Волчата Ирлай

Волчата Ирлай

Глава 1 Заноза в заднице

КНИГА ВТОРАЯ

1

Лето 60 249-е от Закрытия Лунных Троп

Варди стоял, скрестив руки на груди, и смотрел в окно на разгорающийся закат. Солнце практически уже село за горизонт, и нежные розово-лиловые и слегка ярко-жёлтые оттенки неба сменились огненно-красными и оранжевыми цветами.

– Может, останешься до утра? – спросила девушка.

Её копна длинных, чёрных, словно вороново крыло, волос разметалась по плечам. Девушка привычным движением откинула волосы назад. Её маленькие обнажённые грудки задорно топорщились, заканчиваясь большими алыми сосками.

– Ты же знаешь, что я не могу, – Варди облокотился об оконный косяк. – Мне пора.

Мужчина развернулся и стал собирать с пола свою разбросанную одежду.

– Ты всё время прикрываешься детьми. Твоему старшему уже восемнадцать полных циклов, а младшей дочери – десять, – с горечью проговорила девушка.

– Не начинай, Таля! – Варди завязывал шнур на штанах. – Я не изменю своего мнения!

– А если я скажу, что беременна? – Девушка встала, абсолютно не стесняясь своей наготы.

– Не прибегай к глупым уловкам! – хмыкнул он. – Я предохраняюсь, и ты это прекрасно знаешь! – Он надел рубаху, застегнул пуговицы. – Я с самого начала, когда выкупил тебя из борделя, сообщил, что мне нужна чистая женщина для физических потребностей. И за это я тебе плачу прилично, – он обулся. – Если тебя не устраивает это, я найду кого-то ещё, – жёстко проговорил он, застёгивая поясной ремень с пристёгнутыми к нему ножнами.

– Подожди! Меня всё устраивает! – затараторила Таля, накидывая халат на плечи.

Ей не хотелось терять щедрого покровителя, навещавшего её раз в седмицу, и вернуться обратно в бордель. Таля привыкла жить красиво и не особо напрягаясь. Она мечтала женить Варди на себе, тем самым обеспечив себе безбедное существование.

– Тогда не пойму, к чему весь этот разговор? – Варди посмотрел на девушку. – Думаю, ты привязалась ко мне. Это надо прекратить.

– Тебе нисколько меня не жалко? – всхлипнула она, пытаясь надавить на жалость.

– Мне было тебя жалко, когда я тебя увидел в борделе, – напомнил мужчина ей о неприглядном прошлом. – Я тебя выкупил. Сейчас ты вольна идти куда хочешь. За комнату оплачено на пару циклов вперёд. Можешь найти себе покровителя.

Он вышел на улицу и вдохнул свежий воздух полной грудью. Теплый ветерок приятно щекотал лицо.

2

– Стоять! – рыкнул Бери, увидев крадущуюся младшую сестру мимо здания школьной кухни и амбара. – Что на этот раз, Тай? М?

Девочка замерла, вжав голову в плечи.

– Выкладывай, – Бери подошёл к Тайре.

Малышка задрала голову кверху и, выдержав взгляд старшего брата, отрицательно покачала головой.

– А если правду?

– Я ничего не делала! – пискнула она.

– Прямо так и ничего? – Бери ласково потрепал её по огненной макушке. – Давай, Рыжик, выкладывай! Я должен знать, из какой очередной передряги вытаскивать твою неугомонную жопу!

– О чём речь? – Рун мягко приземлился, спрыгнув с крыши одноэтажного строения школьной кухни.

– Опять таскал сушеные яблоки с крыши амбара? – одновременно спросили братья Тай и Бери, видя характерное оттопыривание его рубахи.

– Я первый спросил! – широко ухмыльнулся Рун.

– Тай опять напакостила Шонгу и скрывалась с места преступления, – ответил за сестру Бери.

Об их взаимной нелюбви можно было сложить уже не одну поэму. Сколько братья себя помнили, Тайра и Шонгкор всё время враждовали.

Единственное время, когда они забыли о драках, – похороны Ирлай. В остальное время вся округа стояла на ушах. Иногда они объединялись и уже втроём – Рун, Тай и Шонг – совершали какую-нибудь проказу.

К моменту поступления их в школу во дворе дома Ак Бери уже практически не росла крапива. У Волка и Кадзэ разговор был коротким: сначала все трое получали крапивой по заду, а потом уже выясняли, кто прав, а кто нет.

Варди старался как мог, растил детей один без жены. Но если спокойный и рассудительный Айу ему практически не доставлял хлопот, то Тай – больная заноза у всего семейства – порою сводила отца с ума.

– Когда же вы прекратите враждовать, Тай? – покачал головой Рун. – Иногда ваши шалости переходят все возможные границы.

– Когда рак на горе свиснет! – фыркнула младшая сестра.

– Мне его попросить? – приподнял правую бровь старший брат.

– Не надо, Айу! – испугалась Тай.

Бери уже десять полных циклов носил это прозвище. И не зря. Он, как и отец, мог общаться с любым зверем. Но в отличие от Варди, Айу общался с ними не только мыслеобразами.

– Не буду, если скажешь правду.

Тайра жестом попросила Бери наклониться и что-то быстро зашептала ему на ухо.

– Пи*дец, – провёл ладонью по лицу Бери. – Тай, это уже перешло все рамки!

– Что она натворила? – допытывался Рун.

– Походу лишила Арна внуков, – Бери вдохнул и выдохнул. – Насыпала Шонгу перца в портки.

Рун присвистнул.

– Ладно. Пойдём ко мне в комнату, – Бери слегка подтолкнул Тайру вперёд.

3

– Варди! – услышал Поисковик зов Кадзэ. – Тебе лучше побыстрее вернуться в школу.

– Кто? – Варди был не многословен.

– Тай! – устало проговорил Кадзэ. – Подробности узнаешь на месте.

– Да е****ь оно всё через колено! – выругался мужчина, запрыгивая на коня и, сдавив ему ногами бока, рванул в галоп.

Вести ожидали его совсем не радостные.

– Какие последствия? – устало спросил Варди у лекаря, ожидая худшего. Тайра действовала всегда с размахом.

– Серьёзные последствия уже устранили. Мальчик сможет пользоваться удом в дальнейшем. Вот только пару седмиц проведёт в лазарете, – ответил лекарь.

Варди присел на край стола и заорал. Перепуганный писарь заглянул к нему в кабинет.

– Всё в порядке! – успокоил парня мужчина. – Налей мне чего-нибудь успокоительного. Иначе мои нервы не выдержат.

– Сделаю, – писарь исчез в дверном проёме.

Варди мерил кабинет шагами, когда наконец ему на стол поставили полный кувшин с успокоительным отваром и огромную кружку. Варди хмыкнул, глянув на такой запас жидкости. А в принципе парень прав. Ему понадобится сегодня весь этот запас, если не больше.

Варди уже успокоился. Почти. Он сидел за письменным столом, подперев голову руками. Как же тяжело растить девочку. Как Ак Бери справлялся? – постоянно задавал себе вопрос отец неугомонной егозы.

Они зашли, как всегда, втроём. Бери, Тай и Рун. Встали напротив отца, плечо к плечу. Все трое упрямо вздёрнули подбородки.

– Ну и кто из вас, паразиты, додумался насыпать перца в портки Шонгкору? А? – Варди сверлил детей тяжёлым взглядом. Вопрос он задал для галочки, давно зная ответ на этот вопрос.

Братья молча задвинули младшую сестру за свою спину. Та испуганно выглядывала из-за спины Руна.

Варди встал и вышел из-за стола. Обогнул его и присел на край стола. Скрестил руки на груди и вперил тяжёлый взгляд в дочь. Выдержав паузу, продолжил:

– Когда ты уже угомонишься, Тайра? – желваки ходуном ходили на скулах Поисковика. Он был в бешенстве. – В этот раз ты перешла границы дозволенного! Поэтому, как он поправится, вы с ним на две седмицы встанете в двойку!

– Только не это! Я лучше буду коровам хвосты крутить, чем доверю этому поганцу свою спину!

Жёлтые глаза Тай сверкали. «Как же она похожа на мать!» – подумал в этот момент Варди.

4

Лето 60 244-е от Закрытия Лунных Троп

Тело Ирлай оставили в повозке. Неждана выла, сидя рядом у колеса. Варди потрепал волчицу по голове.

– Нам будет не хватать её, старушка, – печально проговорил мужчина.

Кадзэ увёл детей в дом, предоставив возможность взрослым подготовить тело к погребению. Варди тяжёлой поступью зашёл в дом. Нужно было найти красивую одежду для похорон.

Ак Бери прошёл и, усевшись на лавку под навес, уставился в одну точку на небе. Так он и просидел, не шевелясь, до самой зари.

Варди открыл сундук с вещами жены. Смотрел на них, перебирая руками и вдыхая запах. Её запах. Что ей выбрать?

Варди окинул комнату взглядом. На крюке у двери висел серый походный плащ жены. Мужчина встал. Собрал всю её одежду. Ирлай была Стражем и будет похоронена как Страж. Выйдя во двор, он отнёс её вещи к повозке. Перекинул их через борт. Затем, взяв два ведра, отправился к ручью. Вернувшись, мужчина снял одежду с тела женщины. Осторожно перевернул его на живот и обмыл её исколотую ножами спину. Смыв кровь со спины, мужчина продолжил омовение.

– Они уснули, – Кадзэ принёс доски, чтобы переложить на них тело. – Зачем ты моешь её? – спросил он.

– Не хочу, чтоб дети запомнили её такой.

– Ну что ж, достойное решение, – Кадзэ смахнул рукой слезу. – Гримхильд приедет на рассвете. Она предчувствовала это и спешила, как могла.

– Как Ак Бери? – Варди посмотрел в сторону навеса, где неподвижно сидел Белый Волк.

– Молчит.

– Иди к нему, – попросил Варди. – Волку сейчас тяжело, как никогда. Ему придётся снова завтра хоронить своего ребёнка.

Закончив омовение, Варди одел жену в её последний путь. Собрав носилки из досок, мужчина положил на них тело. Вложил в руки жены её любимую батыйю. Затем пошёл в дом и, переодевшись, разбудил детей. Он хотел дать им время проститься с матерью.

С первыми лучами солнца на взмыленной лошади прискакала Гримхильд. Она подбежала сначала к внукам. Обняла каждого. Затем направилась к Волку. Кадзэ сидел рядом с сыном. Оба молчали.

– Вставай, Ак Бери! – зарычала Гримхильд. – Не смей закрываться опять! Слышишь, старый пень! У тебя внуков целый выводок! Хочешь, чтобы их стервятники сожрали?!

– У них есть отец, – устало ответил ей Белый Волк.

– Много ли с него толку? – Гримхильд фыркнула. – Вставай, Волчара! Покажи клыки! – жрица Великого Змея уперла руки в бока. – Или хочешь, чтобы твоих волчат перебили поочереди! Пока ты сидишь, засунув башку в песок, твоим внукам угрожает опасность! Хотя! – Гримхильд снова фыркнула. – Нам всем больно! Мы все её потеряли!

Ак Бери посмотрел на жену.

– Она добралась до места! – произнёс он. – Там достойная семья! У Ирлай теперь новый путь! – Ак Бери вздохнул. – Ты права! Детям угрожает опасность. – Ак Бери встал. – Сообщу весть Варди. Может, так ему станет легче.

Костёр собрали на поляне перед воротами. Когда к нему несли носилки, показался одинокий всадник.

– Кого ещё принесло? – спросила Гримхильд.

– Арн, – произнёс Янар, вглядываясь во всадника.

Бери держал на руках плачущую Тайру. Рун и Шонг прижимались к пожилой женщине.

Хмурый Арн спрыгнул с коня. Перевёл взгляд на погребальный костёр.

– Как? – тихо проговорил он.

– Закрыла собой малых, – ответил ему младший сын Кылыша.

Воевода подошёл к Варди и, положив ему руку на плечо, ободряюще сжал.

– Не такой представлял сегодня встречу! – Арн вздохнул. – Не такой. Уже знаешь, кто?

– Пока не до того! – Варди взглянул на детей.

Поисковик подошёл к старшему сыну и забрал у него с рук дочь.

– Пойдёмте, дети. Пора попрощаться с мамой, – Варди шагнул к костровищу.

Ак Бери зажёг факел и поджёг ветки с четырёх сторон.

5

Лето 60 249-е от Закрытия Лунных Троп

– Только не это! Я лучше буду коровам хвосты крутить, чем доверю этому поганцу свою спину!

– Вот поэтому ты и встанешь с ним в двойку, – отрезал отец. – И это не обсуждается.

– Но папа! – Тай топнула ногой.

– Дедам скажу! – пошёл на шантаж Варди.

– Не надо! – Тайра замотала головой. – Они меня тогда в лес не возьмут вместе с Руном.

– Может, не надо так сурово с ней, пап? – Бери, как всегда, выступал миротворцем между отцом и младшими отпрысками.

– Надо, Айу! Надо! – Варди вновь наполнил кружку успокаивающим отваром. – Ты хоть понимаешь, дочь, насколько всё серьёзно! – Варди сделал большой глоток из кружки. – После твоей выходки он мог навсегда остаться калекой! И как бы я потом смотрел своему другу в глаза? А?

– Прости, пап!

– «Прости, пап»! – передразнил её отец. – Извиняться ты будешь перед Шонгом. Публично!

– Но…

– Хватит! Марш отсюда! – рыкнул Варди. – Бери, останься, пожалуйста.

«Она такая же упрямая, как Ирлай», – подумал Поисковик, чувствуя, как гнев тает в усталости.

Тайра и Рун стремглав убежали. Как только за ними захлопнулась дверь, Варди указал на кресло, которое стояло напротив стола.

– Присаживайся, сын, – устало произнёс отец.

Бери последовал его предложению.

– Слушаю тебя, пап.

Айу, усаживаясь, отметил тёмные круги под глазами отца, ещё одна морщинка появилась у глаза со стороны шрама.

– Твои сны, – озвучил тему разговора Варди. – Как часто стали сниться?

Первый сон Бери, где звери его звали с собой, приснился ему на вторую седмицу после смерти матери. Второй – ровно полный цикл спустя. Чем старше становился Айу, тем чаще снились ему эти сны.

– Я не видел их уже несколько циклов, – честно ответил Бери.

– Если снова вернутся, скажи мне! Я говорил с Кадзэ. Он обещал подумать.

– Почему дед со мной не поговорил? – удивился Бери.

– Не знаю. Спроси у него сам, – Варди вздохнул. – Через седмицу ты поедешь домой. Кадзэ собирается вновь продолжить твоё обучение. Видимо, в нём и кроется ответ на твои вопросы.

– Кто вместо меня будет приглядывать за балбесами? – Бери протянул руку за кружкой, что стояла на столе.

– Скажи честно, сын, – Варди сложил пальцы домиком перед собой. – Кто из них нассал в медовуху повару?

– Ты же знаешь, что я не скажу! – Бери хмыкнул, отпивая из кружки. – Зато теперь наш повар больше не пьёт.

– Твоя правда.

– Тай всё больше похожа на маму, – Бери вздохнул. – Чем старше, тем больше.

– Я вижу, сын, – Варди сжал кружку так, что пальцы побелели.

– Как ты справляешься? – Айу почесал кадык.

– Она моя дочь, – Варди развёл руками.

6

– Шибче! Шибче пригибайтесь, с*чье вымя! – рычал их учитель по воинской подготовке. – Ваша мать швыряла над нашими бошками топоры. И не многие доползали до конца поля.

– Видимо, наша мать и ему тором башку повредила, – сквозь зубы рычала Тайра.

– Я всё слышу, Тайра! – крикнул преподаватель. – Её наука спасла многим жизнь.

– Ага. А теперь он отыгрывается на её детях, – прошипел Рун.

– А ну повтори, щенок! – рявкнул мужчина.

– Я говорю: спасибо за науку, уважаемый Роско! Я её буду помнить, во век не забуду! – Рун полз по-пластунски.

– Молодец, Тайра! Твой хребет – отличная мишень для врага! – Роско заржал. – Вот Шонг ползёт словно змея! А ты, поганка, пусть Боги просят, вывела мальца из строя самым гнусным образом.

– Я ему отомщу! – шипела Тайра, пригибаясь ниже к земле.

Роско, бывший воин из сотни Ирлай, её бывший дядька*, и дядька Янара и Шонга, взялся лично подготавливать детей своего бывшего командира так, чтобы они могли выжить в любом месте и при любых условиях. Старая школа выживания преподавалась только будущим Стражам.

Ак Бери хорошо обучил внуков всему, что знал. Оставалось только оттачивать полученные ими навыки. Остальных учеников обучали воины, подобранные Сакашем.

Эрт, Бери и Янар являлись гордостью школы. Ученики выпускного класса. Им осталось доучиться последний полный цикл.

– Поднялись и побежали вперёд! – Роско вновь отдал команду. – Быстрее! Земляные черви и то шибче скачут, чем вы!

Пробежав десять кругов по стадиону, дети упали без сил.

– Вот вырасту и откручу ему башку, – мечтательно проговорила Тайра.

– Чур я первый! – простонал Рун.

– Ну что, отдохнули? – рявкнул учитель. – Теперь взяли в руки топоры и пошли к мишеням!

До самого обеда дети бегали, прыгали, метали всё, что можно метнуть. Добежав до школьной столовой, построенной по казарменному принципу военного гарнизона, сорванцы успели последними встать в очередь за едой.

Сев за свободный стол, Тайра и Рун застучали ложками.

– Вкуснотища! – Тайра облизала ложку.

– Ага! – подтвердил её брат. – Я забегал к Шонгу. Он очень зол на тебя.

– Пусть злится, – Тайра пожала плечами. – Хоть лопнет от злости.

– А может, ты в него влюблена? – спросил Рун, отхлёбывая компот из яблок.

– Вот ещё! – фыркнула Тайра. – Велика важность! Он гордец! А я гордецов не люблю. «У нас в замке было то! У нас в замке было это!» – передразнила она Шонга. – Тьфу. Ну было и было. Сейчас по-другому. Не понимаю.

– И не нужно, – Рун решил сменить тему. – Ты с ба давно общалась?

– Седмицы три назад. А что?

– Она не говорила, когда приедет? – поинтересовался Рун.

– Не сказала. Видать, деда нервировать не хочет, – хихикнула девочка.

7

– Ну как они? – спросил Варди у Роско, присаживаясь рядом с ветераном на уличную лавку. Дети только что убежали обедать.

– Есть толк, командир! – ответил директору школы довольный своими учениками бывший вояка. – Они настоящие волчата! Ещё сопляки, но уже с зубами! Все в покойную матушку. Особенно старшой ваш!

– Ты о чём? Ничего такого я за ним не наблюдал, – удивился Варди.

– Не скажи, командир! – Роско крутанул пышный ус. – Видел я, как он боевой топор держит! И как двигается, перетекая с одного положения в другое. Просто песня! Так только она могла. Другой никто не мог повторить. Даже ты, командир, при всём моём уважении к тебе! – Глаза старого ветерана светились восторгом. – Девчушка ваша, придет время, так же, как и маменька, батыйю выберет. Помяните моё слово.

– А Рун? Что скажешь о нём? – решил узнать Варди.

– А ему оружие и не нужно. Он сам смерть ходячая, – крякнул Роско.

– Он же целитель?

– Целитель, да не совсем! – загадочно ответил ветеран, посмеиваясь. – Рун может любой предмет оружием сделать: хоть меч, хоть хлебный мякиш. Его словно Бог Смерти взял под своё крыло.

Сам того не подозревая, Роско озвучил правду, которую скрывала ото всех семья мальчика.

– Интересные выводы сделал ты, друг мой! – Варди поднялся с лавки. – Пойду я. Вечером забредай на огонёк, байки потравим.

– Всё непременно, командир! – пообещал другу Роско. – Всё непременно.

*Дядька – нянька, телохранитель.

Варди. Отец беспокойного семейства

Арн

Кадзэ

Гримхильд

Ак Бери – Белый Волк

Роско

Бери – Айу

Глава 2 Красота и выдумки

1

Зеленые Холмы расстроились. После открытия двух корпусов школы недалеко от поселка в эту местность стали стекаться люди. Особое положение этого образовательного учреждения вызвало у родовитых родителей ажиотаж. Слыханное ли дело, сам Владыка заинтересовался этой школой. Она имела два корпуса. Гражданский, который находился на попечительстве столичного казначейства и был подконтролен Государственному совету. И воинский, номинально возглавляемый главой разведки и контрразведки – Сакашем, фактически это была вотчина Стражей.

Корпуса располагались с противоположных сторон поселка, на удалении половины дня конного пути. За прошедшее время Холмы увеличились в размерах в разы. Построили из камня: пару постоялых дворов с трактирами недалеко от школы, несколько торговых и аптекарских лавок, ратушу, пекарни, бордель.

Поисковик со дня открытия школы занимал пост директора. Кадзэ и Ак Бери, хоть и основали её, но по-прежнему продолжали жить в доме Волка. В «Убежище», как назвали внуки этот дом.

Белый Волк отправился в Перевалов Град. В окрестностях города охотники случайно нашли сокрытое свежее капище мертвых богов. И теперь ему предстояло провести расследование и поимку их приспешников.

2

Лес менял наряд с зеленого на золотистый. Ночью наступали холода, днём солнце ещё продолжало делиться своим теплом. Кадзэ возвращался домой. Рысь медленно брела рядом. В последнее время такие вылазки давались ей всё труднее. Старая четвероногая нянька старшего внука уже плохо слышала и совсем не охотилась. Кадзэ остановился.

– Выходи, выходи, хитрюга. Я знаю, что ты уже давно идешь за нами. – Старик улыбнулся, от чего морщины на его лице обозначились сильнее.

Осторожно ступая по опавшей листве, медведь неспеша подошел к человеку. Обнюхал его. Фыркнул. Рысь никак не отреагировала на появление старого знакомого.

– Здравствуй, Хозяин. – Старик поздоровался с медведем. – Зайдешь в гости или просто мимо проходишь?

Медведь, совсем уже белый от седины в шерсти, продолжал смотреть на человека. Если бы не старики, подкармливавшие его перед спячкой каждый полный цикл, то он едва ли дожил бы до этого возраста, пережив своих соплеменников почти вдвое. Старый, почти беззубый, но все такой же могучий хранитель этого участка леса втянул воздух черными ноздрями. Издал тихое пофыркивание, приветствуя сына Бога Смерти.

Старик присел на поваленное бревно, достал из торбы горсть малины, насыпал ее рядом.

– Угощайся. Хотя ты сытый уже. – Кадзэ улыбнулся.

Медведь фыркнул и улегся у ног человека. Кадзэ погладил его огромную мохнатую башку.

– Сколько зим, Хозяин, мы с тобой встретили, – Кадзэ улыбнулся, вспоминая былое. Он отсыпал медведю ещё малины.

Посидев немного на поваленном дереве рядом с мохнатым знакомцем, старик поднялся и пошел неспеша домой; рысь заковыляла следом. Чужака старик почуял издалека.

Осторожно сняв с плеч торбу и поставив её на землю, и сделав жест рыси ждать его тут, он расстегнул поясной ремень с тяжелой массивной пряжкой. Обернув легкий конец ремня вокруг ладони, двинулся скользящим движением к чужаку. Когда до незнакомца оставалось несколько шагов, Кадзэ присмотрелся и остановился, опустив руку с ремнем вниз.

– Владыка. – Выдохнул Кадзэ.

3

– Я Тайра, Дочь Варди из Клана Полярных Лис, – ноздри девочки раздувались от злости, – перед всеми здесь присутствующими приношу свои извинения за причинение вреда здоровью Шонгкору, сыну Арна. Я осознала своё неподобающее поведение! – Тайра посмотрела на отца. Тот кивнул, и девочка продолжила:

– Обещаю впредь не поступать подобным образом.

– Я Шонгкор, сын Арна, принимаю твои извинения, Тайра, дочь Варди. – Ответил Шонг.

Два непримиримых врага смотрели друг на друга. Еще немного – и у обоих пойдет пар из ноздрей.

Поисковик пожалел дочь, и извиняться той пришлось перед сыном Арна в его кабинете, а не перед всей школой.

– Надеюсь, Тайра, ты поняла, в чем твоя вина. – Мужчина устало вздохнул. – Шонг, можешь идти к себе. А ты, дочь, задержись. – Варди потер переносицу. – Нужна твоя помощь.

Тай забралась в кресло, стоящее перед столом отца, с ногами.

– Тайра! – Родитель укоризненно на неё посмотрел.

Девочка спустила ноги вниз. Выпрямила спину.

– Не скоморошничай. – Отец пододвинул ей стопку пергаментов. – Вот.

– Что это? – Удивилась девочка.

– Нужно эти записи разложить по порядку по датам и сшить. Мой писарь потребовался в гражданском корпусе. Справишься?

– Угу. – Тайра кивнула.

– И, Тай. – Варди сделал многозначительную паузу. – Про Шонга я не шутил.

Ночные Стражи осветили небосвод, когда Тай закончила разбирать пергаменты. Слюдяные лампы освещали комнату, отбрасывая причудливые тени. Она посмотрела на отца, который стоял и задумчиво смотрел в окно, разглядывая вечернее небо.

Отец каждый вечер смотрел в окно с того самого дня, как умерла мама. Тай смутно помнила, как она выглядела. Все её воспоминания о матери сложились в основном из рассказов старших братьев. Ей было интересно, что же там такое на небосводе пытается разглядеть отец? Она спрашивала, но тот отшучивался.