Ляля ищет маму

Мир тогда замер.

Только дыхание, тепло, и сердце, которое билось слишком громко для деловой встречи. И это его “Добро пожаловать в логово дракона, Саша”.

Тогда это звучало, как шутка. Сейчас — как приговор.

— Не заставляй его ждать, — посоветовала Аня.

Я глубоко вдохнула, собираясь с мыслями, и вошла в кабинет…

___________________

Ох что же нас там ждёт?

А в другой моей книге тожжже горячо) Приходите читать мажора из элитного университета "Вересково": https://litnet.com/shrt/GS-r 18+

— Я предлагаю сделку, — сказал он, нагло обводя мою фигуру взглядом.

— Не заключаю сделок с дьяволом, —- ответила я, крепко держа полотенце на груди.

— Разве я дьявол, Солнце? Я — Верх, это гораздо хуже.

Моя тётя запятнала репутацию Вершининых. Но Верхи не из тех, кто прощают.

Стас уничтожит мою семью, если я не сыграю по его правилам, но… правила имеют свойство меняться, особенно когда в игру вступает любовь.

Читать здесь: https://litnet.com/shrt/IKZ2 18+

Глава 25. Кто хорошо работает, тот хорошо отдыхает

Когда я оказалась в кабинете Демьяна, взгляд сам собой выхватил общую картину: большой стол, широкий экран на нём, массивное кресло, полки, замысловато посвеченные и… фото.

— Записывай, — начал говорить Демьян, но я уже шла к рамке, чтобы рассмотреть единственную фотографию.

На ней была семья.

Молодые родители, дети-подростки. Это Демьян? А это…

— Её звали Оля.

Я сглотнула.

Ляля была так похожа на неё!..

— Мама звала её Лёля, а я дразнил Лялей, — горько усмехнулся он.

— Что с ней произошло? — спросила я осторожно.

Он молчал некоторое время, и я уже хотела перевести тему на что-то более нейтральное, как Демьян заговорил.

— Её муж работал со мной. Он влез куда не надо, взял деньги у тех, у кого брать нельзя. Тем утром я позвонил и рассказал ей это, хотел, чтобы она поставила ему мозги на место. Они поругались тем утром из-за моего звонка. И когда он уже уезжал, она кинулась следом. Охранники сказали, что она поцеловала его и села к нему в машину, чтобы поговорить уже спокойно.

Я стояла, не шевелясь, стараясь не спугнуть это откровение Демьяна.

— Хотела помириться, — усмехнулся Демьян. — А в итоге умерла.

— Авария? — несмело предположила я.

— Взрыв, — коротко бросил он.

— Сочувствую тебе, Демьян, но ты не должен себя в этом винить. Если только…

Я вдруг подумала, а что я в сущности знала об этом человеке? Может он хотел убить мужа сестры, а сестра просто оказалась не в то время и не в том месте?

Моя пауза дорого мне стоила.

— Только что? — резко спросил он, разворачиваясь ко мне. — Не убил ли я собственную сестру?

Он приблизился быстро.

— Ты думаешь сейчас, мог ли я заложить взрывчатку под днище машины своего партнёра? Мужа моей сестры?

— Нет, — я покачала головой. — Я так не думаю, Демьян.

Пауза между нами стала словно бы осязаемой.

— Я думаю, что ты потрясающий папа для Ляли.

Мускул на его лице дёрнулся.

Он отвернулся и сказал:

— Записывай.

Работы у Демьяна было много. Возможно, это из-за того, что последние несколько дней он больше возился с нами дома, чем с делами компании. У нас и минуты свободной не было, чтобы просто выдохнуть: встречи, документы, отчёты, согласования, подписи…

День прошёл, как в тумане.

Всем, кто заходил в его кабинет, он представлял меня коротко, без пояснений:

— Это Александра.

И всё.

Ни “ассистентка”, ни “секретарь”. Просто — Александра, будто этим словом уже всё сказано.

Сотрудники кивали, переглядывались, кто-то улыбался, кто-то явно гадал, кто я ему такая.

Я тоже гадала.

Но спустя четыре часа я не то что мозгами, я ногами-то еле шевелила. И как он выдерживает такой объём работы? Плечи тянуло к полу, и чем ровнее он говорил, тем тяжелее становилось тело.

— Сядь, — приказал мне Демьян, уступая своё место.

— Что?

— Садись — тебе говорят.

Я приблизилась к креслу, Демьян без лишних сомнений подтянул меня за талию, чтобы я приземлилась на стул.

— Глаза закрой, Снежинка, — сказал тихо.

Я подчинилась.

Секунда — и на плечи легли его ладони.

Тёплые, сильные, уверенные.

Пальцы осторожно надавили на мышцы шеи, двинулись вниз, вдоль лопаток, точно зная, где больно, где приятно.

Я едва не застонала.

— Сиди спокойно, — его голос стал ниже. — Тебе нужно расслабиться, иначе завтра не встанешь.

Я бы возразила, что ассистентке не положено, чтобы босс вот так, своими руками… Но язык не повернулся.

Его большие пальцы нашли узлы под лопатками и прижали ровно настолько, чтобы стало больно и хорошо одновременно.

— Дыши, — сказал он у самого уха. — Вот так.

Я всё-таки тихонечко заскулила от боли и удовольствия.

Он массировал медленно, размеренно, будто гнал из меня весь день, всю усталость, все лишние мысли.

— Так лучше? — его голос прозвучал всё там же, прямо над ухом, низкий и густой, как мед.

Я могла только кивнуть.

Его большие, сильные руки скользили по моим плечам, разминали шею, и я мысленно благословляла и проклинала его за эту дьявольскую осведомленность о том, где именно копится моё напряжение.

— Какая же ты зажатая, — констатировал он, и его пальцы уперлись в особенно болезненную точку у основания черепа. — Как будто готовишься к бою двадцать четыре часа в сутки.

Я хотела сказать, что да, ведь с ним, как на войне! Но не стала… лишь глубже вжалась в кресло, позволив ему на несколько украденных у вселенной минут сделать мне безумно приятно.

Я чувствовала исходящее от него тепло, его близость. Казалось, ещё немного и расплавлюсь.

Хлопнула дверь и я распахнула глаза.

У двери стояла женщина.

Строгая, в светлом пальто, с дорогой сумкой и таким же холодным взглядом, как у Демьяна, только женским.

— Я, кажется, не вовремя, — сказала она, поджав губы. — Познакомишь?

Демьян выпрямился, медленно опустил руки мне на плечи — не убрал, не отстранился, а просто… положил, словно обозначая границы.

— Мама, — произнёс он спокойно. — Это Александра.

Я готова была взвыть, вот опять он сказал моё имя так, будто оно всё объясняло.

______________________

Посмотрим на Демьяна в кабинете?)

---->

Демьян в кабинете

Хорооооооооош, а?)))

Глава 26. Мама

— Светлана Сергеевна, — представилась мама Демьяна и сделала несколько шагов внутрь кабинета.

Её каблуки ровно процокали по паркету, и от этой балетной стати мне захотелось выпрямить спину. Красивая женщина, спору нет!..

А я, уставшая, замученная, сидела в кресле Демьяна и чувствовала, как пылает кожа.

Хотела встать и ретироваться, но его ладони прижали меня обратно к креслу.

— Приятно познакомиться, — выдавила я, чувствуя, как язык заплетается.

— Мне, несомненно, тоже, Александра, — произнесла она, растягивая каждую гласную моего имени, будто пробуя его на вкус. И в этом вкусе для неё явно было что-то кислое.

Её взгляд медленно скользнул вниз — на руки Демьяна, всё ещё лежащие на моих плечах. В уголках идеально очерченных губ дрогнуло презрение.

— Демьян, — холодно произнесла Светлана Сергеевна, — долго мне ждать, пока ты приберёшь… грязное бельё?

Вот уж грязным бельём меня никогда не называли.

Нет, хорошего знакомства у нас точно не получится.

— Александра — моя ассистентка, — спокойно ответил Демьян, глядя матери прямо в глаза.

— Мне нужно поговорить с тобой. Наедине.

— Всё, что касается семьи, Александра может слышать.

— Семьи? — переспросила она, чуть сузив глаза. — Так новая няня…

— Да, — коротко ответил Демьян.

Светлана Сергеевна медленно перевела взгляд с сына на меня.

— Очаровательно, — сказала она ледяным тоном. — Ты в своём уме? Ты трахаешь няню Ляли?

Щёки вспыхнули, будто меня ударили.

А Демьян... засмеялся. Тихо, низко, почти с вызовом.

— Вообще-то нет, мам, но спасибо, что спросила.

Тут уж Светлана Сергеевна совсем растерялась.

— Ты чего приехала? — невозмутимо спросил он.

— Сегодня первое сентября, — сказала она неуверенно. — Хотела пригласить вас на ужин в честь первого школьного дня внучки… но...

Она снова посмотрела на меня, пристально, цепко.

— Но? — уточнил Демьян.

— Не понимаю, Демьян. Почему няня у тебя в офисе?

— Потому что она ещё и моя ассистентка, — спокойно пояснил он. — Вместо Ани. Аня уходит в декрет.

Светлана Сергеевна чуть приподняла бровь, как будто перевела ситуацию в новую плоскость.

— А Александра у нас в декрет не собирается случайно?

Я задыхалась от возмущения и стыда, но Демьян оставался спокойным.

— Ты же уже выяснила, что мы не спим, — невозмутимо ответил он. — Значит, опасаться тебе не о чем.

— Прекрасно, — холодно бросила она. — Тогда самое время поговорить о границах.

Она медленно сняла перчатки — плавным, выверенным движением, будто на сцене. Положила их на край стола.

— О да, — Демьян наконец-то убрал руки с моих плеч, подошёл к матери и взял эти перчатки, словно забирал инициативу обратно.

— Например, о тех границах, которые ты, дорогая мать, не можешь переступать.

Он подал ей перчатки коротким, резким движением, а взглядом недвусмысленно указал на дверь.

Между ними на секунду повисла тишина. Стеклянная, звонкая, опасная.

Светлана Сергеевна взяла перчатки, выпрямилась — и с холодной улыбкой сказала:

— Ужин в восемь. Я жду тебя и Леночку у себя дома. Повар готовит твой любимый стейк.

Повернулась и вышла, оставив за собой запах ирисов и льда.

А у меня в голове так и звучало это “Леночка”. Ляля она. Моя малышка. Удивительно, а я ведь и правда воспринимаю Лялю максимально своей. Своей малышкой.

Я долго не могла вдохнуть.

— Прости за это, — сказал Демьян.

— Это… всегда так? — прошептала я.

Он усмехнулся, глядя в дверь.

— Нет. Иногда хуже.

— Нам скоро пора забирать Лялю, — напомнила я.

— Да, и готовиться к семейному ужину.

— Демьян, я не поеду.

— Поедешь. Не обсуждается, — холодно ответил он.

Я сжала зубы. Может, я на него и работаю, но…

— Мне нужна няня, Саш, — пояснил он мягче. — Видишь, какая незадача получается... Няня, ассистентка. Да ты нужна мне практически круглосуточно.

— Так может тебе просто завести жену? — так же холодно спросила я, вставая с его кресла.

Но моему властному жесту не суждено было завершиться поднятой головой — Демьян перехватил меня за талию и привлёк к себе…

Глава 27. Семейный ужин...

Он привлёк меня к себе — резко, уверенно, будто устал слушать возражения. Его ладонь легла на мою спину, горячая, широкая, и воздух между нами стал слишком наэлектризованным чтобы им можно было свободно дышать.

— Осторожней с советами, Снежинка, — тихо произнёс он, скользнув взглядом по моему лицу. — У меня с женами не складывается.

— С ассистентками — тоже, — выдохнула я.

Он усмехнулся, почти не отстраняясь.

— Ну это мы ещё проверим.

Сердце ухнуло куда-то под рёбра. Я ненавидела, что он умеет делать это — ставить всё с ног на голову одним полушёпотом.

— Отпусти, Демьян.

Он чуть наклонился, почти касаясь губами моего уха.

— Я бы отпустил… если бы не был уверен, что ты снова откажешься ехать.

Я сжала кулаки.

— Не поеду.

Он выдохнул, коротко, почти со смехом, и всё-таки отпустил.

— Собирайся, заедем за Лялей и на ужин.

Ну этот… Горыныч!

Мы приехали к школе за Лялей чуть раньше. Борис остановился прямо у ворот, на “королевском” месте, под знаком “Стоянка запрещена”.

— Думаете, нас за это не оштрафуют? — не удержалась я.

— Пусть попробуют, — коротко ответил Демьян и вышел из машины.

Я выдохнула — день выдался слишком насыщенным. А теперь ещё и школа, и толпа родителей, и визг детей. Но все тревоги отступили, стоило мне только увидеть нашу девочку. Счастливую!

Ляля выскочила на крыльцо первой, с рюкзаком, который явно был тяжелее её самой, и огромной улыбкой до ушей.

— Мааааам! — крикнула она и тут же спохватилась, глянув на меня, — ой, то есть, Саша!

И побежала ко мне.

У меня внутри всё сжалось. Всё-таки надо как-то поговорить с Демьяном, это же не нормально, что это солнышко называет меня мамой. Я же просто няня…

Но малышке я разумеется сказала не это.

— Привет, звезда. Ну как? — я присела, чтобы быть с ней на одном уровне.

— Всё круто! У нас в классе есть мальчик, который знает таблицу умножения, но не умеет завязывать шнурки. И девочка, которая каждый раз плачет, когда звонок! — выдохнула она, не переводя дыхания. — А ещё нам выдали дневники, но я туда писать не буду, потому что там клеточки некрасивые.

Демьян стоял рядом и слушал, чуть приподняв уголок губ.

— Учительница понравилась? — спросил он.

— Ага! Она красивая, но строгая. Сказала, что у кого будут грязные ногти — тот будет мыть доску! — очень серьёзно заявила Ляля. — Пап, а ты ногти чистишь?

Я прыснула, прикрывая рот рукой.

Он покосился на меня, потом снова на Лялю. Или правильнее сказать “на дочь”?

— Ещё как.

— Тогда тебе повезло! — важно кивнула она и потянула нас за руки. — Пошли домой!

— Не домой, — поправил Демьян. — К бабушке.

Ляля замерла.

— К бабушке? А она будет опять говорить, что я — “маленькая копия мамы”?

— Может быть, — тихо сказал он.

— Саша, заплетёшь мне косички? Пусть бабушка радуется, — спросила Ляля, ведя нас к машине.

Я шла с ней за руку, чувствуя, как внутри теплеет. Вот он — живой свет, ради которого можно перетерпеть даже ужин с ледяной матерью-драконицей.

Дорога до особняка леди Горыныч была быстрой, поскольку Ляля не останавливаясь делилась с нами впечатлениями, а Демьян был неожиданно включённым — задал ей миллион уточняющих вопросов. Ему будто и правда было интересно, с кем она сидела, как кого зовут, какие стулья были в столовой и так далее и тому подобное.

В какой-то момент я отключилась от разговора.

— Да не волнуйся ты так, моя мать тебя не съест, — вдруг сказал Демьян.

— Ага, просто пожует и выплюнет с улыбкой, — ответила я.

Ляля оглушительно засмеялась.

Ну а когда мы подъехали к особняку Светланы Сергеевны, у меня внутри всё окончательно сжалось. Идти в берлогу к медведю!

Но машина остановилась.

— Может я с Борисом посижу? — спросила я, предпринимая последний отчаянный шаг к бегству.

Демьян молча взял меня за руку и помог выбраться из авто.

Ляля уже бежала вперёд.

— Ты здесь на правах моей женщины, Саша, — сказал Демьян, когда мы подходили к крыльцу.

— А меня ты не забыл спросить?

— О чём? — невинно поинтересовался он.

— Хочу ли я быть твоей женщиной?

— Разумеется, ты даже договор подписала, в котором было сказано, что твоих половых партнёров одобряю я, — парировал он.

Дверь открылась прежде, чем Демьян успел нажать на звонок.

На пороге стоял высокий мужчина с резкими, правильными чертами лица и ледяными глазами цвета стали.

— Горыныч! — улыбнулся он, и голос у него оказался низким, чуть хриплым, приятным до мурашек. — Рад встрече!

— Арс, не ожидал тебя увидеть! — хмыкнул Демьян, протягивая руку.

Они обнялись по-мужски, с силой, с коротким хлопком по плечу.

Оба рассмеялись, и я невольно улыбнулась.

Но в следующий момент Арсений повернулся ко мне.

— Саша, познакомься, --- сказал Демьян, --- это мой старый друг Арсений Севастьянов, адвокат, каких поискать. Арс, а это…

— Няня Ляли, Саша, — выдала я первой и подала Арсению ладонь для рукопожатия.

Но Арсений, приняв мою руку, легко, но достаточно чувственно, коснулся её губами.

И этот взгляд, скользнувший по мне, был одновременно внимательным и обжигающе спокойным — без пошлости, но с явным интересом.

Я почувствовала, как внутри что-то ёкнуло.

А Демьян… сжал кулаки.

— Не будем стоять на пороге, — сказал Демьян ровно, почти без эмоций.

— Конечно, — ответил Арсений, пропуская нас внутрь. — И, надеюсь, ужин будет таким же горячим, как наша встреча.

Глава 28. Профессор

Я постаралась не выглядеть сильно впечатлённой, но всё это было слегка чересчур!

И богатые интерьеры дома Светланы Сергеевны, этот белый мрамор, идеальная симметрия, и Арсений, внимание которого было приковано исключительно ко мне, и вдруг похмуревший Демьян, что теперь не отпускал меня от себя ни на минуту.

Светлана Сергеевна ждала в гостиной — как королева, которая уже выиграла партию и милостиво разрешила присутствовать при объявлении результата.

Её взгляд тепло скользнул по Ляле, играющей с маленьким пуделем, по Демьяну с холодной вежливостью, по Арсению с хитрецой, а по мне, как по пятну на дорогом ковре.

— Мама, — сказал Демьян.

— Сын, — в тон ему ответила она. — Наконец-то все в сборе. Пусть няня сводит Леночку помыть руки и начнём ужин.

Демьян сжал мою ладонь.

— Она права, — сказала я тихо, улыбаясь ему, — я няня, займусь своей работой.

Я попросила Лялю показать мне, где в этом огромном доме туалет, и малышка с радостью побежала помогать. А когда мы вернулись в зал, Светлана, Арсений и Демьян уже расселись за столом.

Очень длинным столом, во главе которого сидела, разумеется, драконица.

Ляля уселась между Арсением и бабушкой, мне же осталось место около Демьяна — напротив Арсения.

А вечер переставал быть томным…

Когда я села, Арсений перевёл на меня свой серьёзный пронизывающий взгляд. Этого было достаточно, чтобы уголки рта Светланы Сергеевны подёрнулись в улыбке, а у Демьяна напряглась челюсть.

— Сегодня — первый школьный день моей внучки. Надеюсь, вы не забудете, что это — её праздник.

Ляля тем временем внимательно разглядывала фарфоровых ангелочков в центре стола.

— Ух ты! Можно потрогать?

— Нельзя, солнышко, — улыбнулась бабушка. — Это антиквариат.

— Анти… что?

— Старое и дорогое, — пояснила она.

— Как ты? — невинно уточнила Ляля.

Я чуть не поперхнулась воздухом. Демьян кашлем прикрыл смех.

Светлана слегка покраснела.

— Ей нужна более квалифицированная няня, — нервно сказала она Демьяну.

— Оля оставила родительские права мне, так что это решаю я, — невозмутимо ответил Демьян.

Так его сестра перед смертью успела передать ему родительские права? Как странно…

Светлана Сергеевна посмотрела на меня с неприязнью. Я ей приветливо улыбнулась. Возможно даже… слишком приветливо.

Арсений, всё это время молчавший, наконец вмешался. И лучше бы он этого не делал…

— По-моему, у Ляли прекрасная няня.

Повисло неловкое молчание, но к счастью, Ляля всё-таки добралась до одного из ангелочков, чем повергла бабулю в шок.

— Арс, — сказал Демьян, подозрительно ровным тоном, — ты когда успел стать экспертом по няням?

— Да ка