Номер на двоих

И обомлел. Кира уже не спала. Она стояла посреди гостиной, одетая в элегантные брюки и блузку, и серьезным видом складывала документы в кожаную папку. Деловая, собранная, будто снова закрытая броней. Увидев меня, она вздрогнула и уронила несколько бумаг. Ее глаза, широко распахнутые, на секунду скользнули по моей груди, по каплям воды, стекающим с мокрых волос на шею, и она мгновенно покраснела, потупив взгляд.

Воздух как будто наэлектризовался, буквально несколько секунд молчания, а как будто минуты.

– Доброе утро, – наконец выдавила она, суетливо нагибаясь за бумагами. Голос был сонным и слегка хриплым.

Я не мог сдержать улыбки. Мне дико польстило ее смущение, этот ее случайный взгляд.

– Доброе, – ответил я. – Прости за... мой вид. Не думал, что ты уже на ногах.

– Я, вообще-то, уже почти убегаю, – поспешно сказала она, буквально запихивая последние бумаги в сумку и избегая смотреть на меня. – Опаздываю на регистрацию. Сейчас только умоюсь, макияж и ухожу.

Она пролетела мимо меня в ванную. Видимо ей стало неловко за наш вчерашний откровенный разговор по душам. Утром она осознала, что я просто какой-то прохожий в ее жизни, ничего не значащий для нее.

Минут через двадцать она вышла, поставила косметичку на столик, стала проверять документы.

– Подожди, давай хотя бы кофе вместе выпьем? Закажем завтрак, – предложил я, хотя прекрасно понимал, что она откажет. Но мне безумно хотелось продлить эти секунды, эту неловкую, но такую живую близость.

– Нет, нет, спасибо, правда! – она уже бежала к двери, хватая свою сумку и пиджак. – Я просто кофе навынос возьму в лобби. Спасибо за... за ночлег. И за диван. Он и правда... удобный.

Она открыто посмотрела на меня. И в ее взгляде, помимо спешки и смущения, я увидел искорку благодарности. И что-то еще, что заставило мое сердце сделать непроизвольное сальто.

– Тогда удачного дня, юрист Кира, – улыбнулся я.

– И тебе... Кирилл.

Дверь закрылась за ней. Я остался один в тишине номера, где еще пахло ее парфюмерной водой – легкой, с нотками жасмина. И понял, что все мои идеально выстроенные планы на день пошли прахом. Единственное, о чем я теперь мог думать, – это о том, как мне еще с ней увидеться.

***

Ресторан отеля был полон гостями, но я ощущал себя как в аквариуме – звуки доносились приглушенно, а сам я был отделен от этого мира толстым стеклом собственных мыслей. Кофе горчил, омлет казался безвкусным. Я отодвинул тарелку, уставившись на экран телефона, где загоралось и гасло имя «Орлов».

Я не стал брать - не сегодня, не в этот момент. Пусть Николас из Нью-Йорка беспокоится, пусть отец злится. У меня было всего несколько украденных у Судьбы дней, и я не позволю отцу и их испортить. Я должен был встретиться с ребятами, с Аней и Ярославом. С теми, кто верил в NeuroPlay так же сильно, как и я.

Поднявшись опять в номер, я машинально собрал документы для встречи. Взгляд упал на сумку Киры, скромно стоявшую у дивана. В голове всплыло ее смущенное лицо, ее испуганный взгляд утром. Я тряхнул головой, пытаясь прогнать навязчивый образ. «Не сейчас, – строго сказал я себе. – Сначала дела».

В уютной кофейне «Прованс» пахло свежесваренным кофе, пышками и корицей. Аня и Ярослав уже сидели за столиком у окна. Их лица были напряжены.

– Ну что, боец, – без всяких приветствий бросил Ярослав, отодвигая в сторону чашку. – Сдаешься? Капитулируешь перед тираном?

– Я не сдаюсь, Яр. Я покупаю нам время, – опустился я на стул, чувствуя уже привычную тяжесть на плечах. – Я не могу рисковать всем, что мы построили. Пока я там буду отбывать наказание, вы здесь сможете спокойно работать, искать инвесторов, развиваться. И без угрозы, что он все это в один день закроет.

– Да он просто тобой манипулирует! – Аня положила свою ладонь на мою руку. Ее глаза были полны искреннего переживания. – Ты рискуешь не бизнесом. Ты рискуешь собой, своей жизнью… снова. Ты опять ложишься под его каток. Мы бы справились! Мы бы что-то придумали!

– Я слишком долго шел к этому, – тихо, но твердо сказал я. – Я не позволю ему все разрушить. Год, максимум два мне надо там отработать. Это не конец света. Я всегда буду на связи, смогу удаленно консультировать… Давайте лучше обсудим самое важное...

И мы углубились в обсуждение текущих проектов, графиков, задач. Деловая часть встречи давалась мне на удивление легко – это был мой язык, моя стихия. Но на заднем фоне постоянно маячил ее образ - девушки с большими голубыми глазами, которую я приютил на пару ночей.

И тут я решился спросить про еще одну больную тему:

– Как Андрей? И... Леся?

Аня и Ярослав переглянулись, в воздухе повисло неловкое молчание.

– Андрей на объекте, в школе, подъедет позже, – наконец выдавила Аня, избегая моего взгляда. – А Леся... она очень расстроена. Ты же знаешь, как она к тебе относится. Она до последнего надеялась, что ты передумаешь и останешься.

Меня будто обдали холодной водой.

– У нас с Лесей все давно кончено, – я сказал это резче, чем планировал. – С самого начала это были чисто рабочие отношения. Она – гениальный гейм-дизайнер, я – продюсер. И все.

Ярослав фыркнул, отхлебывая свой американо.

– Ну, это только ты так считаешь. Я помню твой предыдущий приезд в Питер на выставку. По-моему, у вас там были весьма... нерабочие отношения.

– У меня тогда был раздрай с отцом, у нее – свои тараканы, – сквозь зубы процедил я, чувствуя, как кровь начинает приливать к голове, а мышцы напрягаться. – Мы просто... помогли друг другу пережить сложный момент. Но видимо это была ошибка. Все на этом закончилось. Я был предельно честен с ней.

– Тогда закрой это «окончательно», – тихо, но настойчиво сказала Аня. – Чтобы у нее не было иллюзий! Чтобы не было проблем. Ты должен с ней все обсудить … ради нее, и ради NeuroPlay.

Я собирался что-то ответить, найти нужные слова, которые бы раз и навсегда поставили точку в этой истории, и в этот момент дверь в кофейню открылась.

И вошли они – Андрей и... Леся. Ее взгляд сразу нашел меня. В ее глазах читалась надежда, обида и тот самый вопрос, на который у меня не было для нее правильного ответа.

В воздухе повисло напряжение, которые почувствовали все, даже гости за соседними столиками. Да, похоже моя тайная миссия в Питере внезапно стала невероятно сложной. День только начинался, а я уже чувствовал себя в ловушке.

Глава 5. Внезапный импульс

Разговор между мной и Лесей всегда висел в воздухе. Я понимал, что мне нужно это сделать, это логично. Наши полудружеские, полувлюбленные отношения подошли к концу. Но видимо только я это понимал. Мне хотелось, чтобы она сама все осознала как-то, и мне бы не пришлось произносить эти слова. И вот сейчас я видел ее взгляд – полный упрека и надежды одновременно. Это было невыносимо. Теперь каждая минута в этой кофейне напоминала мне о долге, об обязательствах, о том, что мой побег невечный и за него придется платить.

– Всем привет! Наше руководство с нами? Решил-таки попрощаться? – Андрей как всегда с ухмылкой, решил меня подколоть, надавить на больное. Да, я понимал, что и ребятам нелегко придется без меня. Я был идеальным переговорщиком, куча проектов только благодаря моей харизме и интуиции.

– Привет! Мы партнеры, разве не так? Равнозначные, – ответил я. А что мне еще ему сказать?

– Ну да, ну да. Ладно, главный вопрос – почему вы здесь? Почему не зашли в офис?

– Толком не позавтракал, поэтому так. Я планировал в офис вечером.

– Понятно. Значит, еще увидимся… Хорошо. Кстати, в школе все отлично, ученикам очень нравятся наши игры, английский заходит на ура. Успеваемость повысилась в экспериментальном классе.

– Супер! Я рад! Вы молодцы! Все вы! Правда.

Я понимал, что у меня идеальная команда, мы вместе еще с универа, а с Яром еще со школы. Мы настолько сплотились, что все эти подколы с их стороны, это все не со зла. Они переживают за меня.

– Когда уезжаешь? – наконец решила спросить Леся. Она выглядела уставшей. Ее светлые волосы сегодня придавали еще большую бледность лицу. Я чувствовал свою вину перед ней.

– Послезавтра вылет.

Повисло молчание, тяжелое.

– Слушайте, я не умираю. Мне просто надо на время уехать. Будем считать, что перехожу на удаленную работу.

– Да, с разницей во времени в 7 часов… – чуть ли не прошептала Леся.

– Мы справимся! Мы же команда! – я пытался всех взбодрить.

– Да, конечно, что мы сопли распустили в конце концов, – поддержал меня Яр.

– Думаю, нам надо поговорить, – наклонившись к моему уху, прошептала Леся.

– Давай вечером. Хорошо? У меня пока есть дела, – да, я опять сбегаю, в очередной раз. Стараюсь не смотреть ей в глаза.

– Ребята, мне пора, – я поднялся, отодвинув стул. Встреча с ректором была единственным законным предлогом бежать, и я ухватился за него как за спасательный круг. – У меня встреча в университете по новому проекту.

– Каком еще проекте? – насторожилась Аня. – Мы же все обсудили.

– Тот, о котором я говорил раньше. Образовательные программы. Это нужно обсудить лично с ректором, пока я здесь. Вечером встретимся, обсудим все детали, – я поспешно надел куртку, избегая смотреть на Лесю.

«Вечером» звучало как пустая отговорка, и мы все это понимали.

– Хорошо, – тихо сказала Леся, уставившись в стол. – Удачи с ректором.

Я выскочил на улицу, и первый же глоток холодного питерского воздуха показался спасительным. Встреча в университете прошла на удивление гладко. Ректор, немолодой мужчина лет пятидесяти, оказался не бюрократом, а энтузиастом.

– Ваш проект, молодой человек, это глоток свежего воздуха! – говорил он, разглядывая презентацию NeuroPlay на моем планшете. – Геймификация обучения – это то, чего нам так не хватает. Давайте попробуем!

– Тогда подготовьте, пожалуйста, техническое задание. Какие именно компетенции вы хотите развивать? Какие дисциплины? Присылайте, моя команда изучит, и мы запустим пилотный проект с группой студентов.

Я вышел от него с чувством легкой эйфории. Получить такое одобрение, да еще и в тот день, когда все вокруг рушилось, было бесценно. В кармане снова завибрировал телефон - отец. Я упорно не отвечал, затем заставил себя прочитать смс от него.

«Сын, где ты? В Нью-Йорке тебя нет. Николас переживает. Немедленно выйди на связь»

Холодная волна прошла по спине. Я судорожно засунул телефон в карман, словно это поможет мне забыть о его существовании. Нет, не сейчас, я не готов к этому разговору. Не готов снова чувствовать себя мальчишкой, которого отчитывают за прогул.

У меня было еще полдня. Целых полдня свободы. Но куда идти? Что делать? Возвращаться в отель – значило снова оказаться в ловушке четырех стен в ожидании неминуемого, и опять погружаться в темные мысли.

И тут меня осенило. Конференция. Та самая, на которую утром сломя голову умчалась Кира.

Эта мысль ударила в виски, как удар тока. Это было безумием. И невероятной глупостью. Мы были чужими людьми, связанными лишь одной странной ночью.

Но ноги сами понесли меня к такси. Я не анализировал, не взвешивал «за» и «против». Во мне говорил чистый, неотфильтрованный импульс. То самое иррациональное желание, которое заставило меня вчера предложить ей номер. Я должен был увидеть ее снова, чтобы убедиться, что вчерашняя ночь не была сном.

Я сказал адрес водителю, и сердце бешено заколотилось, как будто я совершал самое важное, самое безрассудное и в тоже самое время самое правильное преступление в своей жизни. Я не знал, что скажу, если встречу ее. Не знал, зачем мне это. Я просто плыл по течению, и это бурное течение несло меня прямо к ней.

Охрана на входе смотрела на меня как на чудака. «Вашей фамилии нет в списках, господин Орлов. Проход строго по приглашениям». Зал конференции или роскошный отель – везде действовали одни и те же законы: либо ты в системе, либо ты никто.

Отчаяние заставило меня сделать единственный возможный ход. Я отошел в сторону и набрал номер ректора.

– Извините за беспокойство, – почти выпалил я. – Вы не могли бы помочь? Я как раз у входа на юридическую конференцию, думаю, что вы о ней слышали. Хотел посмотреть на целевую аудиторию для наших будущих программ, но... меня не пускают. Возможно, кто-то из ваших преподавателей мог бы меня завести как гостя?

Ректор рассмеялся в трубку.

– Конечно, молодой человек! Рвение к работе – это похвально! Сейчас позвоню заведующему на юрфаке. Он как раз там сейчас. Скажите, что вы от меня.

Через десять минут я уже проходил внутрь, кивая охраннику и благодаря профессора. Победа, ничтожная и временная, но сладкая. И тут же… полный шок. Зал был огромным, бурлящим морем из темных костюмов, галстуков и деловых причесок. Гул голосов, звон бокалов, мерцание проекторов. Я стоял на пороге, совершенно потерянный. Кто все эти люди? И как в этом муравейнике найти одну-единственную девушку?

Я начал бродить вдоль стен, бессмысленно вглядываясь в лица. Вот группа солидных мужчин живо о чем-то спорят. Вот пара женщин изучает раздаточные материалы. Всюду царила своя, четко выверенная реальность, в которой мне не было места. Мысль «ты идиот»начала настойчиво стучать в висках. Что я здесь делаю? У меня есть бизнес, который вот-вот рухнет, отец, который объявил охоту, и команда, ждущая решений. А я трачу время на поиски девушки, которую знаю несколько часов.

Я уже развернулся, чтобы уйти, сгорая от стыда за свою глупую авантюру. И в этот момент увидел ее.

Она стояла чуть поодаль, возле фуршетного стола, с бокалом сока в руке. Все та же элегантная блузка, собранные волосы. Рядом с ней двое молодых людей, возможно ее коллег, что-то оживленно рассказывали. Она улыбалась их шутке, и эта улыбка была такой легкой, естественной, совсем не такой, как ее утренняя растерянность и вечерняя настороженность.

Мое сердце ёкнуло, и тут же сжалось от острой, колющей боли. Она была в своей стихии - успешная, красивая, на своем месте. А я – чужой, ворвавшийся в ее мир с дурацкой идеей, которую даже объяснить не смогу. Я почувствовал себя лишним, грубым нарушителем ее гармонии.

Я замер, готовый отступить, раствориться в толпе. Но что-то заставило ее обернуться. Ее взгляд скользнул по залу, зацепился за меня... и остановился.

Время замерло. Шум конференции превратился в глухой гул где-то далеко-далеко. Мы смотрели друг на друга через головы десятков людей – я, растерянный и пригвожденный к месту, она – с широко раскрытыми от изумления глазами.

В ее взгляде не было ни раздражения, ни испуга. Было чистое, ничем не разбавленное удивление, и в самой глубине – та самая искра, что мелькнула утром.

И тогда случилось невероятное. Она что-то сказала своим спутникам, кивнула, и... направилась ко мне. Прямо через всю толпу, не сводя с меня глаз. Каждый ее шаг отдавался в висках громким стуком. Сегодня мы поменялись местами - она была прекрасна в своей уверенности, а я, как она вчера в холле отеля, чувствовал себя потерянным.

Она остановилась передо мной. Так близко, что я уловил тонкий аромат жасмина.

– Кирилл? – ее голос прозвучал тихо. – Что ты здесь делаешь?

И я стоял, как полный идиот, не в силах найти ни одного вменяемого оправдания своему безумию. Что я мог ответить? «Я пришел, потому что не могу перестать о тебе думать»? Звучало бы как из дешевой романтической комедии. Правда была настолько абсурдной и откровенной, что ее нельзя было высказать вслух.

Я открыл рот, надеясь, что хоть что-то хоть сколько-нибудь связное вырвется само собой.

Глава 6. Надо бежать... от самой себя?

- Родственные души существуют?

- Не знаю, научно не доказано

А сердце что говорит твое?

- Что жизнь не имеет смысла без Него…

Утренний лучик солнца скользнул по моим векам. С закрытыми глазами я потянулась к тумбочке, на которой должен стоять стакан с водой, но наткнулась на какой-то незнакомый предмет. Мои пальцы обхватили стационарный телефон.

И тут память накрыла меня волной – я же в Питере, приехала дождливым вечером вчера. Я резко села на диване, сжимая в руках одеяло. Гостиная была погружена в тишину, нарушаемую лишь шумом городской улицы за окном. Я была одна, спальня Кирилла была закрыта, но тут я услышала еще звуки - приглушенный шум душа.

«Боги, что я наделала?» – пронеслось в голове. Всплыли обрывки вчерашнего вечера: теплое вино, наш смех, откровенные разговоры о несвободе, его взгляд, который, казалось, видел меня насквозь. А до этого – звонок Сергею. Его спокойный, уверенный голос, планы на отдых. Укол вины был таким острым и болезненным, что я чуть не застонала вслух.

Я предала его? Не физически, нет. Но мысленно, эмоционально. Я позволила себе эту опасную близость с незнакомцем. Что я делаю? А главное, что мною движет? Да и вообще почему я думаю об этом в таком ключе? Мы просто пообщались и все… Мда… вдвоем в одном номере и под бокал вина. Я глубоко вздохнула и закрыла лицо руками.

Так, он еще в душе. Мне нужно просто уйти, сейчас же. Пока он не вышел и пока не пришлось смотреть ему в глаза и видеть в них наш вчерашний вечер. Пока я снова не сделала чего-то непоправимого.

Я сорвалась с дивана и начала лихорадочно собираться. Документы, косметичка, телефон. Всё в сумку, быстрее, быстрее. Я уже почти была готова, когда дверь из ванной комнаты открылась.

И вышел он. В одних спортивных штатах, с полотенцем на шее. Его волосы были мокрыми, и капли воды стекали по шее на ключицы. Я застыла, чувствуя, как по щекам разливается предательский румянец. Мой взгляд самопроизвольно скользнул по его торсу, по рельефу мышц, и я тут же, сгорая от стыда, опустила глаза в пол. Я, взрослая женщина, будущий адвокат, и стою краснею как малолетка!

– Доброе утро, – мой ответ прозвучал слишком громко и неестественно бодро. Я потянулась к сумке, делая вид, что что-то ищу, лишь бы не смотреть на него.

– Доброе, – прозвучал его голос, спокойный, с легкой, едва уловимой улыбкой.

Наконец я хватаю косметичку и бегу в ванную, чтобы привести себя в порядок. Смотрю на себя в зеркале – розовые щеки, горящий испуганный взгляд. Быстрыми движениями смываю с себя все мысли о Нем, пытаюсь сосредоточиться на конференции и своих вопросах экспертам. Но ничего не получается… Тогда стараюсь нанести хоть какой-то макияж – тушь на ресницы, немного пудры и румян, легкий розовый оттенок помады на губы. Ну вот, хотя бы так. Теперь главное быстро проскочить мимо Кирилла. Выбегаю в комнату, складываю документы в сумку.

– Подожди, давай хотя бы кофе выпьем? – предложил он.

Кофе? Сидеть с ним за одним столом? Смотреть ему в глаза? Нет. Это было выше моих сил.

– Нет, нет, спасибо, правда! – я уже побежала к выходу, хватая свою сумку. – Я кофе навынос возьму в лобби. Спасибо за... за ночлег. И за диван. Он и правда... удобный

Господи, что я несу! Я еще раз взглянула на Кирилла. Он стоял, опершись о косяк двери, и смотрел на меня с таким понимающим и немного разочарованным видом, что мне снова захотелось провалиться сквозь землю.

– Тогда удачного дня, юрист Кира.

– И тебе... Кирилл.

Дверь захлопнулась, и я помчала по коридору. Уже в лифте я прислонилась лбом к прохладной стене, пытаясь отдышаться. Я так хотела на конференцию, а теперь хочу, чтобы она скорее закончилась. В холле я заказала крепчайший американо, купила какую-то плюшку и вышла на улицу, под пронзительно-свежий питерский воздух. С каждым глотком кофе паника отступала, уступая место привычному чувству контроля. Я будущий адвокат, у меня есть работа, планы, серьезные отношения, которые скоро возможно перейдут в статус «жениха и невесты». Вчерашний вечер – просто случайность, аномалия… нелепое недоразумение. Я продолжала читать эти слова как мантру, пока ждала такси.

***

Войдя в зал конференции, я наконец расслабилась. Просторный зал, гул голосов, строгие костюмы – это моя стихия. Я погрузилась в изучение докладов, делала пометки, задавала вопросы. Конечно, встретила старых знакомых с юридического – Мишу, Сашу, Алину. Мы планировали с ними встретиться здесь. Они единственные из потока, кто пошли дальше по специальности. Мы шутили, вспоминали универ, как сбегали с пар и нашу первую практику – всё это было моим миром. Миром, где нет места двусмысленностям и каким-то незнакомцам со слишком проницательными глазами. Кира, и почему ты вновь о нем думаешь?

В разгар перерыва между выступлениями, за чашкой кофе, мы снова с ребятами обсуждали уже высказывания лекторов и интересные случаи из практики у каждого. Миша как всегда пустил какую-то шутку про юристов:

– Хотите прикол? Услышал тут – юристы не создают законы, они в них ориентируются. Юристы – это GPS справедливости. Как вам метафора?

– Мишаня, ну ты как всегда жжешь, – слегка толкнув в плечо Мишу, сказала Алина.

– А хотите еще? Знаете, чем отличается хороший юрист от плохого?

Пока Миша продолжал шутить, я вдруг почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Я обернулась, скользнула глазами по толпе... и сердце остановилось.

– Кир, ты слышала? Кир?

– А да… Что ты сказал?

– Говорю, что хороший юрист ваши проблемы усложнит так, что они сами собой решатся.

– Ааа… отлично… – мои мысли были далеко, я даже не вникла, что сказал Миша.

Кирилл стоял у колонны, один, он выглядел каким-то потерянным, расстроенным. И при этом он смотрел прямо на меня. Что-то было в его взгляде такое, что мне захотелось подойти к нему. Но что он здесь делает? Может проблемы с номером? Нужно забирать вещи и выселяться? Или... или он пришел сюда из-за меня? Мысль была такой абсурдной и такой волнующей, что у меня перехватило дыхание.

– Кир, да что с тобой? – спросил Саша.

– Ребят, простите. Но мне нужно отойти… к знакомому.

И я пошла, оставив ребят мучаться догадками о причинах моего столь резкого исчезновения. Я шла прямо через всю толпу, не отрывая от него взгляда, чувствуя уверенность, что делаю все правильно. Каждый шаг приближал меня к нему, и остановиться я уже не могла.

– Кирилл? – прошептала я. – Что ты здесь делаешь?

Я с удивлением ждала от него ответа.

***

Честно говоря, Кирилл выглядел как школьник, пойманный на хулиганстве. Он как-то не очень уверенно говорил про свою цель на конференции.

– Решил вникнуть в юриспруденцию. Наш новый заказчик – ректор крупного университета – решил попробовать разбавить образовательную программу на юрфаке нашими играми. И раз тут проходит такая конференция, то я решил познакомиться с этой сферой. Может составишь мне компанию? Чувствую себя белой вороной… Никого здесь не знаю.

Звучало вроде бы логично, но в его глазах читалась что-то иное – как будто этот его поступок был спонтанным, и он уже успел разочароваться в нем. И в этот момент я вспомнила вчерашний вечер, его слова: «Ты мне ничего не должна. Это просто жест доброй воли».

Мое сердце дрогнуло. Он помог мне вчера, не требуя ничего взамен, и даже деньги я ему так и не перевела. Ну значит теперь моя очередь отплатить ему.

– Подожди тут чуть-чуть, – сказала я ему и вернулась к своим друзьям.

– Ребята, извините, мне нужно помочь одному человеку. Он тут совсем один, никого не знает. Составлю ему компанию, а то потеряется.

Миша поднял бровь и с ухмылкой посмотрел в сторону Кирилла.

– Ну да, ну да, ясно всё. Очень симпатичный знакомый.

– Да мы случайно познакомились, он меня вчера выручил.

– Да ладно, не переживай, мы всё поняли, – подмигнув мне, мягко сказал Саша.

– Да нет же! – я чувствовала, как снова краснею. – У меня есть Сергей, вы же знаете. Это... это просто взаимопомощь.

– Конечно, взаимная, – улыбнулась Алина. – Ладно, иди помогать. Если что, ты всегда можешь к нам подойти.

Со вздохом помотав головой в знак того, что они меня так и не поняли, я вернулась к Кириллу, который смотрел на меня с немым вопросом.

– Ну что, юный правовед, – улыбнулась я, стараясь говорить легко. – Пойдем, я тебе всё расскажу про наши юридические аспекты. Вон там я сижу, рядом есть свободное место. Кажется, оно тебя ждало. Пойдем, а то уже конференция начинается.

Его лицо озарила такая искренняя, облегченная улыбка, что у меня внутри всё замерло. Мы прошли в зал и сели рядом. Когда начался следующий доклад, я стала нашептывать ему комментарии, переводя сложные термины на простой язык. «Видишь, этот оратор говорит о пробелах в арбитражном процессе... Это когда суд сталкивается с ситуацией, которой нет в законе...».

Кирилл слушал, не отрываясь. Он не делал вид, что ему интересно, ему было правда интересно! Он задавал вопросы, порой очень точные, и в его глазах горел тот самый огонь, которого мне так не хватало в глазах Сергея, когда я говорила о своей работе. Мы вели наш тихий диалог, и весь огромный зал с его важными людьми будто перестал существовать. Существовали только мы двое, и наш общий блокнот, куда мы аккуратно по очереди записывали важное. Как ни странно, между нами было полное взаимопонимание.