Последняя вечеринка

Нэш несколько раз хлопнула в ладоши.

– Значит, и тебе надоело здесь сидеть?

– Долгое бездействие всегда угнетает. Составишь компанию?

– Разумеется, – с готовностью ответила Нэш. Скользнув с кровати, она остановилась рядом с ним.

Приподняв пальцем ее голову за подбородок, Кейн заглянул в темные глаза, смотревшие на него с любовью и доверием.

– Нэш, мы должны радоваться.

– Да?

– Нам дьявольски повезло.

– Да?

– Перестань «дакать». Точно говорю. Не удивлюсь, если мы избранники.

– Пришельцев?

Кейн продолжал смотреть ей в глаза.

– Улыбнись, – попросил он.

Увидев блеснувшие в улыбке белые зубы, он удовлетворенно качнул головой.

– Улыбайся чаще, а то в последние дни ты здорово стала походить на грозную владычицу какого– нибудь подземного царства, вечно злую и недовольную. Где бродят эти…как их там?

– Не помню. В школе, правда, я слышала о Белоснежке и гномах. Но это было давно, и Белоснежка, конечно…

– Все правильно, крошка. Эта малышка совсем из другой оперы.

Нэш продолжала улыбаться. Она чувствовала, как поднимается ее настроение. В самом деле, чего она хнычет? Да от радости ей визжать надо! Так повезло – попасть в руки пришельцев! Если им повезет, и когда– нибудь они вернутся домой, она станет легендой штата, и не только штата.

Чего только будут стоить ее байки, которыми она станет пичкать окружающих. Да за ней до конца жизни…Тут Нэш прикусила язык. Хватит! Нашла время мечтать! Сперва надо вернуться, а потом уже…

– А если появится пришелец? Ему может, не понравится, что мы без его согласия ищем пульт управления.

Кейн недовольно нахмурился. Он уже думал об этом, но какого– либо решения так и не принял. Ясно одно – пришелец своим появлением испортит им все дело. И Земли, скорее всего, им не видать.

– Конечно, он может наблюдать за нами прямо сейчас, но я все– таки рискну. У меня такое ощущение, что это сойдет нам с рук.

«Как с экраном, – подумала Нэш. – Я его разбила, но наказания не последовало. Шанс есть!»

– Где ты думаешь его искать? – спросила она.

– Логично начать рядом или перед экраном. Допускаю, пульт может располагаться и на потолке, но я туда не дотянусь. И ты тоже, даже если станешь мне на плечи.

Уверенным шагом, Кейн направился к экрану. Нэш оставалась стоять на месте, поглядывая, то на экран, то на его спину. Когда Кейна и экран разделяло всего несколько шагов, внезапно в полуметре от экрана появилась светящаяся фиолетовая полоса. Она бесшумно появлялась из одной желтой стены, и так же бесшумно исчезала в другой.

– Осторожно, Кейн!

Кейн остановился. Полоса не исчезла.

– У меня два объяснения: предупреждение или случайность. Если первое – следует быть осторожным. Если второе – лучше подождать. Кейн изучал полосу. Внешне она напоминала луч лазера. Кейн, правда, никогда его не видел, но он представлялся ему именно таким. Плотным, светящимся канатом толщиной в несколько пальцев.

Кейн присел, потом опустился на четвереньки. Нэш, готовая в любой момент закричать, напряженно следила за ним. Затея с пультом уже не так ей нравилась, как вначале. Что, если это какое–нибудь охранное устройство? Предосторожность от любопытных? Вот сейчас угол атаки изменится, и она останется одна!

Кейн, вывернув голову до предела, разглядывал луч снизу.

– Вообще–то, под ним можно проползти, – небрежно заметил он. – Места достаточно.

Кейн продолжал ползать вдоль светящейся полосы. Видно в глубокой юности, он немало провел времени в таком положении, путешествую под столом или кроватью. В те самые времена, когда комната напоминает дикие прерии, а ножки кроватей кровожадных индейцев.

Еще Нэш подумала, как много нового можно узнать о человеке в критической ситуации. Она уже совсем расхотела, чтобы Кейн искал пульт управления. Не нужен он им. Лучше подождать хозяев корабля. Не вечно же они будут оставаться здесь одни. Это было бы так грустно.

Кейн достал из внутреннего кармана пиджака авторучку, и попытался ткнуть ею в светящуюся полосу над головой.

Нервы Нэш не выдержали.

– Не делай этого, Кейн! Вдруг убьет!

Поколебавшись, Кейн спрятал авторучку обратно. Ему, если говорить честно, тоже перехотелось искать пульт управления. Исчезло самое желание, которое толкнуло его начать поиски. Что–то переменилось, и он это чувствовал. И не только у него внутри переменилось.

Глава 9

Выбравшись из–под полосы, Кейн принял нормальное, вертикальное положение.

– Неудачи, временами, тоже полезны, как разнообразие…Мы здесь уже много времени, – медленно продолжал он. Ты ощущаешь голод? Мы же ничего не ели с самой вечеринки.

Нэш сосредоточенно нахмурилась. Потом отрицательно покачала головой. Она была не голодна. И не только не голодна. Даже думать о еде забыла. Словно пища и не была первейшей потребностью человеческого организма. За исключением воды, разумеется. Но и жажды она тоже не испытывала.

Выслушав ее, Кейн многозначительно хмыкнул.

– Все это неспроста. Наверняка, наш неуловимый приятель что–то нахимичил с нашими животами. Раз они так мирно переносят отсутствие пищи и воды.

– Разве это плохо?

– На Земле, пожалуй, да. Здесь не знаю. Может, ему не понравилось, что мы пачкаем его корабль, кто знает.

Мысленно Кейн отчего–то начал перебирать в голове возможные варианты спасения. На выбор они могли: убежать, захватить заложников – хотя бы пришельца, что–нибудь взорвать.

Но Кейн понимал, все это не то. Бежать было некуда, заложник с момента их встречи так большие и не появлялся, а что до взрыва, у них просто нечем было взрывать. Да и какой смысл рубить сук, на котором сидишь?

– Послушай, – Нэш сделала робкую попытку вмешаться в его мыслительный процесс. Она, что ни говори, тоже была заинтересована в том, что их, возможно, ожидает. С пультом то они пролетели! Да как быстро! И опомниться не успели!

– Не мешай, – довольно грубо оборвал ее Кейн.

Нэш надулась. Настроение ее сразу упало. Снова появилась тоска по дому и привычным для нее вещам.

– Извини, – спустя некоторое время сказал Кейн. Ему было неловко за свою вспышку. Но и Нэш тоже хороша. Можно быть и внимательнее. Он тоже нуждается в одиночестве и относительном покое.

– Ничего. Я уже привыкла. Ты только то и делаешь, что кричишь на меня, а потом просишь прощения. Я устала, Кейн. Устала от всего, от тебя, твоих дурацких планов, я…я хочу домой, – тихо, очень тихо закончила она.

Шумно вдохнув воздух, Кейн задержал дыхание. Сосчитал в уме до десяти. С этим домом она когда–нибудь сведет его с ума. Они же договорились! Не напоминать друг другу о доме, как будто его никогда и не было.

Ну, сколько можно говорить об одном и том же? Ну, нет дома, нет! И неоткуда ему взяться. Он не волшебник, и лампы Аладдина у него тоже, к сожалению, нет. Как нет и дома. Пора бы Нэш это уже усвоить!

Кричать Кейн не стал. Он просто молчал и смотрел. Потом отвернулся к экрану. Везде звезды…пропади они пропадом!

– Кейн, что ты думаешь о Плутоне?

Кейн вздрогнул. Что он думает о Плутоне? Вспыхнуло и сразу охватило его неудержимое раздражение. Нет, это уж слишком. Нэш следует знать и меру. Что он думает о Плутоне…Да ни черта он не думает! И плевать ему на Плутон. Кейн хотел уже было ответить, но вовремя сообразил – это была не Нэш, и вопрос задала тоже не она.

Он обернулся. Обернулся и попятился. Рядом с перепуганной до смерти Нэш, на желтой площадке стоял пришелец! Тот самый! Желтое, с багровым оттенком туловище, и коричнево–черные узлы, непрерывно перемещавшиеся с места на место.

Кейн взглотнул, словно ему не хватало воздуха, несколько раз моргнул глазами. Он был потрясен , чего–чего, а этого он не ожидал. По крайней мере, сейчас.

На трезвую голову пришелец выглядел куда впечатляюще и угрожающе, чем когда тело и голова отравлены алкогольными испарениями. Кейн невольно отступил назад.

Нэш словно приросла к полу. Похоже, она даже дышать перестала. Бедняжка!

– Кейн, что ты думаешь о Плутоне? – задал пришелец свой вопрос во второй раз.

Кейн открыл рот, потом закрыл и снова открыл. Как рыба, вынутая из воды. Голос куда–то пропал.

Но зато в себя пришла Нэш. Глядя на пришельца изумленными глазами, она срывающимися голосом сказала:

– Плутон – это бог. По–моему, какого–то царства. Точно не помню, но как будто подземного, – в замешательстве она смолкла.

Пришел ее полностью игнорировал. И хотя он ничего ей не сказал, она вдруг остро это ощутила. Словно получила мысленный приказ замолчать.

– Кейн, что ты думаешь о Плутоне? – пылающая глыба была настойчива.

– Что я думаю о Плутоне? – растерянно пробормотал Кейн. – А что я думаю о Плутоне?

Пришелец шагнул в их сторону. Увидев это, Кейн сразу ощутил некоторый прилив сил. Страх иногда тоже, неплохо взбадривает!

Вопрос пришельца прозвучал в четвертый раз.

И Кейн ему ответил:

– Плутон…Одна из внешних планет солнечной системы. По данным американских исследовательских станций типа «Пионер», на поверхности Плутона обнаружены следы древних цивилизаций. Какие именно, не знаю, в прессе не упоминалось. Эксперты НАСА полагают, что существа, обитавшие на этой далекой планете, покинули свой неприветливый для человека мир, относительно недавно. Намного позже марсиан¸ где тоже было обнаружено много интересного. Плутон – граница мира. Вот, пожалуй, все, – закончил Кейн.

– Через пятнадцать минут мы высаживаемся на поверхность Фобоса, – теперь голос пришельца звучал где–то между Кейном и Нэш.

Он даже повернул немного голову, чтобы не пропустить чего–нибудь важного. То, что они, вообще, понимают язык пришельца, его почему–то не удивило. Да и чему тут было удивляться. Ведь он говорил на их языке!

– Вам необходимо примерить скафандры.

В тот же миг в воздухе прямо перед ними появились две светящиеся черточки. Темно–сиреневая и светло–зеленая. Мгновение, и они развернулись в неровные полосы с несколькими темными пятнами в разных местах.

Все это было настолько необычно, что Кейн позабыл и о страхе, и об осторожности.

– Кейн, ты первый.

Удивляясь собственной храбрости и послушности, Кейн как был босиком, шагнул вперед.

– Темно– сиреневый, – подсказал пришелец.

– Да, конечно, – Кейн сделал еще несколько шагов.

Дальнейшее совершилось в мгновение ока. Полоса окутала его со всех сторон, а потом бесследно исчезла. Кейн был порядком удивлен.

– Нэш, твоя очередь.

– Моя? – Нэш в панике дернулась назад, но быстро совладала со своими чувствами, и довольно уверенно приблизилась к оставшейся светло–зеленой полосе.

Она смотрела на нее так, будто полоса ее гипнотизировала, лишая всякой воли и чувств. Ей ужас как не хотелось быть завернутой в непонятно что, но иного выхода, как подчиниться у нее, похоже, не было.

«И почему только Кейн согласился надеть эти дурацкие скафандры?» – раздраженно думала она, злясь и на него, и на себя.

– Не волнуйся, Нэш, это совсем не страшно, – подбадривал ее Кейн.

Стиснув зубы и, даже не взглянув в его сторону, Нэш сделала последний шаг. Светло–зеленое вещество потянулось ей навстречу, и окутало точно сари. Потом, как и в случае с Кейном, бесследно исчезло.

Глава 10

– Теперь вы в безопасности, – заметил пришелец.

– Нам как, благодарить, или так? – Нэш смотрела на пылающие узлы. У нее было такое ощущение, будто она совершила что–то низкое и гадкое. Наверное, оттого, что она одела скафандр не по своей воле.

Пришелец ей не ответил. По–прежнему не обращал на нее внимания. Нэш насупилась. Дискриминация какая–то! У нее что, больше рук и ног, чем у Кейна? Или голова квадратная? Она была зла, и злость росла.

Кейн, нисколько не озабоченный ее мрачным настроением, повернулся к пришельцу. Нэш со своими капризами подождет. Она как Лондонская погода! Меняется через каждые полчаса.

Пришелец,…Похоже, их одиночеству пришел конец.

– Ты знаешь, как нас зовут, а как нам называть тебя? – стоя перед пришельцем, Кейн размышлял, не одеть ли ему туфли. Для большей солидности. А то, босиком, перед пришельцем. Еще подумает, что они какие–то дикари. А у них, между прочим уже есть компьютеры!

Нэш молчала. Она все еще была зла. На всех! Иногда такое с ней случалось.

– Мое имя…Тондор, – голос пришельца звучал сантиметрах в двадцати от лица Кейна.

– Тондор? – Кейн готов был поклясться, что имя себе пришелец выдумал только что. – А… – глаза Кейна сами сместились в сторону.

В помещении появился еще один пришелец. Точь–в–точь как Тондор, только без желтой площадки. Не обращая ни на кого внимания, в том числе и на своего собрата, он величественно проследовал к желтой стене, проломил ее, и начал удаляться в каком– то светящемся багрово–желтом туннеле.

Кейн, глядя на него с диким изумлением – он полагал, что других пришельцев на корабле нет – невольно прикинул, что сечение туннеля в том направлении, куда уходил второй пришелец, увеличилось до бесконечности.

А главное, рядом, всего метрах в двух от пролома, он видел обычную стену толщиной не больше полуметра. За ней открытый космос и звезды. И никакого туннеля!

Нэш перестала дуться.

– О, боже! – потрясенно воскликнула она, скорее всего от неожиданности.

– Тонокор – мой друг, – пояснил Тондор. – Если оперировать вашими аналогиями.

Второй пришлец внезапно исчез, а вместе с ним пропал и зрелищный туннель. Перед ними снова была непроницаемая желтая стена, к которой они давно уже привыкли.

– Как я заметил, толщина стены не везде одинакова, – сказал Кейн, желая показать, что он не только стоял, разинув рот и хлопая глазами. Он наблюдал, изучал, как и всякое мыслящее существо.

– Корабль система. Класса «Амаралок», – пояснил пришелец.

– Понимаю, – отыскав туфли одними ногами, Кейн, после некоторой возни обулся. О, совсем другое дело! Теперь спокойно можно выслушивать, что им скажет этот светящийся парень… – «Тондор», – мысленно поправился Кейн.

По телу пришельца – будто расплавленный воск – продолжали плыть и наплывать друг на друга коричнево–черные узлы и разводы. Временами проступали багровые, неровные полосы. Желтый цвет, основной фон – притягивал взгляды, и завораживал мысли. Кейн, желая избавиться от наваждения, качнул головой.

– Я знаю, у вас ко мне много вопросов, – начал пришелец. – Но сперва о скафандрах. На ваши вопросы я отвечу позже.

Кейна это устраивало, потому что заготовленные им заранее вопросы с появлением возможности их, наконец, задать, кому следует, вдруг бесследно исчезли. Как скафандры, о которых пришелец собирался им рассказать.

– Мы слушаем.

Нэш подошла к нему вплотную, прижалась к его плечу.

– Ваши скафандры неуязвимы, как перед земным оружием, так и перед каким– либо другим. В обычных, нормальных условиях, как сейчас, например, они невидимы…

«А, так вот почему они испарилась!» – подумала Нэш, понимая теперь в чем дело.

– Но чем выше опасность, тем отчетливее они проступают, защищая вас от любых источников… – голос пришельца вдруг начал удаляться, но уже через несколько мгновений звучал с прежней силой. – Интенсивность освещения служит индикатором опасности. Чем гуще свет, тем выше степень угрозы. Скафандры будут с вами всегда и везде.

Нэш не сдержалась и опечалено вздохнула. Как же так…Они ведь любят друг друга. Разве нельзя снимать скафандры хотя бы ночью? Вряд ли кто–то станет преследовать их сутки напролет.

– Не сковывая ваших движений, чем бы вы ни занимались, – закончил Тондор.

Лицо Нэш просветлело. А, ну если так, то ничего страшного. Пусть себе защищают, может хоть комары перестанут досаждать!

– А если кто–то попытается их украсть? – спросила она, сама удивляясь своей храбрости.

– Скафандр и х убьет.

Желтая стена рядом с экраном просветлела, образовался знакомый им уже багровый туннель. Пришелец вошел внутрь вместе со своей площадкой, и медленно начал удаляться. Постояв в нерешительности, Кейн и Нэш последовали за ним.

Внутренняя, бледная толща стены, в том месте, куда в нее вошел пришелец, с десяти сантиметров увеличилась до нескольких тысяч километров. И своей внешней поверхностью буквально нависла над угрюмым, изрытым метеоритами Фобосом.

Понять, где в этот момент находился корабль и они сами, было практически невозможно. Размерено двигаясь в бледной толще стены, в окружении светящихся багровых стен туннеля, пришелец напоминал божество.

Полупрозрачное, с бледным зеленоватым оттенком вещество под днищем его площадки вскоре начало плавиться. И не прошло и нескольких минут, как непонятно где – то ли в толще стены, то ли в багровом туннеле, протянувшемся на многие тысячи километров, а может в самом космическом пространстве – разлилась невиданная по размерам гигантская, зеркальная река, которая, казалось, легко могла поглотить всю солнечную систему.

Тондор, не обращая внимания на захватывающие воображение трансформации, продолжал свой путь к невидимой цели. Нестерпимо сверкало разлитое в пространстве ослепительное вещество.

Вязкие волны, будто гонимые космическим ветром, растекались все дальше, заполняя плотным светом угольную черноту пустого пространства. Звезды исчезли. Остался только свет.

Кейн, старясь не сойти с ума, внимательно смотрел по сторонам. У него просто не было слов, чтобы описать величие зрелища, которому они с Нэш стали свидетелями.

Но потом свет неожиданно погас, и они поняли, что пришли. Под ногами у них был темный камень. И такие же мрачные камни обступали их со всех сторон. Это был Фобос! Один из спутников Марса!

– Мы пришли, – донесся до их слуха спокойный голос пришельца.

Кейн, не зная, как ему на все это реагировать – кричать от восторга или замкнуться в себе, и терпеливо ждать, когда они вернутся в привычный им мир – никак не реагировал.

Он стоял и озирался по сторонам. Точно фотографировал все, что только попадало в поле его зрения. Они стояли на небольшой площадке, окруженной с трех сторон обломками скал.

Дальше, в нескольких десятках метров начиналась равнина, усеянная метеоритными картерами. Их было много, и некоторые напоминали воронки от взрывов снарядов.

Еще дальше было темно, и все поглощал мрак. Если они что и видели, то только благодаря Тондору и его площадке. И он, и площадка давали достаточно света, чтобы высветить все вокруг на несколько десятков метров.