Шкатулка Шульгана

Мама покачала головой.

– Не стоило есть манты на ночь, – заметила она и, выходя из спальни, добавила: – плотный ужин всегда приводит к дурным снам.

Конечно, не стоило их есть, но толком готовить из нас никто не умеет, спасают только бабушкины заготовки из большого ларя. Он стоит в углу моей спальни и гудит время от времени, как нестройный хор привидений. Что будем делать, когда манты, вареники и пельмени закончатся? Придется мне жарить картошку на завтрак, обед и ужин. Пока она не захватит наши умы и не начнет руководить нашими действиями и заставлять сажать больше картошки. Пропалывать, окучивать, собирать… Так, всё! Пора вставать. Тем более телефон запиликал. Я взяла лежащий экраном вниз гаджет, прижала его к груди:

пусть это будет бабушка, пожалуйста! Но это было сообщение от Лены: снова сбор в школе.

– У нас каникулы вообще‐то! – громко сказала я.

И мама что‐то со звоном уронила в кухне.

Злить Инфузию Гусеевну не стоило, пока история с библиотекой не забылась. Придется идти. Я почесала руки, они как‐то противно каменели и мерзли. Надеюсь, с сабантуем сбор никак не связан, гулять там весело, а вот если заставят выступать, тогда пиши пропало. Так думала не я одна, когда час спустя мой класс вздыхал у крыльца, на котором, как на сцене, стояла Инфузия Гусеевна.

– Когда так много наших жителей в… хм, отъезде… – Она поперхнулась. – Мы должны поддержать родную администрацию! И обеспечить полную явку на праздник. И мне нужна будет ваша помощь не только в этом. На наш праздник собирается приехать глава района, поэтому мы должны не ударить в грязь лицом! И пусть праздник проходит не где полагается, на площади, у администрации, а в лесу…

Инфузия Гусеевна автоматически нащупала в кармашке пиджака пудреницу и не глядя – пуф-пуф – напудрила нос. Как она выдержит столько времени среди деревьев? Странные бывают люди…

Я подумала, что не зря в этом году все забыли про сабантуй, организовывали‐то его обычно наши бабушки и дедушки. Пойти туда без них еще можно, но нас хотели нарядить в костюмы! Национальные!

– Костюмов не так много, к сожалению. – По лицу Инфузии Гусеевны совсем не казалось, что она сожалеет. – Поэтому я лично отберу тех, кто их наденет.

Я выдохнула: мне точно не светит это, можно спокойно пойти в привычных джинсах.

Когда цепкая ладонь Инфузии Гусеевны схватила меня за плечо, я вздрогнула.

– Гульшат, с твоей косой не надеть костюм грех! Сделай только две косички, хорошо? – Голосок был фирменный, мед со сталью. Как будто заставляют его есть, а внутри иголки. Бр-р-р!..

– Ты, ты, ты. – Инфузия Гусеевна отбирала несчастных, кому придется ходить по жаре в плотной одежде.

Там ведь платье, жилетка вся в монетах, кашмау на голове, он плотно обхватывает голову и спускается по спине широкой лентой, тоже в монетках. Я написала маме, что мы поедем сразу от школы. «В костюмах», – добавила я. Мама прислала кучу плачущих от смеха смайликов. На школьном автобусе нас забрали через сорок минут, а до того мы ютились в каморке за спортзалом, где хранился школьный инвентарь и разные штуки для сцены. Я была даже довольна: суета отвлекла от мыслей о бабушке и книжке, спрятанной на чердаке бани. Едва мы все оделись, я услышала низкий голос:

– Привет.

Девчонки замерли. Потом посмотрели на меня так, будто у меня кожа стала зеленая или фары на лбу выросли. «С. Гульшат. Здоровается. Старшеклассник», – читалось на лицах моих подруг.

– Привет, – буркнула я скомканно и даже не повернулась.

Пусть сам свои дела расхлебывает, острозуб! Змее-язык! Я глупо хихикнула, чем вызвала еще больше внимания. Не удержалась, бросила взгляд на Мергена, он смотрел мрачно и в упор. Ну не читает же он мысли! Мерген едва заметно покачал головой и исчез из дверного проема. По спине пробежали мурашки. Если читает, значит, он в курсе того, как я оценила его в первый день. Вот блин!

Костюм мне попался самый неудобный. Платье было маловато, сатин натягивался на швах, а вот жилет оказался велик. И у меня одной был головной убор, у остальных девочек ленты с монетками. Наверное, хорошо учиться в большой городской школе, где можно затеряться в толпе. И где тебя не таскают постоянно по общественным мероприятиям, потому что вы «одна семья» и все такое. Я покосилась на Лену, которая подтягивала подол платья повыше, и хмыкнула.

В школьном автобусе, как обычно, пахло пылью и бензином. В конце салона под парными сиденьями катался огнетушитель, на окнах отклеивалась тонировка. Я с сожалением проводила взглядом поворот на свою улицу, и мы поехали дальше, по переулку.

Вы когда‐нибудь бывали на сабантуях? Это может быть весело, если с тобой семья, друзья и если есть карманные деньги. Там столько всего можно купить! Специально приезжают торговцы с раздвижными столиками, еще продают яблоки в карамели, кукурузу, сосиски в тесте. Украшения ручной работы, деревянное оружие, сумки, игрушки цвета костюмов Инфузии Гусеевны. Но главное на сабантуе, конечно, другое. Над бетонной площадкой собирают временную сцену, в лесу ставят юрты, там варят суп и бешбармак. Детям туда хода нет, только самых уважаемых жителей деревни приглашают. Интересно, в этом году там один глава района будет угощаться? В сторонке обычно стоят кони, их готовят к забегу за главный приз – молодого барашка. А еще тут есть высоченный столб, на конце которого разные хорошие призы, – раньше это были сапоги, например, а сейчас мелкую бытовую технику подвешивают.

В этом году на большой поляне сабантуя было пустовато. Потерянно ходили семьи без старших, удивленно переговаривались: «Ваши тоже уехали? Мои в санаторий…»

Нас высадили у пыльной грунтовки, по которой шли пешком или медленно ехали на машинах имангуловцы и гости.

– А что мы должны делать? – капризно спросила Лена.

– Улыбаться. – Инфузия Гусеевна изо всех сил растянула почти сомкнутые губы. – Приветствовать гостей. Участвовать в играх. И далеко не уходить!

Я посмотрела в центр поляны, где натянули веревки с призами, дорожки были размечены столбиками. Ни за что не стану там позориться! Вот разве что из лука пострелять, если никто не будет смотреть. Инфузия пошла к поляне длинным путем, минуя рощу, через поле.

Мы разбрелись кто куда. Одноклассники высматривали родителей, чтобы взять денег, я мысленно прикинула, что куплю, когда появятся мама с папой. Незаметно зашла в лесок за сценой, о чем тут же пожалела. Это было так нелепо, что я даже не смогла сделать сердитое лицо. Мерген скованно стоял у березы: широкие штаны, вышитая рубаха, камзол, как у киношпиона, и пушистая лисья шапка. У такой шапки обычно острый красный кончик на макушке и сзади один или два лисьих хвоста.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Кызы́м – доченька (башк.).

2

Афари́н – молодец (башк.).

3

Аби́й – тетя (башк).

4

Апа́ – уважительное обращение к старшим. Тётя, старшая сестра (башк.).