Всадники Смерти

− Да без нас ты не то что до бара, ты даже до блокпоста в Ростоке не доковыляешь, − добавил Лось. − Это ведь Дикие Территории, нейтральная полоса. И наемники там бывают, и сталкеров всех мастей до кучи. Если что, не дай бог, патронов у тебя не хватит отбиться.

Дронов стиснул зубы.

− Услуга за услугу, значит?

−А как ты думал? Мы просто так и пальцем не шевельнем, − кивнул Лось. − Потому что смысла нам нет, башкой рисковать и без бонусов по Зоне таскаться.

Лицо лейтенанта побелело. То ли от ярости, то ли от бессилия и осознания того факта, что оба сталкера оказались правы. Невозможно колесить вокруг в поисках виновника сегодняшней драки. А кроме этих двух оборванцев, которых никто из миротворцев и за людей-то толком не считал, помочь было больше некому.

− Так что, решай, начальник, − сказал Кукольник и посмотрел куда-то в сторону видневшегося слева перелеска. − Тока быстрей решай. Часа через четыре темнеть начнет. А ночью в Зоне я не ходок. И Лось тоже.

Взгляд Дронова метнулся на Охлопко, но прапорщик лишь пожал плечами, мол, ты здесь начальство, лейтенант, тебе виднее. Поколебавшись еще пару мгновений, Дронов кивнул.

− Ладно, поехали, − он сурово посмотрел на прапорщика. − Если что-нибудь пойдет не так, ну, ты знаешь...

Охлопко ответил еле заметным кивком головы. Кукольник засмеялся.

− Не ссы ты, начальник. Все будет пучком. Вот увидишь.

− Надеюсь, − отозвался Дронов и быстро зашагал к своей машине.

Росток. Дикие Территории

− Охренеть можно, − сказал Воронин и потянулся за сигаретой. − Я много чего видел в Зоне, но, чтобы вояки − вот так вот пришли ко мне и просили помочь... Ну, не знаю...Это как трахнуть самку кровососа...

Дронов и оба сталкера сидели в кабинете командира «Долга», наблюдая, как он неторопливо достает сигарету и закуривает. Только здесь, несмотря на всю свою гордость, лейтенант вынужден был признать правоту слов Кукольника. Сами миротворцы никогда не прошли бы блокпост долговцев, а уж о том, чтобы встретиться с их генералом и речи не шло: Воронина охраняли лучше, чем любого президента. По пути сюда Дронов видел много разных сталкеров, и все глядели на военных с явным неодобрением. Если бы не присутствие Кукольника и его товарища, дело наверняка обернулось бы перестрелкой.

Охлопко и остальных долговцы отвели подальше, дабы не привлекать любопытных, ведь весть о вояках, появившихся на базе «Долга», давно расползлась по всему городу. А поскольку долговцы полностью контролировали только восточную часть Ростока, ссоры с другими соседями им были ни к чему. Конечно, заводские комплексы были хорошим оборонительным рубежом, но все это сводилось на нет многочисленностью оппонентов, если бы они всерьез решили, что миротворцам здесь не рады. А личные счеты с военными имелись у подавляющего большинства присутствующих в Ростоке сталкеров.

И тоже самое, как успел понять Дронов, было бы с ними и на Свалке.

Только там за порядком никто не присматривал...

− С другой стороны, − произнес Воронин, блаженно затягиваясь сигаретой, − раз ситуация того требует, почему бы и не помочь? В конце концов, мы же все тут одно дело делаем, верно?

Кукольник поспешно закивал, и украдкой ткнул лейтенанта локтем в бок, мол, соглашайся, дурень, не спорь с генералом долговцев. Самому Дронову было как-то не по себе, лгать он не любил, но сейчас иного выхода не оставалось. Пришлось заранее сочинить легенду о пропавшем в Зоне ребенке, найти которого мог исключительно один сталкер Фален. Местонахождение последнего Воронин пообещал выяснить.

− Нам бы побыстрее только, − сказал Лось. − Мальчишка в Зоне пропадет.

− Да, пропадет, − согласился Воронин, взглянув на бледного лейтенанта. − А этот патлатый, которого я видел, выходит, его брат?

− Он самый, − ответил за Дронова Кукольник.

Воронин вздохнул.

− Будем считать, что повезло вам, мужики, − сказал он после небольшой паузы. − Лесник с утра здесь. На базу одного раненого из моих ребят приволок. Так что сейчас наверняка в баре сидит.

− Вот это, правда, повезло, так повезло, − улыбнулся Кукольник.

Но Воронин сурово глянул на него, и улыбка мигом испарилась с лица сталкера.

− Ты особо не танцуй, − голос генерала прозвучал холодно и совсем недружелюбно. − С Лесником осторожно говорить надо, он Фалена, вроде как, за сына считает. Если подумает, что-то плохое, лесом вас всех и пошлет. И не вздумайте на него давить. Он у нас здесь в особом почете, одно его слово и сталкеры вас всех на ленточки пустят.

− Это мы знаем, − кивнул Лось.

− Хорошо, что знаете. Я вам двух провожатых дам, чтобы лишних вопросов не возникало. И машинки свои покамест у меня на базе оставите. А то уже и так весь Росток на уши подняли. Удержу не будет...

Бар «Сто рентген»

Провожатыми оказались двое ветеранов, один с косым шрамом через все лицо, словно бы его голову кто-то попытался разрубить пополам, и суровый длинноволосый блондин, с холодными голубыми глазами и нашивками сержанта. Его звали Пепел, видимо, в шутку, из-за яркой белизны волос. У сталкерской братии, порой, бывает весьма своеобразное чувство юмора.

Когда они подошли к дверям бара, Пепел повернулся к гостям и назидательно нахмурил брови.

− Значит так, пацаны, − сказал он, окинув взглядом лица Дронова и прапорщика, − как войдем, не бузить, не выпендриваться и на разные дурацкие возгласы не отвечать. С Лесником я сам заговорю, вашего брата-миротворца он на дух не переваривает. И запомните, чем быстрее мы оттуда выйдем, тем меньше шансов нарваться на проблемы. Усекли?

Дронов и Охлопко молча закивали в ответ.

− Ладно, пошли.

Все, кто был в баре в этот день, без сомнения, будут еще долго вспоминать, как шумный зал мгновенно замер, едва там показались люди в форме миротворческого контингента. Взгляды сталкеров, удивленные, непонимающие, озадаченные и просто пылающие жуткой ненавистью, словно молнии впились в непрошенных гостей. Над столами повисла гробовая тишина. Дронов даже поежился, ощущая себя, будто вышел на Красную площадь нагишом. Хорошо еще, что в зале никто не имел права носить оружие. Одно неверное слово или движение, казалось, было способно спровоцировать такую бурю, что отсюда вынесли бы лишь ошметки пришедших миротворцев. И только теперь Дронов воочию убедился, насколько оказались правы два пленных сталкера, категорически возражавшие против заезда на Свалку. Никто из них не протянул бы там и пяти минут...

Подойдя к барной стойке, они увидели Бармена, замершего, словно статуя, с распростертыми от крайнего изумления руками.

− Мужики, вы, часом, берега не попутали? − сурово спросил он, глядя при этом на сержанта долговцев.

Пепел миролюбиво улыбнулся.

− Дело у нас. Не обессудь.

− Дело? − брови Бармена ласточками взлетели на лоб. − Это какое же такое дело может быть у «Долга» с ними?

При этих словах Бармен брезгливо кивнул в сторону миротворцев.

Сержант долговцев бегло окинул взглядом стойку бара и заметил сидевшего на самом дальнем краю сталкера в длинном потертом сером плаще. Даже при том, что в баре мгновенно стихло все, он и не думал поворачивать голову. Так и продолжал сидеть на высоком табурете с кружкой пива. Бармен проследил за взглядом сержанта и покачал головой.

− Лесник, это к тебе, что ли?

Услышав свое имя, сталкер соизволил-таки слегка повернуть голову. Длинная окладистая борода, выпростав из-за воротника, казалась взъерошенной.

− Что, Пепел, так с Резаком в напарниках и ходишь? − голос Лесника был немного глуховат, но почему-то слышался отчетливо и пробирал до костей. − Говори, чего хотел?

Сержант обернулся к своему товарищу со шрамом, которого, очевидно, звали Резаком, и кивнул на стоявших рядом миротворцев.

− Постой тут, с ними. Я сейчас.

Он отошел от остальных и направился к Леснику. Дронов посмотрел вслед, пытаясь как следует разглядеть легендарного сталкера, однако, тот даже не думал оборачиваться. Так и сидел, демонстрируя свою широкую спину в сером, изрядно потертом, плаще. Лишь кудрявые, коротко стриженные волосы, сверкавшие приличной сединой, и лежавшая на кружке массивная костистая рука говорили о том, что сталкер не предмет интерьера, а живой человек. Настолько незаметным и каменным казался Дронову весь облик Лесника.

Пепел подошел к нему и, остановившись, наклонился к уху. О чем они говорили, никто из миротворцев не слышал, и прапорщик с тревогой поглядывая по сторонам, негромко спросил:

− Товарищ лейтенант, что делать-то станем, если фишка не попрет?

− Не знаю пока, а что?

− Да я вот подумал...

В разговор быстро вмешался Лось, и недовольно буркнул:

− Да помолчите вы, блин. Сейчас все решится.

− Ты мне рот-то не затыкай, − Охлопко нахмурился и грозно сверкнул на сталкера хищной ухмылкой. − Не ты тут командир.

К ним обернулся Резак и одним суровым взглядом завершил назревавший спор. Все замолчали и стали ждать.

Минут через десять Пепел вернулся, и после этого в зале прервалась наступившая с приходом гостей тишина. Все как-то мгновенно потеряли интерес к стоявшим с провожатыми долговцами миротворцам, и зал понемногу начал погружаться в привычный гул. Сержант обменялся взглядом со своим напарником, тот тотчас отошел немного назад, и Пепел повернулся к лейтенанту.

− Так, порядок, − сказал он, посмотрев сперва на Дронова, а потом на Охлопко. − Лесник с вами поедет, дорогу покажет.

− С нами? − как-то немного озадаченно переспросил лейтенант.

− С вами.

− Мог бы просто на карте показать, − сказал Лось, потом быстро переглянулся с Кукольником. − Мы бы и сами отвели.

Дронов посмотрел на прапорщика. Еще один лишний сталкер это проблема. Но, с другой стороны, они точно найдут Фалена, а, значит, вскоре уберутся из Зоны ко всем чертям.

Видя какую-то определенную нерешительность военных, Пепел прищурился.

− Что-то не так? − спросил он, пытливо глянув в лицо Дронову.

Лейтенант поспешно улыбнулся.

− Нет, нет, все в порядке. Пусть с нами едет. Лишний ствол в Зоне не помешает, верно?

Охлопко в подтверждение этих слов энергично закивал головой. Долговцы переглянулись между собой, потом Пепел махнул ладонью.

− Ну, тогда топаем назад. Лесник через час будет.

− А здесь нельзя подождать? − спросил Дронов.

Сержант долговцев резко повернул голову и посмотрел на него, как на круглого идиота.

− Ты меня плохо слушал, да?

Дронов пожал плечами.

− Извини. Не подумал.

− А стоило бы. Все, двигаем.

***

Дронов сидел позади Лесника и с неохотой поглядывал на его широкую спину. Оба УАЗа ехали только ему одному известным маршрутом, петляя, как заяц, удирающий от волков. Лесник молчал, лишь изредка показывал водителю, куда нужно свернуть. От Ростока они поехали сперва на север, по грунтовой дороге, потом свернули на запад, выехав на вполне себе сносный асфальт шоссе. Несколько километров такого покрытия позволили увеличить скорость, однако, потом сталкер указал на юг. И они свернули на просеку, едва-едва продираясь среди редколесья.

Датчики аномалий молчали. Хотя, они вряд ли бы смогли заменить столь опытного проводника, каким являлся Лесник. Казалось, он заранее знал, что и где нужно обогнуть или объехать. Даже толком и на дорогу-то не смотрел. Просто давал указания водителю. Лейтенант мысленно выругал себя за то, что взял с собой так мало людей. Присутствие еще одного сталкера значительно осложнило выполнение приказа. Дронов понятия не имел, как отреагирует Лесник на то, что они собирались сделать. Но предполагал, что проблем с ним избежать не удастся. Впрочем, если дойдет до самого худшего, все равно ничего исправить уже будет нельзя.

По указанию Лесника они объехали небольшой, заросший густым кустарником холм, на отлогом склоне которого бесновалась средних размеров «электра». Машины выкатили на широкую грунтовую дорогу. Справа стоял покосившийся столб с указателем, на высеченном непогодой и временем проржавевшем куске железа едва читалась надпись: «Мартыново». Дронов увидел вдалеке крыши домов и полез было за своим планшетом, чтобы сверить координаты, как вдруг оба УАЗа резко остановились. Дорогу перекрывали два солидного размера дерева, поваленные один возле другого. Рядом была большая странного вида воронка. По краям она словно бы оплавилась. Осыпавшаяся куда-то вовнутрь земля затвердела, напоминая грязное стекло. Лесник обернулся к лейтенанту и сказал:

− Все, приехали. Дальше пешком.

Дронов вылез из машины, подав знак остальным. Вокруг не было ни души, только с легким поскрипыванием деревьев от ветра шумел лес. Лейтенант взглянул на машины. Оставить здесь хотя бы пару человек для охраны он не мог, в деревне ему были нужны все. Но и потерять транспорт и обратную часть пути топать своим ходом он тоже побаивался. Лесник с усмешкой покосился на него.

− Да не бойся ты за свое барахло, − сказал он, кивнув на УАЗы. − Никто его здесь не тронет.

− А мародеры тут есть? − спросил Дронов.

− Есть.

Лейтенант нервно вздрогнул.

− Где?

− Да вот там, − старик указал направо, в глубину леса. − Все четверо лежат.

Подошли остальные. Кукольник посмотрел в ту сторону, куда указывал Лесник, и тоже усмехнулся.

− А-а, вот, значит, где они упокоились, − сказал он. − Слышал я про этих четверых дуралеев.

− И что случилось? − спросил Охлопко.

− Был такой Парикмахер. Из бывших вольных сталкеров. Сколотил группу отморозков, по Зоне шарил, приличным пацанам житья не давал. Пока с Фаленом не столкнулся. И пропал. Вместе с тремя приятелями.

− Они к Фалену в гости хотели зайти, − добавил Лось. − Только он их не приглашал.

Лейтенант снова вздрогнул. Вся эта ситуация ему уже не нравилась, однако Дронов постарался совладать с собой и бодро махнул рукой.

− Ну, пошли.

В деревне оказалось около полусотни домов. В большинстве своем, обветшалые, с покосившимися заборами, с заросшими, неухоженными садами, они располагались по обе стороны от грунтовой дороги, и выглядели абсолютно безжизненными. Лесник уверенно шагал впереди, изредка поглядывая вокруг. Дронов, два сталкера, Охлопко, еще двое солдат и их незадачливый фотограф шли следом. В самом конце деревни Лесник свернул к стоявшему слева от дороги дому, из печной трубы которого струился едва заметный легкий дымок. Это был обычный деревенский дом, три окна по улице и пристроенная справа веранда. Дронов обратил внимание, что изгородь на палисаде была заменена стальными прутьями, а поверху забора из толстых посеревших досок хозяин дома протянул колючую проволоку. Заднюю часть фасада скрывал яблоневый сад, заросший настолько, что теперь напоминал непролазные джунгли. Создавалось впечатление, что это было сделано специально. Если кто-то и решится штурмовать дом, ему придется атаковать в лоб.

Лесник остановился метрах в пяти от палисада.

− Не дергайтесь, − обернувшись к остальным, строгим голосом сказал он. − Нас уже давно заметили.

− Он, что, стрелять будет? − кивнув на дом, спросил лейтенант.

− Пришли бы вы без меня, он бы уже стрелял.

− Вот же, псих чертов...

Сурово глянув на лейтенанта, Лесник повернулся к окнам и крикнул:

− Эй, Фален! Разговор есть!

Внутри дома послышались шаги. Скрипнула половица. Потом хлопнула дверь, и на крыльце показался Фален, в толстом, под горло, черном свитере, и джинсах. Под высокими скошенными каблуками его «казаков» тускло поблескивали цепочки. В руке он держал SPAS-12 с укороченным стволом и с демонтированным прикладом.

− Давненько не виделись, − улыбнулся Лесник. − Как поживаешь, брат?

Водянисто-карие глаза пытливо скользнули по всем стоявшим людям.

− Спасибо, хорошо, − голос у Фалена был моложавым. − Что за разговор?

Лесник открыл было рот, видимо, собираясь рассказать о пропавшем мальчике, но тут рука Дронова с легким хрустом выдернула из кобуры табельный ПМ. Через секунду прапорщик и двое солдат вскинули свои автоматы. Все четыре ствола нацелились на Фалена почти в упор.

− Не двигаться! − резко приказал Дронов. − Ты арестован!

Лесник тут же повернулся к лейтенанту. Лицо старика побледнело и напряглось.

− Это что за дела? − низким, не сулящим ничего хорошего голосом, спросил он.

Не обращая на него никакого внимания, Дронов повернул голову к стоявшему неподалеку парню с камерой. Тот сразу понял намек и начал снимать. Не опуская пистолета, лейтенант снова посмотрел на Фалена и продолжал:

− По приказу капитана Сабирова, ты будешь доставлен в штаб миротворческих сил. Советую сдать оружие и не сопротивляться. Иначе, мне придется применить силу.

Фален не шевельнулся. Его взгляд скользнул по солдатам, потом на губах появилась презрительная усмешка.

− Что ж вам все неймется-то, а?..

− Положи ствол и руки за голову! − голос Дронова стал визгливым. − Быстро!

В этот момент Лесник сделал несколько шагов назад. Охлопко заметил его движение и перевел автомат на старика.

− А ты куда?! Стоять! − рявкнул прапорщик.

Услышав его окрик, лейтенант на мгновение обернулся, чтобы посмотреть, что там происходит. Но для Фалена этого было вполне достаточно. Одним резким движением он перепрыгнул через дощатый бортик крыльца и укрылся за ним. Дронов выстрелил. Пуля с глухим стуком впилась в дерево, выбив труху. В тот же миг все три «калаша» разом хлестнули по крыльцу. Несчастная древесина буквально вскипела разлетавшимися во все стороны щепками. Прижавшегося к земле Фалена почти с головой накрыло трухлявой пылью. Кто-то громко вскрикнул, и Дронов вдруг обернулся, бешено замахал руками и истошно завопил:

− Прекратить огонь! Прекратить!

Выстрелы смолкли.

− Что случилось, товарищ лейтенант? − с недоумением в голосе спросил Охлопко.

Дронов не ответил. На земле ничком лежал парень с камерой, подогнув под себя локти, и лейтенант подбежал к нему. Но смотреть там, в общем, было уже не на что. Спина горе-фотографа оказалась пробита пулями в девяти местах. Дронов перевернул тело и шумно выдохнул:

− Твою ж мать...

Прапорщик тоже встал рядом. Его вердикт был очень коротким.

− На линию огня попал.

Грудная клетка парня была практически разворочена. Окровавленные клочья одежды жалобно торчали во все стороны.

− Каюк пацану, навылет прошило, − сказал подошедший Кукольник. − Двухсотый, сто пудов.

В этот момент позади раздался суровый голос Лесника:

− Ну, что, придурки, вдоволь наигрались?

Дронов и прапорщик сразу обернулись. Старик рывком распахнул плащ, и в его руках, словно бы по волшебству, оказался ППШ-41. Каким образом он умудрился прятать его, было непонятно, однако, шутить Лесник явно не собирался. Ствол приподнялся, и воздух прорезала короткая очередь. Солдаты тотчас пригнулись, когда над головами свистнули пули, а оба сталкера замерли, боясь сделать хоть одно неосторожное движение.

− Это вам для размышлений, − Лесник направил ППШ на лейтенанта. − А теперь кидаем железки на землю. И пять шагов назад.

Охлопко посмотрел на лейтенанта. Видя нерешительность военных, Лесник добавил, уже громче:

− Третий раз повторять не буду!

Дронов кивнул прапорщику и бросил пистолет. Следом на землю упали автоматы. Подавая пример остальным, лейтенант отошел на пять шагов назад, встав почти у самой дороги. Лесник отступил влево, не опуская оружия и продолжая целиться в противников.

− Все в порядке, Фален! − голос старика звучал бодро. − Можно выходить!

Он показался из-за крыльца, небрежно отряхивая свитер.

− Тебя не задели? − спросил Лесник.

− Нет.

− Вот же, черти паршивые...Придумали сказку, что тут ребенок пропал, и меня за нос водили...

Фален молча собрал лежавшее оружие и сложил на ступеньке крыльца. Потом подошел к убитому и присел на корточки, примостив на коленях свой дробовик.

− Кто его так? − спросил он, разглядывая труп.

− Понятия не имею, − не отрывая взгляда от военных, ответил Лесник. − Они же как палить начали, там уже и не разобрать было. Стрелки хреновы, твою богу душу мать...

Фален выпрямился. Его глаза прищурились.

− Забирайте его и проваливайте, − сказал он, кивком головы указывая на лежащее тело.

− Оружие вернешь? − слегка дрожащим голосом спросил прапорщик.

− Нет.

− Оно ведь казенное, − уже жалобно повторил Охлопко.

Лесник тут же рявкнул:

− Заткнись! Быстро взяли жмурика и шуруйте отсюда!

Охлопко тяжело вздохнул и дал знак обоим солдатам. Они подошли медленно, боязливо косясь на ствол ППШ, направленный им в упор, и подняли труп. Дронов первым зашагал по дороге, направляясь обратно к оставленным на другом конце деревни машинам. Следом пошел Охлопко, поглядывая, как два солдата несут тело. Двинулись было и сталкеры, но тут Лесник грозно покачал стволом.

− Э, нет, ребятки, − сказал он, хмуро сдвинув брови. − С вами мне перетереть надо. Останетесь.

Кукольник остановился. Взглянул на старика и мрачно кивнул, а Лось испуганно посмотрел на Фалена, как бы ища поддержки. Если уж он вояк отпустил, может, и его не тронет? Ведь никто из сталкеров не стрелял. Должен же Фален это понять. Лесник заметил его взгляд и недобро усмехнулся.

− А что ты на него смотришь? Тебе со мной говорить, голубок. Не с ним.

Едва военные скрылись из вида, ствол ППШ тотчас нацелился Кукольнику в живот.

− Что же ты делаешь, паскуда? − голос Лесника прозвучал с каким-то зловещим присвистом. − Своего же брата-сталкера воякам сдал? И меня решил обмануть?

Лицо Кукольника перекосилось. Он побледнел и бухнулся на колени.

− Лесник, я же не своей волей...Не убивай, брат...Христом богом молю...Вечным должником твоим буду...в отмычки к тебе пойду...Только не убивай...

Старик покачал головой.

− Какой ты мне брат, сука вилючая? Я же ведь из-за тебя хорошего человека под пули подставил. Что, нельзя было мне сигнал подать, мол, лажа с этим пропавшим мальчишкой? А, может, просто купили тебя с потрохами, а?

− Я ни гроша не взял, − замотал головой Кукольник. − Ей-богу, ни гроша!

− Что-то ты больно часто всевышнего вспоминаешь. Нехорошо это.

− Я правду говорю! Клянусь! У Лося спроси!

− А что мне у него спрашивать? − взгляд Лесника скользнул по стоявшему рядом и трясущемуся от страха сталкеру. − Он же с рождения своих мозгов не имел, всегда в чужой рот заглядывал. И с тобой по Зоне болтается, потому что в собственной башке сквозняк.

− Не...не..не хотели мы, − пролепетал вдруг Лось дрожащими губами. − Заставили нас...

− Да ну? − усмехнулся Лесник. − Шкурничать горазды, а как отвечать, так поджилки трясутся?

Ствол ППШ ткнулся Кукольнику в лоб. Он закрыл глаза и жалобно заскулил:

− О, господи...Лесни-и-и-и-к!!!

Палец старика лег на спусковой крючок. Лесник повернул голову и посмотрел на Фалена.

− Ну, решай.

Сидевший на ступеньках крыльца Фален пристально взглянул на сталкеров и негромко сказал:

− Пусть уходят.

Ствол медленно отодвинулся ото лба Кукольника. Тот продолжал стоять на коленях, тело сотрясала крупная дрожь, а по щекам покатились слезы.

− Ладно, паршивцы, − Лесник отступил назад. − Будем считать, что повезло вам сегодня. Фален жизнь подарил. Его решения я всегда уважал. И сегодня вас, шкурников, не трону. Но, не приведи Зона, еще раз мне на глаза попадетесь...Вы меня знаете. Не доводите до греха. А теперь чтоб духу вашего тут не было.

Кукольник, видимо, еще не до конца осознал, что остался в живых. Он стоял на коленях и хныкал. Лось, на удивление, сообразил быстрее. Подхватил товарища под мышки, приподнял и попятился к дороге. Суровый взгляд Лесника буравил обоих, пока сталкеры торопливо семенили прочь. Когда они скрылись за соседними домами, старик подошел к крыльцу, присел рядом с Фаленом и тяжело вздохнул.

− Н-да...Ну и дела...

− Они вернутся, − сказал Фален.

− Кто? Эти два недоумка?

− Нет. Миротворцы.

Лесник сокрушенно покачал головой.

− Что же ты им такого сделал? − спросил он.

− Не знаю. Может, из-за стычки на базе.

− Убил кого?

− Нет. Просто пинков надавал.

Лесник снова вздохнул.

− Ну, теперь-то, они за тебя крепко возьмутся.

− Я знаю.

− Может, у меня перекантуешься? Пока все не уляжется?

− Нет, − отрицательно мотнул головой Фален. −Это не уляжется. Они и туда доберутся. А подставлять тебя не хочу.

− И куда пойдешь? К Затону?

− Больше мне идти некуда. Свои у меня теперь только там.

− Н-да, − опять покачал головой старик. − Вот же угораздило...

Фален привстал, потянулся и глянул на дом.

− Жалко все бросать, − сказал он. − Я уже здесь обжился.

− Но и оставаться тебе нельзя. Вояки вернуться, подмогу пригонят. И разнесут твою хибару в щепки.

− Да, я знаю.

Лесник отложил оружие, пошарил в кармане и достал кисет с табаком. Потом выудил из другого трубку.