Болотный мальчик

Александр Заболотько

Болотный мальчик

Болотный мальчик

/ часть вторая/

Нет в душе покоя,

Тревожит память старое.

Не слышу предостерегающего воя -

Грозит за смелость карою.

Друзья с тобою. Значит

Сил прибавилось. И много.

Пусть враг твой плачет,

Нас не остановит у порога.

Друзьями рисковать не вправе я,

Но разве знал тогда об этом.

Не созданы ещё и правила.

Вариант не выберешь монетой

Все прошли мы испытания,

Остались живы. Повезло?

Обеспечили судьбу питанием

Но это не наше ремесло.

Уходит в забытье и страх.

Человека поджидает авантюра.

Знаешь даже, наступит крах.

Но как остановиться….

Судьба не дура.

От автора.

Наступает промежуток времени, какой-то жизненный этап, когда начинает казаться, а может так оно на самом деле и есть, что добился всего, что хотел: любимая женщина, дети, дом, успехи на работе. Перед тобою раскрываются радужные перспективы. День за днём превращает жизнь в предугадываемый сюжет с определённой концовкой. И никакие преграды, тревоги, опасения не смогут на него повлиять. Да и здоровью так удобно, ведь его ломают волнения страхи, переживания. Тебя многие знают как стабильного человека, в какой-то мере надёжного, а значит могущего послужить опорой. Всё хорошо, всё прекрасно.

И вот однажды, лёжа на диване, понимаешь, что всё равно чего-то не так в твоей жизни, чего-то не хватает, слишком гладко идти по лестнице жизни. Невольно от мысли вздрагиваешь, тебя как бы осязает: вот чего не хватает, вот что может помочь. Но сразу приходит и испуг. Испуг за то, что будет: возникает риск за настоящее и за будущее. Стоит ли рисковать, ради чего? Но если та тревожная мысль возникла, она уже не уходит, точит твоё сознание, душу. К ней возвращаешься вновь и вновь.

Что же испугало и взволновало человека, лежащего на диване? Жажда поиска чего-то необычного, удивительного, не возникающего в повседневной жизни, тревожного опасного. Испытать то, что «щекочет» нервы, вызывает выброс адреналина «килограммами». Сделать поступок, несовместимый с привычными понятиями и делами. Одни называют это приключениями, другие – модным словом экстрим.

Логические отговорки родственников, друзей уже не могут повлиять на медленно или решительно принимаемое решение. Поражает то, что возникает другая, альтернативная логика, которая в первый момент сводит с ума мыслящих ортодоксально людей. Но потом, как ни странно, овладевает и ими. Или как минимум заставляет относиться к ней лояльно. Она перестаёт их удивлять. Они тоже «просыпаются»? Нет, скорее сбрасывают путы обыденности, освобождаются от чар благополучия, выходят из темноты или узнают ещё об одной стороне существования человека.

Некоторые приходят к этому раньше, другие – позже. От чего зависит? От самого человека, наверное. От семейных традиции, воспитания, от профессии, от характера. Наконец от повода или толчка, подталкивающего на тот или иной поступок.

И вот собираются чемоданы или походные сумки, обязательный и необязательный реквизит для путешествии или приключении. Конечно же, как ни планируй, всего не учтёшь на предварительном этапе. Но в том и заключается эффект экстремальных ситуации.

Они по продолжительности самые разные: от нескольких секунд до нескольких лет, а то и всей жизни. Надо учесть и то, что не всегда заканчивается благополучно: нередко человек выходит опустошённым, униженным, с разбитыми надеждами, с несбывшейся мечтой, но живой. Как он продолжит жизнь? Также как до или не сможет уже?

А в случае, если погибает? Стоило ли менять жизнь на смерть?

Всегда в сознании таится мысль, что то произошло с другим, со мной такое не произойдёт. Просто со мной такого не может быть. И вот это то и толкает вновь и вновь новых участников экстремальных шоу, которые и проходят-то чаще всего без зрителей. Цель заключается не в том, чтобы кто-то оценил твой поступок, а, прежде всего сам. Сам доказал себе, что сможешь. Сможешь, несмотря ни на что!

Если человек разумное существо, он сам должен дать оценку своей жизни, своим поступкам. Только он может сказать своей судьбе да или нет. И он распоряжается своей жизнью. Мы только смотрим со стороны. Но когда-то и кто-то из нас отправится доказывать самому себе, что он чего-то стоит и в другой жизни, параллельной от основной.

А тебе слабо?

Глава 1

Телефон звонил и звонил с небольшими промежутками. И так второй день. Правда вчера почти сразу телефон выключила, и весь день прошёл как во сне: тишина, покой и … только кровать. Она была её личной подругой со вчерашнего дня. До субботы – мачеха, а теперь – подруга. Наташа лежала, лежала и лежала. Выспалась вначале, а потом просто лежала, смотрела телевизор лёжа, ела лежа. И рано заснула вновь. Она не помнила, когда включила телефон вновь. Вот он и мстит ей за это. Да, нагрузка в обычные дни на него большая, видать тоже не прочь отдохнуть. «Интересно, сколько времени?» - подумала Наташа и взглянула на часы.

- Ничего себе, поспала! – уже вслух произнесла она. – Сколько надо недосыпать, чтобы столько потом спать?

«Вчера была суббота, значит сегодня воскресенье. - Продолжала размышлять Наташа. Она давно мечтала об этих двух подряд выходных днях. И вот наступил момент. - Как всё-таки хорошо»! Рабочие дни напоминали бег, бег по жизни. Ранний подъём, быстрый утренний туалет, чашка кофе на ходу, долгий путь на работу в общественном транспорте. Она давно работала в туристическом агенстве. Небольшие автобусные экскурсии, иногда с иностранными туристами, но чаще с транзитными пассажирами, своими, русскими. А взяли в турагенство именно для сопровождения иностранцев. Все-таки знала три языка. Не редко левая работа то в одной фирме, то в другой. Зарабатывала прилично, сумела купить квартиру, обставить её, не отказывала себе в модной одежде и питании.

Конечно, вспоминала о своей работе в школе. Но это было так давно. После того случая в ней что-то надломилось. Нет, она не стала злее, обиженной тоже себя не считала. Просто уже не могла работать учительницей. Её детскую мечту сломали. Кто? Или Что? Да, наверное, и то и другое. Ушедшая в никуда первая любовь, встреча с бандитами, помощь человека со стороны. Она побывала там, где не каждому придётся побыть, испытала страшную боль и последующее облегчение, разочарование и надежду. Вот почему решила кардинально всё изменить: и работу, и квартиру, и образ жизни, и мысли, и … Она стала свободнее, но не легкомысленнее, изменились принципиальные подходы к жизненным ценностям. Тот, кто знал её раньше, при встрече удивлялись душевным внутренним изменениям. Это и другая Наташа, и в то же время та же самая.

Человек живёт, долго живёт своей налаженной жизнью, и даже на каком-то этапе начинает скучать. И вдруг, а может и не вдруг, что-то происходит: мощнейшая душевная драма, психологическая травма, даже физическая. От прежней жизни остаётся часть . Человек начинает ощущать в себе какие-то новые силы, новые мысли, новые способности; начинает действовать по другому, иногда в ущерб своему прежнему имиджу. Близкие почти сразу угадывают, чужие только через некоторое время замечают эти изменения. Вторая возможность раскрыть себя, испытать, принести что-то полезное?

Только чтобы такое произошло вовремя. Не тогда, когда человек от жизненной безысходности опустился морально и физически, а когда только наметилась такая ситуация. Иначе его может подорвать окончательно, столкнуть в яму, откуда ему уже не выбраться. И даже если остаток жизни не велик, человек будет чувствовать себя человеком, а не статистической единицей общества или животного мира.

Наташа уже стала забывать детали происшедшего с ней тогда, три года назад, но некоторые моменты постоянно освежала в своей памяти. После выписки из больницы встречалась с Игорем несколько раз. И с каждой встречей он всё больше нравился ей. Но она чувствовала, что его грызёт какая-то душевная травма, старая заноза в душе. Что с ними тогда произошло, они обсуждали неоднократно, и ей стало понятно, что не это Игоря тревожит. Другое, глубоко личное. Он не хотел об этом говорить, а она терпеливо ждала, когда это время наступит.

Что нравится ему, Наташа чувствовала, да и видела. Но не настолько, чтобы вынуть душевную занозу и залечить рану в ней. Потом Игорь исчез, и только через два месяца она получила письмо, в котором извинялся, что так долго не писал и вовремя не сообщил об изменениях в своей жизни. Читая эти строки, Наташа было подумала …, но дальше Игорь писал, что ему предложили поработать в госпитале в африканской стране, причём, требовали дать ответ срочно и при согласии тут же вылететь в ту страну. И он полетел в Африку, едва успев собрать чемоданы. Работа ему понравилась, и он собирался отработать весь срок своей командировки, то есть три года. Просил не обижаться на него и заверил, что писать будет часто, если она не против.

Надо отдать ему должное – писал регулярно. Но три года – срок большой. И основное свойство памяти забывать то, что не так сильно запомнилось. Правда, когда мылась в ванной или стояла под душем, невольно проводила рукой по животу и всегда ощущала послеоперационный рубец, своеобразную метку, оставленную Игорем неспециально. А получалось наоборот. Несмотря на совсем неподходящие условия операции, рубчик получился неплохой. Многое, наверное, зависит от руки хирурга.

За Наташей вот уже почти два года ухаживал молодой человек. Его не обижала безразличность её к нему. Упорству можно было позавидовать. Нравился это парень ей? Скорее нет, чем да. Слишком многим напоминал Андрея. А второго Андрея в своей жизни она допустить не могла ни при каких обстоятельствах. Встречи ни к чему не обязывали, поэтому не прекращала их. Так, для разнообразия жизни. Клятв верности, каких либо обещании Наташа никому не давала, ни от кого не требовала и не слышала. Но женщине всегда нравится, что за ней ухаживают, дарят цветы, приглашают в ресторан. Время идёт, жизнь отсчитывает года. Каждому промежутку времени отмеряно что-то своё, неповторимое. Не хотелось бы потерять, не испытать, не ощутить, пройти мимо того, что может быть дано человеку в единственном экземпляре.

Телефон всё звонил и звонил. Нет, так продолжаться не могло. Или выключить его, или ответить на звонок. Но как не хотелось вставать. Наташа попробовала дотянуться рукой – не получилось. Телефон стоял на столе, забыла поставить вчера возле кровати, вернее и не собиралась этого делать, и вообще отвечать на любые звонки. И вот расплата. Прямо так, нагишом, и пошла к телефону. В зеркале увидела себя – ничего, смотреть можно. Правда, с женской точки зрения. А как мужчины? Фигура со всеми женскими нюансами, длинные ноги, груди слишком не висели, приятной округлости, с очень даже симпатичными сосками, животик упругий. Нет , и с мужской точки зрения она привлекательна.

После минутного раздумья подняла трубку.

- Наташа? Ты? Наташа, наконец–то. Звоню, звоню. Чего только не подумал.

- …

- Наташа, ты или не ты? Алло, алло. Фу ты, чёрт. Алло.

Наташа положила трубку и начала вспоминать голос. Кто бы это мог быть? С кем зря она не собиралась разговаривать. Голос явно знакомый. Искажен, может быть, немного, но знакомый. Звонил человек явно знающий её близко. Память напоминала растревоженный пчелиный улей. Снова зазвонил телефон. И тут она вспомнила. Неужели Игорь? Нет, столько звонить не может позволить себе никто. Аж из самой Африки. А во вторых, виноват сам: отсутствовал три года – она может себе позволить и позабыть его голос.

И когда вновь зазвонил телефон, подняла трубку сразу.

- Алло, алло. Это 69-44-75?

- Я вас слушаю, - ответила Наташа.

- Наташа, ты? Это звонит Игорь.

- Игорь? Ты откуда звонишь?

- Только вот приехал как два дня. И сразу стал звонить тебе. Наверное, пропадаешь на работе?

- Ты не поверишь. Впервые взяла два дня выходных и решила отдохнуть от всего. Отключила телефон. Кто бы мог подумать.

- Я так рад слышать твой голос! Представляешь, начал забывать твои интонации. Иногда приснишься мне, а вот голос….

- Не надо уезжать так надолго. Мог бы приехать в отпуск.

- Мог бы. Но вот… деньги закалачивал. Вообщем дурак.

- У тебя есть шансы исправиться.

- Я очень, очень постараюсь. Наташа, ты получила моё последнее письмо?

- Письма получала, но я не знаю последнее оно или нет. Когда ты его отправил?

- Прямо перед отъездом. Думал, задержусь ещё на несколько дней, а получилось наоборот. Вернулся с оказией.

- Я не вынимала почту уже несколько дней, может и лежит там.

- Встретимся до его прихода?

- А если оно там лежит?

- Ты не читай. Я сам тебе его расскажу.

- Прямо заинтриговал меня. Подожди, я оденусь, замерзла. – Она и вправду вся дрожала, то ли от холода, то ли от неожиданного звонка и такого необычного разговора. Накинув тёплый халат и обув тапочки, вернулась к телефону. – Игорь, слышишь меня?

- Да, да, Наташа.

- Давай встретимся вечером. Ну, ты знаешь где.

Почти всегда до отъезда Игоря они встречались в кафе «Звёздочка». Небольшое помещение, уютное, хорошая музыка, льющаяся как бы ниоткуда, приличная публика, хороший кофе, приветливые официантки.

- Назначай время. Только не совсем рано и не совсем поздно.

- Боишься темноты, или меня? Шучу. В шесть часов.

- Я буду вовремя. Остальное - при встрече. Пока.

Наташа тоже положила трубку телефона, подошла к кровати, присела. Она никак не могла сосредоточиться. Не сознавая, давно готовилась к этому моменту. Только сейчас поняла, что не только готовилась, но и сильно ждала встречи с Игорем. В открытую сказать пока не могла, но внутри…

Что же она хотела сделать сразу? Вспомнила. Письмо. Как всегда женское любопытство никогда не может подождать чуть-чуть. Наташа оделась и спустилась к почтовым ящикам на первом этаже. Открыла ключиком дверцу своего ящичка, обнаружила письмо. То самое. С каким-то трепетным чувством она несла конверт домой. Не вскрыла сразу, а терпеливо несла. Сколько энергии сгорело при этом, навряд ли кто подсчитает. Посмотрев конверт на свет, осторожно, ножницами надрезала свободный от письма край и вынула листок. Читать или не читать? Явно лишний вопрос. Читать, читать немедленно. И глаза её буквально впились в строчки.

Очень интересно наблюдать за человеком, который получил письмо, особенно, если оно долгожданное. Зрелище достойное театральных подмостков. Вначале ритуал вскрытия конверта. Одни его надрывают немедленно, небрежно, не боясь повредить и не узнать самое важное, другие находят любой повод как бы отложить эту процедуру на потом. Хотя это потом может возникнуть и через минуту и через час, и через день. И вот всё-равно руки достают заветный листок или листки письма. Мимика лица отражает драматические маски, маски трагедии, комедии и сатиры. Меняются не только маски, а и цвет глаз, кожи лица, даже волосы на голове исполняют какую-нибудь роль. В представлении участвуют руки и ноги. Человек, если не сидит, танцует. И называется этот танец: «получил человек письмо». Но главное концовка. Она подводит итог всех маленьких серии. Не всегда они удачные и интересные. Но сериал внешнего отражения душевных процессов был, есть и будет.

Ещё издали Наташа заметила Игоря, стоящего почти у входа в кафе. Он явно нервничал, прохаживаясь туда-сюда какой-то необычной походкой. В руках держал букет цветов. Даже вблизи она не могла узнать цветы: очень необычные и красивые. Напоминали лилии и в то же время не они. Игорь смущённо протянул ей букет.

- Здравствуй Наташа.

- Привет. – Ответила она, как будто они недавно уже встречались. По сути, так оно и было, если считать утренний телефонный разговор.

- Походим немного или сразу зайдём в кафе?

- Давай сразу. Что-то не хочется ходить. Наверное, обленилась за два дня выходных. Но вначале скажи, где такие цветы купил?

- Не скажу. Мне стыдно.

- Своровал что ли?

- Да нет. У знакомой бабушки выпросил. Она выращивала эти цветы несколько лет. Я ей привёз из Африки передачу от внука. Увидел цветы и понял: без них на свидание с тобой не пойду.

- А если бабушка оказалась бы жадной, ты не пришёл бы на свидание?

- Тогда я их бы своровал. Я стал перед бабушкой на колени, сказал ей, что у меня решается судьба. И она смилостивилась. Сама срезала их и вручила мне.

- Хорошая сказка. Я даже почти прослезилась.

- Нет, Наташ, правда. Так и было. Честные цветы. Тебе не нравятся?

- Очень нравятся, Игорь. Спасибо.

Придерживая одной рукой дверь в кафе, другой, поддерживая нежно за локоть, Игорь пропустил вперёд Наташу. Он сразу подвёл её к дальнему свободному столику, хотя остальные места уже были заняты. Как только присели, подошёл приветливый официант. Наташа не слышала, что заказывал Игорь, просто разглядывала его: хороший костюм, рубашка очень шла ему, элегантный галстук, перстень на пальце левой руки, запах необычного, но приятного одеколона, лицо не то, чтобы красивое, а приятное, невольно приковывающего взгляд.

- Ты прочитала всё-таки письмо. – Скорее не спрашивая, а подытоживая, сказал Игорь.

- Не вытерпела. Извини. Теперь я знаю, о чём мы будем говорить.

- Тогда скажи сразу, у меня перспективы есть?

- Ты в числе лидеров. Шансы очень большие.

- Дай мне ещё фору, как старому и бывалому другу.

- А я думала, что ты всегда добиваешься своего.

- Впервые чувствую неуверенность.

В шутливом тоне разговор продолжался минут двадцать. Бокал хорошего красного вина помог убрать препятствия, если они возникли за три года их разлуки. Вино Наташе понравилось: ароматное, вкусное, градусы в меру. Как раз такое, чтобы говорить и мысли не терялись в голове. Музыка создавала вполне благоприятный фон. Времени у обоих достаточно, никто никуда не торопился. А значит, серьёзные слова будут говориться обдуманно, не впопыхах. Они понимали, что серьёзный разговор приближается, его никак не миновать. Но каждый тревожно ждал этой минуты.

Рука Игоря давно уже нежно касалась её руки. Прикосновение приятное и она даже не пыталась её убрать. Цветы, подаренные Игорем, стояли в вазе, которую принес официант. Они не мешали взглядам, и только как-то наоборот заставляли смотреть в глаза друг другу. Наташа знала, что выглядит хорошо. Проверила это, когда шла на встречу. Сколько мужчине смогли пройти мимо неё, не оборачиваясь? Ни одного. Да и по другим признакам.

- Наташа, похоже, я влюбился. Если раньше я сомневался, то теперь уверен в этом.

- В кого же?

- В тебя. Я тебя люблю. И ели будешь не против, то… . Вообщем, выходи за меня замуж.

- Сколько времени даёшь на обдумывание предложения?

- Минуту.

- … Согласна. Но с условием.

- Каким?

- Не будем торопиться. Всё-таки это наше первое свидание.

- А те встречи не в счёт?

- Когда это было. Долгая разлука – вещь серьёзная. А вдруг нам только кажется.

- Согласен. Хотя похоже на любовный контракт, раз оговариваются условия.

- Хоть и хочется быть молодой, но вынуждена признать: возраст, опыт.

- Что-то мы о грустном.

Наташа рассмеялась. Смех настолько был завлекательным, что рассмеялся и Игорь. После чего беседа пошла совсем в другом тоне. Им не хотелось расставаться в этот вечер. Оба ожидали продолжения его.

Глава 2

Встречались Наташа и Игорь часто. Они уже успели обговорить все стороны своей совместной жизни. Как-то при очередном свидании разговор зашёл о событиях трёхлетней давности. У неё невольно вырвались слова:

- Сколько же там денег было?

- Немало. Нечисто там дело. И по моему дело не только в деньгах, там находились и какие-то ценные бумаги.

- А я ведь знаю, где они зарыты.

- Смотри, не говори при свидетелях. Вспомни, как интересовались ими, когда ты лежала в больнице, да и после неё, ты говорила, за тобою кто-то следил.

- И сейчас иногда возникает такое ощущение. Но я стараюсь сразу переключиться на что-то другое.

- Видишь?

- Но когда-то это должно кончиться.

- Тогда, когда они найдут деньги и бумаги.

- Но тех ребят не оживишь. Сами же их пристрелили. Практически я живой единственный свидетель.

- И я. Я тоже кое-что слышал, что не должен был слышать. Могут и меня прикончить.

- Может нам съездить туда?

- Одним опасно. Но подумать об этом надо. Я соберу кое-какие сведения. Потом мы вернёмся к этому разговору.

У Игоря уже наметился определённый план. Героями тех событий были не только они. Интересно, где тот парень-охранник, которого тяжело ранили?

Снова погода испортится. Максим потрогал шею рукой. Грубый послеоперационный рубец был заметен издали. Но это пол беды. Он мешал движениям в шее, голову так и тянуло к правому плечу. Вначале Максим сильно переживал из-за такого физического дефекта, но как-то успокоился. Да и не сравнишь, как было раньше и сейчас. Всё это благодаря специальным упражнениям и длительным занятиям, массажу. Каждое утро, бреясь перед зеркалом, невольно вспоминал те события. Это стало каким-то патологическим наваждением.

Оля помогла ему выкоробкаться тогда. Вначале длительное лечение в больнице, потом безработица. О возвращении на работу в фирму не могло быть и речи. Запил. Вспоминать даже не хочется. Оля понимала всё, но не бросила его, наоборот, всячески помогала. Женились. Детей пока нет. Но Максим не торопился с рождением ребёнка. Надо тщательно к этому подготовиться: найти хорошую работу, накопить денег, купить квартиру, обставить её.

Когда окреп физически пошёл устраиваться в милицию. Взяли сразу. Предложили спецотряд. Согласился. И не пожалел. Постоянные занятия, интенсивная работа отодвинули плохие мысли на задний план. Работа увлекла его. Наверное, он создан именно для такого дела. Не заставили ждать себя и результаты: повысили в звании, и теперь уже он командовал отрядом.

Стал ли жестоким? Знал точно, что от прежнего Максима осталось не очень много. Слишком большим испытаниям подвергла судьба. Невольно станешь другим человеком. Не желал другим испытать тоже, но готовил своих подчиненных к любым неожиданным ситуациям. В отряде не знали о его ранении и прошлой жизни. А если кто-то и знал, старался никому не рассказывать, тем самым предупреждая негативную реакцию Максима.

Да и авторитетом Максим пользовался большим. Никогда не прятался за чужие спины, приказы выполнял, но с обязательным своим дополнением. И ему удавалось избежать потерь личного состава отряда даже тогда, когда они подразумевались. Сегодня завершилась одна такая операция по освобождению заложников в магазине. Подонкам не удалась кража и они, насмотревшись фильмов, попытались прикрыться невинными людьми. Сейчас Максим писал отчёт об этом. Зазвонил телефон. Подняв трубку, услышал голос:

- Максим Петрович?

- Я Вас слушаю.

- Меня зовут Игорь Сергеевич. Мы знакомы и незнакомы одновременно. Ехали когда-то в одном поезде, даже в соседних купе. Вы, наверное, уже догадались, о каком поезде я говорю.

-…

- Вы меня слышите?

- Продолжайте.

- Хотелось бы встретиться с Вами, кое-что обсудить.

- У Вас должны быть весомые аргументы для того, чтобы я начал вспоминать о том времени.

- Я прошу Вас только о встрече, где и поговорим об этих аргументах. Это не телефонный разговор.

- Хорошо, когда?

- Для Вас будет удобным в субботу, в десять утра, возле вокзала?

- Я подумаю. Если не приду, то это означает, что не желаю об этом разговаривать.

Максим положил трубку телефона, поморщился как от зубной боли. Никуда не уйдёшь от судьбы. Неужели ему всё время будут напоминать о прошлом? Он не фаталист, но другие заставляют им быть. О продолжении работы и думать не хотелось. Он встал, собрал документы со стола и запер их в сейф, потом ящики стола. Как говорят умные люди, утро вечера мудренее. Оделся и пошёл домой.

А ужиная всё-равно думал о звонке. И долго уснуть не мог. Даже Оля заметила, что с ним что-то творится. Но расспрашивать не стала. Он обычно сам рассказывал, если ему хотелось. Но всё-таки заснул под утро. Приснился страшный сон. Как-будто прилетели чёрные ангелы, связали его и пытались его забрать куда-то. Но то ли он оказался тяжёлым, то ли сопротивлялся сильно, им долго не удавалось это сделать. В конце-концов они бросили его и ругаясь, улетели. Кто развязал, он не видел, а потом проснулся. Давно Максим не видел таких снов. Не то, чтобы верил в сны, но всё же….

Около года назад к нему пришёл лейтенант милиции. Звали Фёдором. Просился в отряд. Работал в железнодорожной милиции, на маленькой станции. И тут Максим вспомнил название станции в связи с событиями, которые так перевернули его жизнь. Оказалось, это тот самый лейтенант, который спас фактически ему жизнь. После больницы Максиму было не до воспоминании, а потом…, потом как то забылось.