд метнулся к незнакомцу и тут же опустился. Я никогда прежде не видела Гарри таким. Даже когда его отец устраивал ему разнос за проваленные переговоры, он умудрялся сохранять хотя бы подобие самоуверенности. Сейчас же передо мной стоял человек, который, казалось, был готов провалиться сквозь пол, лишь бы избежать этого разговора.

– Я не могу этого сделать, – наконец произнес Гарри.

Мужчина слегка приподнял брови.

– Не можете?

– У меня есть обязательства перед другими клиентами. Я не могу просто…

Он не успел договорить. Незнакомец кивнул одному из охранников, стоявших сбоку от него, и тот вдруг поднял руку с пистолетом. Я даже не сразу осознала, что происходит, когда раздался оглушительный хлопок. В кабинете, наполненном до этого лишь тихим гулом кондиционера, звук выстрела показался оглушительным, почти физически болезненным.

Я резко втянула воздух, почувствовав, как все тело сковывает холодом.

Пуля пролетела между мной и Гарри, настолько близко, что я услышала ее свист. В следующую секунду она врезалась в стену позади нас, оставив небольшое отверстие в светлой поверхности.

Гарри отшатнулся, едва не опрокинув кресло. Я же застыла, не в силах даже пошевелить пальцами. Моя ручка выпала из руки и покатилась по полу, но я не обратила на нее внимания. В ушах звенело, сердце колотилось так сильно, что казалось, вот-вот вырвется из груди.

Мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять: в нашем кабинете только что стреляли.

В меня.

В Гарри.

Я почувствовала, как к горлу подступает тошнота.

– Ты охренел? – голос незнакомца прозвучал неожиданно холодно.

Он уже стоял на ногах. Движение было настолько быстрым, что я едва успела заметить, как его рука скользнула под пиджак. В следующую секунду в его ладони оказался пистолет.

Второй выстрел прозвучал почти сразу.

Охранник, только что стрелявший в Гарри, дернулся и с глухим стоном рухнул на пол, схватившись за бедро. Его оружие выскользнуло из руки и с металлическим звоном ударилось о ножку стола.

Я зажала рот ладонью, пытаясь подавить крик.

Кровь.

На светлом полу кабинета появилась кровь, быстро растекающаяся темным пятном вокруг ноги мужчины. Он корчился от боли, стиснув зубы, а его лицо побелело настолько, что стало почти серым.

Незнакомец даже не посмотрел на него.

– Я не просил трогать девушку, – произнес он, убирая пистолет обратно под пиджак. – Если еще раз кто-то из вас решит проявить инициативу, я лично объясню, почему этого делать не стоит.

Трое оставшихся охранников молча опустили головы.

Я сидела неподвижно, чувствуя, как дрожат мои руки. Ситуация казалась настолько абсурдной, что разум отчаянно пытался найти ей какое-то логическое объяснение. Возможно, это был сон. Возможно, я просто слишком устала и теперь воображала происходящее. Но запах пороха, кровь на полу и тяжело дышащий мужчина у стола были слишком реальными, чтобы списать их на переутомление.

Незнакомец повернулся к Гарри.

– Завтра в десять часов к вам придет мой помощник. Он согласует последние детали.

Гарри, который все еще стоял возле своего кресла, нервно сглотнул.

– В десять я занят.

Мужчина улыбнулся. Эта улыбка оказалась гораздо страшнее его предыдущего выражения лица. В ней не было ни веселья, ни доброжелательности, ни даже привычной деловой вежливости. Только холодная уверенность человека, который заранее знает, что получит желаемое.

– Конечно, занят, – сказал он. – Встречей с моим представителем.

Гарри ничего не ответил.

Я тоже молчала, хотя внутри меня все буквально кричало от возмущения и страха. Этот человек ворвался в наш офис с вооруженными людьми, угрожал моему начальнику и другу, а теперь вел себя так, словно обсуждал обычный деловой контракт. И, судя по всему, никто не собирался ему возражать.

Мужчина снова посмотрел на меня.

Я не успела отвести глаза, и наши взгляды встретились. В его темных глазах было что-то неприятно цепляющее, словно он видел во мне не просто испуганную женщину, оказавшуюся не в том месте и не в то время. Он смотрел с каким-то необъяснимым интересом, от которого у меня одновременно холодело внутри и становилось жарко.

Я заставила себя не опускать голову. Мне было страшно, но я не собиралась показывать это человеку, который, судя по всему, считал страх вполне приемлемым инструментом управления окружающими.

– До встречи, мистер Хаддард, – произнес он, поднимаясь с кресла.

Затем, не сказав больше ни слова, направился к выходу. Двое охранников последовали за ним, а третий наклонился над раненым, помогая ему подняться. Мужчина на полу с трудом удерживал равновесие, но, несмотря на боль, не издал ни звука. Они покинули кабинет, оставив после себя запах пороха, кровь на полу и отверстие в стене, которое еще несколько минут назад было совершенно незаметным.

Дверь закрылась.

И только тогда я поняла, что все это время практически не дышала.

Я медленно опустила руку, которой все это время закрывала рот, и посмотрела на Гарри. Он стоял возле стола, опустив плечи, и казался совершенно другим человеком. Его лицо было мертвенно-бледным, а в глазах застыло выражение, которое я прежде видела лишь у людей, переживших что-то по-настоящему страшное.

– Гарри… – мой голос прозвучал непривычно тихо. Я прокашлялась и попыталась заговорить увереннее: – Что это, черт возьми, было?

Он не ответил.

– Гарри, в тебя только что стреляли! – Я поднялась со стула, чувствуя, как подкашиваются ноги. – И в твоем кабинете лежал человек с простреленной ногой. Ты вообще понимаешь, что произошло?

– Понимаю, Алекс.

– Тогда нам нужно вызвать полицию.

При этих словах Гарри резко поднял голову. Его глаза расширились, а на лице появилось такое выражение, словно я предложила ему добровольно прыгнуть с крыши здания.

– Нет.

– Что значит «нет»? Гарри, это вооруженное нападение! Они ворвались в закрытый бизнес-центр, угрожали нам, стреляли! Мы должны сообщить об этом.

– Алекс, замолчи.

Я нахмурилась, не веря собственным ушам.

– Ты сейчас серьезно?

– Абсолютно. Никакой полиции.

– Но…

– Я сказал, никакой полиции! – Он ударил ладонью по столу, заставив меня вздрогнуть. Затем, словно осознав, что сорвался на мне, провел руками по лицу и заговорил уже тише: – Послушай. Ты не понимаешь, с кем мы столкнулись.

– Так объясни мне!

Гарри посмотрел на дверь, за которой исчезли незваные гости, и нервно сглотнул. Он выглядел настолько подавленным, что мне стало его жаль, хотя я по-прежнему считала его отказ обращаться в полицию совершенно безумным.

– Этот человек смог пройти сюда, – произнес он, указывая на дверь. – На закрытую территорию. Мимо охраны. Мимо всех проверок. Он вошел в мой кабинет с четырьмя вооруженными людьми, и никто даже не попытался его остановить. Ты думаешь, полиция сможет нам помочь?

– Именно для этого она и существует.

– Нет, Алекс. Не в этом случае.

Я замолчала, пытаясь осмыслить его слова. В голове роились десятки вопросов, но ни один из них не складывался в понятную картину. Кто был этот мужчина? Что за Шилды? Почему Гарри так испугался? И самое главное – каким образом обычная логистическая компания оказалась связана с людьми, которые стреляют друг в друга посреди офисных кабинетов?

– Гарри, – осторожно произнесла я, – ты ведь не собираешься действительно работать с ним?

Он отвел взгляд. И этого оказалось достаточно, чтобы мое сердце неприятно сжалось.

– Завтра придет его помощник, – сказал он. – Мы поговорим.

– Но ты же отказался!

– Алекс, пожалуйста. Не сейчас.

В его голосе прозвучала такая усталость, что я не стала продолжать. Возможно, он действительно знал больше, чем мог рассказать. Возможно, ему требовалось время, чтобы разобраться в ситуации. Я не понимала, что происходит, и от этого чувствовала себя беспомощной.

Наконец Гарри подошел к бару, стоявшему в углу кабинета, и налил себе стакан виски. Его рука заметно дрожала, отчего янтарная жидкость плеснула на столешницу.

Я смотрела на него и пыталась привыкнуть к мысли, что мой друг, с которым мы когда-то вместе готовились к университетским экзаменам, теперь оказался втянут в нечто настолько опасное.

– Мне нужно домой, – произнесла я.

Гарри не возразил. Он даже не поднял головы, когда я собрала документы, убрала ноутбук в сумку и направилась к двери, идя вдоль дорожки из капель крови.

Из приемной было слышно и видно тихий и пустой основной офис. Сотрудники давно разошлись, оставив после себя пустые рабочие места, выключенные мониторы и чашки с недопитым кофе. Я остановилась возле своего стола, пытаясь найти телефон, который, как выяснилось, все это время лежал в сумке.

Мои пальцы дрожали так сильно, что я едва могла разблокировать экран.

Я посмотрела на время. Почти десять вечера.

В обычный день я бы раздраженно вздохнула, заказала такси и по дороге домой подумала о том, что завтра придется снова вставать рано. Но сегодня все было иначе. Сегодня я не могла избавиться от ощущения, что привычная, размеренная жизнь, которую я так старательно выстраивала, внезапно превратилась в нечто совершенно непредсказуемое.

Я работала в крупной логистической компании, получала хорошую зарплату, имела собственную квартиру, любила свою работу и могла позволить себе небольшие удовольствия вроде дорогого кофе по утрам или покупки новой пары туфель. Моя жизнь была достаточно спокойной, если не считать бесконечных отчетов и периодических нервных срывов Гарри. И я совершенно не собиралась менять ее на существование среди вооруженных людей, угроз и криминальных разборок.

Пожалуй, мне стоило задуматься о поиске другой работы. Но эта мысль казалась одновременно разумной и пугающей. Я слишком хорошо знала Гарри, чтобы просто бросить его в сложной ситуации. Мы дружили чуть больше десяти лет, и даже сейчас, когда он вел себя странно и явно что-то скрывал, я не могла представить, что оставлю его одного.

Я вышла из бизнес-центра, и прохладный апрельский воздух ударил в лицо. На парковке горели фонари, освещая мокрый асфальт, а вдалеке слышался шум проезжающих машин. Я обхватила себя руками, пытаясь согреться, и направилась к стоянке такси.

Всю дорогу домой я смотрела в окно, наблюдая за мелькающими огнями города. Перед глазами снова и снова возникал незнакомец с черными глазами, его спокойная улыбка и пистолет, который он достал с такой легкостью, словно собирался подписать очередной документ.

Я вспомнила, как он посмотрел на меня после выстрела, и невольно поежилась.

В этом взгляде было что-то странное. Что-то, чего я не могла объяснить.

Но одно я знала совершенно точно: завтра в десять утра в офис придет его помощник, и после этого наша жизнь уже никогда не будет прежней.

Глава 2. Десять утра

Я приехала в офис в половине восьмого, хотя мой рабочий день официально начинался в девять. Ночь оказалась на редкость беспокойной: я несколько раз просыпалась от собственных мыслей, подолгу лежала в темноте, пытаясь убедить себя, что вчерашнее происшествие не имеет ко мне никакого отношения. В конце концов, я всего лишь ассистент генерального директора. Я не принимала участия в сомнительных сделках, не перевозила запрещенные грузы и не имела ни малейшего желания знакомиться с людьми, которые решали свои проблемы при помощи оружия.

Однако, как бы я ни старалась успокоиться, воспоминания о вчерашнем вечере возвращались с пугающей настойчивостью. Стоило мне закрыть глаза, как я снова слышала выстрел, видела кровь на светлом полу и вспоминала лицо Гарри, на котором застыло выражение человека, внезапно осознавшего, что его жизнь больше ему не принадлежит.

Я припарковала автомобиль на своем обычном месте, выключила двигатель и несколько минут сидела неподвижно, глядя на здание бизнес-центра. Утренний город выглядел совершенно безмятежным. Сотрудники спешили к входу, кто-то разговаривал по телефону, кто-то держал в руках стаканчик кофе, а возле соседнего здания курьер разгружал коробки. Ничто в этой привычной картине не напоминало о том, что всего несколько часов назад в одном из офисов стреляли.

Собравшись с мыслями, я вышла из машины и направилась к лифтам.

Уже на этаже, открывая дверь приемной, я невольно замедлила шаг. Вчерашний вечер слишком прочно засел в моей голове, чтобы я могла просто войти в офис и вести себя так, будто ничего не случилось. В приемной было тихо. На моем столе лежали ежедневник, несколько папок и оставленная накануне чашка, которую я, разумеется, забыла убрать. Все выглядело привычно, за исключением одного обстоятельства: дверь кабинета Гарри была закрыта, а из-под нее пробивалась полоска света.

Я нахмурилась.

Он уже приехал?

Поставив сумку на стол, я сняла пальто и подошла к двери его кабинета. Осторожно толкнув ее, я заглянула внутрь.

Гарри сидел за рабочим столом, склонившись над ноутбуком. На нем была белая рубашка, темно-синий галстук и серый костюм, который я видела на нем вчера утром. Его волосы выглядели аккуратно уложенными, а на столе стояла чашка кофе. Если бы не нездоровая бледность лица и темные круги под глазами, можно было бы решить, что он просто решил начать день пораньше.

– Доброе утро, – произнесла я, переступая порог.

Он поднял голову, и на его лице появилось нечто похожее на облегчение, которое, впрочем, почти сразу сменилось привычной деловой маской.

– Доброе, Алекс.

Я вошла в кабинет, стараясь не демонстрировать, насколько внимательно осматриваю помещение. Вчера здесь находился раненый человек, на полу была кровь, а в стене зияло пулевое отверстие. Сегодня же все выглядело так, словно ничего не произошло. Пол был чистым, на месте повреждения висела картина в темной деревянной раме, а на столе не осталось ни единого следа вчерашнего беспорядка.

Меня передернуло от этой мысли.

Кто-то успел убрать кровь. Кто-то заменил поврежденную часть стены или каким-то образом закрыл отверстие. И все это произошло за ночь.

– Ты рано, – заметил Гарри.

– Не спалось.

Я подошла к столу и положила перед ним папку с документами, которые собиралась проверить еще вчера.

– Гарри, нам нужно поговорить.

Он тяжело вздохнул, откинулся на спинку кресла и потер переносицу.

– Алекс, только не начинай.

– Я еще ничего не сказала.

– Но я уже знаю, что ты собираешься сказать.

Я скрестила руки на груди, чувствуя, как раздражение постепенно вытесняет тревогу.

– Тогда ты прекрасно понимаешь, что я хочу обсудить вчерашнее нападение.

– Это не нападение.

Я несколько секунд молча смотрела на него, пытаясь понять, шутит ли он.

– Прости?

– Это были… деловые разногласия.

– Деловые разногласия? – переспросила я, не скрывая сарказма. – Гарри, один человек стрелял в тебя, а другой прострелил ему ногу. Если ты собираешься называть это деловыми разногласиями, то я боюсь представить, как ты описываешь настоящую перестрелку.