Вместе никогда

В «Свободе» после закрытия мы часто оставались с бутылкой чего-нибудь, сидели на крыльце и говорили. Обо всём. Я чувствовала себя по-особенному счастливой.

Это моё время. Моё место. Мои люди.

Так и текла жизнь. Ярко, весело, шумно.

Ну и чтобы жизнь медом не казалась, случилось еще кое-что…

Глава 13

22 июня.

Я проснулась утром у тетушки в деревне.

Это было лучшее утро за последнее время. Солнце, тишина, запах свежескошенной травы и никаких уведомлений в телефоне. К большому счастью в деревне не ловит связь. А вай-фай я выключаю специально. В эти дни я теряюсь из сети полностью отпуская внешний мир.

Все просто.

— Я в деревню. Приеду в пятницу.

И пропадала.

Это утро было последний. Через несколько часов мне уже нужно уезжать.

Я лежала на кровати, смотрела в окно на сад и чувствовала, как внутри разливается что-то тёплое и спокойное.

Тётя уже хлопотала на кухне. Когда я вышла, меня ждал завтрак — тот самый домашний, вкусный. Мы пили чай, болтали о всяком, и я поймала мысль, что таких утр у меня почти не бывает. Спокойных. Настоящих.

Поэтому каждый день в деревне - ценный.

Перед отъездом я вышла в сад и долго не могла выбрать, что срезать. Тётя только смеялась: «Бери всё, чего душа желает». В итоге я увезла с собой целый букет пионов — розовые, белые, очень нежные.

Всю дорогу в Екатеринбург я держала их на коленях и улыбалась.

Дома первым делом нашла самую красивую вазу, налила воды и поставила цветы. Моя полностью серая квартира сразу стала чуть краше. Живее.

И в ту же минуту, как моя геолокация засветилась в городе, зазвонил телефон.

— Арина, ты приехала? Давай в центр, мы тут собираемся!

Ну я, конечно, всегда за.

Я скинула платье, натянула джинсы, кофту и вылетела на улицу.

В центре собрались не все. Только впятером. Но нам хватило.

Мы купили пива и вышли на Вайнера. А там — афроамериканец пел русские песни под минус. Серьёзно. С акцентом, но так душевно, что мы просто встали и слушали.

Потом начали танцевать. Прямо посреди улицы, под «ДДТ — Это всё» и «Любэ — Конь». Мы просто ловили момент.

Именно в этот момент я почувствовала себя очень хорошо. Я была трезва, но пиво все равно подтолкнуло меня на поступки. Возможно необдуманные, импульсивные и безумные. Но я решилась.

Я достала телефон, чтобы написать ему. Но…

Я зашла в чат, он был онлайн.

“Возможно он очень занят”. “Он не ждет моих сообщений”. “Наверное, он ненавидит меня”. “Он точно счастлив”. “Я в прошлом, не стоит мне снова влазить в его жизнь”.

Я не решилась.

Я открыла камеру, чтобы запечатлеть то, как именно в этот момент я чувствую себя по особому счастливо.

Я пою, танцую, вокруг близкие друзья, любимый город. Зачем мне снова лезть в это…

Я выключила видео и захотела убрать телефон. Но в эту же секунду снова открываю чат с ним.

Ну и плевать рад он будет или нет. У меня больше нет терпения.

Без “привет”. Без “доброй ночи”.

— У меня появился вайб написать тебе.

С сомнениями я задержалась всего на секунду. Резким движением отправила и перечитала еще раз.

“У меня появился вайб”...

Ну и дура же. — сказала я шепотом себе под нос. — У меня всегда был этот вайб. Только ты даже не догадываешься.

И сразу выключила телефон, чтобы тут же не удалить сообщение.

Первое спустя… Если точнее, то с момента последнего сообщения прошло чуть больше шести месяцев. А с момента, как он перестал со мной общаться вообще - десять.

Прошло меньше минуты как телефон завибрировал.

Господи. Надеюсь не он.

Он.

Именно в этот момент у меня снова сбилось сердце. Я улыбнулась, вдохнула воздуха с ожиданием разочароваться и пониманием, что это либо начало… либо еще один конец.

Матвей.

Привет. Неожиданно.

Ну конечно неожиданно. Я сама в шоке.

Ариша.

Как ты?

Я даже не знаю, с чего начать.

— Что у тебя там? — Артем незаметно подошел и я испугалась.

— Все хорошо. Я вообще отлично.

На самом деле мне действительно супер. Да, я нервничаю. Но я написала! Да, мне стремно. Но я рада, что он ответил.

Резко похолодало, ветер продувал насквозь, и мы решили, что хватит на сегодня прогулок. Время подходило ближе к трем ночи.

— Погнали к Никите, он ближе всех живёт, — предложила Диана.

Пока мы шли к Никите, забежали в круглосуточный алкомаркет — он был по пути — и взяли еще пива.

За это время мы переписывались с Матвеем. Делились тем, что нового, как жизнь идёт. Он рассказал, что у него всё хорошо — для меня это было ожидаемо. Отчислился, работает за городом, переехал. Спросил, как у меня дела в Сочи, в Екате, как с работой и братом.

Пиво снова ударило в голову, и я стала бодрее в своих словах. К тому же вроде общаемся не на плохой ноте — почему бы не сказать?

Ариша.

Я вообще не хотела заходить в этот чат.

Матвей.

Почему?

Сначала я проигнорировала. Не хотела говорить ему правду. Но через несколько минут он переспросил снова.

Ариша.

Как-то мне не по себе. Что делать в этом чате?

Матвей.

Ну не знаю. Почему бы просто не зайти?

Теперь у меня нет выхода. Я хочу аккуратно объяснить, что чувствую.

Ариша.

Зайти — одно. Писать — другое.

Заходила раз десять, написала впервые. И всё равно чувствую себя не очень. Типа… к чему написала вообще?

Я уже хотела психануть и выключить телефон. Но не стала — не хочется игнорить его. Тем более я сама начала этот разговор.

Матвей.

Я на самом деле в моменте даже обрадовался, что ты написала.

Ну теперь я точно не могу не психануть.

Я ничего не отвечаю и выключаю телефон. Мне становится ещё хуже. Он написал, что обрадовался… А я столько времени собиралась с мыслями. Столько парилась и переживала. Столько раз запрещала себе лишний раз зайти в переписку.

А он пишет, что всё нормально и он рад.

Я злюсь на себя еще больше, одновременно успокаиваясь тем, что, как оказалось, всё хорошо.

Я выпила ещё и захотела отдалиться от компании — послушать музыку одной.

У меня так бывает. Это нормально. Просто в какой-то момент хочется отключиться от общего шума и уйти в себя. Мои друзья это знают и принимают — никто не дёргает, не спрашивает «что случилось», не лезет с советами. Они просто идут впереди, а я — сзади. Не то чтобы далеко, но как будто одна.

В наушниках — Мартин.

Его песни вырывают у меня сердце, комкают и кладут обратно. Я в своих мыслях. Именно здесь и сейчас мне очень нужно погрустить.

И конечно, песни Мартина = мысли о Матвее.

Снова. Опять.

И я даже не намекну ему об этом. Не хочу показаться глупой и наивной. У меня тоже всё хорошо: гуляю с друзьями, живу в своё удовольствие.

Мы прошли так полпути.

Резко пришло осознание: я так устала от этой грусти. От бесконечных мыслей о нём. И вообще, наверное, даже от его присутствия.

Его слишком много в моей жизни, хотя по факту — его нет.

Я переключила музыку на позитивную, подошла ближе к друзьям и запела. И в это же мгновение мы начали петь вместе.

Мы пришли к Никите.

В квартире сразу стало шумно — как обычно за диджея сегодня я, кто-то полез в холодильник за закуской, кто-то уже разливал по стаканам что-то крепкое. Никита в такие случаи открывает свой домашний мини-бар. Именно в эти моменты можно понять, что вечер просто так не закончится.

Я открыла игру на компьютере Никиты и снова завибрировал телефон.

Матвей.

Что ещё нового?

Я замерла на секунду. Потом улыбнулась сама себе и начала печатать.

А в комнате уже разгоралась тусовка. Музыка громыхала так, что стены дрожали. Приехал ещё один друг — Гоша. Кто-то притащил ещё пива, кто-то уже спал посреди комнаты.

Я сидела у компа на стуле и умудрялась делать сразу два дела: отвечать Матвею и не выпадать из компании.

Ариша.

Да всё по-старому. Тусуюсь вот.

Матвей.

Вижу. А что за место?

Ариша.

У друга. Собрались компанией.

Я скинула кружок— мельком, просто кусочек комнаты и компания. Спящая в углу Диана на фоне громкой музыки. Пиво на столе у компа и моя любимая игра.

Мы ещё поболтали о всякой ерунде. Я уже почти расслабилась, почти поверила, что всё просто и легко. Как раньше. Как тогда, в самом начале.

И тут он написал:

Матвей.

Как обстоят дела на личном?

Я улыбнулась. Не знала, что ответить.

Пальцы зависли над экраном, а в голове — полная тишина. Ну и что ему сказать? «Никак»? «Нормально»? «Есть кое-кто, но у нас ничего нет. А еще это про тебя»?

Я просто отправила улыбающуюся скобку.

Ариша.

)

Без слов. Без объяснений.

Он посмеялся со словами: “Исчерпывающий ответ”.

Ну и что написать?

Ариша.

До сих пор люблю Даню Кашина и мне никто не нужен.

Ну вот. Откровенно соврала.

Ну а что я должна была сказать? Что я всех отшиваю, против отношений и мне правда никто не нужен — но всё это никак не касается тебя?

Я же не могу ему так написать. Тем более таким контекстом спустя столько времени.

Поэтому лучшее, что я могла написать, это про Даню Кашина.

Матвей.

Ну, Даня Кашин — это серьёзно.

Мне казалось, у тебя в Сочи был кто-то. Или казалось.

Я замерла. Он напомнил мне про Вову. Про того, с кем всё закончилось как раз из-за того, что я не могла перестать думать о нём. Я улыбнулась, потому что об этом он тоже не знает и никогда не узнает и очень коротко, сухо, без объяснений ответила:

Ариша.

Казалось.

Эту тему мы больше не трогали.

Он снова спросил, комфортно ли мне теперь общаться.

Ариша.

Комфортнее. Круто, что я всё-таки написала. Но всё равно будто не надо было.

Матвей.

Как сделать, чтобы не было вот этого «не надо было»?

Я задумалась. А потом спросила прямо:

Ариша.

Ты видишь какой-то смысл в том, что я написала тебе?

Матвей.

Пока не понимаю, зачем. Пытаюсь понять, к чему это всё.

И всё. Вот он — тот самый ответ, которого я боялась.

Ариша.

Вот и я не понимаю. Не надо было.

Матвей.

Да надо было.

Я рассмеялась, потому что понимала, что больше всего это было нужно мне. А не ему. А теперь, когда наконец-то написала, я не могу понять зачем… усмехнулась, выпила с друзьями и вернулась к чату.

Ариша.

Да мы как-то закончили общение, поэтому я не хотела писать.

Матвей.

Ну да, закончили, конечно, не прям супер.

Я смотрела на экран и чувствовала, как настроение сползает куда-то вниз. Злость, грусть, раздражение на себя — всё смешалось внутри.

Но вокруг было шумно. Компания, музыка, смех. Я здесь, с ними. Я не могу сейчас упасть в эту грусть.

Ариша.

Ладно, спать пора.

Матвей.

Да, я тоже, пожалуй, пойду.

Если вдруг ещё желание появится — пиши.

Доброй ночи :)

Ариша.

И ты пиши.

Матвей.

Договорились.

Я убрала телефон.

И конечно, никуда не пошла спать. Я сидела в той же комнате, с теми же людьми, пила пиво, переключала музыку, смеялась над шутками, втыкала в игру на компе.

И да. Опять соврала. Просто чтобы не думать.

Иначе — накроет.

Сейчас думалось только одно:

Это всё. Он не напишет. Я не напишу. Мы узнали, как дела, и всё. Больше ничего не будет.

Снова конец.

Глава 14

Следующий день прошёл в тишине.

Я не ждала сообщений. Честно. После вчерашнего разговора я уже мысленно поставила точку: ну всё, узнали новости, хватит.

Но в шесть вечера телефон завибрировал.

Матвей.

Как день проходит?

Я удивилась. Он написал сам.

Ответила коротко — я на работе, он тоже работает. Перекинулись парой фраз, и я снова влилась в дела. Через полчаса — ещё сообщение.

Матвей.

Какие вообще планы на лето?

Я перечислила: Ночь музыки, важные даты, концерт Дани Кашина. «Из важного больше ничего».

У него планов не было — только работа. Уехать никуда не может. А дальше сентябрь.

— Мой день рождения, — добавила я. — После него пока ничего.

Он ответил что-то короткое. И снова тишина.

До следующего вечера.

Он снова написал сам. Меня это всё больше удивляло. Он всегда молчал, год назад вообще перестал писать сам, а тут второй день подряд, когда я ставлю очередную точку в общении — пишет.

Но переписка была короткой. «Как дела?», «Как день?» — и всё. Без искры, без того самого. Просто вежливость.

И тогда я решилась.

Ариша.

Мне хочется поболтать, но я вообще не знаю о чём.

Он ответил не быстро, я уже почти засыпала в ванной.

Матвей.

Давай придумаем.

И начались вопросы. Вопрос за вопросом. Снова про работу, про Питер, про Сочи. Медленно, но разговор начал раскачиваться.

А потом он предложил:

Матвей.

Давай в правду или действие?

Я засмеялась. Действие тут явно не выберешь.

Ариша.

Начинай.

Он выбрал правду.

Единственный вопрос, который тревожил меня очень давно — и сейчас у меня наконец-то есть возможность его задать.

Ариша.

Зачем ты подписался на мой канал?

Это правда. Тогда я очень удивилась. Мы уже не общались, он полностью пропал из моей жизни, но спустя время снова появился в подписках. Зачем?

Он посмеялся, а потом написал:

Матвей.

Потому что истории смотрел. Подумал: ладно, посмотрю, что у тебя в жизни происходит. А потом просто не отписался. Заходил раз в неделю.

У меня появилось чувство, что где-то он не договорил. Или сказал не всё. Но хотя бы это узналось — и спасибо.

Я выбираю правду.

Матвей.

Правда, что написала, потому что появился вайб? Или какая-то цель была?

Интересно, какая у меня должна быть цель, чтобы я написала ему…

Ариша.

Я даже не думала, что мы будем общаться дальше. После твоего сообщения «пиши, если захочешь» я думала — всё, конец. Закрыла свой вайб и живу дальше.

Матвей.

Не ожидала, что продолжится?

Ариша.

Не ожидала. И даже удивляет, что ты каждый день пишешь сам.

Я до сих пор не до конца понимаю, что общаюсь с Матвеем. В голове не укладывается всё, что я прожила этот год. А теперь вот… мы так просто и спокойно общаемся.

Он выбирает правду.

Ариша.

Как думаешь, к чему это приведет в этот раз?

Я не могла не спросить. У меня уже есть своё мнение, но хотелось услышать его.

Он снова посмеялся.

Матвей.

Я понял, что загадывать не вариант. Живем настоящим, а дальше видно будет. А у тебя какое мнение?

Я мысленно согласилась. Лайкнула сообщение. Но моё мнение было чуть другим.

Ариша.

Скорее всего мы пообщаемся какое-то время, и снова всё закончим. Но твой ответ меня устраивает больше.

Хотя на самом деле я бы, конечно, могла рассчитывать и на встречу, и на что-то большее. Но прошлый раз показал: лучше вообще ни на что не надеяться.

Я снова выбираю правду.

Матвей.

Если бы тогда я так не поступил, как думаешь, могло бы что-то получиться?

Я не задумываясь ответила: «Могло». И сразу задала другой вопрос. Не хочу поднимать эту тему. За такое долгое молчание я перевернула в голове всё, что можно. Я бы даже не хотела продолжать думать об этом, не то что отвечать. Он до сих пор ни о чём не догадывается. И я не собираюсь признаваться.

Несколько раз мы выбирали действие — просто обменивались парой фотографий. А потом снова его вопрос.

Матвей.

У тебя был пацан, который жил в твоём родном городе. Вы правда дружили, как ты говорила, или между вами ещё что-то было?

Ого. Я пытаюсь вспомнить, о ком он говорит. Из родного города я общаюсь только с двумя — Сашей и Ромой. Два моих близких друга. Между нами никогда не было ничего большего. Именно поэтому мы до сих пор общаемся.

Ариша.

Если ты про того оболтуса Сашу… то мы правда дружим. Вот виделись на днях, у него был день рождения. И ещё — к твоей правде: всё, что я говорила тогда, было правдой.

Мне не было смысла врать. Я доверяла ему. Очень сильно. Поэтому рассказывала всё без лжи и недоговорок. Даже когда было тяжело. Даже когда не хотелось.

И только сейчас, спустя год, я осознала: насколько же я была наивной и доверчивой. Вот так просто, от начала до конца, готова была открыть всю свою жизнь.

Больше не повторится. — Обещаю себе.

Моя очередь.

Ариша.

Почему ты так поступил?

Матвей.

Познакомился с девочкой. В тот момент понял, что в жизни гораздо проще строить отношения, чем на расстоянии.

Я перечитала два раза. И поймала себя на том, что меня это даже не расстроило. Ни капли. Только усталость. Я уже давно сделала вывод, что человек выберет не меня. И догадывалась, что именно из-за этого всё так вышло.

Матвей.

Но я потом 300 раз пожалел, что так сделал.

Ариша.

Ну… я догадывалась. Но до последнего не верила, что ты мог просто взять и пропасть. Теперь наконец-то всё выяснилось.

Правда.

Матвей.

Не жалеешь, что написала?

Ариша.

Нет.

И это правда. Не жалею. Даже если мы снова перестанем общаться — именно сейчас я получаю больше ответов на все свои вопросы. Именно сейчас я узнаю то, о чем бы никогда не узнала.

Матвей.

Действие.

Ариша.

Позвони мне завтра вечером, когда будет свободное время.

Матвей.

Договорились.

Непонятно, чего ожидать, но спасибо и на этом. Я бы очень хотела снова услышать его голос и пообщаться… спустя столько времени.

Мы играли еще час.

Вопрос за вопросом, ничего особенного. Но тут у меня возник интерес… и снова к прошлому.

Ариша.

Почему, если ты «300 раз пожалел», ты ни разу не написал мне?

Матвей.

Так я же писал. В сентябре.

Я помню. Тот самый момент, когда я не понимала, зачем, если всё равно всё закончится.

Ариша.

У меня не появилось чувства, что ты хочешь продолжить общение. Наоборот, показалось, что для тебя хорошо, что так случилось.

Матвей.

Я тогда получил конкретный ответ, что тебе это больше не интересно. А посыл был как раз в том, чтобы попробовать пообщаться еще раз.

Ариша.

Ничего себе…

Я не то чтобы удивлена… В моей голове это не укладывается. Я была уверена, что он пишет, чтобы окончательно попрощаться. Исправить то, что ушёл, так ничего и не сказав.

Я всё поняла не так. И он тоже.

Тогда я ответила, что сейчас это уже не важно. Не потому, что я больше не хотела его слышать. А потому что он был нужен мне тогда — когда просто ушёл. И спустя тот месяц тоже. Но его присутствие было важнее когда мне было так больно. А не когда я уже отпустила то, что случилось.

Он подумал, что я не хочу общаться. Я подумала, что он хочет попрощаться.

Мы оба ошиблись.

Матвей.

Вспомни три лучших воспоминания с моим участием за период нашего общения. Если конечно они есть. Или помнишь вообще.

Я замерла.

Три? Я помню вообще всё. От начала до конца. Некоторые разговоры могли стереться, но ощущения — они все здесь. Со мной.

Я начала перечислять. Слова потекли сами.

Ариша.

Помню. Наши видеозвонки.

Кружки, когда ты кидал своего брата.

Моменты, когда ты доверял какие-то свои секретики.

Ночью по звонку вместе смотрели фильмы.

Момент, когда ты скинул мне самолёт, напоминая о работе и месте, где было заложено начало всего.

Некоторые ситуации, в которых ты проявлял внимание.

Моментики, когда можно было искренне поговорить.

Смешной момент с островками и лодочками на обоях.

Все наши искренние разговоры. Я половину не помню словами, но помню, что в эти моменты чувствовала.

Донат Дане Кашину.

Возможно, ещё что-то, если в голове порыться.

Я отправила и только потом поняла: это явно больше, чем три. Но он спросил — я ответила. Честно. Как всегда.

Через несколько вопросов я призналась.

Ариша.

Я сохранила все кружки, которые ты отправлял. Все. Перед тем как удалить переписку.

Зачем? Потому что не хотела удалять. Ничего не хотела удалять. Но мне это было нужно. Чтобы сложнее вспомнить. Сложнее написать. Чтобы незачем было заходить в чат.

Матвей.

Я сильно удивлен.

Если вдруг будет вариант отдохнуть или по делам приехать в Питер, желание встретиться всё ещё есть?

Я рассмеялась. Вслух. Посреди ночи.

Ариша.

«Всё ещё»? Хахах.

Всегда было.

Даже когда я злилась. Даже когда говорила себе, что ненавижу. Даже когда удаляла переписку. Оно никуда не девалось. Просто было далеко убрано, придавленное обидой и усталостью. Но при любой возможности я была готова его достать и передать Матвею. Всё это время.

Ариша.

Если бы я оказалась в Питере, первое сообщение в этом чате было бы что-то вроде: «Привет, как дела? Что делаешь? Я в Питере, хихи)))». Что-то такое, да.

Мы посмеялись. Я пошутила, что подошла бы к его дому, даже не зная, где он живёт, и написала бы: «Посмотри в окно».

А потом он спросил:

Матвей.

Было бы у тебя желание отпраздновать день рождения в Питере?

Я не знаю, что ответить.

В прошлом году я хотела отметить где угодно, только не в Сочи. А в этот раз... в этот раз я планирую в Екатеринбурге. В кругу друзей или семьи. Просто дома.

Ариша.

Я хочу в Екатеринбурге.

Время подходило к пяти утра. Мне вставать в десять. Ему тоже на работу. Но мы оба не спешили прощаться. Как будто вернулись в то время, когда общались до последнего, почти засыпая в звонке.

Матвей.