Тёмка Чар

Глава 4. Семейный совет

В среду Тёмка Филиппов обнаружил, что взрослые обладают удивительной способностью спорить о вещах, которые ещё вчера их совершенно не интересовали. Причём спорить обстоятельно, с убедительными доводами и даже с обидой друг на друга. А когда мальчик пытался разрешить разногласия, ему объясняли, что он ещё маленький и не всё понимает. Это казалось Тёмке несправедливым: если взрослые всё понимают, почему же им так трудно договориться?

Началось всё с обыкновенного кухонного стола. Мама решила переставить его ближе к окну: там светлее и удобнее разбирать бумаги. Папа возразил, что возле окна стоит батарея. Алинка заявила, что расположение стола её вообще не интересует, поскольку она предпочитает есть у себя, но мама тут же напомнила, что уносить еду из кухни без разрешения не следует. Тёмка выслушал всех и предложил поставить стол посередине кухни. Тогда никому не будет обидно: и до окна недалеко, и батарея не мешает, и Алинка сможет обходить стол с любой стороны.

— Артём, — терпеливо объяснила мама, — посередине кухни стол будет мешать проходу.

— Так его можно на колёсики поставить. Кому мешает, тот и откатывает.

Папа неожиданно заинтересовался, но Антонина Павловна заявила, что превращать кухню в вагон-ресторан не собирается. Алинка добавила, что тогда придётся выдавать пассажирам билеты, а Тёмка предложил назначить её проводницей. Сестра заявила, что скорее переедет к бабушке, чем станет обслуживать семейный вагон.

Обсуждение ничем не закончилось. Мама отправилась на работу, папа поспешил в мастерскую, Алинка ушла в школу. Тёмка тоже собирался выходить, но на минуту задержался возле окна. Ему никак не давала покоя мысль, что обычный стол способен вызвать столько разногласий. Было бы неплохо придумать такой, который сам выбирает удобное место. Правда, если хозяева не могут договориться, столу тоже придётся решать, кого слушаться.

По дороге в школу Тёмка поделился мыслью с Мишкой и Васькой. Мишка представил, как стол убегает от него вместе с тарелкой супа, и заявил, что такая мебель ему не подходит. Васька заинтересовался колёсиками, но Тёмка уточнил: речь о столе, который сам принимает решения. Мишка заметил, что однажды такой стол вообще уйдёт жить в другую квартиру. Друзья расхохотались, представляя, как по улице катится мебель, а за ней бегут хозяева с тарелками.

В школе Анна Петровна объявила, что в пятницу состоится родительское собрание, и раздала приглашения. Тёмка внимательно прочитал: «Просим обеспечить присутствие одного из родителей». Он задумался. Почему одного? Если придут оба, это будет нарушением? А если мама задержится на работе, можно ли отправить Алинку? Она ведь почти взрослая и уверена, что разбирается в школьных делах гораздо лучше брата.

На перемене он спросил Лизку Самохину. Та объяснила, что одного родителя достаточно, но прийти могут оба. Тёмка поинтересовался, можно ли привести бабушку, если родители заняты. Лизка посоветовала уточнить у учительницы и не превращать обычное приглашение в задачу повышенной сложности. Мальчик обиделся: внимательное изучение документов, по его мнению, свидетельствовало о серьёзном отношении к делу.

После уроков он отправился домой с чувством ответственности. Предстояло не просто передать приглашение, но и убедиться, что родители правильно поняли его содержание. Тёмка решил дождаться ужина, когда вся семья соберётся вместе.

Дома на холодильнике висела мамина записка с просьбой полить цветы. Тёмка осмотрел четыре горшка и принялся за работу. Он помнил, что растениям требуется разное количество воды, поэтому проверил почву в каждом. Одному цветку вода была нужна, в другом земля ещё не просохла, а в третьем поверхность закрывали декоративные камешки. Мальчик осторожно отодвинул их, проверил землю и полил растение. Закончив, вымыл лейку и поставил её на место.

Всё прошло без происшествий. Тёмка даже удивился: взрослые так часто предупреждали его об осторожности, словно полив цветов был делом чрезвычайно опасным.

К вечеру вернулась Алинка. Она заметила, что камешки на подоконнике лежат немного иначе, и спросила, не проводил ли брат очередное исследование. Тёмка рассказал о поливе. Сестра осмотрела растения и похвалила его за аккуратность. Мальчик насторожился.

— Ты чего?

— Что?

— Хвалишь меня.

— А нельзя?

— Можно. Просто непривычно.

Алинка засмеялась и сообщила, что иногда он действительно способен делать всё правильно. Тёмка задумался: комплимент прозвучал так, словно сестра сама в него не верила.

За ужином мальчик положил приглашение на стол и торжественно сообщил, что в пятницу нужно обеспечить присутствие одного из родителей. Павел Андреевич посмотрел в календарь и сказал, что сможет прийти, если в мастерской не задержат с ремонтом машины. Мама ответила, что у неё отчётный период. Алинка предложила отправить папу: тот спокойнее переносит разговоры о школьной дисциплине.

— Почему это я лучше переношу? — удивился Павел Андреевич.

— Потому что ты сначала выслушиваешь, — объяснила Алинка. — А мама сразу начинает расспрашивать.

— Тогда папа пусть идёт, — поддержал сестру Тёмка. — Я ему всё заранее расскажу.

Антонина Павловна заинтересовалась, что именно сын собирается рассказать. Тёмка честно ответил: пока ничего особенного не произошло, но до пятницы ещё два дня. Папа медленно отложил вилку.

— Артём, ты сейчас сообщил очень обнадёживающую новость.

— Какую?

— Что неприятности у нас ещё только в планах.

Алинка рассмеялась. Мама попросила сына просто продолжать нормально учиться. Тёмка согласился, хотя считал, что приключения возникают без всякого предварительного планирования.

После ужина родители вернулись к вопросу кухонного стола. Антонина Павловна предложила всё-таки попробовать переставить его к окну. Павел Андреевич согласился, но предупредил, что сперва нужно проверить, удобно ли будет открывать шкафчики и проходить к холодильнику. Алинка заявила, что готова участвовать в испытаниях, если её освободят от мытья посуды. Тёмка предложил нарисовать план перестановки, но родители решили обойтись без чертежей.

Стол передвинули вдвоём, убрав с него скатерть и посуду. Тут выяснилось, что стул мешает открыть нижний шкафчик. Папа предложил немного развернуть стол, мама попросила сдвинуть его ещё на несколько сантиметров, а Алинка заметила, что теперь неудобно подходить к подоконнику.

Тёмка слушал, сколько мог, потом не выдержал:

— А можно я скажу?

Родители одновременно повернулись.

— Говори, — разрешила мама.

— Может, сначала решим, зачем его двигали?

Антонина Павловна напомнила, что хотела больше света за столом. Папа сказал, что можно поставить дополнительный светильник. Тёмка предложил небольшую лампу именно туда, где мама обычно разбирает бумаги.

— Тогда стол двигать не надо. И Алинке не придётся обходить его боком.

Павел Андреевич посмотрел на жену, потом на сына и засмеялся. Антонина Павловна тоже улыбнулась. Мальчик, которого часто просили не вмешиваться во взрослые дела, предложил самое простое решение. Стол вернули на прежнее место. Папа пообещал в выходные купить подходящий светильник.

Тёмка был чрезвычайно доволен: его не только выслушали, но и согласились без возражений. Он решил, что теперь родители чаще станут обращаться к нему за советом. Мама, впрочем, предупредила: один удачный совет ещё не делает человека главным специалистом по устройству квартиры.

— А почему?

— Потому что у специалиста должны быть знания и опыт.

— Так я же теперь опыт получил!

Папа заметил, что для настоящего мастерства одного решения маловато. Тёмка согласился, но подумал, что взрослые удивительно ловко умеют уменьшать значение чужих достижений.

Позднее, оставшись в комнате, мальчик достал синюю тетрадь и нарисовал кухню с передвижным столом, светильником, который сам меняет яркость, и цветочными горшками, сообщающими, когда их пора полить. Под рисунком он вывел: «Кухня, где никто не спорит». А потом представил, как холодильник жалуется, что его слишком часто открывают, шкафчик требует не хлопать дверцей, а стол возмущается горячими кастрюлями. Тёмка тихонько рассмеялся. Если мебель заговорит, взрослым придётся выслушивать замечания ещё и от неё.

Перед сном мама заглянула в комнату, проверила домашние задания и пожелала спокойной ночи. Но Тёмка спросил, почему взрослые спорят, даже когда хотят одного и того же. Антонина Павловна присела на край кровати.

— Потому что люди по-разному представляют себе лучший способ добиться результата. И иногда забывают выслушать друг друга.

— А если бы все сразу слушали, ссор бы не было?

— Их было бы меньше. Но совсем без разногласий жить невозможно.

Тёмка вспомнил утренний разговор.

— Мам, а если завтра я опять предложу стол на колёсиках, ты хотя бы дослушаешь?

— Дослушаю, Тёмка. Но покупать колёсики не обещаю.

— Тогда договорились.

Мама поправила одеяло и направилась к двери, но мальчик окликнул её:

— Мам, а на родительском собрании учителя тоже получают замечания?

— С чего ты взял?

— Родители ведь приходят узнать, как мы себя ведём. Вдруг им тоже есть что сказать про учителей?

Мама улыбнулась и объяснила, что на собрании обсуждают учёбу, поведение детей и общие школьные вопросы.

— А если папа скажет, что я дома хорошо себя веду, Анна Петровна поверит?

— Думаю, поверит. Только папа должен говорить правду.

— А если он скажет только хорошую правду, это будет считаться обманом?

По лицу мамы Тёмка понял, что вопрос оказался непростым.

— Правда не делится на удобную и неудобную. Спокойной ночи.

Она выключила свет и вышла. Тёмка подумал, что папе обязательно нужно помочь подготовиться к собранию. Ведь Анна Петровна может задать совершенно неожиданный вопрос. Мальчик включил лампу, достал лист и старательно написал: «Памятка папе для родительского собрания». Ниже появились три пункта: «1. Сначала сказать, что Тёмка хороший. 2. Если спросят про поведение — вспомнить понедельник. 3. Если спросят про другие дни — попросить перейти к следующему вопросу».

Тёмка перечитал памятку, остался доволен и незаметно положил её в папин портфель, стоявший в гостиной. Потом вернулся в кровать и уснул.

Павел Андреевич, заглянувший в портфель поздно вечером, обнаружил листок и долго смеялся, стараясь не разбудить домашних. Особенно ему понравился третий пункт. Он аккуратно сложил памятку и положил обратно. Показывать её жене не стал. В конце концов, на родительском собрании ему действительно могло пригодиться что-нибудь подобное.

Глава 5. Девочки, с которыми лучше не спорить

В четверг Тёмка Филиппов обнаружил, что недавние успехи не дают никаких преимуществ накануне родительского собрания. Понедельник он провёл под знаком примерного поведения, во вторник участвовал в школьном фотографировании, а в среду помог родителям решить спор о кухонном столе. Теперь ему казалось, что взрослые могли бы сложить всё хорошее вместе и выдать что-нибудь вроде справки о благонадёжности. Однако папа, обнаруживший вечером в портфеле сыновнюю памятку для собрания, ограничился смехом и обещанием поговорить с Анной Петровной без подсказок.

За завтраком Павел Андреевич снова вспомнил памятку и спросил, как именно следует «переходить к следующему вопросу», если учительница ещё не закончила предыдущий. Тёмка пояснил, что такую возможность нужно выбирать по обстоятельствам. Антонина Павловна велела сыну оставить папу в покое, а Алинка заметила, что у учительницы наверняка хватит вопросов и без дополнительной программы. Мальчик решил не спорить. Он давно усвоил, что перед важным событием взрослым лучше не мешать сохранять уверенность.

У школьных ворот небольшая компания учеников наблюдала за необычным состязанием. Рослый мальчишка держал над головой синий гимнастический обруч, а девочка в красной куртке пыталась вернуть его. Выяснилось, что она попросила подержать вещь, пока завязывает шнурок, и теперь расплачивалась за чрезмерную доверчивость. Рядом стояла девочка постарше и следила за происходящим с таким сосредоточенным выражением, словно уже решила обратиться к дежурной учительнице, но хотела дать нарушителю последнюю возможность одуматься.

Младшая дважды подпрыгнула, после чего прекратила бесполезные попытки и внезапно наклонилась к ботинкам обидчика. Тот тоже посмотрел вниз. Девочка ухватила обруч, но мальчишка вовремя поднял руку. Тёмка, который сначала не собирался вмешиваться, громко поинтересовался, давно ли тот занимается художественной гимнастикой. Последовал немедленный и весьма возмущённый ответ; пока его автор отрицал всякую связь с гимнастикой, старшая девочка забрала обруч. Мальчишка заметил дежурную и скрылся в школьных дверях. Публика разошлась, не получив обещанного продолжения.

Старшую звали Маша. Ей было одиннадцать лет, она училась в пятом классе и уже успела привыкнуть к новой школе, хотя семья переехала в Тихобродск совсем недавно. Младшей, восьмилетней Ксюше, куда больше нравилось имя Ксюшка. Она немедленно объявила, что справилась бы самостоятельно, и тут же поблагодарила Тёмку, словно эти два утверждения ничуть не противоречили друг другу. Маша внимательно осмотрела обруч, проверила, не осталось ли трещины, и только после этого предложила идти на уроки. Ксюшка же зашагала первой, размахивая возвращённой вещью, пока ей не напомнили, что в дверях можно кого-нибудь задеть.

Тёмка поднялся к своему классу с ощущением удачно начавшегося дня. Мишка Кочерыжкин и Васька Бублик выслушали его рассказ, причём Ваську больше заинтересовала ловкость девочки, а Мишку — судьба обидчика. Однако прозвенел звонок, и подробные обсуждения пришлось отложить. На русском языке Тёмку вызвали к доске. Он без ошибок выполнил упражнение, заслужил пятёрку и впервые подумал, что завтрашнее собрание, возможно, пройдёт для него вполне благополучно. На математике настроение слегка ухудшилось: проверяя верное решение другим способом, он по рассеянности поменял местами действие и знак. Ошибку удалось исправить, но только после нескольких минут бесплодного удивления над ответом, который совершенно не желал совпадать с первым.

После русского языка Тёмка задержался у доски, чтобы стереть мел. Анна Петровна попросила его передать несколько тетрадей в учительскую. Задание было простым, но возле лестницы мальчик увидел, как из пачки выскальзывает листок с фамилией одноклассника. Он поднял его и обнаружил не готовую работу, а пустой бланк: учительница приготовила лист для ученика, который накануне болел. Тёмка уже потянулся вложить лист на место, когда из соседнего кабинета вышел тот самый мальчик и попросил отдать ему бланк. Тёмка едва не согласился. Потом представил, как будет объяснять учительнице исчезновение листа, и предложил однокласснику самому зайти за ним. Тот обиделся: какая разница, от кого получать бумагу? Разница оказалась существенной. Анна Петровна собиралась приложить к бланку образец заданий, которые нужно было выполнить дома. За урок, проведённый у доски, Тёмка впервые почувствовал себя человеком, который не только умеет вовремя помочь, но и умеет вовремя отказаться от лишней услуги.

В коридоре он обнаружил, что пятёрка никак не избавляет от обыкновенных школьных забот. Сменную обувь кто-то сдвинул в дальний угол раздевалки, а куртка свесилась с крючка так низко, что рукав почти касался пола. Пока мальчик наводил порядок, к нему подошла Маша с младшей подругой. Ксюшка держала обруч уже обеими руками, будто собиралась лично охранять его до конца жизни. Она внимательно посмотрела на Тёмкину куртку и предложила привязать к воротнику яркий шнурок: тогда вещь не перепутают с чужой. Маша заметила, что сначала неплохо бы выяснить, кто и зачем её путает. Тёмка же решил, что никакая особая система защиты для одной куртки не нужна. Его рассмешило другое: девочки познакомились с ним только утром, а уже успели предложить два противоположных способа решения задачи, которой на самом деле не существовало.

В шкафу у раздевалки Тёмка встретил помощника завхоза Николая Ивановича. Тот вёл проверку дверных петель и наклеивал на дверцы маленькие бумажные номера. Мальчик поначалу решил, что шкафам присваивают места в каком-то соревновании, но выяснилось, что номера нужны для ремонта. Николай Иванович работал не спеша: записывал, какая дверца закрывается туго, какая скрипит и где требуется заменить винт. Тёмка долго наблюдал за ним и спросил, зачем вообще составлять перечень, если любую неисправность можно устранить сразу. Мужчина ответил, что для этого пришлось бы носить с собой целую мастерскую, а главное — можно забыть про самую опасную поломку, увлёкшись самой заметной.

Тёмка вспомнил, как однажды они с Васькой целый час пытались исправить перекошенную полку, пока папа не заметил, что её держит всего один ослабленный кронштейн. Николай Иванович разрешил мальчику подержать блокнот, но предупредил: никакого самостоятельного ремонта. Это оказалось труднее, чем простое наблюдение. Тёмка всё время замечал то слишком длинный шуруп, то неподходящий крючок и мысленно уже подбирал инструменты. Зато в конце узнал, что у каждой неисправности есть своя история, а у поспешного ремонта — неприятное свойство создавать новую.

На лестнице он столкнулся с Ксюшкой, которая несла куда-то свёрнутый ватман. На листе были написаны слова «Наш удивительный район» и нарисована улица, почему-то заканчивавшаяся прямо посреди реки. Ксюшка объяснила, что рисовала по памяти, а вода появилась, когда младший сосед опрокинул стакан на стол. Она решила не скрывать пятно, а превратить его в реку. Тёмка оценил находчивость, но заметил, что в их городе подобной реки нет. Ксюшка спокойно сообщила, что теперь будет. Им пришлось разойтись, так и не договорившись, считать ли исправленную ошибку открытием. Маша, увидев работу на уроке, позже предложила подписать её «Город, который мог бы быть». Так никто не стал выдавать выдумку за карту, а плакат неожиданно заинтересовал учительницу.

На большой перемене Тёмка отправился в библиотеку вернуть книгу. Маша сидела у окна и делала выписки для школьного сообщения. Её тетрадь была поделена на аккуратные разделы; напротив названий книг стояли пометки. Тёмка не очень понимал, зачем готовиться к небольшому выступлению так, будто собираешься защищать научную работу, но ничего не сказал. Сам он чаще всего вспоминал о таких заданиях накануне и тогда работал быстро, хотя иногда приходилось жертвовать временем сна.

На обратном пути от библиотеки выяснилось, что Ксюшка, при всей её решительности, пока не запомнила расположение нужных кабинетов. После урока рисования она однажды свернула не к лестнице, а в коридор, который заканчивался дверью подсобки, и опоздала на занятие на четыре минуты. Маша решила нарисовать ей схему школьного этажа. Ксюшка выслушала предложение без восторга: схема требовала смотреть на бумагу, а не вперёд. Тёмка предложил другой способ — запоминать повороты по заметным вещам. Возле лестницы висел старый портрет, у кабинета музыки стояла пальма в кадке, а дверь спортивного зала отличалась потёртой металлической ручкой. Девочка сразу загорелась этой идеей и стала проверять её на практике. Она уверенно довела друзей до портрета, но затем остановилась: прямо перед ними обнаружились два похожих поворота, и в каждом висело одинаковое объявление о правилах поведения. Так первый же опыт доказал, что одних примет недостаточно. Маша предложила дополнить их номерами кабинетов, и Ксюшка, посопев, согласилась. На следующий день она уже не плутала по школе, хотя продолжала утверждать, что это заслуга исключительно портрета.

Ксюшка тем временем увидела на стойке журнал с огромным воздушным шаром на обложке. Нужный выпуск лежал в середине стопки. Девочка попробовала вытащить его за уголок, не трогая остальные, и добилась результата, которого явно не ожидала: соседние журналы соскользнули на пол. В тишине звук получился таким выразительным, что Людмила Борисовна отложила каталог. Ксюшка замерла с добычей в руках; по лицу её было ясно, что виноватым она считает прежде всего устройство подставки.

Библиотекарь попросила вернуть журналы на место. Маша сразу стала раскладывать их по датам, Тёмка поднимал выпуски с пола, а Ксюшка рьяно подавала их обеим сторонам, несколько раз перепутав порядок. Людмила Борисовна показала, как извлекать журнал сверху, не нарушая устойчивости стопки. Ксюшка внимательно выслушала объяснение и неожиданно спросила, почему нельзя было сразу поставить нужные журналы так, чтобы до них было легче дотянуться. Библиотекарь посмотрела на стойку и признала, что в этом предложении кое-что есть.

Когда они закончили расставлять журналы, Людмила Борисовна неожиданно предложила Ксюшке помочь с настоящим библиотечным делом: разложить детские выпуски по месяцам. Девочка сразу обрадовалась поручению, но выяснилось, что некоторые журналы выходили с двойными номерами, а один экземпляр оказался без обложки. Ксюшка сначала хотела назначить его самым старым, поскольку выглядел он весьма потрёпанным. Маша предложила проверить дату на последней странице, а Тёмка нашёл год возле сведений о типографии.

Работа оказалась почти детективной, хотя никто ничего не скрывал и не пытался обмануть. У потерянной обложки нашлась собственная история: её забрали для выставки рисунков и забыли вернуть. Ксюшка с искренним удивлением обнаружила, что порядок в библиотеке поддерживается не сам собой. Людмила Борисовна поблагодарила ребят и объяснила, что ошибки бывают даже в самых аккуратных картотеках — важно вовремя их замечать. Тёмка пообещал себе никогда больше не вытягивать нужную вещь из середины высокой стопки, не посмотрев, на чём держится остальное. Обещание он никому не объявил: слишком хорошо помнил, как громко может падать библиотечная тишина.

Тёмка впервые заметил, насколько по-разному устроены новые знакомые. Маше было достаточно взглянуть на беспорядок, чтобы мысленно составить порядок действий. Ксюшке тоже требовался всего один взгляд — после него она немедленно приступала к делу, не всегда успев решить, к какому именно. При этом обе действовали с полной уверенностью и, судя по всему, редко меняли мнение под давлением обстоятельств.

После уроков они встретились у крыльца. Возле стены стояла картонная коробка, из которой при каждом порыве ветра раздавалось шуршание. Ксюшка решила, что внутри кто-то живой. Маша обратила внимание на надпись «ДЛЯ КАБИНЕТА БИОЛОГИИ. НЕ ПЕРЕВОРАЧИВАТЬ» и предложила найти взрослого, прежде чем трогать чужую вещь. Тёмка заглянул в щель под приподнятой крышкой и увидел цветную бумагу. Вскоре появилась молодая учительница, разыскивавшая материалы для осенней выставки. Загадочный обитатель коробки оказался набором картонных листьев, плакатов и гирлянд, которые шуршали на ветру. Ксюшка разочаровалась, но немедленно вызвалась помочь с доставкой.

Коробка была лёгкой, зато широкой. В школьную дверь она не проходила, и Ксюшка взялась руководить переноской с уверенностью опытного грузчика. После нескольких противоречивых указаний Тёмка поставил ношу на пол. Маша осмотрела дверной проём и предложила повернуть коробку узкой стороной. Всё получилось с первой попытки. Ксюшка заметила, что именно это и пыталась объяснить, только словами у неё вышло немного длиннее.

Учительница разрешила детям посмотреть, как готовится выставка. В кабинете стояли домики из картона, фигурки из природных материалов и маленький осенний парк с бумажными деревьями. Особенно Тёмке понравился велосипедист, который двигался по нарисованной дорожке, когда сбоку поворачивали спрятанную ручку. Мальчик присел, чтобы рассмотреть устройство. Его интересовал не столько велосипедист, сколько мысль о целой крохотной улице: с открывающимися дверями, загорающимися окнами и прохожими, которые могли бы перемещаться сами. Учительница объяснила, что макет сделали ребята из технического кружка, и показала, где узнать расписание.

Ксюшка тут же спросила, нельзя ли заставить велосипедиста ехать быстрее. Маша заинтересовалась самим механизмом и тем, насколько трудно собрать такой дома. Пока они выясняли подробности, Тёмка обнаружил, что хорошая вещь может быть интересна сразу по трём совершенно разным причинам. Никто из них даже не подумал о том, что это странно.

Учительница, заметив неподдельный интерес детей, сняла с соседнего стола похожую поделку — картонный мост с разводными пролётами. Пока один ученик поворачивал ручку, другой должен был следить, чтобы тонкие рейки не задевали бумажные перила. Ксюшка захотела попробовать первой, но от поспешного движения мост разошёлся не до конца и одна из реек остановилась под углом. Тёмка не стал ничего выдёргивать. Он присел и увидел, что конец нити попал под деревянную шпильку. Маша придержала конструкцию, учительница освободила нить — и мост без труда вернулся в прежнее положение. Ксюшка огорчённо смотрела на устройство, пока учительница не предложила ей попробовать ещё раз, медленно. Второй опыт прошёл без малейшей заминки. Девочка торжествовала так, будто только что открыла настоящий разводной мост через большую реку. Тёмка заметил, что ей больше всего понравилось не вращать ручку, а справиться с тем, что сначала не получилось.