
Полная версия:
Вспышка жизни
И бабушка громко закашляла.
— Что ты, бабуль, мне очень интересно слушать! Папа мне бы никогда этого не рассказал...
А про себя добавила: в принципе бы ничего не рассказал. Он со мной сам по себе не общается...
Бабушка хрипло засмеялась.
— Конечно, не рассказал бы!.. Хорошо хоть он потом перерос это, получил образование, нашел работу... Но со мной не общается, только если совсем что-то ужасное произойдет. Пожар, землетрясение… — горько улыбнулась бабуля.
— А мама?.. — осторожно спросила я. Когда еще удастся узнать так много подробностей из жизни родителей, если не сейчас?
— А что мама? С ней Степан в выпускном классе познакомился, она в его параллели училась. На школьной дискотеке вместе танцевали... Подробности не знаю, извини, Степа нечасто про твою маму разглагольствовал... Знаю только, что она восхищалась им еще до знакомства, даже из окна тихонько посматривала, когда он недалеко от ее дома с друзьями водился... Девочка-то около гаражей жила, окна прямо на них выходили... — вздохнула бабуля.
Я слушала бабушку, раскрыв рот. Мне никогда не рассказывали историю знакомства родителей, поэтому было очень увлекательно. Я даже забыла, что пришла помочь бабуле с хозяйством, а не слушать рассказы. Да и я до сих пор сидела на кровати, поставив ноги в уличной обуви на пол...
— Что ж мы тут сидим? — неожиданно резво произнесла бабушка и попыталась встать. — Давай я тебя чаем, что ли, угощу?.. Еще историй поведую!..
Но, сказав это, старушка закашляла. Я ее успокоила:
— Давай я заварю его сама? Ты пока отдыхай, хорошо? Тебе что хочется: печенек или вафелек?..
Я приносила эти продукты в один из дней. Не думаю, что бабуля все съела, скорее всего, поклевала немного и отложила. Если вообще открывала...
Я засиделась у бабушки до самого вечера. Сначала мы пили чай, как и планировали, и обсуждали моих родителей. Я слушала старушку, жадно впитывая всю информацию в себя (кто мне еще расскажет, как папа чуть не попал в отделение полиции после очередной тусовки?)
Через несколько часов, когда мною было выпито уже три кружки чая, я спохватилась и, чуть не подавившись жидкостью, побежала убираться. Бабушка пыталась меня отговорить, утверждая, что мне вообще не стоит переживать по этому поводу, но я была непреклонна. Когда вымыла полы, пропылесосила ковры, протерла все полки, кашляя от количества пыли, и даже успела сварить немного овсяной каши (бабуле нужно хорошо питаться), устало плюхнулась в кресло, отбросив в сторону резиновые перчатки. Бабушка же лежала и с легкой улыбкой наблюдала за мной.
— Дашенька, не стоило...
— Стоило-стоило! — весело заявила я, поднимая разбросанные мною же вещи и относя их на законное место.
— Уже поздно... Родители не будут переживать? — хрипло крикнула бабушка, а я, складывая половые тряпки под ванную, на секунду задумалась. Нет. Безусловно, нет. Никто не будет переживать, разве что для приличия позвонят один раз (сбросят сразу же, как только услышат первый гудок) и забудут.
— Все в порядке! — ответила я бабушке из ванной. Мой голос звонким эхом разлетелся по помещению, отскакивая от стен. — Переживать не будут!..
— Но я бы на твоем месте все равно поторопилась… Одной нельзя ходить по темноте, сама понимаешь...
С этим я была полностью согласна, поэтому быстро засобиралась, положив напоследок бабушке в тарелку ароматную овсяную кашу, красиво украсив сверху фруктами и каплей малинового варенья. Получилось настоящее произведение искусства!..
— Понимаю, бабуль, понимаю!..
Мы попрощались, и я вышла из квартиры в пустой темный подъезд. Тишина и мрак навевали ужас, будто я попала в комнату страха в парке аттракционов и из темноты вот-вот выпрыгнет нечто жуткое...
Я тотчас отбросила от себя такие мысли и медленно начала спускаться вниз по лестнице. Мои шаги точно таким же эхом, как в ванной, разлетались по подъезду. Пока шла, очень испугалась тени пакета с мусором, который кто-то из жильцов оставил прямо здесь, около лестницы. Мне показалось, что это сидит в углу черная кошка. Или еще лучше: монстр. Ха, ну и воображение у меня, особенно когда это не нужно, профессиональный сценарист позавидует...
Я вышла на улицу и огляделась. Солнце уже село, но и жуткой непроглядной тьмы, какая бывает ночью, еще не было. Все вокруг приобрело сероватый оттенок.
Вдохнув чистый лесной воздух полной грудью, двинулась к ларькам, продукты которых я уже знала, как свои пять пальцев. Быстро прошмыгнула мимо немногочисленного количества покупателей и направилась к той самой табличке, которая указывала на эти шестиэтажные дома и которую я практически никогда не замечала. А дальше... Лес.
Помнится, я в какой-то из дней шла по этой тропинке и думала, что не хочу оказываться в этих краях в двух случаях: в плохую погоду и в темноту. Что ж, сегодня я выполнила с размаху оба условия! К бабушке я шла под дождем, а обратно иду в сумерках со все еще падающими с неба каплями. Так себе атмосфера, честно говоря.
Я натянула на голову капюшон, только в эту минуту вспомнив про его существование, и боязливо огляделась. Ни души...
Идти мимо леса в дождь на ночь глядя — высший пилотаж!.. В секунду, когда в стороне деревьев мне показалось движение чего-то черного, ударил настолько сильных гром, что я вздрогнула, тотчас забыв о таинственном темном объекте. Дождь усилился, а я, придерживая капюшон, старалась передвигать ноги как можно быстрее, сопротивляясь ветру вперемешку с леденящими каплями, что залетали под кофту и мочили шею с лицом. Джинсы, в которых я сюда приехала, намокли и противно прилипли к ногам. То же самое сделал и капюшон. Мои светло-каштановые волосы намокли и облепили щеки, лоб и губы, напоминая сосульки.
Резкий порыв ветра взбодрил меня еще сильнее, заставив сжать зубы и наклонить голову как можно ниже, придерживая капюшон изо всех сил. Я шла, пока под ногами тек ручеек, а вода затекала в кроссовки и мочила носки.
Внезапно что-то резко вспыхнуло, все вокруг озарилось белесым светом, а спустя секунду над головой раздался оглушительный и протяжный гром, от которого я невольно съежилась, пытаясь казаться меньше. Я прошла только половину тропинки, до остановки оставалось еще столько же...
Новая вспышка света. Мне даже показалось, что молния ударила совсем близко, где-то очень рядом... Но решила не вертеть головой, как пропеллером, а лишь еще больше ускорилась, перейдя практически на бег. И новый раскат оглушительного грома...
Меня начала охватывать паника и чувство безысходности, будто молния вот-вот ударит прямо мне в макушку...
Дождь снова усилился. Теперь он лил не стеной, а наискосок, будто хохоча надо мной и моей беспомощностью. В эти мгновения я даже забыла про находящийся рядом лес и прочие страшилки загородного района, просто бежала, топая по лужам, заставляя отражение в них рябить. Еще чуть-чуть. Еще капельку. Я скоро доберусь до остановки, там есть навес, успокаивала себя... Новая вспышка молнии, оглушительный треск дерева где-то позади, до звона в ушах сильный раскат грома… Дождь бил по лицу, я не видела дороги перед собой из-за воды в глазах, пыталась моргать, жмуриться, но ничего не выходило — капли были быстрее. Мышцы ног болели, в боку резко закололо, отчего я чуть не согнулась пополам, дыхание сбилось, в горле до кашля пересохло, сердце выпрыгивало от все больше подступающей паники, но я бежала. Еще пару метров, Дашенька, давай!..
Снова раскат. Погода будто издевалась надо мной, заставляя мчаться через боль и слезы. В кроссовках хлюпало и скрипело, но сейчас я не думала над этим. Лишь бы добежать, лишь бы добежать в целости...
В какое-то мгновение (думаю, когда до остановки осталось около десяти метров) поняла, что больше не могу. Не смогу сделать и шага. Упаду на землю, судорожно хватая воздух и пытаясь силой мысли унять колющую боль в боку, а надо мной будет греметь раскаты грома, и я увижу молнию, которая разделила бы небо пополам, как это бывает в фильмах. Яркую, белую, ослепительно-красивую, но в то же время ужасно опасную вспышку...
Пять метров. Я бросила взгляд на дорогу, надеясь на удачу и... увидела автобус. Свой. Это был будто знак, что все будет хорошо, все будет в порядке, я доберусь... Мне даже показалось, что дождь немного ослаб, а тучи потихоньку стали улетать. Но это, конечно, было только моим воображением...
Я, остановившись в шаге от автобуса, трясущимися руками достала мелочь и шагнула на платформу. Водитель (да и несколько пассажиров, что сидели в транспорте) очень удивились, увидя меня.
Я, пытаясь отдышаться и одновременно глотать, чтобы умять отвратительное до слез першение, вручила водителю деньги и прошла к самому дальнему месту у окна. Люди проводили меня заинтересованным взглядом и через секунду уже отвернулись, забыв обо мне. А я сидела сзади, смотря из окна на ручьи из грязной дождевой воды, и нервно дышала. Я смогла... В подтверждение этих слов небо снова разразил раскат грома, но теперь мне уже было не так страшно, ведь я была в тепле и безопасности.
На улице до сих пор были ранние “серые” сумерки, поэтому я прекрасно видела все, что творилось снаружи, из окна, пока вместо лавок с цветами, булочных и обувных магазинов постепенно не появилось мое собственное отражение. Наступила темнота.
Ира
Я почувствовала неладное еще днем, когда за окном резко посерело, будто по щелчку пальцев волшебника. Мне тогда вдруг стало очень холодно. Настолько, что не спасло шерстяное одеяло, которое я откопала глубоко в шкафу, захотелось накинуть поверх него еще одно и еще... Потом появилась тяжесть в голове и стали противно сохнуть губы. Напоследок ни с того, ни с сего заболели руки. После этого я, лежа под двумя одеялами и раскидывая мозгами, на ватных ногах встала и пошла за градусником к маме.
— Что случилось? — спросила она, находясь в полусонном состоянии.
— Кажется, у меня температура, — неуверенно сказала я, автоматически прикладывая ладонь ко лбу. Он был горячим.
— Значит, я все-таки тебя заразила... — грустно хмыкнула мама. — Обязательно померь!..
И, видимо, уснула. Но я и не стала ей мешать, просто взяла градусник и пошла к себе. Через несколько минут, посмотрев на цифру, испугалась: тридцать семь и восемь.
— Ну что? — уставшим голосом спросила мама, не поворачиваясь ко мне, когда я на цыпочках зашла к ней и тихонько хотела положить градусник на столик. Но, по закону подлости, споткнулась о светло-розовую тумбочку. Я ее буквально проклинала после этого, схватившись за ногу и зажмурившись. Одеяло, что было накинуто мне на плечи, конечно, упало на пол, создав лишние шорохи.
— Тридцать семь и восемь, — как можно спокойнее сказала я, быстро осмотрев ногу. Думаю, будет синяк...
— Ты совсем заболела!.. — тихо пролепетала мама, еще сильнее укутавшись в одеяло.
— Ничего, — тоже шепотом сказала я. — Я пойду спать... И ты отдыхай..
Я вышла из комнаты, опять прикрыв за собой дверь, и поплелась к своей. Накрылась одеялом в мелкий цветочек и, оглядев светло-розовое пространство вокруг себя, закрыла глаза. Сладких мне снов...
Проспала я весьма мало. Через несколько часов (а, может, просто мгновений), за окном раздался оглушительный удар грома. Дождь лил словно из ведра. Я, укутавшись в свое одеялко, медленно подошла к окну, кажется, даже прихрамывая. Голова слегка кружилась, ноги были забитыми, как после долгого бега, а на лице — отпечаток от подушки, который я увидела в небольшое зеркальце, что стояло на столе. В комнате было темно и очень душно, поэтому протянула руку, придерживая другой одеяло, и открыла окно. В эту же секунду раздался еще более протяжный и бьющий по ушам своей громкостью грохот, отчего я вздрогнула, в миг взбодрившись. Правда, ненадолго: взявшись за голову (она болела после сна), поковыляла к кровати, вдыхая полной грудью прохладный дождливый воздух.
Плотное одеяло в цветочек все еще находилось на моих плечах, но будто не согревало, а наоборот — охлаждало. Впрочем, мне это даже нравилось.
Неожиданно я вспомнила про Дашу, которая поехала к бабушке. Если она уже дома, то это прекрасный исход, но если она сейчас там, где-то в загородном районе...
Подумав об этом еще минутку (привел в чувства меня очередной раскат грома), я потянулась к телефону. Набрала номер подруги и стала звонить. “Абонент недоступен”. Я позвонила второй раз, прекрасно понимая, что мне скажут. “...недоступен”. И снова вспышка молнии и грома. Может, у нее просто разрядился телефон, а она сама уснула?..
Вновь удар грома. Мне очень хотелось в это верить...
Когда Даша не ответила и спустя несколько часов (я больше не могла и глаза сомкнуть), я серьезно заволновалась. “...недоступен”. Это говорил мне автоответчик даже в девять вечера, когда пришел папа. Сегодня он задержался.
Я выползла из своей комнаты все в том же одеяле и слабо помахала ему рукой. Мама еще спала.
— Ирин, а вы... Что у вас за сонное царство? — посмеиваясь, спросил он, снимая с ног промокшие в лужах ботинки. — Фу, ну и погодка!.. В такую только картошку на даче копать!
И для убедительности отряхнул руки, отчего с рукавов ветровки на пол упали крошечные капли воды.
— Болеем, — прохрипела я.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
Вы ознакомились с фрагментом книги.
Для бесплатного чтения открыта только часть текста.
Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:
Полная версия книги
Всего 10 форматов

