banner banner banner
Вечный: Шпаги над звездами. Восставший из пепла. И пришел многоликий… Последний рейд (сборник)
Вечный: Шпаги над звездами. Восставший из пепла. И пришел многоликий… Последний рейд (сборник)
Оценить:
Рейтинг: 0

Полная версия:

Вечный: Шпаги над звездами. Восставший из пепла. И пришел многоликий… Последний рейд (сборник)

скачать книгу бесплатно

– Это воины Врага, они принадлежат Низшей касте, но не столь многочисленны, как тролли. О них мало известно, потому что тех, кто встретился с ними и выжил, можно пересчитать по пальцам. Но говорят, что они были специально выведены Врагом для битвы с людьми.

– А чем же они такие страшные? – продолжал допытываться парень.

Ив пожал плечами:

– Говорят разное, я слышал, что они могут своими лапами разрывать стальную трехдюймовую плиту.

За столом вразнобой заговорили:

– Они могут жить в открытом космосе без скафандра…

– Их не берет ни луч, ни плазма…

– Они могут вынюхать человека по следу даже спустя недели…

Парень испуганно озирался, а бражники, заметив, что он боится, разошлись еще пуще. Когда шум немного поутих, а Счастливчик доцедил вторую кружку и смотрел, как она наполняется в третий раз, парень тихо прошептал:

– А эти, Дети гнева, они тоже воины Врага?

Щеголь не выдержал и повернулся, давясь от смеха:

– Ты еще спроси, кто такая Дагмар-предостерегающая!

– Мы завсегда чтили святую! – обиделся парень. Это прозвучало так потешно, что опять раздался громкий хохот. На этот раз увалень набычился, и Ив решил слегка разрядить обстановку:

– Когда Враг впервые появился на наших границах, первой планетой, на которую он напал, был Зоврос.

– Я знаю, – воодушевленно вскрикнул парень, – оттуда святая Дагмар послала свое предостережение!

Ив усмехнулся:

– Ну, если ты все знаешь, зачем я буду рассказывать?

Тот покраснел до ушей. Ив сделал паузу, обведя суровым взглядом публику, готовую вновь разразиться хохотом, потом продолжил:

– Враг собрал всех женщин Зовроса и принудил их зачать от своих воинов. Он хотел вывести новую породу воинов, но благородные доны напали на планету и освободили женщин. Однако их дети родились не совсем людьми.

– Они служат Врагу? – возбужденно выпалил парень.

Тут уж даже грозные взгляды Ива не смогли никого удержать, а щеголь, утирая выступившие от хохота слезы, пробормотал:

– Не вздумай такое сказать при них, они живо выпустят у тебя кишки или откусят голову. Хоть для Врага нет более страшных противников в мирах людей, чем Дети гнева, но привычки у них еще те.

Бедняга смутился еще сильнее. Ив покачал головой. Откуда взялся этот парнишка, из какой дыры? Ничего не знать о мире спустя полтора века после начала Конкисты… Хотя он слышал, что в некоторых фермерских общинах действовала секта Трех обезьянок, проповедовавшая сущую ересь: мол, то, о чем не знаешь, для тебя не опасно. Святой престол смотрел на нее сквозь пальцы, ибо эта ересь была не опасной и по определению не могла выйти за пределы замкнутых общин. Счастливчик осушил кружку, поднялся и направился к стойке. Хозяин выскочил ему навстречу и услужливо поклонился, указывая рукой в сторону лестницы, ведущей наверх:

– Прошу, благородный дон. Дон Шарлеман просил передать, что в его комнате есть свободная кровать и он с радостью, – тут хозяин хихикнул, дословно цитируя Сивого Уса, – разделит с вами кров и очаг.

Ив кивнул, а хозяин поспешно добавил:

– Его комната номер семь.

Когда Ив уже ступил на лестницу, от стола вновь раздался голос парня:

– А кто такой Вечный?

На несколько мгновений в таверне повисла тишина, а Ив медленно повернулся и негромко, но так, чтобы все услышали, произнес:

– А вот этого, парень, не знает никто.

Потом повернулся и начал спокойно подниматься по лестнице.

В комнате дона Шарлемана сидели двое: сам Сивый Ус и дон Киор. Ив понимающе кивнул и затворил дверь. Оба молча смотрели, как он стянул через голову перевязь со шпагой и бросил ее на кровать рядом с доном Киором.

– Ну, что скажете?

Дон Киор задумчиво потерся щекой о плечо, топорща усы.

– Все ясно, как в тумане. Завтра надо походить, поспрашивать. Пока ты набивал пузо, что, клянусь святым Багрой, тоже весьма необходимое занятие, мы с Сивым Усом перебрали все слухи, долетавшие до наших ушей за последние две недели. Если мы чего не подзабыли, то создается впечатление, что наниматели действуют очень осторожно.

– Что, так мало слухов?

– Слухи-то есть, да что-то все не внушают доверия, – усмехнулся дон Шарлеман. Дон Киор вздохнул:

– Если я через неделю не найду контракта, хоть в конвой, хоть к пиратам, то, клянусь святой Инуарией, вынужден буду свалить с этой планетки.

Дон Шарлеман покачал головой и грустно улыбнулся:

– Куда? Здесь хоть перекресток маршрутов.

– И, клянусь Брогом-прорицателем, слишком много нашего брата. – Дон Киор задумчиво почесал в затылке. – А может, податься на Новый Город, в ушкуйники? Меня один знакомый боярин давно в гости зовет. Отчаянные ребята, и Перемирие им нипочем.

Сивый Ус искривил губы в улыбке:

– Потому-то они и вне закона во всех мирах, кроме своего Нового Города. Ладно, мои благородные друзья, завтра я пройдусь по портовым конторам по найму, послушаю, что там скажут.

– Я потолкаюсь по кабакам, – добавил дон Киор. Ив кивнул и сказал:

– А я поторчу здесь. Кто бы ни был этот наниматель, вряд ли он так просто плюнет на трех ветеранов.

Дон Киор поднялся, по обычаю благородных донов обнял Ива и дона Шарлемана, поочередно коснувшись их щек кончиками своих усов, и вышел из комнаты.

На следующий день Ив проснулся поздно. Сивого Уса уже не было. Счастливчик не торопясь позавтракал в полупустом зале, отдал свои вещи в стирку симпатичной служаночке, которая, потупя глазки, сказала, что, дабы угодить благородному господину, будет сегодня до полуночи в одиночестве гладить его рубашки у себя в комнате, а на случай, если дон вдруг окажется совсем бестолковым, добавила, что он может в любой момент зайти и проверить, достаточно ли она усердна. Ив принял это к сведению, многообещающе хлопнул служаночку по крепкому заду и направился в душ. Когда он вернулся, на ходу суша полотенцем мокрые волосы, у дверей его комнаты переминался с ноги на ногу вчерашний увалень.

Ив остановился у дверей, окинул его взглядом и небрежно бросил:

– Ну чего тебе, деревня?

Тот смущенно содрал с головы шапку и, комкая ее в руке, жалобно попросил:

– Возьмите меня в услужение, господин.

– Да ты, никак, спятил! – фыркнул Ив.

– Возьмите, господин, не пожалеете, – горячо заговорил парень. – Я сильный и грамоте горазд, и флаер водить умею, и-и-и… трактор и скиммер… А еще я на лошади езжу и шью.

Ив рассмеялся:

– Да, милейший, ты полон талантов. Но все дело в том, что я не могу себе позволить нанять слугу. После Перемирия работы для благородных донов слишком мало, а за ту, которая есть, мы грыземся так, что только клочья летят, и единственное, что всех нас объединяет, так это тощие кошельки.

Парень неловко поежился:

– Да мне много не надо, так, стол да постель по первости, а коли разбогатеете, так и мне что перепадет.

– Да ты, приятель, хоть слышал, что я тебе сказал? Куда тебе в благородные доны, выкинь это из головы. Сейчас ветераны не могут найти контрактов, а соплякам вроде тебя вообще не на что рассчитывать.

Парень упрямо набычил голову. Ив вздохнул, потом махнул рукой и спросил:

– Как зовут-то?

– Пип! – обрадованно рявкнул тот. Ив отворил дверь в комнату и выбросил в коридор пару сапог:

– Ладно, парень, если ты такой упрямый, то вот тебе работа.

Пип просиял и, схватив сапоги, бросился к лестнице. Ив хмыкнул, покачал головой и закрыл дверь. Пивной Бочонок и Сивый Ус вернулись только под вечер. Первым появился дон Киор. Когда он ввалился в комнату и, плотно закрыв за собой дверь, повернулся к Иву, тот понял, что Пивной Бочонок что-то разнюхал. Пока дон стягивал с себя термоплащ и перевязь со шпагой, в дверь постучали. Это оказался дон Шарлеман. Он пришел не один, а с каким-то сутулым, черноволосым доном в черном камзоле и с капитанским значком у ворота.

– Прошу любить и жаловать, благородные господа, – дон Диас, по прозвищу Упрямый Бычок, капитан свободного корвета «Бласко ниньяс»… – Он сделал паузу и торжественно закончил: – А также наш возможный наниматель.

Гость величаво поклонился, а Сивый Ус повернулся к капитану и с достоинством представил своих друзей:

– Дон Киор, по прозвищу Пивной Бочонок, и дон Ив, по прозвищу Счастливчик. Оба достаточно известны среди благородных донов, так что вряд ли есть необходимость в каких-то дополнительных рекомендациях.

Дон Диас согласно кивнул и, спросив взглядом разрешения хозяев, уселся на кровать. Ив услужливо поинтересовался:

– Может, мальвазии?

– Не откажусь, – ответил гость сочным, богатым тенором.

Дон Киор и дон Шарлеман недоуменно посмотрели на Ива, но тот с загадочным видом хрястнул кулаком по стенке:

– Эй, Пип!

Через несколько мгновений в коридоре раздался грохот каблуков, и на пороге комнаты возник запыхавшийся Пип:

– Звали, господин?

– Принеси-ка стаканы и пару бутылок мальвазии.

– Сей момент! – И парень помчался выполнять приказание.

Пивной Бочонок, посмеиваясь, покачал головой:

– А Счастливчик, оказывается, более состоятельный дон, чем мы. Даже слугу себе завел.

Ив пожал плечами:

– Привязался как банный лист.

После получаса неторопливой беседы, из которой Ив сделал вывод, что дон Диас успел о них немало разузнать, тот отставил в сторону стакан, поправив перевязь, решительно поднялся и произнес:

– Благодарю за приятный вечер, господа. – Он окинул их испытующим взглядом и повернулся к Иву: – Про тебя ходят слухи, что ты приносишь несчастье.

Дон Киор так и подскочил:

– Кто это говорит такую ерунду? Клянусь святым Ноймом и святым Михаилом, если человек просто не пропустил ни одной стоящей заварушки с начала Конкисты и вышел из них без единой царапины, это не…

Тут Ив положил ему руку на плечо и, повернувшись к Упрямому Бычку, произнес:

– Ты прав, дон Диас, такие слухи ходят. – Он усмехнулся Пивному Бочонку. – В конце концов, даже если взять половину тех заварушек, то окажется, что я единственный выжил во всех, вместе взятых. – Помолчав, он вкрадчиво поинтересовался: – Это как-то снижает мои шансы?

Дон Диас криво усмехнулся:

– Наоборот. Наша затея настолько безумна, что не мешало бы иметь в команде хотя бы одного, за кем закрепилась слава любимчика Девы Марии и Дагмар-предостерегающей. Так что ваши шансы даже предпочтительнее. – Он сделал паузу, окинул взглядом напряженные лица донов и веско произнес: – Мы летим на Зоврос, господа.

Глава 2

После того как корвет набрал маршевую скорость, дон Диас собрал на орудийной палубе всех – команду, абордажный отряд, слуг. Некоторые прибыли на борт в последний момент, и потому сейчас четыре десятка разношерстно одетых донов приглядывались друг к другу с настороженным интересом. Дон Киор углядел кого-то знакомого, и они обменялись радостными возгласами. Сивый Ус тоже по пути перекинулся фразами с парой-тройкой донов и повернулся к Иву с довольным видом:

– Должен сказать, мой благородный друг, здесь действительно собралось немало людей, которым бы я в любом бою без колебания доверил свою спину.

Пивной Бочонок согласно кивнул:

– Да, клянусь святым Себастианом, и я узнал парочку отменных рубак. – Он повнимательнее пригляделся к вызывающе торчащим из переборок кожухам, закрывавшим орудийные батареи, и добавил: – Клянусь великомучеником Неергетом, никогда не слышал, чтобы на корвете устанавливали четырехлучевые кулеврины. За исключением одного, который не так давно носил имя «Наследник Флинта» и полностью оправдывал свое название.

На невысокой галерее, опоясывающей орудийную палубу по периметру, появился дон Диас в сопровождении нескольких спутников, среди которых выделялся высокий, дородный дон в роскошном плаще и шикарной шляпе с ярким плюмажем. Когда он привычным жестом стянул шляпу с головы и отвесил традиционный легкий поклон, собравшиеся на мгновение замерли. Потом по залу пронесся изумленный вздох, а Пивной Бочонок ошарашенно пробормотал:

– Да это же Толстый Ансельм! Ну, дела-а-а. Клянусь святым Егорием, я уж думал, что после рейда на Карраш ничто в мире не может снова выманить его на капитанский мостик.

– Да, дон Ансельм всегда достойно нес свои паруса, – усмехнулся Сивый Ус с довольным видом.

Упрямый Бычок и дон Ансельм с удовлетворением наблюдали за восторженной реакцией собравшихся, а потом дон Ансельм властно поднял руку, призывая к тишине. Гомон мало-помалу утих. Толстый Ансельм приосанился и начал звучным басом:

– Благородные доны, я признателен вам за столь единодушное выражение доверия, – Толстый Ансельм благодарно склонил свою седую голову, – но мы собрались совсем не для того, чтобы я потешил свое самолюбие. – Он сделал паузу. – Настал момент, когда вы должны узнать о цели нашей экспедиции. – Он повернулся и поманил кого-то из-за спины: – Об этом вам расскажет кардинал Дэзире.

Эта новость вызвала настоящий шок. Если присутствие Толстого Ансельма на вшивом корвете, явно не так давно промышлявшем пиратством, еще можно было как-то объяснить, то присутствие здесь главы секретариата курии уж ни в какие ворота не лезло. Благородные доны все как один преклонили колена и обнажили головы. Кардинал Дэзире вознес краткую молитву и благословил присутствующих. Когда доны поднялись, шумно переговариваясь, кардинал окинул их проницательным взглядом и, в свою очередь, поднял руку. Разговоры моментально стихли.

– Дети мои, – печально начал кардинал, – все вы помните, что более ста пятидесяти лет назад святая Дагмар первой из людей столкнулась с теми, кого мы с вами называем Врагом.

Он сделал паузу, давая благородным донам и всем собравшимся осознать, в какие высокие материи им сейчас предстоит погрузиться. Но Толстый Ансельм перебил кардинала: