Александр Мазин.

Абсолютное зло

(страница 4 из 27)

скачать книгу бесплатно

– Василич,– сказал Онищенко,– ты тут на своей земле, займись-ка соседями, а мы вокруг дома пошустрим.

– И чего спрашивать? – недовольно проворчал участковый.

– Да все. Может, шум слышали, крики, выстрелы. Василич, ты же не первый год замужем, сам сообразишь.

Спровадив участкового, повернулся к остальным.

– Ну, за дело,– бодро изрек он.

– И что мы ищем? – настороженно поинтересовался Шилов.– Случайно, не орудие убийства?

– Не боись! – успокоил Онищенко.– «Глухаря» на тебя не скину! А ищи все. Особенно то, чего не должно быть!

Первую деталь обнаружил местный опер, привыкший возиться с растительностью.

– Гляньте, мужики! – позвал он.

В нескольких местах на участке дерн был аккуратно подрезан. Более густая, чем на остальной поляне, трава слегка подсохла и образовала два длинных – примерно три на два метра – прямоугольника. Остальные «подмены» были значительно меньше по площади.

– Оп-па! – обрадовался Онищенко.– Ну-ка!

Присев, он ухватился за траву, без труда сдернул дерновый квадрат. Шилов тоже опустился на корточки, потыкал землю пальцем

– Нет,– покачал он головой.– Грунт не трогали.

– Жаль,– искренне огорчился Онищенко.– А я уж думал: нашли! А за каким хреном его срезали, как думаешь?

Шилов пожал плечами.

– Может, кровь,– сказал он.– А может, по каким-то садовым делам. Сделано, видишь, аккуратно. Старались ребята. Так что, Паша, ломик со следами мозгового вещества в кустах мы вряд ли найдем.

– А я вот что нашел! – Жаров держал за фитилек огарок черной свечки.

– Угу… – Онищенко приблизил длинный мясистый нос к огарку.– Ах какие пальчики! – восхищенно произнес он.– Просто как на пленочке! Ну молодец, Дима! Просто молодец! Ну, погнали дальше, мужики, пока солнышко светит.

К сожалению, больше на участке ничего не нашли. Правда, за участком, пошарив палкой в канаве у калитки, уже сам Онищенко обнаружил автомобильный брелок с тремя ключами. Сам брелок был безвозвратно испорчен, поскольку пребывание в воде плохо сказывается на электронике, тем не менее находка была любопытная.

В город вернулись около шести. Заехали в «Броню».

– День прожит не зря! – с удовольствием констатировал Онищенко, которого Жаров подвез домой.– Завтра к начальнику твоему пойдем: хвастаться! Если ему понравится, будем и дальше вместе работать. Ты не против?

– Нет. Мне понравилось,– ответил Жаров.

Он не знал, что завтра на работу пойдет пешком. За ночь с оставленных во дворе «Жигулей» некие умельцы снимут все четыре колеса.

«…На встрече в заранее условленном месте источник Острый сообщил: объект Кришна получил от неустановленного лица денежную сумму. Предположительно, не меньше пяти тысяч американских долларов.

Источнику удалось установить, что объект Пастор имеет доступ в одну из закрытых групп второго уровня.

Объект Шаман (Пархисенко) в личной беседе с Пастором хвастал, что имеет уже четырех неофитов, перспективных для передачи на высший уровень.

Говорил также, что за каждого неофита, переданного наверх, он получит тысячу долларов премиальных и, кроме того, тысячу пойнтов заслуги, что соответствует двум ритуальным жертвоприношениям или пяти убийствам, совершенным ритуальным оружием. Объект намекал, что совсем недавно такое убийство совершил, но получить конкретную информацию о месте и времени не удалось. По словам объекта, до следующего посвящения ему остается три тысячи триста семьдесят пойнтов.

Объект Мохнатый встречался с одним из лидеров велесовской преступной группировки Трубкиным (кличка Труба). Получить более подробную информацию в настоящее время не представляется возможным.

Задание: Продолжить дальнейшее освещение образа жизни разрабатываемых лиц, выявлять факты их противоправной организационной деятельности…

Справка: Информация представляет оперативный интерес. Указанные в сообщении лица являются объектами оперативной разработки под условным наименованием „Черная сеть“.

Мероприятия: используя возможности МВД, получить возможно имеющуюся информацию в отношении разрабатываемых объектов. В соответствии с планом оперативных мероприятий в рамках разработки дать задание ОПУ на выполнение квалифицированной оперустановки. Особое внимание уделить установлению личности объекта Пастор. При получении интересующей информации по фигурантам дать задание на наружное наблюдение вышеуказанных лиц…

Резолюция:Согласен. Особое внимание – информации об убийствах. Проверьте милицейские сводки. О результатах доложить.

Григорьев».

Глава одиннадцатая

Онищенко с интересом разглядывал сидящего перед ним человека. Холеные руки, холеное лицо с аккуратно подстриженной бородкой, тщательно отглаженный летний костюм, на среднем пальце правой руки – замысловатый серебряный перстень.

– Мучников Николай Иванович, проживающий по адресу: Саперный переулок, дом двадцать три, квартира шесть, так? – спросил Жаров.

– Так. А в чем, собственно, дело?

Гражданин Мучников имел вид уверенный, но с крохотной долей обеспокоенности. Вполне оправданной обеспокоенности. Специфика бизнеса по-русски. Много ли у нас обеспеченных людей, которым нечего скрывать от закона?

– Та ничего серьезного, Николай Иванович,– Онищенко широко улыбнулся, продемонстрировав среднего качества зубы. Звук «г» он нарочито растягивал на малороссийский манер. Этакий добродушный простоватый мент, любящий выпить, закусить, потискать что-нибудь мясистое женского пола.– Но, может, у вас, Николай Иванович, есть чего мне сказать?

Мучников пожал плечами:

– Совершенно не представляю, что может вас интересовать.

– А, прошу прощения, исключительно для протокола, где и кем трудитесь?

– Я продюсер.

– Продюсер? – простодушно удивился опер.– Это шо такое за бизнес?

– Я организую гастроли, в том числе зарубежные. Музыкальные коллективы, эстрадные шоу, показ моделей…

– Моделей? – переспросил Онищенко.– Ну теперь понимаю! – Он пошевелил в воздухе толстыми пальцами.– Теперь понимаю. А, прошу прощения, где вы, Николай Иванович, находились вечером в прошлый четверг?

– Какое это было число?

– Момент… – Онищенко сделал вид, что ищет по календарю.– Тринадцатое. Что, не можете припомнить?

– Ну почему же, могу. Тринадцатого числа этого месяца я находился в Финляндии. Если сомневаетесь, могу принести паспорт с соответствующими отметками.

– Ну что вы, что вы! – замахал руками Онищенко.– Я верю. Николай Иванович, дом номер двенадцать по улице Березовой в садоводческом товариществе «Ландышево» вам принадлежит?

– Мне. А что случилось? – Мучников слегка привстал.– Ограбление? Пожар?

– Та не, все хорошо! – Онищенко сделал успокоительный жест.– Целый ваш дом, стоит, не беспокойтесь. Николай Иванович, а кто еще кроме вас там проживает?

– Где?

– Та в доме этом.

– Никто.

– Да? – Густые брови опера взметнулись вверх, изображая крайнее удивление.– Вы не запамятовали, Николай Иванович? Может, ключи кому давали, подруге какой случайной или там родственникам?

– Нет,– последовал твердый ответ.– Ключи от дачи только у меня, родственников у меня нет, и случайных подруг – тоже.

– Это точно?

– Абсолютно. А в чем все-таки дело?

– Та ничего особого,– опер махнул рукой.– Надо кое-что уточнить для отчетности. Значит, Николай Иваныч, ключей от дома вы никому не давали и не теряли, так?

– Да.

– А может, на участок кого пускали?

– Нет. Все-таки, что произошло?

– Та соседи жаловались. Шумят у вас на участке. Крики, поют, спать мешают…

– Мне об этом ничего не известно,– отрезал Мучников.– В Ландышеве я не был уже две недели. Вы уверены, что с домом все в порядке? – Нервное постукивание перстнем по столу.– А почему, собственно, товарищ капитан, эту жалобу соседей рассматриваете вы, а не тамошнее районное отделение?

– По месту жительства,– тут же ответил Онищенко.

– Но я же прописан не в вашем районе.

– Вас это беспокоит, Николай Иванович? – Онищенко поглядел на руку Мучникова, и тот, спохватившись, перестал стучать, достал из внутреннего кармана черную расческу на ручке, провел несколько раз по волосам.

– Я спрашиваю, это вас беспокоит? – повторил опер.

– Нет. Но довольно странно… – Мучников спрятал расческу в карман. Онищенко успел заметить на ней золотую готическую надпись.

– Ничего странного,– возразил опер.– Рассматриваем по месту жительства подавшего заявление. Значит, Николай Иванович, вы ничего не хотите больше сообщить?

– О чем?

– О событиях, имевших место на вашем участке?

– Если там имели место какие-либо события, то мне о них ничего не известно! – отчеканил Мучников.

– Ну и хорошо,– благодушно кивнул Онищенко.– Тогда ознакомьтесь и подпишите.

Мучников прочитал, посмотрел на опера.

– Есть возражения по тексту? – спросил Онищенко.

– Слово «посторонним» пишется с тремя «о».

– Исправьте,– разрешил Онищенко.– Других возражений нет?

– Других нет.

– Тогда напишите «С моих слов записано верно, мною прочитано» и распишитесь. Вот и все. Благодарю за помощь, Николай Иванович. Всего хорошего!

Про дерн Онищенко ничего не сказал. И про свечку тоже. Всему свое время.

Сняв телефонную трубку, он набрал номер Логутенкова:

– Генадьич? Это Онищенко. Ты на месте? Тогда жди, я подъеду.

В кабинете Логутенкова сидела пожилая женщина.

– Мне подождать? – спросил опер.

– Останься, мы уже закончили.

Через минуту женщина покинула кабинет, а «важняк» полез за сигаретами.

– Дима мне намекнул, что вы кое-что нашли.

– Сказал – что?

– Про дерн сказал. И как вы, вурдалаки, обрадовались, когда решили, что захоронку обнаружили.– Логутенков улыбнулся.– А про остальное – ничего. Тебя ждал.

– Так зови его.

– Он в больницу уехал. За заключением паталогоанатома по одному делу. Кстати, уже давно должен был вернуться.

– Ну тогда с этим подождем,– сказал Онищенко.– Я сегодня с владельцем дачи беседовал.

– Так быстро?

– Домой ему позвонил,– пояснил Онищенко.– Вежливо попросил подъехать. Ну он не стал откладывать как законопослушный гражданин.

– Так уж и законопослушный?

– В указанное время, говорит, находился в Финляндии.

– Не врет?

– А смысл? Проверить же – как два пальца.

– А как он вообще?

– Вообще… – Онищенко задумался.– Ничего не могу сказать. Акккуратный очень. В словах. С процедурой нашей знаком. Я ему сказал, что заяву соседей проверяю, так он спросил: почему я, а не по территориальности?

– И что ты ответил?

– Сказал: по месту жительства соседа. Мол, тот послал нам по почте.

– Может, лучше было Шилова попросить?

– Ничего. Если он – чистый, то не важно. А если нет – не имеет значения. Я его все равно насторожил. Да, Генадьич, перстень у него приметный. Крест нерусский, змея и звезда шестиконечная. А по паспорту не еврей и рожей тоже не похож. Хотя чернявый…

– Шестиконечная звезда, голубь, не национальный признак, а символ, к твоему сведению. Ну-ка опиши этот перстенек подробнее.

– Я лучше нарисую. Дай бумажку.

Онищенко извлек ручку и по памяти, но с большой точностью изобразил мучниковский пестень.

– Ага,– сказал удовлетворенно Логутенков, поглядев на рисунок.– Египетский крест в шестиконечной звезде и все это в обрамлении пожирающей хвост змеи. Типичная, Паша, оккультная символика. Часто еще свастику по контуру изображают. Не было свастики?

– Не было. А откуда ты, Генадьич, такой умный?

– Да уж поумнее некоторых оперуполномоченных. А если без шуток, ты спрашивал у господина Кренова, чем их комиссия, а в частности, мой друг Суржин занимается?

– Спрашивал. Но их депутатство от ответа уклонились. И чем же?

– Как раз этим самым. Ритуалами, связанными с человеческими жертвоприношениями. Вот от Степы я этой символики и набрался. Собственно, он сам меня и ориентировал, а я с ним делился… кое-какими материалами.

– Значит, Суржин занимался сатанистами.

– В основном.

– Тогда непонятно, почему он один, как дурак, поперся прямо к ним в зубы? Они ведь запросто могли его грохнуть? Какие-то странные методы для серьезного человека!

– Странные,– согласился Логутенков.– Степа ведь не дурак. И бывший мент к тому же. Полезть вот так, нахрапом, без подготовки – не в его стиле.

– Тогда что же?

– Будем думать. А вот и Дима!

Жаров вошел в кабинет и положил на стол папку.

– Что так долго, Дима? До больницы езды пятнадцать минут. Были проблемы?

– Проблема одна,– ответил Жаров.– У меня ночью машину разули. Все четыре колеса. Обидно. Месяц как новую резину поставил. Так что не ездить нам больше с вами, товарищ капитан. По крайней мере в ближайшее время.

– Ну это мы поглядим,– сказал Онищенко.– А пока давай порадуем товарища следователя по особо важным делам нашими находками! – Он вынул их кармана два полиэтиленовых пакетика. В одном – огарок черной свечи, в другом – брелок с ключами.

Огарку следователь особого внимания не уделил, а вот брелок сразу же вытряхнул на стол.

– Так,– сказал он.– Где нашли?

– В канаве,– ответил Онищенко.– Перед калиткой.

Логутенков вертел брелок в пальцах, молчал.

– Эй! – не выдержал опер.– Генадьич, ты чего? Знакомая вещь?

– Знакомая,– глухо проговорил следователь.– Это ключи Суржина.

Надежда, что Степа жив и вершит где-то свои секретные дела, таяла.

– Ладно,– сказал важняк, опуская ключи в карман.– Завтра поедем осмотрим квартиру. И заодно поглядим, на месте ли его вторая машина. Дима, можешь идти домой, а тебя, Паша, если минут пять подождешь, я подброшу.

Глава двенадцатая

Домой Дима Жаров ехал на автобусе. На маршрутке быстрее, но Дима экономил. Тратиться на маршрутки – мотовство. Лучше в конце месяца купить еще шестнадцать метров «оперативки» для компьютера. Хотя какая, блин, «оперативка»? Колеса же! Надо где-то бабки искать…

Рядом с Димой, цепляясь за перекладину, слушал музыку прыщавый тинэйджер.

Подошла тетка-кондукторша, глянула мельком на Димину ксиву. Тинэйджер тоже достал документ, который тетка так же механически отсканировала и двинулась дальше. На физиономию меломана она глаз не подняла – и напрасно. Документ был «чернобыльский», а на «ликвидатора» меломан никак не тянул. По сопливому возрасту.

– Чего, бля, смотришь? – вдруг изрек сосед, перехватив взгляд Жарова.– По ушам дать?

Дима удивился.

– Мальчик,– произнес он, взирая на меломана сверху вниз,– ты случайно не болен?

Парнишка зыркнул по сторонам: они с Димой были у заднего стекла одни, если не считать сидящего у Жарова за спиной дедушки.

– Ща ты будешь болен! – пообещал меломан и показал Диме «пику».

Жаров по натуре был добр и незлобив. Но не настолько, чтобы позволить проткнуть себя ножом. Посему отреагировал, как учили: перехват руки с одновременным ударом колена в уязвимую точку.

От удара прыщавый агрессор увернулся, но руку его Жаров поймал, выкрутил, а тут еще автобус притормозил на остановке – тинэйджер зашипел от боли, выронил пику, Жаров тут же наступил на нее ногой, а шаловливую ручонку вывернул под острым углом.

Меломан уже не шипел, а визжал, как придавленная свинья.

– Ты что делаешь! – завопила какая-то бабка, обращаясь, разумеется, к Диме, а не к любителю острых предметов.

– Спокойно, милиция! – гаркнул Дима и опрометчиво ослабил захват.

Прыщавый агрессор тут же выдернул скользкую вспотевшую руку и выпрыгнул в кстати открывшуюся дверь.

Гнаться за ним Дима не стал.

– Вот, бабуля,– сказал он укоризненно.– Из-за тебя карманник удрал!

– А? – Бабуля была смущена.

– Пакетик полиэтиленовый найдется?

– Сейчас, молодой человек! – Бабуля была рада загладить оплошность.

Дима аккуратно, за кончик лезвия, поднял нож и уронил в пакет. Вещдок, как-никак.

Он еще не знал, что упустил соучастника.

Но кто его упрекнет? Он же следак, а не опер.

Данные бабульки он записал. И молчаливого дедушки тоже. Пригодится.

– Генадьич, ты бы подбросил меня к авторынку,– попросил Онищенко.

– Ты же домой хотел?

– Надо, Генадьич. Подбрось, мне ненадолго. Хочу к колесам прицениться: может, подмогну твоему стажеру.

– Можешь не прицениваться,– сказал Логутенков.– Аккурат две твои месячные зарплаты.

– А мы подержанные,– возразил Онищенко.– Будь другом. Тут всего-то минут пятнадцать!

– Ладно,– смилостивился следователь.– Поехали.

На рынке, вопреки сказанному, Онищенко к колесам прицениваться не стал, а сразу отправился на автостоянку и отыскал там стриженного под ежик здорового парня по кличке Автомат.

Автомат пил пиво из банки. Пиво стекало по его подбородку на круглый волосатый живот, бурдюком нависший над шортами.

– А… – пробормотал он, увидев Онищенко.– Очень рад.– Но круглое лицо его радости не выражало.– Пивка?

Рядом стоял переносной холодильник с початой упаковкой, обложенной дымящимся сухим льдом.

– Давай,– согласился Онищенко.– Как, Автомат, здоровье не беспокоит?

– Пока нет,– осторожно ответил тот.

– И машина у тебя бегает?

– Бегает,– еще более настороженно отозвался Автомат.

– А у моего друга из прокуратуры не бегает,– сокрушенно проговорил Онищенко.– Представляешь, оставил человек машину во дворе, а какие-то хмыри ее разули.

– Сочувствую.

– А территория-то твоя, Автомат,– заметил Онищенко.– На-ка адресок. Твоя территория, верно?

Его собеседник промолчал.

– Твоя, твоя – уверенно произнес опер.– Представляешь, Автомат, из-за каких-то долбаков, шестерок, у такого серьезного пацана, как ты,– неприятности.

– Не представляю,– здоровяк всосал банку и вскрыл следующую.

– А ты подумай,– наставительно проговорил Онищенко.– Ты ж меня знаешь, я ошибаюсь редко.

– Что-то я не въехал, гражданин начальник! – буркнул Автомат.– Это мне что, прокурору колеса дарить?!

– Ну ты нас совсем не уважаешь, Автомат! – укорил Онищенко.– Разве прокурор от криминального элемента подарок принять может? Ты подумай, Автомат, подумай. Ночи, правда, нынче короткие, но проворный человек многое может успеть. Там, кстати, и номерочек машины указан, если ты обратил внимание. Ну, будь здоров! – Онищенко похлопал по волосатому животу и вразвалочку отправился со стоянки. У него был хороший слух, но напутствия Автомата он не услышал. Потому что произнесено оно было очень-очень тихо.

Глава тринадцатая

«…Как правило, организации сатанистов строго конспиративны. На низовых уровнях производятся попытки объединения на основе музыкальных увлечений, в частности Black Death Metal, образования фан-клубов, ведется также агитация в сектах языческого направления, среди так называемых игровиков, в группах, изучающих оккультизм. Следует отметить, что, несмотря на отсутствие активного прозелитизма, характерного для тоталитарных культов типа „Свидетелей Иеговы“, западными идеологами сатанизма разработана „рекламная“ идеология, крайне привлекательная для подростков и особенно для лиц с определенными психическими нарушениями. Очень часто сами лидеры групп страдают психическими заболеваниями и активно практикуют различные сексуальные извращения. Учитывая иерархическую структуру сатанистских обществ по принципу территориальных ячеек, в которых культивируется беспрекословное подчинение лидерам, практика сатанизма приводит к устойчивым патологическим отклонениям психики…»

Из докладной записки первого заместителя председателя Специальной комиссии С. В. Суржина.

Юра медитировал. Сосредоточив внимание внизу живота, он очень медленно и очень плавно перемещался из стойки в стойку на узеньком пятачке между диваном и столом. Дыхание его было свободным, а движения – непрерывными. Глаза Юры были закрыты: он старался чувствовать окружающее. Дома у него получалось. В других местах – хуже. В лесу, например, он то и дело натыкался на деревья. С живыми людьми – легче. Правда, от живых людей исходило тепло. Они пахли и дышали. Сэнсэй говорил: «Слушайте. Не только ушами. Подошвами, лицом, кожей. Всем телом. Дуновение обгоняет бьющую руку, сотрясение почвы обгоняет подкрадывающегося врага. На затылке нет глаз, но есть шея, волосы. Всякое уязвимое место „чувствует“ опасность».

«Особенно жопа,– тихонько сказал тогда Федька, но сэнсэй, конечно, услышал.

«Верно, Кузякин,– сказал он.– Сто раз на кулаках».

Юра медленно перенес тяжесть на левую ногу, а правую оторвал от пола, одновременно «вынеся» вперед открытые ладони, остановил их в сантиметре от экрана монитора и начал плавный поворот вправо.

Этот комплекс сэнсэй показал не группе, а лично Матвееву. После того, как Юра у него на глазах отстоял двадцать четыре минуты в стойке дзен. И ноги у него не дрожали.

– Только не вздумай использовать эти стойки в кумитэ! – предупредил сэнсэй.– По татами размажут! Они – не для боя.

– А для чего? – спросил Юра, уже угадывая ответ.

– Для постижения внутренней силы. Читал небось о ней?

– Читал.

– И что вычитал?

– Овладевший силой Чи всегда побеждает!

– Неверно,– усмехнулся сэнсэй, подергал себя за ус.– Сила Чи не делает воина победителем. Она делает его непобедимым.

– Меня и это устраивает! – Юра тоже улыбнулся.– Еще я читал: для овладения ею нужно двадцать лет тренировок.

– Вся жизнь,– сказал сэнсэй.– Или один день. Если ты готов. Но ты не готов.

– Откуда вы знаете? – Юра улыбнулся еще шире. У Матвеева была на редкость располагающая улыбка, и он это знал.

– Ну так у тебя же ее нет, силы этой, верно? – Михалыч тоже усмехнулся.

– А я читал, что в наше время все приходит быстрей,– сказал Юра.– Темп жизни вырос.

– На нашем Пути – нет! – отрезал сэнсэй.

– А у других?

– Другие тебя, хлопче, не касаются.

Но Юре очень хотелось – быстрей. Тянуться, шлифовать технику, нарабатывать боевой опыт – конечно, здорово. Но все это – шелуха. Двадцать лет добираться до сердцевины? Извините!

Да, Юра Матвеев знал, что существует быстрый путь. И путь этот называется – магия. Но Юра был не настолько глуп, чтобы изучать его по книжкам. Это все равно, что овладение каратэ по мультику «ниндзя-черепашки». Нужен наставник. Только где его найти, настоящего мага?



скачать книгу бесплатно

страницы: 1 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11 12 13 14 15 16 17 18 19 20 21 22 23 24 25 26 27

Поделиться ссылкой на выделенное