Звездная пыль и тайны

– Вы тоже отлично работаете, – ответил Стаффорд Леонову.

– Мы должны продолжать сотрудничать, – сказал Кубасов Бранду.

– Мы и будем это делать, – ответил Бранд Кубасову.

Хьюстон, Техас. Космический центр имени Линдона Джонсона. Крис Крафт сидел за своим пультом, наблюдая за работой астронавтов и космонавтов.

– Они отлично ладят друг с другом, – сказал Крафт одному из инженеров.

– Да, – ответил инженер. – Они настоящие профессионалы.

– Это доказывает, что мы можем сотрудничать с русскими, – сказал Крафт.

– Это очень важно, – ответил инженер. – Мы должны продолжать работать вместе.

– Я надеюсь на это, – сказал Крафт. – Я думаю, что будущее космоса – в сотрудничестве.

После успешного завершения миссии “Аполлон-Союз” Соединенные Штаты и Советский Союз начали реализовывать совместные космические проекты.

Были созданы международные космические станции, на которых работали астронавты и космонавты из разных стран.

Совместными усилиями были исследованы Луна, Марс и другие планеты Солнечной системы.

Были разработаны новые космические технологии и материалы, которые нашли применение в различных областях науки и техники.

Космос стал символом сотрудничества и дружбы между народами.

Байконур, Казахстан. Космодром. 2023 год. На стартовой площадке стоит ракета “Союз”, готовая к запуску. На борту корабля “Союз” находятся космонавты из России, США, Европы и Японии. Они отправляются на Международную космическую станцию (МКС), чтобы продолжить научные исследования и эксперименты.

– Все системы готовы к запуску, – доложил один из инженеров.

– Готовность к запуску – пять минут, – объявил руководитель полетов.

Внутри корабля “Союз” космонавты готовились к полету.

– Все готовы? – спросил российский командир экипажа.

– Готов, командир, – ответил американский астронавт.

– Я тоже готов, – подтвердил европейский астронавт.

– И я готов, – добавил японский астронавт.

– Тогда поехали, – сказал командир.

Обратный отсчет начал звучать в наушниках космонавтов и во всех уголках космодрома.

– 10… 9… 8… 7… 6… 5… 4… 3… 2… 1… ЗАПУСК!

Ракета “Союз” взревела и медленно начала подниматься в небо, оставляя за собой огненный след. Миллионы людей по всему миру затаили дыхание, наблюдая за этим новым историческим моментом.

– У нас подъем! – объявил командир. – Мы в космосе!

– Великолепно! – ответил руководитель полетов. – Удачи вам, ребята!

– Спасибо, – ответил командир. – Мы сделаем все возможное.

Космос продолжает манить человечество своими тайнами и возможностями. Новые поколения ученых, инженеров и космонавтов продолжают исследовать Вселенную, расширяя границы наших знаний и открывая новые горизонты.

Лунная гонка осталась в прошлом, но ее наследие живет в наших сердцах и умах. Она показала нам, что мы можем достичь невероятных высот, когда работаем вместе ради общей цели.

Космос – это не поле битвы, а поле сотрудничества. Это место, где мы можем объединить наши усилия, чтобы построить лучшее будущее для всего человечества.

В новом тысячелетии на авансцену космических исследований вышли частные компании. Илон Маск, Джефф Безос, Ричард Брэнсон – эти имена стали синонимами космических инноваций и смелых амбиций. Они предложили новые, более дешевые и эффективные способы доставки грузов и людей в космос, открывая двери для космического туризма и будущей колонизации других планет.

Старые соперники, США и Россия, продолжают сотрудничество на МКС, но их отношения становятся все более напряженными из-за политических разногласий. Тем не менее, они осознают, что космос – это одна из немногих сфер, где они еще могут найти общий язык.

Китай заявил о своих амбициозных планах по освоению Луны и Марса, становясь третьим крупным игроком на мировой космической арене. Новые технологии и огромные финансовые ресурсы позволяют Китаю быстро догонять США и Россию, создавая новые вызовы и возможности для международного сотрудничества.

В будущем нас ждет возвращение на Луну, строительство постоянных лунных баз, пилотируемые миссии на Марс и другие планеты Солнечной системы. Космос станет новой границей для человечества, местом, где мы сможем найти новые ресурсы, новые знания и новые возможности для развития.

Новые горизонты манят нас, и мы должны быть готовы к новым вызовам и новым открытиям. Космическая гонка продолжается, но теперь это гонка не за престиж и власть, а за будущее человечества.

2069 год. Лунная база “Артемида”. В огромном куполе, защищающем поселение от радиации и перепадов температур, кипит жизнь. Ученые проводят исследования лунного грунта, инженеры разрабатывают новые технологии, космонавты готовятся к экспедиции на Марс.

На одном из экранов транслируется изображение Земли – маленького голубого шарика в бескрайнем космосе.

Старый космонавт, ветеран нескольких лунных миссий, смотрит на Землю с грустью и надеждой.

– Когда-нибудь мы полетим к звездам, – говорит он молодому инженеру, стоящему рядом с ним.

– Конечно, полетим, – отвечает инженер. – Мы обязательно полетим.

– Но мы должны помнить, – говорит космонавт, – что Земля – наш дом. Мы должны беречь ее и заботиться о ней.

– Мы помним это, – отвечает инженер. – Мы никогда не забудем.

Они смотрят на Землю вместе – два поколения исследователей космоса, объединенные общей мечтой. Мечтой о будущем, где человечество сможет жить в мире и согласии, исследуя Вселенную и открывая новые горизонты.

Космическая гонка закончилась. Началась эра космической одиссеи.

Призраки межзвездного пространства

Шепот пустоты

Бескрайняя чернота космоса, усеянная мириадами бриллиантовых точек, завораживала и пугала одновременно. Корабль “Странник”, словно крошечная щепка в океане, бороздил это безграничное пространство. Туманность Ориона, с ее пульсирующими красками и зловещей красотой, медленно проплывала за иллюминаторами.

Капитан Ева Романова, с морщинками у глаз, выдававшими годы, проведенные в космических перелетах, стояла на капитанском мостике, вглядываясь в мерцающий гобелен звезд. В ее взгляде сочетались усталость и решимость. За плечами остались десятки успешных миссий, опасные столкновения с астероидами, встречи с неизвестными формами жизни. Но эта экспедиция казалась ей какой-то другой, предчувствие чего-то недоброго скреблось в душе.

— Доложить обстановку, — коротко бросила она, не отрывая взгляда от звезд.

— Все системы в норме, капитан, — ответил молодой офицер связи, лейтенант Алексей Петров, голос которого звучал немного натянуто. – Двигатели работают стабильно, курс неизменен. Связь с Землей слабая, но поддерживается.

— Слабая? — Ева нахмурилась. – Почему? Мы должны иметь стабильную связь с базой.

— Неизвестные помехи, капитан, — ответил Алексей. – Возможно, это влияние туманности. Мы работаем над этим.

— Продолжайте, — отрезала Ева. – Земля должна знать о каждом нашем шаге.

Она повернулась к своему первому помощнику, опытному штурману Никите Сергееву, который, склонившись над навигационным столом, что-то внимательно изучал.

— Что скажешь, Никита? Ничего необычного?

Никита поднял голову, его лицо выражало легкую озабоченность.

— По курсу небольшие аномалии, капитан. Незначительные отклонения в гравитационном поле. Но ничего критичного.

— Незначительные, говоришь? — Ева прищурилась. – В космосе не бывает ничего незначительного. Будь внимателен. Любое отклонение может быть признаком опасности.

— Понял, капитан, — ответил Никита, снова склоняясь над картами.

Ева снова посмотрела в иллюминатор. Туманность Ориона казалась ближе, ярче. Ее пульсирующие цвета завораживали, но и вызывали чувство тревоги.

Внезапно в рубку вошел инженер по связи, Марк Линч. Его лицо было бледным, а в глазах читался испуг.

— Капитан, — заговорил он дрожащим голосом. – У меня… у нас… проблемы.

Ева повернулась к нему, чувствуя, как ее предчувствия начинают сбываться.

— Что случилось, Марк? Говори четко.

— Я… я слышу голоса, капитан, — пробормотал Марк. – В наушниках.

— Голоса? — Ева нахмурилась. – Какие голоса? С Земли?

— Нет, капитан, — замотал головой Марк. – Не с Земли. И не с других кораблей. Это… это что-то другое.

— Что значит “что-то другое”? — повысила голос Ева. – Объяснись!

— Я не знаю, капитан, — в отчаянии развел руками Марк. – Я просто слышу их. Слабые, неразборчивые голоса. Словно шепот. Они звучат даже тогда, когда все каналы связи отключены.

— Ты уверен, что с тобой все в порядке, Марк? — спросил Никита, внимательно глядя на инженера. – Может, тебе просто нужен отдых?

— Я уверен, Никита, — ответил Марк, упрямо поджав губы. – Я не сумасшедший. Я действительно слышу эти голоса.

Ева молчала, обдумывая услышанное. Она не верила в мистику и паранормальные явления. Но она также знала, что космос полон необъяснимых вещей.

— Хорошо, Марк, — сказала она, наконец. – Покажи мне.

Они прошли в отсек связи, где Марк надел наушники и подключил их к сложному оборудованию. Ева взяла другие наушники и подключила их к той же системе.

Тишина. В наушниках ничего не было, только слабый статический шум.

— Я ничего не слышу, Марк, — сказала Ева, удивленно глядя на инженера.

— Сейчас, капитан, подождите, — ответил Марк, напряженно вслушиваясь. – Они обычно появляются через несколько минут.

Они молчали, вслушиваясь в тишину. Внезапно Ева почувствовала легкое покалывание в ушах. Затем она услышала его. Слабый, едва различимый шепот.

— …помогите… мы… здесь…

Ева вздрогнула. Шепот был еле слышным, но он был там.

— Ты слышишь это, капитан? — спросил Марк, его глаза были полны ужаса.

Ева кивнула, не в силах произнести ни слова.

— Что это, Марк? — наконец спросила она, дрожащим голосом. – Что это за голоса?

— Я не знаю, капитан, — ответил Марк. – Но они не человеческие.

Они провели в отсеке связи еще несколько часов, пытаясь понять, что означают эти голоса. Но шепот оставался неразборчивым, бессвязным. Они могли лишь уловить обрывки фраз, полные боли и отчаяния.

Вернувшись на капитанский мостик, Ева приказала усилить бдительность.

— Алексей, — обратилась она к офицеру связи. – Удвойте усилия по восстановлению стабильной связи с Землей. Нам нужно сообщить им об этом.

— Есть, капитан, — ответил Алексей.

— Никита, — обратилась она к штурману. – Проложите новый курс. Я хочу уйти подальше от туманности Ориона.

— Но, капитан, — возразил Никита. – Мы же должны изучить ее. Это наша миссия.

— Миссия может подождать, Никита, — отрезала Ева. – Сейчас важнее безопасность экипажа.

Никита молча кивнул, понимая серьезность ситуации.

Несмотря на все усилия, голоса не исчезли. Они становились громче, навязчивее. И вскоре другие члены экипажа начали сообщать о том, что слышат их.

Доктор Чен, биолог, сообщил, что слышит шепот, когда работает в лаборатории. Техник по жизнеобеспечению, Дмитрий Волков, утверждал, что слышит голоса, когда находится в машинном отделении. Даже Изабелла Кортес, оператор радара, которая всегда отличалась хладнокровием и скептицизмом, призналась, что слышит странные звуки в наушниках.

— Капитан, — сказала она Еве. – Я не знаю, что это, но это пугает меня.

Ева понимала, что ситуация выходит из-под контроля. Она пыталась убедить себя, что это всего лишь галлюцинации, вызванные неизвестным излучением или редкими магнитными полями. Но в глубине души она знала, что это не так.

— Мы должны найти объяснение, — сказала она команде на общем собрании. – Мы ученые. Мы не должны поддаваться панике.

Но ее слова звучали неубедительно. Все чувствовали, что столкнулись с чем-то, что не поддается рациональному объяснению.

Затем начались визуальные аномалии.

Изабелла Кортес первая заметила странные искажения на периферийных экранах, показывающих внешний вид корабля.

— Капитан, — сообщила она. – На экранах что-то происходит. Какие-то тени, искажения.

Ева подошла к экранам и внимательно посмотрела на них. Действительно, на краях изображения виднелись темные пятна, словно кто-то размазал краску по экрану.

— Что это может быть, Изабелла? — спросила Ева.

— Я не знаю, капитан, — ответила Изабелла. – Радар ничего не показывает. Это не астероиды, не космический мусор. Это просто… тени.

Ева приказала усилить наблюдение за внешним пространством. Но тени не исчезли. Они становились больше, темнее. Они двигались вокруг корабля, словно преследовали его.

Однажды ночью, во время смены вахты, Изабелла увидела на экране нечто ужасное.

— Капитан! — закричала она в панике. – Там… там что-то огромное!

Ева подбежала к экрану и увидела то же самое. Огромная, темная фигура окружала “Странник”. Она была бесформенной, но в то же время отчетливо различимой. Она словно состояла из тени и пустоты.

— Что это? — прошептала Ева, чувствуя, как по спине бегут мурашки.

— Я не знаю, капитан, — ответила Изабелла, дрожащим голосом. – Я никогда ничего подобного не видела.

Фигура оставалась на экране несколько минут, затем внезапно исчезла. Не оставив никаких следов на радаре или в видимом спектре.

После этого инцидента паника охватила весь экипаж. Люди боялись выходить из своих кают. Они боялись смотреть в зеркала. Они боялись слушать тишину.

— Мы должны что-то делать, капитан, — сказал Никите Еве. – Мы не можем так больше продолжать.

— Я знаю, Никита, — ответила Ева. – Я знаю.

Она чувствовала себя беспомощной. Она не знала, что делать. Она понимала, что они столкнулись с чем-то, что превосходит их понимание. С чем-то, что может их уничтожить.

Но она не могла сдаться. Она была капитаном “Странника”. Она несла ответственность за жизнь своего экипажа. Она должна была найти выход.

В отчаянии она решила обратиться к науке. Она собрала доктора Чена и доктора Абубакара, чтобы обсудить ситуацию.

— У нас есть какие-нибудь объяснения? — спросила она их. – Что это может быть?

— Мы не знаем, капитан, — ответил доктор Чен. – Это может быть все, что угодно. Неизвестная форма энергии, редкий феномен, галлюцинации, вызванные…

— Галлюцинации? — перебила его Ева. – Вы действительно думаете, что это галлюцинации? Все это?

— Я не знаю, капитан, — ответил доктор Чен. – Но у нас нет других объяснений.

— А что насчет магнитного поля? — спросил доктор Абубакар. – Может быть, это связано с аномалиями, которые обнаружил Никита?

— Возможно, — ответила Ева. – Но это не объясняет голоса. И тени.

— Мы можем провести дополнительные исследования, капитан, — предложил доктор Чен. – Мы можем попытаться измерить магнитное поле, проанализировать состав атмосферы.

— Сделайте это, — приказала Ева. – Сделайте все, что в ваших силах.

Но она знала, что это бесполезно. Никакие научные исследования не могли объяснить то, что происходило на “Страннике”.

Она чувствовала, что они столкнулись с чем-то большим, чем наука. С чем-то, что находится за гранью человеческого понимания.

С космическими призраками.

Тень в звездном свете

Ночи на “Страннике” стали долгими и мучительными. Экипаж, словно загнанные звери, сбивался в кучки, ища утешения в обществе друг друга. Тревога поселилась в каждой каюте, в каждом отсеке корабля. Атмосфера, некогда наполненная научным энтузиазмом и предвкушением открытий, теперь пропиталась страхом и отчаянием. Шепот, когда-то слабый и едва различимый, превратился в навязчивый хор, преследующий каждого члена экипажа.

Изабелла Кортес, с ее бледным лицом и запавшими глазами, практически не отходила от радара. Она вглядывалась в мерцающие точки на экране, пытаясь разглядеть хоть что-то, что могло бы объяснить происходящее.

— Ничего, капитан, — докладывала она Еве каждый час. — Радар чист. Никаких аномалий, никаких объектов. Только звезды и космическая пыль.

— Будь внимательна, Изабелла, — отвечала Ева, стараясь сохранить спокойствие в голосе. — Даже если радар ничего не показывает, это не значит, что там ничего нет.

— Я понимаю, капитан, — отвечала Изабелла, но в ее голосе звучало сомнение. — Но я уже не знаю, чему верить. Может, я схожу с ума?

Ева понимала ее. Сама она с трудом сохраняла рассудок. Шепот, тени, странные видения – все это давило на психику, заставляя сомневаться в реальности происходящего.

Однажды, во время обхода корабля, техник по жизнеобеспечению Дмитрий Волков услышал странный звук, доносившийся из отсека для научных исследований. Этот отсек был запечатан после того, как Дмитрий почувствовал “прикосновение холода” у его двери.

— Что там такое? — пробормотал он, прислушиваясь. — Скрежет какой-то…

Он подошел к двери отсека и приложил ухо к металлу. Звук стал громче, отчетливее. Словно кто-то царапал стену изнутри.

— Кто там? — крикнул Дмитрий. — Кто здесь?

Ответа не последовало. Только скрежет продолжал раздаваться из отсека.

Дмитрий не выдержал и побежал к капитанскому мостику.

— Капитан! — закричал он, врываясь в рубку. — В отсеке для исследований что-то происходит! Я слышал скрежет!

Ева моментально отреагировала.

— Никита, приготовь оружие! — скомандовала она. — Дмитрий, веди нас.

Втроем, с оружием наготове, они направились к отсеку для исследований. По мере приближения к двери скрежет становился все громче и отчетливее.

— Готовься, Никита, — прошептала Ева. — Неизвестно, что нас там ждет.

Они остановились перед дверью отсека. Ева кивнула Дмитрию, и тот нажал кнопку открытия шлюза.

Дверь медленно открылась, впуская их в темный, холодный отсек.

— Свет! — скомандовала Ева.

Дмитрий включил свет. Отсек был пуст. Никаких признаков жизни. Только скрежет, доносившийся из глубины отсека.

— Где? — спросила Ева, оглядываясь. — Где ты слышал скрежет?

— Оттуда, — ответил Дмитрий, указывая на дальнюю стену отсека.

Они медленно двинулись к стене, освещая путь фонариками. По мере приближения скрежет становился все громче и ужаснее.

Они подошли к стене. На ней не было ничего необычного. Только гладкий, металлический лист.

— Это отсюда, — сказал Дмитрий, прикладывая руку к стене. — Я чувствую вибрацию.

Ева внимательно осмотрела стену. И вдруг заметила небольшую трещину, едва различимую в тусклом свете фонарика.

— Смотрите, — сказала она, указывая на трещину. — Здесь что-то есть.

Они присмотрелись внимательнее. Трещина была тонкой, словно волосок, но она тянулась через всю стену. И из нее доносился скрежет.

— Что это может быть? — спросил Никита, нахмурившись.

— Я не знаю, — ответила Ева. — Но нам нужно это выяснить.

Она достала из кармана небольшой нож и попыталась расширить трещину. Металл поддавался с трудом, но постепенно трещина стала шире.

— Осторожно, капитан, — предупредил Никита. — Неизвестно, что там внутри.

Ева продолжала расширять трещину. И вдруг, с резким треском, кусок металла отвалился от стены.

В образовавшемся отверстии они увидели… ничего. Только темноту.

— Свет! — скомандовала Ева.

Дмитрий направил фонарик в отверстие. Луч света ушел в пустоту, не осветив ничего.

— Что там? — спросил Никита, настороженно глядя в отверстие.

— Ничего, — ответила Ева. — Только темнота.

Но в этот момент из темноты донесся слабый шепот.

— …помогите… мы… застряли…

Ева вздрогнула. Это был тот самый шепот, который преследовал их с самого начала.

— Вы слышали это? — спросила она, глядя на Никиту и Дмитрия.

Они кивнули, их лица были полны ужаса.

— Кто там? — крикнула Ева в отверстие. — Кто говорит?

Ответа не последовало. Только шепот продолжал раздаваться из темноты.

— …помогите… мы… не можем… выйти…

Ева решилась. Она засунула руку в отверстие, пытаясь что-то нащупать.

— Капитан, не делайте этого! — закричал Никита. — Это может быть опасно!

Но Ева не слушала его. Она продолжала шарить рукой в темноте. И вдруг почувствовала что-то холодное и скользкое.

Она вздрогнула и попыталась вытащить руку, но что-то схватило ее за пальцы.

— А! — закричала Ева, пытаясь вырваться.

— Капитан! — Никита схватил ее за руку и потянул на себя.

Ева с трудом вырвала руку из отверстия. На ее пальцах остались красные полосы, словно ее порезали бритвой.

— Что это было? — спросил Никита, осматривая ее руку.

— Я не знаю, — ответила Ева, дрожащим голосом. — Но это было ужасно.

Они заделали отверстие в стене и покинули отсек для исследований. Никто больше не хотел туда возвращаться.

После этого случая атмосфера на “Страннике” стала еще более напряженной. Экипаж жил в постоянном страхе, ожидая нового проявления неизвестной силы.

Доктор Чен и доктор Абубакар продолжали свои исследования, но без особого успеха. Они измерили магнитное поле, проанализировали состав атмосферы, но не обнаружили ничего необычного.

— Мы не знаем, что это, капитан, — признался доктор Чен. — Мы исчерпали все научные объяснения.

— Значит, это что-то паранормальное? — спросил Никита, с иронией в голосе.

— Я не знаю, что и думать, — ответил доктор Чен. — Но я не исключаю никакой возможности.

Тем временем визуальные аномалии продолжались. Тени становились все больше и темнее. Они двигались вокруг корабля, словно хищники, выслеживающие свою жертву.

Однажды Изабелла увидела на экране нечто, что повергло ее в ужас.

— Капитан! — закричала она. — Они… они приближаются!

Ева подбежала к экрану и увидела то же самое. Тени стали отчетливыми, они приобретали форму. Они напоминали человеческие фигуры, но искаженные, уродливые, словно кошмарные порождения больного разума.

— Что это? — прошептала Ева, чувствуя, как ее охватывает леденящий ужас.

— Я не знаю, капитан, — ответила Изабелла. — Но они выглядят… злобными.

Фигуры приближались к “Страннику”. Они двигались бесшумно, словно призраки, скользящие в темноте космоса.

— Приготовить оружие! — скомандовала Ева. — Всем занять боевые посты!

Экипаж, словно по команде, бросился к оружейной. Все понимали, что это может быть их последняя битва.

— Вы уверены, что это поможет, капитан? — спросил Никита, заряжая бластер. — Мы ведь не можем стрелять в тени.

— Я не знаю, Никита, — ответила Ева. — Но мы должны что-то делать. Мы не можем просто сидеть и ждать, пока они нас уничтожат.

Они заняли свои посты у иллюминаторов, с оружием наготове. Все ждали, затаив дыхание.

Фигуры приблизились к “Страннику” вплотную. Они парили вокруг корабля, заглядывая в иллюминаторы.

— Они смотрят на нас, — прошептала Изабелла, дрожа от страха.

— Не поддавайтесь панике, — скомандовала Ева. — Сохраняйте спокойствие.

Она внимательно смотрела на фигуры, пытаясь понять их намерения. Они не нападали, они просто парили вокруг корабля, словно изучали его.

И вдруг одна из фигур подняла руку и коснулась иллюминатора.

Ева вздрогнула. Рука была бледной, костлявой, словно принадлежала мертвецу.

Она смотрела на руку, не в силах отвести взгляд. И вдруг увидела, как на иллюминаторе появляется надпись.

Надпись была написана на каком-то странном, неизвестном языке.

— Что это? — спросил Никита, глядя на надпись. — Что они хотят сказать?

— Я не знаю, — ответила Ева. — Но нам нужно это расшифровать.

Она приказала доктору Чену и доктору Абубакару попытаться расшифровать надпись. Они долго изучали ее, сравнивали с известными языками, но не смогли найти ничего похожего.

— Мы не знаем, что это за язык, капитан, — признался доктор Чен. — Мы никогда ничего подобного не видели.

— Это значит, что мы не можем понять, что они хотят? — спросил Никита.

— Боюсь, что да, — ответил доктор Чен.

Ситуация казалась безвыходной. Они были окружены враждебными существами, которые пытались с ними связаться, но они не могли понять их язык.

Ева чувствовала, как отчаяние охватывает ее. Она не знала, что делать дальше.

И вдруг Марк Линч, инженер по связи, заговорил странным голосом.

— Я понимаю их, — сказал он.

Все повернулись к нему, удивленно глядя на него.

— Что ты сказал, Марк? — спросила Ева.

— Я понимаю их язык, — повторил Марк, словно находясь в трансе. — Они говорят… о боли. О потере. О желании вернуться домой.

— Ты понимаешь их? — спросила Ева, недоверчиво глядя на него. — Как это возможно?

— Я не знаю, — ответил Марк. — Но я слышу их голоса… в своей голове. Они говорят со мной.

Ева понимала, что Марк, возможно, сошел с ума. Но она не могла игнорировать его слова.

— Что они хотят? — спросила она Марка. — Что они хотят от нас?

— Они хотят… чтобы мы помогли им, — ответил Марк. — Они хотят… чтобы мы открыли портал.

— Портал? — спросила Ева, нахмурившись. — Какой портал?